<<
>>

Используйте хорошие объяснения

Третий прием - объяснение - так же, как и два предыдущих, зависит от уровня подготовленности читателя. Например, если вы объясняете неспециалисту суть какого-то процесса, то вам нужно привести общие сведения о принципах его функционирования и изложить их последовательность.
Существуют определенные стилистические приемы, которые вам в этом помогут. Один из них - аналогия. Аналогия позволяет читателю зрительно представить себе идею, концепцию или предмет. Классическая аналогия из области науки - это радиоволны, распространение которых подобно распространению кругов от брошенного в воду камушка. Аналогии и другие сравнения срабатывают потому, что автор берет примеры из жизни читателя и использует их, чтобы помочь ему представить более сложное явление. Умение создать яркий, зрительный образ - важный элемент журналистского мастерства. Один журналист, желая дать представление читателю, как разлитая нефть оседает на песчаном дне океана, написал, что слой нефти покрыл песчаное дно, как шоколадный сироп покрывает ванильное мороженое. В ноябре 1997 года, в преддверии международной конференции в Киото, на которой должна была обсуждаться проблема глобального потепления климата, британский журнал “Экономист” опубликовал статью под названием “Время холодных рассуждений”. В начале статьи автор знакомит читателей с разногласиями, существующими в научном мире по поводу того, насколько реальна угроза глобального потепления, и вызвано ли оно техногенными факторами. Из-за этой неопределенности мировому сообществу нелегко договориться о мерах по сокращению эмиссий углекислого газа, вызывающего парниковый эффект. Эти меры могут больно ударить по экономике некоторых стран, и последние не уверены в том, что стоит идти на жертвы, если угроза еще окончательно не доказана. Чтобы приблизить проблему к житейскому опыту читателей, журналистка использует аналогию со страховым бизнесом: “Так как же следует реагировать на вероятную, но пока недоказанную угрозу? Некоторые убеждены (или, по крайней мере, делают вид, что убеждены) в том, что, учитывая хаос в ученом мире, наилучшим способом действия является бездействие.
Если вы не уверены в том, что что-то сломалось, то лучше не пытаться его чинить. Но это, наверно, глупо. Мало кто из домовладельцев рассчитывает, что в один прекрасный день его жилище сгорит (хотя некоторые дома все-таки сгорают). Тем не менее, это не мешает страховым компаниям получать неплохие доходы со страховых взносов. Вопрос, наверное, в другом: насколько крупным должен быть страховой взнос, и когда следует его заплатить?” В известной книге “Душа новой машины” автор Трейси Киддер объясняет принцип работы компьютера, используя аналогию с телефонными номерами. “Компьютерные инженеры называют единицу информации битом. Один бит не может нести в себе много информации. У него существует только два возможных значения (1 или 0), поэтому один бит может обозначать не более двух вещей. Однако расположите много битов в ряд, и число вещей, которые они будут представлять, возрастет геометрически. В качестве аналогии можно привести телефонные номера. Если в вашем номере только четыре цифры, то телефонная компания сможет снабдить телефонными номерами только население маленького города. Но что, если компания хочет снабдить номерами огромный регион? Увеличивая число цифр до семи, Мама Белл (обиходное название компании Белл Телефон Кампани. К настоящему времени компания распалась на несколько более мелких фирм) может создать огромное количество номеров, так, что каждый человек в Нью-Йорке или штате Монтана будет иметь свой телефон”. Эти аналогии довольно удачно выполняют свою функцию, потому что они емки по содержанию и удачно используют для иллюстрации знакомые нам предметы и явления. Аналогии создают в нашем сознании образы, которые помогают понять сложную информацию. Существует еще несколько стилистических приемов, которые вы можете взять на вооружение. Они помогут объяснить и оживить вашу статью. Уоррен Беркет в книге “Работа над новостью: наука, медицина и высокие технологии” приводит несколько таких приемов: воспроизведение сцены события, реальные истории, метафоры и сравнения.
Воспроизведение сцены события авторы используют для того, чтобы вовлечь аудиторию в повествование. Это также поможет вам объяснить природу происхождения экологической проблемы. Посмотрите, как иностранный корреспондент, который прибыл в Бхопал через тридцать часов после аварии на химическом заводе, описал состояние отравленного газом города. “На заводе мертвые тела все еще лежали на земле. Их подбирали и складывали в стоявшие грузовики. Везде, куда не посмотришь, людей, мучавшихся от жестокого кашля, рвало. Все магазины в городе были закрыты, и на каждой улице в сточных канавах лежали люди. Они были мертвы, и скрюченные агонией позы делали их похожими на подстреленных птиц. Между трупами бродили настоящие птицы - стервятники. Когда стервятники отлетали в сторону, их место занимали собаки, разрывая человеческую плоть на части. Спасением мертвых от хищников занимались вооруженные винтовками солдаты. Им помогали местные жители, вооруженные длинными палками. Маленькие дети с загнанными, бегающими, воспаленными глазами куда-то бежали, явно не зная куда”. (“The State of India’s Environment”, 1984-85 г., pp. 209-211) Сцена производит гнетущее впечатление, и у читателя создается ощущение того, что он сам стал свидетелем этой картины. Обратите внимание, как метко выбранные причастия - “рвущие”, “мучимые” и “скрюченные” - усиливают это впечатление. Что касается маленьких реальных историй внутри вашего повествования, то Беркет считает, что они помогают проиллюстрировать ту или иную мысль в вашей статье, а также могут служить лидом (введением). Азербайджанская журналистка Нигяр Меджидова использовала этот прием в своей статье “Дыры ждут своих жертв”, опубликованной в бакинской газете “Зеркало”. Речь в статье идет о коррозии, и начинается она с рассказа о реальном событии: “Это происшествие я наблюдала собственными глазами. Автомобиль ехал по проспекту Нобеля. И вдруг мы с водителем почувствовали, что машина проваливается. Услышали грохот, обернулись назад и увидели повисшие в воздухе задние колеса следовавшей за нами машины, которая буквально в считанные секунды исчезла из виду.
Затормозив, подбежали к месту происшествия. Огромные куски асфальта дыбились и раскалывались у нас на глазах, словно лед. Из глубины дыры вырывался пар. Провалившаяся машина с шестью пассажирами оказалась в этом “котле”. Позже стало известно, что тела людей фактически сварились в этом паре, и никому из них выжить не удалось. Позже у специалистов мы узнали, что разлом произошел в результате того, что в проходящей под землей отопительной трубе в результате коррозии образовались дыры, и под асфальтом скапливались трещины, откуда с огромной силой пробивался пар, Наконец, асфальт, не выдержав давления, раскололся”. Использовав в качестве лида реальное трагическое происшествие, свидельницей которого была она сама, журналистка привлекла внимание читателей к теме коррозии. После такого вступления читатель наверняка заинтересовался мнениями специалистов, которые были приведены ниже в той же статье. А вот еще одна реальная история, которая произошла во время поездки автора этой книги в Сингапур. Сингапурский Департамент окружающей среды принял решение обязать уличных торговцев использовать одноразовую посуду с целью улучшения санитарии. Однако это решение подверглось нападкам со стороны других экологических организаций, так как оно одновременно порождало проблему мусора в городе. Эту историю можно использовать, во-первых, как неплохую иллюстрацию того, что и экологи не всегда едины во мнении, что хорошо и что плохо для окружающей среды, а во-вторых, чтобы показать, что решение одной проблемы может привести к возникновению другой. Метафора, сравнение и аналогия схожи по своим функциям. Метафору используют тогда, когда хотят описать событие, опыт или мысль, но иным способом. Беркет делает различие между метафорой и аналогией следующим образом: метафора скорее подразумевает, чем приводит точное сравнение. Он приводит в пример “храм науки”: эта изначально удачная, но, к сожалению, уже превратившаяся в штамп метафора вызывает в сознании картину построенного из кирпичиков научных знаний здания, устремленного в небо.
Писатель Лестер Браун, чтобы объяснить, насколько стремительно растет население планеты, использовал в качестве метафоры пруд с лилиями, у которых количество листьев ежедневно удваивается. Прекрасным примером активного использования метафор для популярного объяснения экологической теории может служить книга английского ученого, философа и изобретателя Джеймса Лавлока “Гея: практическое руководство по планетарной медицине”. Джеймс Лавлок выдвигает в ней гипотезу о том, что Земля - это живой организм, частично способный к самоисцелению. Вот выдержка из авторского вступления в книгу, представляющая собой развернутую метафору. “Мысль о том, что планета может оказаться в приемной у врача, может показаться довольно странной. Из нее, во-первых, следует, что планета - в данном случае Земля - способна заболеть, а это значит, что она в определенном смысле живая. Ну, а во-вторых, если предположить, что это так, то должен существовать доктор со знаниями и опытом врачевания планетарных недугов, который мог бы дать ей квалифицированный совет. Быть может, вам легче будет представить себе планету на этом гипотетическом медосмотре, если вы вспомните ваш последний приступ ипохондрии (болезненной мнительности), когда вы решили, что стали жертвой какой-то смертельной, но романтической болезни. Обычно такие приступы случаются после прочтения статьи в медицинском журнале: вдруг вам начинает казаться, что ваше мелкое недомогание точь-в-точь совпадает с описанными в статье симптомами. Нечто подобное коллективному приступу ипохондрии испытывают сейчас общества в наиболее благополучных странах мира. Разница состоит в том, что эта мнительность относится не к здоровью отдельных личностей, а к состоянию планеты в целом. Роль статьи из медицинского журнала в этом случае выполняет все нарастающая лавина мрачных экологических прогнозов. Из них мы узнаем о всевозможных планетарных недугах - от простуды, вызванной ядерной зимой и “парниковой” лихорадки до несварения от кислотных дождей и озоновых язв.
Все эти проблемы реально существуют. Но, как и в случае с ипохондрией, мы не знаем, являются ли эти симптомы предвестниками грядущих катастроф - или всего лишь безобидными болезнями роста. Умные ипохондрики идут со своими тревогами не к биохимику или специалисту по молекулярной биологии, а к врачу-терапевту. Хороший врач знает, что пациент, напуганный мнимой болезнью, часто не подозревает, что ему грозит реальный серьезный недуг. Может, наша мнительность по поводу состояния экологического здоровья планеты точно так же мешает разглядеть то, что действительно грозит ее существованию? К кому идти за советом? Точно так же, как микробиологу трудно порекомендовать средство от обыкновенной простуды, ученым-специалистам в узких областях, таких, как климатология или геохимия, трудно поставить правильный диагноз здоровью планеты. Стоит ли в таком случае идти к ним на прием? Возможно вам покажется, что у нас нет выбора - ведь общепланетарной медицины пока не существует. В таком случае, как нам ее создать, и какими она будет пользоваться методами и инструментами? И какая будет у нее научная основа? Если использовать аналогию с историей медицины, то планетарная медицина скорее всего вырастет из догадок и эмпирического опыта, из практических решений неотложных проблем, из здравого смысла и соблюдения правил бытовой гигиены. А ее научной основой станет физиология, системная наука о живых организмах - или, точнее, геофизиология, системная наука о Земле”. Сравнение можно узнать по словам “как”, “подобно” и так далее. Сравнения обычно коротки и компактны. Вот два примера из той же книги Джеймса Лавлока: “Подобно оперению птицы или меховой шубке кошки, атмосфера удерживает тепло у поверхности Земли. Точно так же, как кожа и мех, она защищает живые организмы от губительного воздействия солнечной радиации”. “Биологи, подобно теннисистам, хорошо умеют играть в игру с живыми организмами. Но, как и теннисисты, они не могут ни понять, ни объяснить, почему это у них так хорошо получается” Границы между сравнением и аналогией часто размыты. Возможно, вам покажется, что последние два примера ближе к последней. Но в данном случае это не важно. Важно то, что вы пытаетесь помочь читателю понять техническую информацию, и стилистические приемы могут вам в этом помочь. Еще один совет, который дает Беркет, относится к цифрам. Хотя ученые и обожают цифры, журналистам не следует ими злоупотреблять, особенно в радиопрограммах, где у аудитории нет никакой зрительной опоры. Если вы хотите дать читателям представление о размерах чего-либо, то лучше делать это в сравнении со знакомыми мерками, такими как расстояние между двумя ориентирами, скорость, стопки монет, зернышки пшеницы или риса. Ваше фраза о том, что полоса побережья, находящаяся в опасности, в четыре раза больше, чем близлежащий город, даст хорошую точку отсчета, и ваша аудитория сможет оценить масштаб кризиса.
<< | >>
Источник: Шарон М. Фридман Кеннет А. Фридман. Пособие по экологической журналистике. 1988

Еще по теме Используйте хорошие объяснения:

  1. 12.2 Аналитические модели объяснения
  2. 2.1. Основные методы обучения праву
  3. § 1. Понятие и виды оценок
  4. § 2.5.2. ПОДГОТОВКА УЧИТЕЛЯ К УРОКУ
  5. Методы устного изложения знаний учителем и активизации учебнопознавательной деятельности учащихся: рассказ, объяснение, школьная лекция, беседа; метод иллюстрации и демонстрации при устном изложении изучаемого материала
  6. Третий раздел тренинга
  7. Глава 35 ПРОБЛЕМА ЭТНИЧЕСКОЙ МИГРАЦИИ И ЭТНОНАЦИОНАЛИЗМ
  8. Хорошая самооценка
  9. ТЕОРИИ И ОБЪЯСНЕНИЯ
  10. Способ объяснения, основанный на принципе тождества