<<
>>

ПЕРЕВОДЫ, КОММЕНТАРИИ В.! Л.А.-САЛОМЕ: ПСИХОАНАЛИТИК И... ИССЛЕДОВАТЕЛЬ РУССКОЙ ФИЛОСОФИИ. "КОРОЛЕВСКИЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ" А .ЦВЕТАЕВОЙ

ПЕРЕВОДЫ, КОММЕНТАРИИ.

1897 г. в XXI томе энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона была помещена большая статья "Ницшепринадлежащая З.Венгеровой. Творчество немецкого писателя в конце девятнадцатого века в России только что стало предметом обсуждения.

О смысле и ценности его творчества уже высказались В.С.Соловьев, В.П.Преображенский, Л.МЛопатин, НЛ.Грот, Д.Н.Цертелев, В.Чуйко и др. Подытожив первые впечатления русских мыслителей от прочтения афоризмов сошедшего с ума философа, З.Венгерова добавила от себя, что "не будучи теоретиком в философии, а

t

скорее сильным художником мысли, Ницше создал миросозерцание, соответствующее некоторым сторонам современного искусства; в его учении получили яркое выражение индивидуализм, эстетизм, жажда личной свобода" (С.206).

Некоторые из сочинений Фр.Ницше в России перево- дили сестры А.Е. и Е.К.Герцык. Аделаида Казимировна Герцык переводила стихотворения из "Помрачения кумиров" (1), а Евгения Казимировна Герцык, окончившая в 1905 г. историко- филологическое отделение Высших женских курсов В.И.Герье в Москве, переводила "Помрачение кумиров", "Утренняя заря. Размышления о нравственных понятиях" (М., 1901), 'Несвоевременные размышления" (М., 1905). Для "Собрания сочинений" (М., 1900) Е.Соколова переводила "Человек, как он есть" (Т.6), а А.А.Заболоцкая - "Странник и сю тень" (Т.7). Для другого издания Е.Соколова переводила "По ту сторону добра и зла" (1907). В.А.Флерова является переводчиком книги "Антихристианин. Опыт критики христианства" (СПб., 1907).

В.Н.Половцова, уже знакомая нам по переводу трактата Спинозы и по разработке методологии изучения его іворчества, является также автором статьи "По поводу автобиографии Фр.Ницше" (2). Статья является откликом на выход в Германии книги Фр.Ницше "Ессе homo". Эта книга, полагает Половцова, как и все другие произведения Ницше, заключает в себе "богатый источник глубокого психического самоанализа, в котором всякий философ-психолог найдет для себя редкие ценности, и всякий живой человек встретит иопросы, побуждающие его к серьезному размышлению" ( Гам же, С.503).

Касаясь интересующей всех обывателей и многих специалистов болезни Ницше, выясняя влияние болезни на творчество вообще, Половцова пишет: "Не все ли равно, насколько человек здоров или болен, если в его произведении... нашли и находят гораздо более глубокое и ценное содержание", чем во многих произведениях лиц здоровых (Там же, С.519).

ЛУ АНДРЕАС САЛОМЕ: ПСИХОАНАЛИТИК И... ИССЛЕДОВАТЕЛЬ РУССКОЙ ФИЛОСОФИИ Ницше писала и хорошо известная теперь российско

му читателю психоаналитик Лу Андреас-Саломе (1861-

1937) - "Фридрих Ницше в своих произведениях" (Перевод З.Венгеровой был опубликован в "Северном вестнике". 1896, N3-5). С Ницше Лу Андреас-Саломе познакомилась в Риме, в 1882 г., и он тогда читал ей свою 'Ъеселую науку".

В 1898 г. Лу Андреас-Саломе опубликовала на немецком языке в журнале "Die Zeit" статью "Русская философия и семитский дух" которую вследствие ее труднодоступное™ и несомненного интереса для занимающихся историей русской философии следует изложить как можно более подробно (3).

Тот, кто живет в России, начинает свою статью Лу Андреас-Саломе, и следит за сегодняшним культурным движением, будет поражен тем, как русский человек стремится всеми силами к полному развитию в религиозном и философском отношении. Религия, в лоне которой вызревают многие культурные достижения, уже давно придала русскому искусству, поэзии и народной жизни национальное выражение. Однако возвышение от наивной религиозной метафизики к философскому просветлению духа далось русским с большим трудом, и все их попытки в этом отношении оста лись лишь подражанием чужим образцам - преимущественно немецкой философии времен Шеллинга, Гегеля и др. Однако немецкий философский дух пока что мало пригоден для того, чтобы оказать плодотворное влиянию на русских, потому что абстрактный анализ понятий, направленность на чис тые, теоретико-познавательные вопросы предполагает более старую, более дифференцированную культуру, чем русская.

Далее Лу Андреас-Саломе касается современного со стояния академической философии в России. Консультантом в этом вопросе для нее был А.Л.Волынский (4), с которым она беседовала на эту тему во время своего последнего про бывания в России.

Особо отмечаюся ею прежде всего три "университетских профессора" - А.А.Козлов, Н.Я.Грот и В.С.Соловьев (5).

Козлов, старейший среди них, диалектически одаренный, начал свое философское поприще в качестве комментатора Эдуарда фон Гартмана, затем стал позитивистом и закончил убежденным спиритуалистом и лейбнициан- цем, и в течение многих лет вел полемику против распространяющегося в науке позитивизма и неокантианства. О нем, как и о его коллегах, можно сказать, полагает автор, что его философия ограничена тем, что он хорошо усвоил у того или другого великого философа современности или прошлого. Профессор Грот, самый молодой, председатель Московского Психологического общества и редактор изда- и а ем ого этим обществом журнала "Вопросы философии и психологии", вначале был позитивистом, но затем эволюционировал в метафизика. Самым популярным однако является Владимир Соловьев, олицетворяющий "византийское начало Руси". Его одаренность проявилась преимущественно h геологической сфере, но в целом же взгляды Соловьева неопределенны, поскольку он, как философ, "приносит жертвы на многие алтари". Одно время его деятельность зависела от Канта и Шопенгауэра, затем последовало увлечение мистицизмом и, наконец, он "удовлетворился трезвым морализмом". Среди трех философских светил, пишет далее Ну Андреас-Саломе, сияют и несколько маленьких звездочек: и Петербурге читает лекции в неокантианском направлении проф. А-р.И.Введенский; в Москве заметны Л.М.Лопатин и Г.В.Трубецкой, в своих построениях лишь незначительно "маркирующие" Соловьева, в Одессе ученик Вундта Н.П.Ланге. Упоминает она также философов М.И.Каринского, Э.Л.Раддова, Е.Де-Роберти, В.Лесевича и Г.И.Челпанова.

Произведения всех этих философов, по мнению автора (не стоит забывать - со слов Волынского), представляют ^ собой всего лишь компилятивные или эклектически-" н логические изделия", с помощью которых не может быть прогресса русской философии. Россия благодаря своему культурному развитию пока что по-прежнему нуждается в

философском воспитании, с помощью которого и возможно показать русскому народу его божество полнее и глубже, чем это удавалось ему до сих пор.

И есть народ, который с гениальностью развил в себе талант абстрактного познания божества - евреи. Как философские учителя, считает автор, евреи могли бы оказать в России более плодотворное и полезное влияние, чем в какой-либо иной области, поскольку "семитское понимание является существенно талмудическим и занято охотнее всего последними философскими и теологическими проблемами". Русский дух "наивно увлечен" всем конкретным, обладает глубокой художественной способностью образного представления. Еврей же видит "телескопически" там, где русский "смотрит через микроскоп", а потому он проницателен до определенной степени, поскольку близлежащее для него исчезает, прекрасное отдельного меркнет. Но в этом различии обе расы в своем взгляде на вещи имеют все же точки соприкосновения. Смотря на мир через различные стекла, они тем не менее видят свой предмет, они "берут его с истинным энтузиазмом, смотрят на него упоенными любовью глазами", в то время как немецкий разум "хватает его понятийными щипцами". А потому, заключает свою статью Jly Андреас-Саломе, русские и евреи должны ко взаимной выгоде сблизиться еще более и достигнуть этого можно в кратчайшее время - нужно только, чтобы философские кафедры в университетах России предоставили евреям возможность свободной конкуренции.

<< | >>
Источник: Василий Ванчугов. Женщины в философии. Из истории философии в России конца М., РИЦ ПИЛИГРИМ, - 304 с.XIX-нач. XXвв. 1996

Еще по теме ПЕРЕВОДЫ, КОММЕНТАРИИ В.! Л.А.-САЛОМЕ: ПСИХОАНАЛИТИК И... ИССЛЕДОВАТЕЛЬ РУССКОЙ ФИЛОСОФИИ. "КОРОЛЕВСКИЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ" А .ЦВЕТАЕВОЙ:

  1. ПОЯСНИТЕЛЬНЫЙ СЛОВАРЬ
  2. Теория литературной эволюции
  3. КАТАЛОГ ИЗДАНИЙ
  4. 5. строение слова
  5. ЖИЗНЬ И СУДЬБА
  6. ДВА ТРАКТАТА О ПРАВЛЕНИИ
  7. § 2. Метафизика имяславия в творчестве А.Ф. Лосева: античные и исихастские истоки
  8. О переводе Словаря Лапланша и Понталиса
  9. § 1. Рефлексия и перевод: исторический опыт и современные проблемы этом разделе будут рассмотрены три группы вопросов — о классической и современных формах рефлексии, о переводе как рефлексивной процедуре и, наконец, о формировании в культуре рефлексивной установки, связанной с выработкой концептуального языка. В Рефлексия «классическая» и «неклассическая»
  10. Культура и перевод: от спонтанного к рефлексивному