<<
>>

ФОРМЫ ГЛАГОЛОВ ВТОРОГО СПРЯЖЕНИЯ

Единственное число 1-е лицо czyt-am umi em 2-е липо czut-asz umi-esz 3-е лицо czyt-a umi-e

Множественное число

1-е лицо czyt-amy umi-emy 2-е лицо czyt-acie umi-ecte 3-е лицо czyt-ajq umi-ejq

В прошедшем времени употребляются формы перфекта: czyta- lem («я читал»), czytalam («я читала»), и давнопрошедшего времени: crytatem byt («я прежде читал»); формы последнего постепенно выходят из употребления.

Формы перфекта, состоящие из причастия прошедшего времени на -t и окончаний -etn, -т, -es, -s: bylem, byles, bylam, bylas (жен. p.), возникли в результате соединения причастия с формой вспомогательного глагола: ср. чеш. byl jsem, byl jsi и т. д. Личная форма: mgzczyzni pracowali, неличная: kobiety pracowaly psy szczekaty, domy staly.

В условном наклонении частица by употребляется только в 3-м лице единственного и множественного числа: szytalby («он читал бы»), В других лицах находим bym, bys ,(ед. ч.); bysmy, byscie (мн. ч.). Инфинитив оканчивается на -с и у немногих глаголов на -с: czytac, rzec («сказать»), тос («мочь»), strzec («стеречь»), biec («бежать»).

Формы причастия настоящего времени действительного залога: piszqcy, czytajqcy, причастия прошедшего времени: przeczytawszy, napisawszy (редко), pisany, szytany.

К синтаксическим особенностям польского языка относятся следующие: определение часто ставится после определяемого слова (gramatyka jpzyka polskiego), сохраняется вспомогательный глагол в составном сказуемом (morze jest bardzo pipkne — «море очень красиво»), творительный предикативный падеж употребляется - не только в прошедшем, но и в настоящем времени (on jest lekarzem — «он врач»),

§ 104. До образования феодального государства на территории Польши жили польские племена, говорившие на племенных диалектах. Образование польского государства в X в.

не привело сразу к появлению польского литературного языка, так как первоначально его функцию выполнял латинский язык, который до сих пор является языком богослужения. Древние латинские памятники, написанные в Польше или для Польши, содержат тем не менее богатейший материал для характеристики древнеполь- ского языка (главным образом фонетики), потому что часто передают в латинской транскрипции собственные польские имена и местные географические названия. Особенно ценной в этом отношении является известная папская булла 1136 г. Собственно польские памятники сохранились только с начала XIV в. Древнейшие из них: Свентокжиские проповеди и Флорианская псалтырь.

і 17 К XV в. относятся такие памятники, как Библия королевы Софьи, Пулавская псалтырь, Гнезненские проповеди, статуты Вислиц- кий и Мазовецкий и др. К XV в. относится первый грамматический трактат (на латинском языке) о польском языке и орфографии. Он написан ректором Краковского университета Яковом Паркошем.

Несовершенство тогдашней польской орфографии, связанное с необходимостью передачи всего многообразия польских звуков, которое почти в два раза превосходило количество букв латинского алфавита, однообразие употребляемых форм и бедность словарного состава упомянутых памятников не позволяют представить всестороннюю картину польского литературного языка XIV—XV вв.

Польские книжники пользовались при переводе чешскими и латинскими оригиналами. Чешский язык с его богатой письменностью XIV—XV вв. оказал сильное влияние на польский. Были заимствованы многие чешские слова. Таковы слова с h вместо g: hanba («позор»), hardy («гордый», «дерзкий»), hojny («обильный»), ср. польск. ganic, gardzic; слова с сочетаниями га, la: Wladyslaw, wladac, wlasriy («собственный»), straz, utrapienie («мучение») и др. Через чешское посредство и от немецких колонистов были восприняты латино-немецкие лексические элементы: papiez, klasztor («монастырь»), ratusz, gmina, wojt, bednarz, handel, kram, szlachta.

По вопросу о том, где были заложены основы польского литературного языка, среди польских языковедов нет единства мнений.

Одни (К- Нитш, Т. Лер-Сплавинский) полагают, что таким центром была Великопольша, центр ранней польской государственности; другие (А. Брюкнер, В. Ташицкий, Ст. Шобер) указывают на Малопольшу с центром в Кракове. Очевидно, до XV—XVI вв. можно говорить лишь об истоках формирования литературного польского языка, на который оказали влияние и великопольский, и малопольский диалекты.

§ 105. К XVI в. в фонетической системе польского языка произошли многие важные изменения: 1.

Было утрачено различие долгих и кратких гласных. Произошла мена носовых: д находим в былом долгом слоге (вместо Q и $) и $ в кратком слоге (также вместо д и f): ср. dqb — d§by, irzqsc— trzgsg, mqka («мука), mpka («мука»), migso («мясо»), klqtwa («клятва»). Долгое о изменилось в о. 2.

Старые вне изменились соответственно в а и о перед переднеязычными твердыми t, d, п, s, z, г, I: wierzyc — wiara, w miescie — miasto, w kwiecie — kwiatl bielec — bialy, niesiesz — niosg (? из p), wieziesz — wiozg, zenic — zona, na szele — szolo, plesc — plotg. 3.

Сочетание -er- (из праслав. г между согласными) изменилось в -аг-, если за ним следовали указанные переднеязыч- ные твердые согласные: twierdzic — twardy, szernic — szarny, smierc — martwy.

4. Мягкие t', d' изменились в с, dz: cichy, cieply, cifzki, ciosac, ста, dziwny, dzieci, dziad.

В области морфологии — утратились формы аориста и имперфекта, вышло из употребления двойственное число, развилась новая форма перфекта и др.

§ 106. В XVI в., в период политического и экономического усиления Польши, а также подъема науки и культуры, связанного с реформационным движением и борьбой за укрепление национального самосознания, литературный язык достигает значительного расцвета. В этот период на нем создается богатая литература. Среди видных писателей находим Н. Рея (1505— 1569), Яна Кохановского (1530—1584), Берната из Люблина и других. Польский язык получает доступ в государственные канцелярии. С переносом в начале XVII в. столицы в Варшаву, с усилением польской экспансии на Восток в литературный польский язык усиливается приток украинских и белорусских элементов в словаре, фонетике и морфологии.

Однако литературный язык в XVII—XVIII вв. постепенно отрывается от народной основы и все более становится искусственным. Польша переживает политический, экономический и культурный упадок. Господствующая польская аристократия стремится говорить на французском языке.

Борьба за сближение литературного языка с народным начинается с конца XVIII в. Во главе этого движения стоял А. Мицкевич (1798—1855), с именем которого связан новый этап в истории развития польского национального языка. Глубокое и плодотворное влияние на литературный язык оказал в XIX— XX вв. русский литературный язык. Литературный язык развивали и обогащали такие писатели, как Г. Сенкевич, М. Конопниц- кая, К. Тетмайер, В. Реймонт, С. Жеромский, Э. Ожешко и др. В XIX в. значительные успехи были достигнуты в деле создания научной и общественно-политической терминологии.

В настоящее время с связи с культурной революцией, происходящей в народной Польше, литературный язык становится достоянием широких масс польских трудящихся.

§ 107. Забота о культуре польской литературной речи имеет давние традиции. Однако в послевоенные годы в Польше часто раздаются голоса о том, что язык портится, становится непонятным, в литературную норму вторгаются чужеродные элементы и т. п. При этом забывают о существенных переменах среди носителей самого литературного языка. Значительное перемещение населения с востока и центра страны" на запад, обусловленное освоением освобожденных земель, рост городов, связанный с приливом крестьянского населения и более тесным контактом между разновидностями польского языка, экономические и общественные изменения способствуют быстрому развитию польского литературного языка и расшатыванию многих традиционных норм.

Наряду со всем этим резко увеличилось число носителей литературного языка, расширился неизмеримо кругозор обычного человека, старый официальный язык приобрел налет архаичности. В этих условиях закономерно усилилась забота языковедов и других работников польской культуры о сохранении и пропаганде норм литературного языка и подъеме культуры письменной и устной речи.

Внешнее выражение это нашло в оживлении теоретической и нормативной работы польских ученых. Оживился интерес широких кругов к оценке языковых фактов, особенно лексических явлений (новые элементы научной терминологии, технические термины, использование иностранных слов и их отношение к чисто польским элементам), увеличилось число писем к вопросов о языковой правильности, возросли интерес к лекциям о культуре речи, потребность в популярных изданиях и пособиях нормативного характера, шире используются радио, телевидение и печать в целях языковой терапии.

С начала нашего века вопросами культуры польского языка занимались преимущественно в двух польских лингвистических центрах — в Варшаве и в Кракове.

§ 108. В Варшаве теоретическую и нормативную работу ведут кафедра польского языка Варшавского университета, вновь созданное «Общество языковой культуры», редакции «Словаря польского языка» и ежемесячника «Poradnik j§zykowy». Во главе всей этой работы стоял видный польский языковед проф. Витольд Дорошевский. Он является автором ряда теоретических работ в области культуры речи, в частности ему принадлежат книги: «Критерии языковой правильности» (1950), «Разговоры о языке» (т. I—IV, 1948—1954), «За культуру слова» (т. I, 3-е изд., 1970; т. II, 2-е изд., 1968), «Среди слов, выражений и мыслей. Размышления о польском языке» (1966). К критериям языковой правильности В. Дорошевский относит следующие моменты: 1) формально-логический критерий (правильность названия обосновывается логическим истолкованием его языковой формы); 2) национальный критерий (правильно то, что является народным, самобытным, исконным); 3) эстетический критерий (особенно в языке художественной литературы, где простота и ясность характеризуют достоинства стиля); 4) географический критерий (образцовым считается язык исторического центра страны); 5) литературно-авторский критерий (образцами служит язык произведений выдающихся писателей). Далее следуют исторический, сценический, школьный, орфографический и иные критерии, не имеющие всеобщего характера.

Любопытна позиция В. Дорошевского и вообще относительно культуры речи. Он полагает, во-первых, что чудес в этой области не бывает. Нужно, чтобы все работники культуры и вообще общественность постоянно и систематически работали над подъемом культуры каждодневной речи. Языковед для успешной работы в своей области должен иметь живой контакт с простыми людьми, не только отвечать на вопросы, но и задавать последние на улице, в трамвае и т. п. Только обоюдная деятельность принесет плоды, ибо говорящие должны выработать правильные навыки в мышлении и в выражении. В связи с этими установками В. Дорошевский выступал с публичными лекциями, проводил языковые консультации по радио, многие его ученики готовят работы о нормах литературного языка, «Общество языковой культуры» расширяет сеть своих филиалов. На кафедре польского языка ведется регистрация происходящих языковых изменений, отмечаются языковые новшества и типичные ошибки, проводятся разнообразные анкеты, имеющие целью отразить колебание нормы. Практические мероприятия выражаются также в оценке публицистических выступлений и вообще языка периодической печати, телевидения, организации конкурсов «День без ошибок», проводимых газетой «Жизнь Варшавы», в работе с сотрудниками издательств, учителями, чтениях в Народном университете. Целенаправленная работа в области культуры речи требует создания прежде всего хороших и разных словарей. Проф. Дорошевский — руководитель авторского коллектива «Словаря польского языка». Этот словарь, содержащий свыше 120 тысяч слов, был издан в 1958—1969 гг. в 11 томах, причем последний том содержит около 6 тысяч неологизмов, возникших в польском языке после второй мировой войны. Это выдающееся достижение польской лексикографии. Материал словаря фиксирует лексику польского языка примерно с 1822 г., времени издания «Баллад» А. Мицкевича. Пометы к отдельным словам носят территориальный, социальный, хронологический и экспрессивный характер. Естественно, что большой объем, полнота и методологическое совершенство словаря окажут большое влияние на культуру польского литературного языка. Уже появился «Малый словарь польского языка» (1968) в одном томе. Ст. Скорупка подготовил «Фразеологический словарь польского езыка» (т. I, 1967; т. II, 1968), в котором выделяются выражения (номинативного характера), обороты (обычно глагольные) и фразы (эквиваленты предложений). Наряду с этим учитывается и семантический критерий, т. е. степень спаянности компонентов фразеологизма: устойчивые (полная лексикализация), связанные (переносное значение) и свободные (с ограничением) сочетания. Неправильные фразеологизмы специально отмечаются. Имел успех «Словарь синонимичных выражений» (2-е изд., 1958) Ст. Скорупки. Часто переиздается «Словарь иностранных слов» 3. Рысевича. Вл. Ко- палиньский издал «Словарь иноязычных выражений и оборотов» (1968). На основе картотеки польского словаря появились «Очер- ки польской стилистики» (3-е изд., 1966) Г. Курковской и Ст. Ско- рупки. Коллектив авторов готовит новый «Словарь правильного польского языка», который должен заменить аналогичный словарь Ст. Шобера, отражающий норму первой половины нашего столетия (7-е издание словаря Шобера появилось в 1969 г.). Интересен «Словарь варшавского говора» Б. Вечоркевича, характеризующий особенности языка (или жаргона) школьников, журналистов, ремесленников и других профессионально-социальных групп. Завершено издание «Словаря языка А. Мицкевича».

Важную роль играет орган варшавского центра полонистов и один из старейших польских журналов «Poradnik j§zykowy» (в мае 1971 г. журнал отметил 70-летие своего существования). Этот журнал имеет большие заслуги в деле популяризации языковых норм. Он публикует теоретические статьи по проблемам культуры речи, но нормативный, прикладной аспект в нем всегда занимал видное место. В числе его постоянных рубрик «Объяснение слов и выражений» (ее вел редактор журнала В. Доро- шевский), «Что пишут о языке» (информация о проблемах культуры речи в научных и периодических изданиях), «Польский язык в школе» (обучение родному языку, объяснение причин школьных ошибок и их анализ). В отделе рецензий обсуждаются нормативные работы. В последние годы на страницах этого журнала обсуждались многие неологизмы, оценивались новые заимствования, проблема соотношения специальных и общеязыковых слов, давалось точное определение таких слов, как szofer и kierowca («водитель»), liczba и cyfra, arbuz — kawon, обсуждались названия женского рода в области занятий и профессий, названия некоторых народов развивающихся стран, прилагательные dokumentalny и dokumentarny, характеризовались оттенки военной терминологии и речи молодежи, возникновение названий новых товаров и изделий и т. д.

§ 109. Краков — старинный центр польского языкознания. Здесь находится один из первых в Европе Ягеллонский университет. В Кракове еще в конце XVIII в. выставил свои тезисы родоначальник польского пуризма Пшибульский. Здесь возникли издающиеся до сих пор польские языковедческие журналы «Poradnik j§zykowy» и «Jgzyk polski». Руководители журнала «Jgzyk polski» сторонятся пуристских тенденций и стремятся руководствоваться объективными критериями при оценке языковых явлений, опираясь на богатый и разнообразный материал как истории языка, так и грамматики современного языка.

Наиболее ярко теоретические позиции журнала выразил его редактор, проф. Зенон Клеменсевич (1891 —1969), который писал: «Оценка языковой правильности не может вытекать из субъективных взглядов и индивидуального сознания языковеда, даже если последний пользуется большим авторитетом и уважением. Языковед может защищать и выражать 122 лишь общие убеждения, он должен находить обоснование своего взгляда в общем мнении, он должен быть представителем определенного коллектива... Нормативным фактом является usus шо- dernus (современное употребление), ограниченный общественной группой, которая пользуется культурным диалектом развитой речи». «Если языковед высказывается об отступлениях от языковой правильности, то при оценке он опирается прежде всего на специальные языковедческие наблюдения. Каждое спорное явление языковой практики, в котором имеется колебание, языковед всесторонне исследует и судит о проблематике языковой правильности с исторической, географической и социальной точек зрения; он сравнивает свое суждение со взглядами предшественников и современников, короче говоря, делает все, чтобы как следует изложить спорное явление с точки зрения упомянутого usus modern us». В своей книжке «Беседы о языке» (1966) Клеменсевич писал, что «всякая норма — это общественное осознание именно такого, а не иного поведения под угрозой ответных санкций».

Практическая деятельность журнала в области культуры польского литературного языка отражена в сборнике «Прекрасный и правильный польский язык. Языковые советы» (2-е изд., 1966), составленном Ст. Урбаньчиком из материалов журнала до 1964 г. В книге приведены статьи различных авторов, которые иногда с противоположных позиций подходят к тем или иным явлениям польского языка, давая возможность читателю самому оценить логику доказательств и прийти к правильному заключению.

Основными грамматическими пособиями в настоящее время являются: «Грамматика польского языка» Ст. Шобера (изд. 11-е, 1969), «Основы польской грамматики» В. Дорошевского (1952) и «Основные сведения из грамматики польского языка» 3. Клеменсевича (изд. 6-е, 1970). Орфоэпические нормы польского литературного языка содержит работа 3. Клеменсевича «Правила правильного польского произношения» (изд. 5-е, 1967). Нормы польской орфографии отражены в своде «Польское правописание» (1968) и «Правилах польского правописания и пунктуации с орфографическим словарем» (16-е изд., 1968) Ст. Едлов- ского и В. Ташицкого. Они одобрены комиссией Польской академии еще в 1936 г.

Как уже отмечалось, в последние годы появилось множество пособий по культуре речи, особенно связанных с нарушением и необходимостью исправления языковой нормы.

Таким образом, в условиях быстрого развития польского литературного языка и приобщения к нему и его нормам подавляющего большинства населения страны забота о культуре его использования приобрела в Польше особое значение. Никогда прежде эта работа не была подкреплена столь совершенной лингвистической теорией, а также материальными средствами ее реализации.

§ 110. Территория распространения польского языка делится на пять диалектных групп: великопольскую, малопольскую, си- лезскую, мазовецкую и кашубскую. Наиболее обширные территории занимают диалекты Великой Польши, Малой Польши и Мазовшья. В диалектологической карте польского языка произошли некоторые изменения после 1945 г. в связи с установлением новых польских границ на западе по Одеру и Нейсе.

Деление на диалекты основывается на двух чертах польской фонетики: 1) мазурении, 2) особенностях междусловной фонетики. Мазурение состоит в произношении согласных с, dz, z, s вместо cz, dz, z, sz (т. е. ц, дз, з, с вместо ч, дж, ж, ш): capka, jezdze, zaba, syja вм. czapka, ]ezdz§, zaba, szyja. Второе явление связано с озвончением конечных согласных в потоке речи перед следующими гласными или согласными г, I, I, m, п, n,j: brat idzie, или brad idzie, brat robi, или brad robi и т. д.

Мазурение господствует в Мазовшье, Малой Польше и северной части Силезии; мазурения нет в говорах Великой Польши, Поморья и большей части Силезии. Озвончение конечных согласных представлено в Малой Польше, Великой Польше и Силезии, озвончения нет в Мазовшье и Поморье. В немазурующих говорах, кроме того, носовые гласные перед взрывными согласными расщепляются на группы on, от, en, em: kont, dombek, gemba вместо kqt, dqbek, gpba, а перед фрикативным и в конце слова сохраняются. В противоположность этому, в некоторых ма- зовецких, малопольских и силезских говорах носовые произносятся во всех положениях или совершенно утрачивают носовой призвук: kqt, dqb, gfba или kot, dab, geba. Помимо отмеченных черт, отдельные диалектные группы обладают рядом специфических особенностей.

§ 111. Наиболее существенные особенности характеризуют кашубский диалект, который распространен к западу от нижнего течения Вислы, в Морском и Картузском поветах, а также в Косцежинском, Хойницком и Гданьском. Число говорящих на этом диалекте доходит до 200 тыс. человек.

Некоторые ученые считают, что следует говорить о кашубском языке (кашуб Ст. Румулт, немец Фр. Лоренц), который принадлежит к западнославянским языкам; другие лингвисты (А. Ф. Гильфердинг, И. А. Бодуэн де Куртенэ, В. Ягич, Я. Раз- вадовский, А. М. Селищев) пишут о большей связи кашубского языка с польским; польские ученые (А. Калина, Я. Карлович и др.) рассматривают язык кашубов как диалект польского языка.

Основные особенности кашубского диалекта следующие:

1. Отличное от польского место ударения. В южной части кашубской области ударение падает на начальный слог, на севере ударение является свободным и разноместным: ranka (ударение на первом слоге), rankq (на втором слоге), rankami (на конечном слоге). 124 2. Произношение твердых с, dz, s на месте польских с, dz, s: sedzec, salo, sano, zeloni — siedziec, siaio, siano, zielony. 3.

Произношение гласных і (у), и как ё: dim — demu, lud — 1ёdze, cecho (ср. польск.: dym — dymu, lud — ludzie, cicho). 4.

Произношение в некоторых случаях группы -аг- на месте общепольского -го-: marz, bardawica, karwinc наряду с mroz, broda, krowa (польск.: mroz, brodawica, krowiniec, krowa). 5.

Наличие мягкой согласной перед группой -ar-: m'artwi, cwiardi (польск.: martwy, twardy). 6.

Произношение -au- вместо -it-, -el-, -lu- между согласными: wauk, pduni, daudzie (польск.: wilk, pelny, dlugie). 7.

Утрата носовости после мягких согласных и перед всеми согласными, кроме d, п, s, z, г, I: mitci — mipkki, zebnqc — zigbnqc. 8.

Частичное сохранение различий гласных по долготе и краткости.

Ряд указанных отличий (в особенности 4, 5, 6) кашубского диалекта от польского свидетельствует о том, что в далеком прошлом кашубский диалект был близок речи славян, заселявших междуречье Одера и Эльбы, о которой мы судим по' сохранившимся остаткам полабского языка.

В кашубском диалекте сохранились формы двойственного числа в имени и глаголе, именные формы прилагательных употребительны в атрибутивной и предикативной функции, перфект образуется путем сочетания причастия на -I или -п (германизм) и вспомогательных глаголов Ьэс («быть») и т'ес («иметь»).

Памятники письменности с элементами кашубской речи появляются с конца XVI в. В XIX—XX вв. было мало изданий на кашубском диалекте, так как отсутствовали для этого благоприятные условия ( в Пруссии за кашубами не признавали никаких прав). В языке небогатой кашубской письменности нет единообразия: одни ученые (например, Цейнова) опирались на северный, другие (Дердовский и Майковский) — на южный диалект, близкий к польскому языку.

Тексты

Adam Mickiewicz

DO NIEMNA Niemnie, domowa rzeko moja! gdzie wody, Ktore niegdys czerpalem w niemowlgce dlonie, Na ktorych potem w dzikie plywaiem ustronie, Sercu niespokojnemu szukaj^c ochlody?

Tu Laura, patraz^c z chlub^ na cien swej urody, Lubila wfos zaplatac і zakwiecac skronie;

Tu obraz jej malowny w sredrnej fali lonie Lzami nieraz mgcilem zapaleniec mlody.

Niemnie, domowa rzeko! gdzie tamte zdroje,

A z nimi tyle szcz§scia, nadziei tak wiele?

K?dy jest mile latek dziecinnych wesete?

Gdzie milsze burzliwego wieku niepokoje?

K§dy jest Laura moja? gdzie S3 przyjaciele?

Wszystko przeszfo, a szemuz nie przejd^ Izy moje?

(Adam Mickiewicz. Wybor pism.

Sonety miiosne. M., 1953, s. 54)

Leon Kruczkowski

SID1A (отрывок)

Nie dokonczyt tej zbawczej mysli. Krotki brz§k dzwonka zgn^l cisz§ і rozprysl sig w mieszkaniu.

Oczywiscie, Koziakowa. Bogdalski nie spiesz^c sig pozbieral resztg piany z szyi і podbrodka, palcami delikatnie przesunq} po twarzy, po czym zlozywszy niklowany instrument na przygotowa- nym kawalku gazety powoli udal si§ do przedpokoju.

Otworzyl. Koziakowa, z torb^ ceratow^ реігц wiktualow, mrukn§la zwykte «dzien dobry» і prosto poszla do kuchenki. Wion§la za ПІ3 won kopru і bialego sera.

Bogdalski imyl si§ w ciasnej lazience і wrocii do lustra. Konczyl wycierac si§ r^cznikem. Czul nagly przyplyw swiezosci і energii jak zwykle po goleniu. Z zadowoleniem przygl^dai si§ odbiciu gladkiej, zarumienionej ozywczo twarzy. Szybsze kr^ze- nie krwi dawalo znac о sobie w calym ciele. Bezwiednie przekr§- cil galkg aparatu radiowego stojqcego obok toaletki, a potem si§gn^l po grzebien. Z glosnika cieniutk^ wst^zk^ wyfrun^l uni- sono chorek dziewczfcych sopranow.

Poslugaczka ,weszla do pokoju. Bez slowa polozyla na stole swiastek papieru і trochf drobnej monety.

(Leon Kruczkowski. Sidla. Warszawa, 1948, s. 10—11)

<< | >>
Источник: Кондратов Н. А.. Славянские языки: Учеб. пособие для студентов филол. спец. пед. ин-тов.— 3-е изд., перераб. и доп.—М.: Просвещение.— 239 с.. 1986

Еще по теме ФОРМЫ ГЛАГОЛОВ ВТОРОГО СПРЯЖЕНИЯ:

  1. глава девятая О СЛОВАХ
  2. РУССКИЙ язык
  3. ФОРМЫ ГЛАГОЛОВ ПЕРВОГО СПРЯЖЕНИЯ
  4. СКЛОНЕНИЕ МЕСТОИМЕНИИ
  5. ФОРМЫ ГЛАГОЛОВ ВТОРОГО СПРЯЖЕНИЯ
  6. СКЛОНЕНИЕ МЕСТОИМЕНИИ
  7. ФОРМЫ ГЛАГОЛОВ ВТОРОГО СПРЯЖЕНИЯ
  8. СКЛОНЕНИЕ ИМЕН ПРИЛАГАТЕЛЬНЫХ
  9. ОБРАЗЦЫ СКЛОНЕНИЯ МЕСТОИМЕНИЙ
  10. Правописание суффиксов и окончаний глагольных форм
  11. § 173. Образование некоторых личных форм
  12. § 194. Два определения при одном существительном
  13. § 171. Образование некоторых личных форм
  14. Орфоэпические нормы
  15. Акцентологические нормы
  16. Имя числительное
  17. ЛЕКЦИЯ № 6 Тема: ОСОБЕНОСТИ УСВОЕНИЯ РЕБЕНКОМ ОСНОВНЫХ МОРФОЛОГИЧЕСКИХ ФОРМ ( продолжительность 2часа)