<<
>>

Последние годы единого каганата

Кадыр-хан скончался, согласно данным Джамала ал-Карши, 1 мухаррама 424 г.х., по сведениям же Ибн ал-Асира и «Маджма ат-таварих» — в 423/1031-32 г., причем последнюю дату, как доказал Р.Фасмер [1930, с.

94-95], подтверждают монеты. По свидетельствам рукописных источников, старший сын Кадыр-хана, Сулай-ман, принял титул Арслан-хан и занял отцовский престол; он довольствовался верховной властью и владел Кашгаром, Хотаном и Баласагуном [Байхаки, 1969, с. 644; МИКК, с. 59-60]. Как показывает кашгарский фале 422 г.х., на самом деле он стал Арслан-ханом еще при жизни отца, очевидно, в 418 г.х. Судя по дошедшим до нас дирхамам, битым при Арслан-хане в Куз Орду и Кашгаре, он никому не передавал свои непосредственные владения. Его кашгарских монет известно больше; это связано с тем, что и теперь местопребыванием великого кагана оставался Кашгар, куда газнавидские [184] посольства отправлялись как при Сулаймане, так и при его отце [Байхаки, 1969, с. 302, 644].

По словам Байхаки, Арслан-хан, когда «сделался ханом Туркестана», присвоил своему брату титул Бугра-хан [Байхаки, 1969, с. 644]. Из этого можно было бы заключить, что Мухаммад стал Бугра-ханом сразу же после смерти отца; именно так понял это место В.В.Бартольд [1963в, с. 44; 19646, с. 507], которому следовали и все позднейшие специалисты. Между тем на монетах 424-425 гг.х. Мухаммад упомянут точно так же, как до того, титул же Бугра-хан он стал помещать на монетах с 426 г.х., т.е. после кончины 'Али 6. Хасана, который на монетах 423-426/1031-35 гг. назван Табгач Бугра кара-хаканом. Совершенно очевидно, что в эти годы младшим каганом был 'Али б. Хасан, тогда как Мухаммад б. Йусуф носил титул Бугра-шиг. Третьим каганом стал Кадыр-хан II, т.е. Сулайман б. Харун, брат Кадыр-хана I, владетель Ферганы, известный только по монетам

Итак, верховная власть перешла не к брату покойного великого кагана, а к его сыну, в государстве же оказалось сразу три хана. Налицо серьезное нарушение традиционной системы власти. Насколько позволяют судить имеющиеся данные, представители старшего поколения правящего дома примирились с этим нарушением, с тем, что великим каганом был провозглашен не 'Али, как следовало, а его племянник. Вероятно, такое распределение власти в какой-то мере устраивало старших «Хасанидов». Ведь в их руках сохранились прежние владения, статус заметно повысился, а степень самостоятельности, очевидно, существенно возросла. Это выразилось, в частности, в том, что на дирхамах с упоминанием Сулаймана б. Харуна и Али верховный государь никак не назван.

Пока не вполне ясно, когда закончилось правление Кадыр-хана Сулаймана в Фергане. Его поздняя бесспорная монетная дата — 429 г.х., на одном из узгендских дирхамов 430 г.х. фигурирует, кажется, он же. С 429 г.х. вновь начинается ферганский чекан Тонга-хана, т.е. его брата Мухаммада б. Хасана. Если на дирхамах Узгенда 430 г.х. действительно назван Кадыр-хан, то это может означать, что он был жив еще в этом году, а в 429-430 гг.х. между братьями шла борьба за Фергану: в 429 г.х. Тонга-хан владел Ахсикатом, в 430 г.х. к нему перешла (после смерти или гибели Кадыр- [185]хана?) ферганская столица — Узгенд. Гораздо правдоподобнее видеть здесь совмещение разновременных штемпелей.

Итак, царствование Кадыр-хана Сулаймана продолжалось до 429/103738 г., когда его сменил Тонга/Тоган-хан Мухаммад 6. Хасан.

Самостоятельный чекан Мухаммада в Узгенде свидетельствует, очевидно, не о полной его независимости и даже не о претензиях на нее, а о весьма значительной самостоятельности и попытках присвоить большой объем прав.

Тем самым были, вероятно, затронуты интересы Кадыр-хана Сулаймана б. Харуна, еще при жизни Йусуфа б. Харуна получившего права на Фергану. И, надо думать, не случайно после 425 г.х. титулатура Мухаммада б. Насра на несколько лет исчезла из надписей монет ферганских городов, сменившись упоминанием Кадыр-хана II. М.Н. Федоров [1990, с. 14] утверждает, будто Мухаммад чеканил монету в Узгенде до 428 г.х., но это недоразумение: никто, кроме Кадыр-хана, на узгендских монетах 426-429 гг.х. не назван. Из «Истории Мас'уда» точно известно, что в 429 г.х. в Узгенде сидел 'Айн ад-давла [Байхаки, 1969, с. 669, 682], т.е. Мухаммад б. Наср, хотя на узгендских монетах 426-433 гг.х. он вообще не фигурирует. Вероятно, это надо понимать в том смысле, что в 425 г.х., когда в Узгенде начался выпуск монет Кадыр-хана II, Мухаммад за чрезмерную самостоятельность был лишен весьма значительной доли прав, включая право помещать на монетах свое имя или титулатуру, но определенные позиции в Фергане (и даже в столице области) сохранил. Судя по фалсам Усрушаны 423 г.х., этой областью владел 'Али б. Хасан. Как показывает худжандский фале с плохо сохранившейся датой и упоминанием 'Али, между 423-426/1031-34 гг. Мухаммад потерял Худжанд.

Сын Мухаммада б. Насра, Аббас, оставался владетелем северной Ферганы, где чеканил монету в Ахсикате (426-428, 430-433 гг.х.) и Касане (427, 429-434 гг.х.), Судя по Варухской надписи 433 г.х., какое-то время его власть распространялась также на Ис-фару, т.е. часть южной Ферганы [Литвинский, с. 114-119; Кочнев, 1979а, с. 120-122]. На монетах 426-428 гг.х. он упоминал Кадыр- хана, на более поздних его монетах сюзерен не назван. Вероятно, при Тонга-хане Мухаммаде б. Хасане степень самостоятельности 'Аббаса возросла. [186]

В центральном Мавара'аннахре продолжалось царствование 'Али б. Хасана, чьи владения существенно увеличились за счет Усрушаны и Худжанда. Вероятно, он продвинул границы своего удела до Ферганы, воспользовавшись смертью Кадыр-хана Йусуфа. В.В. Бартольд [1964а, с. 491] называет столицами 'Али-тегина Самарканд и Бухару. Рукописные источники, прежде всего «История Мас'уда», действительно дают основания для такого вывода. Между тем на большинстве бухарских монет 417-426/ 1026-35 гг., помимо самого 'Али, фигурирует также его старший сын Йусуф, непосредственный владетель Бухары, тогда как на монетах Самарканда упомянут только 'Али б. Хасан. Следовательно, его официальной столицей считался именно Самарканд.

Отношения 'Али 6. Хасана с Газнавидами оставались сложными и после того, как в 421/1030 г. Махмуда сменил его сын Мас'-уд. В 423/1032 г. последний поручил войну с 'Али-тегином своему вассалу, хорезмшаху Алтунташу, отправив ему вспомогательный отряд. Сражение, в котором на стороне 'Али-тегина участвовали Сельджукиды, состоялось близ Дабусийи, было очень кровопролитным, но не принесло решающего успеха ни одной из сторон. Хорезмшах был смертельно ранен, однако его опыт и самообладание, плюс тактическое искусство его вазира позволили организовать отступление и избежать разгрома [Бартольд, 1963а, с. 357-358; Байхаки, 1969, с. 432-444]. Из подробного рассказа Байхаки совершенно очевидно, что рать Алтунташа была очень сильно потрепана, а в одном месте он прямо говорит о «жестоком поражении» «наших паксуваров» [Байхаки, 1969, с. 440]. В другом же месте он утверждает, будто «'Али-тегин потерпел поражение» [Байхаки, 1969, с. 418]. В последнем случае отразилась, очевидно, официальная газнавидская версия событий.

О караханидской точке зрения на те же события дают представление монетные надписи. Как нам удалось установить, Дабу-сийа на монетах 423-428 гг.х. названа Кутлуг Орду (букв, «счастливая ставка»). Думается, присвоение Дабусийе такого «звания» могло иметь место в том случае, если караханидская сторона рассматривала дабусийскую битву 423 г.х. как свой несомненный и большой успех. И для этого у 'Али б. Хасана, особенно когда стало известно об истинных причинах отступления противника, т.е. [187] гибели предводителя вражеской армии, было больше оснований, чем у Газнавидов: враги отступили, не добившись своей основной цели — изгнания 'Али-тегина из Мавара'аннахра, тогда как 'Али, заставив их отступить, сохранил все свои владения [Кочнев, 1990, с. 207-209].

На дирхаме, битом в Кутлуг Орду ад-Дабусийе в 424 г.х., на об.ст. упомянут Исма'ил б. Махмуд, на л.ст. — 'Али б. Хасан. Судя по этой монете, Али пожаловал часть долины Зарафшана в районе Дабусийи некоему Исма'илу, получившему при этом значительные права и привилегии, в том числе престижное право помещать свое имя на монетах, причем на почетном месте — сразу после халифа. Из прочих вассалов Али б. Хасана на монетах фигурируют только его сын Йусуф и Сельджукиды. Но среди тогдашних Караханидов и Сельджукидов не известны носители имен Исма'ил и Махмуд, так что Исма'ил б. Махмуд не мог происходить ни из той, ни из другой династии. Его отцом не мог быть и Махмуд Газнави, чьи сыновья носили совсем другие имена. Ис-ма'илом звали сына хорезмшаха Алтунташа, чьим мусульманским именем, которое рукописные источники не сообщают, могло быть имя Махмуд. Казалось бы, трудно и представить, чтобы сын хорезмшаха, потерявшего жизнь в войне с Али-тегином, мог принять от последнего пожалование уже на следующий год после гибели отца. Однако это обстоятельство не помешало Харуну, старшему сыну и преемнику Алтунташа, в 425/1034 г. заключить союз с Али [Бартольд, 1963а, с. 359]. Итак, не исключено, что Исма'ил б. Махмуд — это Исма'ил Хандан, сын Алтунташа, в том же году сменивший брата на хорезмском престоле. Если это так, то, судя по обсуждаемому дирхаму, компромисс между Али-тегином и потомством Алтунташа был достигнут еще в 424 г.х., и мирные отношения между сторонами были закреплены пожалованием Исма'илу Хандану района Дабусийи. Разумеется, это не означало, что Исма'ил должен был непременно сидеть в Дабусийе; оставаясь в Хорезме, он мог получить право на часть доходов с объекта пожалования.

По Байхаки [1969, с. 548, 570], в середине раби' I 426 г.х. (конец января 1035 г.) до Нишапура дошел слух о смерти Али-тегина, вскоре вполне подтвердившийся. Тот же автор уверяет, будто лишь [188] после его кончины Сельджукиды покинули Мавара'аннахр и переселились в Хорезм, где в зу-л- хиджжа 425 / октябре 1034 г. подверглись нападению владетеля Джанда [Байхаки, 1969, с. 825]. Из этого В.В. Бартольд [1963а,с. 361] заключил, что Али умер летом или осенью 425/1034 г. Между тем от Али дошли монеты, битые в 426 г.х. в Бухаре (два типа), Самарканде (два типа) и Хутлуг Орду. Поскольку невозможно предположить совмещение разновременных штемпелей во всех этих случаях, приходится признать некоторые хронологические указания Байхаки ошибочными, а смерть Али б. Хасана отнести к началу 426 / рубежу 1034-35 гг.

Власть в Мавара'аннахре перешла к его старшему сыну, которого Байхаки [1969, с. 622] называет илигом. Как показывают монеты 426-433 гг.х., Йусуф б. Али, прежде титуловавшийся Арслан-тегином, теперь действительно стал Арслан-илигом. В рассказах Байхаки преемник Али- тегина предстает суверенным государем, с которым Газнавиды поддерживают дипломатические отношения так же, как с ханами. Суверенитет Йусуфа проявлялся также в совершенно самостоятельной (без упоминания сюзерена) монетной чеканке, как медной, так и серебряной. В то же время Йусуф б. Али, будучи илигом, занимал лишь четвертое место в официальной караханидской иерархии — после Арслан-хана, Бугра-хана и Кадыр-хана II, а затем Тонга-хана.

Соправителем Йусуфа был его брат, которого Байхаки неоднократно упоминает, но не называет ни по имени, ни по титулу. М.Н. Федоров [1974, с. 176] предположил, что фигурирующий на дирхамах 443 г.х. Харун б. Али — сын Али-тегина. Это вполне вероятно. Добавим лишь, что помещенная на некоторых монетах кунья Али б. Хасана Абу-л-Хасан, как представляется, указывает на второе возможное имя его сына Хасан — такое же, как у деда.

Монеты Йусуфа образуют две группы. На одних назван только он (Бухара 426-428, 430-433 гг.х., Самарканд, 427-429 гг.х.), на других — только Тоган/Тонга-хан Мухаммад б. ал-Хасан (Бухара и Самарканд 429-430 гг.х.). Казалось бы, это прямое свидетельство того, что в 429-430/1037-39 гг. последний отобрал у своих племянников центральный Мавара'аннахр или, по крайней мере, долину Зарафшана. Правда, рассказывая о событиях, происходивших в Мавара'аннахре в 429-430 гг.х., Байхаки упоминает [189] только сыновей Али-тегина и ничего не говорит о Тоган-хане, хотя такой государь ему был известен. Сам по себе факт умолчания как будто не опровергает такого истолкования монет 429-430 гг.х.: всё же газнавидский историк писал летопись государства Газнавидов, а не Караханидов, и вовсе не обязан был освещать всё происходящее у соседей. Всё это так. В то же время из «Истории Мас'уда» совершенно очевидно, что газнавидское правительство самым пристальным образом следило за всеми событиями в Ма-вара'аннахре и даже держало там осведомителей. Это и понятно: от тамошней ситуации во многом зависела обстановка на северных рубежах державы Газнавидов и спокойствие пограничных ее областей. И представляется очень мало вероятным, чтобы утрата власти (даже временная) сыновьями Али-тегина, «неопытными юнцами», так раздражавшими Газнавидов, осталась бы не замеченной газнавидским правительством и не зафиксированной газнавидским летописцем. Уж скорее следует предположить, что Йусуф б. 'Али по каким-то причинам был вынужден или счел выгодным признать своим непосредственным сюзереном Мухамма-да б. Хасана, родного брата и союзника (в 415-418 гг.х.) его отца, причем в этой двухступенчатой иерархии одни монеты отразили верхнюю ступень, другие — нижнюю.

Итак, ситуация, сложившаяся в каганате в 430/1038-39 г., выглядит следующим образом. Арслан-хану Сулайману принадлежали Восточный Туркестан и Семиречье, его брату Бугра-хану Мухаммаду — Тараз, Испиджаб и Шаш (с Илаком), их дяде Тоган-хану Мухаммаду б. Хасану — Фергана, а его сюзеренитет признавался в центральном Мавара'аннахре, чьим владетелем фактически был его племянник Йусуф б. Али Арслан-илиг, занимавший четвертое место в официальной иерархии. Таким образом, весь каганат был разделен между четырьмя «Хасанидами». Другая ветвь правящей династии, «Алиды», представлена Мухаммадом б. Насром и его сыном Аббасом. Официальный статус этих удельных князей был невысок, но они сохраняли свои позиции в Фергане. Наконец, именно теперь на политической (и нумизматической) арене вновь, после долгого перерыва, появился брат Мухаммада 6. Насра Ибрахим. Событие это повлекло весьма серьезные последствия, явившиеся важным рубежом в истории каганата. [190]

<< | >>
Источник: Кочнев Борис Дмитриевич. Нумизматическая история Караханидского каганата (991-1209 гг.). Часть I. Источниковедческое исследование / Ответ. редактор В. Н. Настич —344с.. 2006

Еще по теме Последние годы единого каганата:

  1.    Последние годы правления Василия Темного
  2. 3. Внутренняя политика СССР в последние годы жизни И.В. Сталина
  3. 4. Национальная политика. Положение в республиках СССР в последние годы жизни И.В. Сталина
  4. Философия Гегеля есть последнее прибежище, последняя рациональная опора теологии.
  5. Единый Караханидский каганат «'АЛИДЫ»
  6. Глава 5 ТИПОЛОГИЯ ЕДИНОГО МЕТОДА ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
  7. 1 Образование единого Китайского царства
  8. ЕДИНОГО ПРОСТРАНСТВА БОЛЬШЕ НЕТ
  9. § 2. СТРУКТУРА ЕДИНОГО ПРЕДМЕТА ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
  10. В.А.Аграновский. Ради единого слова. Журналист о журналистике, 1978
  11. Глава 9. «ОТ РУСИ К РОССИИ». ОБРАЗОВАНИЕ ЕДИНОГО ГОСУДАРСТВА
  12. Восточный каганат в XII - начале XIII в.
  13. ГЛАВА 5 ПРОБЛЕМЫ СОЦИАЛЬНОЙ ИСТОРИИ КАРАХАНИДСКОГО КАГАНАТА И НУМИЗМАТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ
  14. «Русский каганат»