<<
>>

О СЛУЖЕНИИ БОГУ В РЕЛИГИИ ВООБЩЕ


Религия (рассматриваемая субъективно) есть познание всех наших обязанностей как божественных заповедей *.
* Этим определением заранее отметаются некоторые ошибочные истолкования понятия религии вообще [и подразумевается], во- первых, что в религии — поскольку дело касается теоретического познания и исповедания — вовсе не требуется никакого ассерторического зпания (даже знания о бытии божьем), ибо при недостаточности нашего проникновения в сверхчувственные предметы такое исповедание может быть и лицемерным; вместо этого предполагается соответственно спекуляции над высшей причиной вещей проблематическое допущение (гипотеза), а в отношении предмета, применительно к которому нам указывает действовать наш морально-повелевающий разум, предполагается предвещающая эффект этой конечной цели разума практическая, а стало быть, свободная ассерторическая вера, которая нуждается только в идее бога и к которой, не притязая на то, чтобы с помощью теоретического по-знания наделить эту идею объективной реальностью, неизбежно должно прийти всякое серьезное моральное (и потому верующее) стремление к добру. Для того, что может стать долгом каждого человека, субъективно должно быть уже достаточно минимуме. познания (возможно, что есть бог).
Во-вторых, это определение религии вообще отклоняет ошибочное представление о том, что она есть якобы совокупность особых, непосредственно к богу относящихся обязанностей; вместе с тем оно содержит предостережение не принимать на себя (хотя люди к этому очень склонны) помимо этически-гражданских обязанностей (людей по отношению к людям) еще и обязанности придворных и не пытаться недостатки в исполнении первых восполнить через последние. Во всеобщей религии нет особых обязанностей по отношению к богу, ибо бог ничего от нас принимать не может и мы не можем действовать для него или воздействовать на него. Если же захотят сделать таким долгом обязательное благоговение перед Та религия, в которой я заранее должен знать, что нечто есть божественная заповедь, дабы признавать это моим долгом, есть религия откровенная (или нуждающая-ся в откровении). Напротив, та, в которой я сначала дол-жен знать, что нечто есть долг, прежде чем я могу при-знать это за божественную заповедь,— это естественная религия.
Того, кто лишь естественную религию признает морально необходимой, т. е. своим долгом, можно также назвать рационалистом (в делах веры). Если он отрицает реальность всякого сверхъестественного божественного откровения, он именуется натуралистом. Если же он и признает последнее, но утверждает, что знать и принимать его за действительное для религии совершенно не обязательно, то его можно было бы назвать чистым рационалистом. Но если веру в откровение он считает необходимой для всеобщей религии, то его можно назвать супранатуралистом в делах веры.
Рационалист может, по смыслу этого своего наименования, сам но себе держаться в пределах человеческого усмотрения. Поэтому он никогда пе может, как натуралист, отрицать или оспоривать ни внутреннюю возможность откровения вообще, ни необходимость его как божественного средства для введения истинной религии, ибо здесь ни один человек ничего не может сделать только
ним, то при этом упускают из виду, что благоговение — это не какой-нибудь особый религиозпый обряд, а религиозный образ мыслей при всех иаптих соответствующих долгу действиях вообще. Если и говорится: «Богу следует повиноваться больше, чем людям» 9\ то это значит лишь, что если статутарные заповеди, но отношению к которым люди могут быть законодателями и судьями, вступают в спор с обязанностями, которые разум безусловно предписывает и над исполнением или нарушением которых лишь бог может быть судьей,— то первые должны уступить свой авторитет вторым.
Но если под тем, в чем бога надлежит слушаться больше, чем людей, хотят понимать статутарные, т. е. утвержденные в этом качестве церковью божественные заповеди, то такое положение легко может превратиться в не раз уже раздававшийся боевой клич ли-цемерных и властолюбивых попов — клич к мятежу против гражданских властей. Ибо то, что последние предписывают как дозволенное, есть несомненный долг; однако, является ли нечто такое, что хотя само по себе и дозволено, но познаваемо для нас лишь в божественном откровении, действительно заповедаппым от бога,— это (по крайней мере, в большей части) в высшей степени сомнительно.
с помощью разума. Следовательно, спорный вопрос может касаться только взаимных притязаний чистого рационалиста и супранатуралиста в делах веры или того, что тот или другой из них принимает как необходимое и достаточное для единственно истинной религии или только как случайное в ней.
Если подразделять религию на основании ее первона-чального происхождения и ее внутренней возможности (где она будет делиться на естественную и откровенную), но лишь согласно тому свойству, которое делает ее спо-собной к внешнему сообщению, то она может быть двух родов: либо естественной, в которой (раз она существу-ет) каждый способен убедиться с помощью своего собст-венного разума, либо ученой религией, в которой других людей можно убедить только посредством учености (которой и через которую они и должны руководиться).
Это различие очень важно, ибо из одного только происхождения религии нельзя сделать никаких выводов относительно ее пригодности или непригодности в качестве всеобщей человеческой религии, так как последнее зависит от ее свойства быть или не быть всеобщесообщаемой. А вышеуказанное свойство составляет существенный характер той религии, которая должна связать всех людей.
Следовательно, естественная религия может быть в то же время и откровенной, если она построена так, что люди посредством простого применения своего разума сами собой могут и должны прийти к ней, хотя бы это произошло не так скоро и не в таком объеме, как жела-тельно. Значит, откровение ее в известное время и в из-вестном месте может быть мудрым и для человеческого рода весьма полезным — в том именно смысле, что если таким образом введенная религия уже существует и по-лучила общественное признание, то с этих пор каждый сам может убедиться в ее истине с помощью своего соб-ственного разума. В подобном случае религия объектив-но бывает естественной, хотя субъективно — откровенной, почему, собственно, ей и подобает первое название. Ведь впоследствии мог бы быть совершенно предан забвению тот факт, что ей предшествовало такое сверхъестественное откровение, и это забвение, впрочем, нисколько не умалило бы ни доступности, ни достоверности этой религии, ни се власти над душами. Но с религией, которую ради ее внутренних свойств можно рассматривать только как откровенную, дело обстоит иначе. Если бы она не содержалась в очень устойчивой традиции или в священных книгах как в документах,— то она исчезла бы из мира и потребовалось бы воздействие или время от времени публично возобновляемого, или в каждом человеке внутренним образом беспрерывно продолжающегося сверхъестественного откровения, без которого распространение и дальнейшее упрочение такой веры стало бы невозможным.
Но по крайней мере в одной части каждая, даже откровенная религия все же должна заключать в себе известные принципы естественной. Ведь откровение может быть примыслено к понятию религии только через разум, ибо само это понятие, как выводимое из непременной покорности воле морального законодателя, есть чистое понятие разума. Следовательно, даже и откровенную религию мы будем рассматривать, с одной стороны, как ест е- ственную, а с другой — и как ученую, испытаем ее в этом качестве и получим возможность решить, что именно и в какой степени присуще ей из первого или из второго источника.
Однако если мы намереваемся говорить об откровенней религии (по крайней мере о принимаемой за таковую), то этого нельзя делать, не заимствуя из истории какого-либо поясняющего примера, ибо иначе мы вынуждены будем измыслить себе в качестве примеров такие случаи, чтобы понять, когда их вероятность может стать для нас спорной. Мы поступим наилучшим образом, если возьмем какую-нибудь содержащую подобные примеры книгу, предпочтительно такую, которая внутрен-не соединена с нравственными и, следовательно, родст-венными разуму учениями, в качестве связующего звена в объяснении нашей идеи откровенной религии вообще; тогда эту книгу — как одну из нескольких книг, трактую-щих на основании воплотившегося в них откровения о религии и добродетели,— мы избираем как пример по-лезного самого по себе способа объяснить то, что в этой религии для нас может быть чистой, а следовательно, всеобщей религией разума. При этом мы не должны втор-гаться в область тех, кому доверено истолкование этой книги как совокупности позитивных учений откровения, їх тем самым оспоривать их истолкование, основанное на учености. Для религии разума, поскольку она вместе с философами идет к одной и той же цели, а именно к мо-ральному добру, гораздо выгоднее привести это истолко-вание с помощью его собственных разумных основ к тому же, чего она сама намерена достичь другим путем.
Этой книгой здесь может быть Новый Завет как источ-ник учения христианской веры. Соответственно нашему намерению мы хотим в данном случае представить в двух подразделах христианскую религию сперва как естественную, а затем как ученую религию но ее содер-жанию и по наличным в ней принципам.
<< | >>
Источник: И. КАНТ. Трактаты и письма. Издательство -Наука- Москва 1980. 1980

Еще по теме О СЛУЖЕНИИ БОГУ В РЕЛИГИИ ВООБЩЕ:

  1. ВТОРОЙ РАЗДЕЛ.О ЛЖЕСЛУЖЕНИИ БОГУ В СТАТУТАРНОЙ РЕЛИГИИ
  2. О СЛУЖЕНИИ И ЛЖЕСЛУЖЕНИИПОД ГЛАВЕНСТВОМ ДОБРОГО ПРИНЦИПА,ИЛИ О РЕЛИГИИ И ПОПОВСТВЕ
  3. А. Л. Анисин ДУХОВНЫЕ ОСНОВЫ СЛУЖЕНИЯ
  4. IX. СЛОВЕСНОЕ СЛУЖЕНИЕ (МОЛИТВА)
  5. Второй подраздел.Христианская религия как ученая религия
  6. Вера жертвует Богу человеком.
  7. IX, СЛОВЕСНОЕ СЛУЖЕНИЕ (МОЛИТВА) 1918. VI.2. Ночь
  8. ЗНАЧЕНИЕ СВОЙСТВ, ПРЕДИЦИРУЕМЫХ БОГУ
  9. Первый подраздел.Христианская религия как естественная религия
  10. Приобщение к Богу и отлучение от него
  11. ДУХОВНЫЙ ПОДВИГ ПРЕПОДОБНОЙ ЕФРОСИНЬИ полоцкой И СОЦИАЛЬНОЕ СЛУЖЕНИЕ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ
  12. Различие греческой религии фантазии и христианской позитивной религии
  13. О ДОСТОИНСТВЕ ЧЕЛОВЕКА В ОТНОШЕНИЯХ К БОГУ И МИРУ2
  14. Л. Е. Денисова о РОЛИ СОЦИАЛЬНО-ХРИСТИАНСКОГО СЛУЖЕНИЯ ЦЕРКВИ в УСЛОВИЯХ ИЗМЕНЯЮЩЕГОСЯ ОБЩЕСТВА
  15. Так же, как страдает Бог, должен в свою очередь, страдать и человек. Христианская религия есть религия страдания