<<
>>

О СЛУЖЕНИИ И ЛЖЕСЛУЖЕНИИПОД ГЛАВЕНСТВОМ ДОБРОГО ПРИНЦИПА,ИЛИ О РЕЛИГИИ И ПОПОВСТВЕ

Можно считать уже началом господства доброго принципа и признаком того, что «приходит к нам царство божье» 93, если хотя бы лишь основы его организации начинают становиться публичными; ведь тогда в мире рассудка уже сутцествует то, основы чего, на которых только и может осуществиться царство божье, повсюду пустили корни, хотя полное его развитие и проявление в чувственном мире все еще отодвинуто в необозримую даль.

Мы уже видели, что объединение в одну этическую общность — это своего рода обязанность (officium sui generis).

И хотя каждый повинуется своему частному долгу, отсюда может следовать лишь случайное соглашение

легко видеть, что даже в практическом отношении их понятия об этом должны быть очень шаткими и не соответствующими самим себе и что, следовательно, проверка или точное определение этих понятий есть дело величайшей практической важности.

всех ради одного общего блага, и для этого не нужно никакого особого учреждения; но на соглашение нельзя надеяться, пока взаимное единение людей для одной и той же цели и построение общности на основе моральных законов как объединенной и потому более могущественной силы, способной противостоять всем нападкам злого принципа (ведь иначе сами люди искушают друг друга на служение в качестве орудий последнего), не станет особой задачей.

Мы видели также, что создание такой общности, как царство божье, предпринимается людьми только через посредство религии, и, наконец, дабы последняя стала публичной (что необходимо для общности), эта общность может представляться в чувственной форме церкви, организация которой, следовательно, должна быть обязательным для людей делом, которое предоставлено им н которого от них можно требовать.

Но построение церкви как общности по законам религии требует, по-видимому, большей мудрости (как по проницательности, так и но доброму образу мыслей), чем та, которую можно признать за людьми.

Кроме того, моральное благо, имеемое в виду при создании подобной организации, должно, очевидно, уже предполагаться для людей в подобном этому намерении. Применительно к делу утверждение, что люди должны основывать царство божье (хотя столь же правильно будет сказать, что они могут основать царство людского монарха), выглядит ли-шенным смысла. Бог сам должен быть основателем своего царства. Но так как мы не знаем, что бог непосредственно делает, чгобы воплотить в действительности идею своего царства, быть гражданами и подданными которого мы считаем нашим моральным призванием, а знаем лишь то, что мы должны делать, чтобы стать достойными участия в нем,— то эта идея (она может пробуждаться и получать признание в человеческом роде с помощью разума или через Писание) обязывает нас к устроению церкви, где в последнем случае сам бог является основателем и творцом основного закона, а люди, как члены и свободные граждане этого государства, во всех случаях являются инициаторами его организации. И тогда те из них, ко-торые соответственно последней управляют публичными делами, составляют администрацию церкви как ее слуги, а все прочие составляют подчиненное ее законам содружество — общину.

Поскольку чистая религия разума как публичная религиозная вера допускает только чистую идею церкви (а именно невидимой) и лишь видимая церковь, основанная на статутах, нуждается в организации через людей и способна к ней, то на служение под началом доброго принципа в первой нельзя смотреть как на служение церкви и религия разума не имеет никаких узаконенных служителей в качестве должностных лиц этической общности. Каждый член последней получает приказания непосредственно от высшего законодателя. Но так как в отношении всех паших обязанностей (которые в совокуп-ности мы должны рассматривать как божественные заповеди) мы всегда находимся как бы в услужении богу, то чистая религия разума будет иметь всех благомыслящих людей своими служителями (для чего не нужно быть чиновниками), хотя это отнюдь не сделает их слугами церкви (в частности, видимой), о которой единственно здесь и идет речь.

Ведь поскольку каждая построенная на статутарных законах церковь может быть истинной лишь в той степени, в какой она заключает в себе принцип постоянного приближения к чистой вере разума (той, которая, если она становится практической, в каждой вере, собственно, и составляет религию) и постепенного освобождения от церковной веры (от того, что в ней естьисторического),— то в отношении указанных законов и должностных лиц основанной на этих законах церкви мы все же можем предполагать и служение (ciiltus) церкви в отмеченном выше смысле, а именно лишь постольку, поскольку последняя своим учением и своей организацией постоянно направлена к данной конечной цели (публичной религиозной вере).

Напротив, служители церкви, не принимающие этого во внимание, но скорее считающие максиму непрерывного приближения к указанной цели чем-то предосудительным, а привязанность к исторической и статутарной части церковной веры исключительно душеспасительным делом,— по справедливости могут быть обвинены в лжеслужении церкви или (тому, что она представляет) этической общности под главенством доброго принципа,

Под лжеслужением (cultus spurius) понимается убеждение служить кому-нибудь такими действиями, которые на самом деле отдаляют намеченную цель.

В религиозной же общности это происходит в том случае, если нечто, имеющее значение лишь как средство исполнения высшей воли, выдается за нее самое и ставится на место того, что делает нас непосредственно угодными богу; а в результате этого божественные намерения становятся тщетными.

<< | >>
Источник: И. КАНТ. Трактаты и письма. Издательство -Наука- Москва 1980. 1980

Еще по теме О СЛУЖЕНИИ И ЛЖЕСЛУЖЕНИИПОД ГЛАВЕНСТВОМ ДОБРОГО ПРИНЦИПА,ИЛИ О РЕЛИГИИ И ПОПОВСТВЕ:

  1. О СЛУЖЕНИИ И ЛЖЕСЛУЖЕНИИПОД ГЛАВЕНСТВОМ ДОБРОГО ПРИНЦИПА,ИЛИ О РЕЛИГИИ И ПОПОВСТВЕ