<<
>>

§ 34 а Неокантианство и феноменология Гуссерля

Отношения между неокантианством и феноменологией были непростыми. В целом, Гуссерль поначалу далек от проблематики кантовской философии 203, в чем он признается сам:

«Мое собственное развитие, которое первоначально было враждебно Канту, но, правда, и невосприимчиво к собственному смыслу кантовской философии, связано с Декартом и докантовской философией XVIII века, определялось в основном импульсами Брентано, Лотце и Больцано.

Но когда я, развив в необходимой последовательности лежащие передо мной как математиком основные научно-теоретические проблемы и все снова и снова размышляя над возможностью беспредпосылочных определений и абсолютного отчета (Rechenschaftsabgabe) [об этих определениях], дошел до метода эйдетического анализа сознания, и когда мне вместе с феноменологической редукцией открылось царство первоначальных источников всех познаний, тогда я должен был признать, что развиваемая мной наука при методе существенно иного вида охватывала общую проблематику Канта (которая только здесь впервые получила глубокий и ясный смысл) и то, что она удостоверяла главные достижения Канта в строго научном обосновании и ограничении. Правда обнаружилось и то, что проблематика Канта предполагала более простую и более глубокую [проблематику] и, с другой стороны, была заключена в слишком тесные границы. Я не мог, разумеется, стать неокантианцем по марбургскому образцу и методу, но мог, пожалуй, оценить крупные достижения этой школы по сохранению и дальнейшему развитию идей Канта. После того, как я научился видеть Канта в собственной перспективе, я могу теперь - впервые за все последние годы -— воспринимать обширные наставления Канта и подлинных кантианцев» 4

Только в 1915-1918 гг. Гуссерль начинает убеждаться во внутреннем родстве своего замысла с трансцендентальной философией неокантианства. Новый этап осмысления начинается в тридцатые годы: «В последние годы я сам неверно понимал свое радикальное отличие от трансцендентальной философии Канта (по постановке вопросов и методу)» 204. Однако не существует отношения Гуссерля к неокантианству как к таковому. он по-разному оценивает родство своей феноменологии с марбург- ской школой неокантианства (Коген, Наторп) и фрайбургско-баденской школой (Виндельбанд, Риккерт).

Представители марбургской школы (в первую очередь, в лице Пауля На- торпа) были наиболее близки Гуссерлю. С Наторпом он общается еще начиная с конца XIX века. Подробные обсуждения приводят Гуссерля к выводу о том, что Наторп разделяет важные для него взгляды относительно природы чистой логики.

Хотя в борьбе с психологизмом феноменология и неокантианство выступают единым фронтом 205, понимание самой психологии образует первый важный пункт расхождения между Гуссерлем и неокантианцами: «Мои - ни коим образом не психологические - проблемы не совпадают с проблемами марбургского кружка. - Пишет Гуссерль Наторпу. - И мой трансцендентально-психологический метод (не психологический - ни генетически, ни дескриптивно-психологически) - иной по цели и сущности по сравнению с трансцендентально-логическгш методом в Вашем смысле» 206.

С такой оценкой Наторп не согласен, считая, что логика, совершенно независимая от психологии, о необходимости которой Гуссерль говорит в первом томе своих «Логических исследований», должна целиком и полностью подчиненяться логике или критике познания, или, по крайней мере, «не может отличаться от этого по "цели и сущности"» 207. Для Гуссерля же «критика познания» является второстепенной задачей его феноменологии. Он считает, что смысл феноменологического исследования «не может не затронуть высочайших проблем. Здесь совершенно невозможно на протяжении всей своей жизни быть привязанным к частным проблемам по образу естественнонаучного (тем более экспериментально- психологического) специального исследования. Нельзя же изучать сущность сознания в его многообразных "феноменах", не имея одновременно перед глазами его единства и единства конституирующейся предметности, не ощутив тотчас мучительно загадку этой конституции, проблем всеобщности и данности».

«Марбургская школа с самого начала имеет иную проблематику и методику. - Заключает Гуссерль. - Она выработала для себя твердые формулировки важнейших проблем критики познания, которые для нее стоят на первом месте и на которые ориентируется вся последующая работа так, что любая [работа] исходит и должна исходить из этих формулировок. Мы, геттингенцы, работаем в совершенно другой установке и, несмотря на то, что [мы] добросовестные идеалисты, в известной степени - снизу. Мы полагаем, что имеется не только фальшивое эмпирическое и психологическое основание (Unten), но и подлинное идеалистическое, от которого можно ступень за ступенью подняться к высотам».

Главное отличие феноменологии от философской программы неокантианства Гуссерль видит в следующем: «феноменология никоим образом не нуждается в предшествующей ей трансцендентальной философии», в то время, как психология в неокантианском понимании должна следовать за трансцендентальной философией» 208.

Различие между феноменологией Гуссерля и марбургской школой неокантианства состоит также и в понимании трансцендентального субъекта. Более радикальным толкованием философии Канта и, в первую очередь, понятия "вещи в себе", неокантианцы надеялись предельно последовательно и полно воплотить возврат к субъекту как к трансцендентальному. В противовес неокантианству Гуссерль показывал, что подлинный возврат к трансцендентальной субъективности должен вскрыть совершенно иное измерение этого субъекта. Как отмечает Н. В. Мотрошилова, «Неокантианцы, следуя традиции Канта, отождествляют сознание с деятельностью "чистого Я" как некоего центра, вокруг которого строится якобы реальная психическая деятельность» 2 . Гуссерль же предлагал расширить исследование множественности способов данности также и на само "Я" как феномен, т.е. на сам этот трансцендентальный субъективный "центр". Тогда, по его мнению, в процессе многочисленных редукций интенцио- нальное переживание не будет претендовать на абсолютное место, но будет само выявлено в его богатой внутренней структуре2И.

В значительно меньшей степени разделяет Гуссерль идеи, представленные другой ветвью неокантианства - фрабургской школой неокантианства: «как бы высоко я ни ценил, с одной стороны, усилия марбургской школы и, с другой стороны, Виндельбанда-Риккерта-мюнстенбергской группы и как бы я высоко не ставил их заслуги в сохранении великих и подлинно философских традиций прошлого, - я все же не могу идти вмести с ними и их путями» 209. Далее Гуссерль поясняет свое отношение: «В лучшем случае они указывают направления действительной работы, которую необходимо провести (формулируя только сами проблемы). Конечно, они еще не дают истинных начал, пунктов, с которых действительно может начаться главная работа. Наука - всегда наука снизу, работа от "подножий" к высотам, а философская наука - наука от глубочайшего основания до последних высот» 210.

Как можно было бы ожидать, входя в феноменологию, Хайдеггер должен был бы перенять и оценку Гуссерлем неокантианства. Однако этого не происходит. Как раз идеи фрайбургской школы использует Хайдеггер для трансформации феноменологии Гуссерля.

<< | >>
Источник: Михайлов И.Н.. Ранний Хайдеггер Между феномено-логией и философией жизни - М.: Прогресс-Традиция; Дом интеллектуальной книги. - 284 с.. 1999
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме § 34 а Неокантианство и феноменология Гуссерля:

  1. ФЕНОМЕНОЛОГИЯ Э. ГУССЕРЛЯ: РАДИКАЛЬНЫЙ ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЙ СДВИГ И.Ф. Габрусь
  2. § 34 б Хайдеггер и неокантианство
  3. 59. ТРАКТОВКА ПОЗНАНИЯ В НЕОКАНТИАНСТВЕ
  4. Кантианство и неокантианство
  5. Неокантианство. Лотце
  6. Э. Гуссерль
  7. § 69 Проблема перехода от Гуссерля к Хайдеггеру
  8. §14 Переписка Дильтея и Гуссерля
  9. Труды Гуссерля
  10. ОБРАЗ ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНО-ЛОГИЧЕСКОГО НЕОКАНТИАНСТВА В РУССКОЙ РЕЛИГИОЗНО-ИДЕАЛИСТИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ НАЧАЛА XX ВЕКА Короткая Т.П.
  11. §10. Поиск аподиктических основ в феномене жизни (Эдмунд Гуссерль)
  12. § 45 б Проблема начала у Гуссерля. Начало и редукция Акт перехода от «наивной веры в реальность окружающего мира» к «феноменологическому созерцанию»
  13. В ФЕНОМЕНОЛОГИЯ ДУХА
  14. 6.3. Феноменология и фундаментальная онтология
  15. ФЕНОМЕНОЛОГИЯ ПАРАПСИХИЧЕСКИХ ЯВЛЕНИЙ
  16. § 49 Феноменология, язык и герменевтика