<<
>>

5.1.1. Появление Ферапонтовского вида Чудовской редакции Кормчей книги

В XVI в. наиболее распространенной редакцией Кормчих книг оставалась Чудовская, весьма устойчивая по своему составу. Как уже говорилось, еще в XV в. одна из глав Кормчей, содержащая княжеские уставы, была значительно отредактирована, что заставляет исследователей делить рукописную традицию Чудовской редакции на две ветви: Крестининский и Овчинниковский виды.

Однако В.П. Любимов, изучавший списки Кормчих книг в связи с подготовкой издания Русской Правды, выделил еще один вид Чудовской редакции - Ферапонтовский [ПР. Т. 1: 50, 235-244]. Его отличительной чертой являются заимствования, вставленные в Кормчую Чудовской редакции преимущественно из Кормчей Софийской редакции. Ученый назвал список, который, по его мнению, является черновиком Ферапонтовского вида: РГБ, ф. 98 (собр. Е.Е. Егорова), № 248. По этому списку, вложенному вскоре после написания в Ферапонтов монастырь в 1540-х гг. бывшим игуменом монастыря Касьяном Булгаковым, Любимов назвал данный вид Кормчих Ферапонтовским. В списке Егор. 248 (наиболее раннем из относящихся к Ферапонтовскому виду) сохранились многочисленные редакторские пометы и вставки, сделанные почерком, близким по начертаниям к почерку писца. Некоторые листы, на которых исправления значительны по объему, были переписаны заново, и перебеленные листы вклеены в рукопись. Филиграни вставных листов встречаются и в основной части кодекса; все это говорит о том, что исправления делались сразу после написания книги (но уже после того, как она была переплетена).

Сообщение В.П. Любимова может ввести в заблуждение. Чудовская и Софийская редакция Кормчих значительно отличаются по составу; во второй половине XVI - первой половине XVII вв. было составлено несколько новых канонических компиляций, включающих статьи той и другой редакций. Однако в списках Ферапонтовского вида мы не находим никаких новых статей, заимствованных из Софийской редакции.

Редакторская правка заключалась в следующем: Кормчая Чудовской редакции Крестининского вида была исправлена по Софийской редакции и другим книгам с целью исправить испорченные или пропущенные места Чудовской редакции. Таким образом, исправления занимали от одного-двух слов до нескольких фраз. Причина, побудившая редактора взяться за дело, ясна: при внимательном чтении или при переписке Кормчей Чудовской редакции бросается в глаза ее неисправность. В ней пропущены

233

некоторые правила или их толкования; есть пропуски в тексте или испорченные чтения. Очевидно, именно это побудило редактора исправить текст; однако поскольку Софийская редакция охватывает далеко не все тексты Чудовской, ему пришлось обратиться и к другим книгам для правки. Однако в рукописи Егор. 248 часть исправлений, являющихся характерной особенностью Ферапонтовского вида, уже присутствует в тексте, а не внесена на полях. К такому выводу приводит сравнение предполагаемого черновика Ферапонтовского вида со списками Крестининского вида (легшего в основу Ферапонтовского и не имеющего правки) и

235 236

списками Ферапонтовского вида23 (в которых правка внесена в полном объеме).

Это заставляет нас усомниться в том, что Егор. 248 действительно является черновиком Ферапонтовского вида. Наши сомнения возрастают, когда мы обнаруживаем три более ранних списка Кормчих Чудовской редакции, имеющие ту же правку на полях, характерную для Ферапонтовского вида. Два из них находятся в собрании Троице-Сергиевой Лавры: РГБ, Троице-Серг. 205 (кон. XV в., далее ТСЛ 205) и Троице-Серг. 206 (нач. XVI в., далее ТСЛ 206). В рукописи ТСЛ 206 правка находится только в начале списка, потом ее становится все меньше, и к середине рукописи она исчезает совсем. На полях списка ТСЛ 205 вынесены почти все исправления, характерные для Ферапонтовского вида. Еще один список с правкой кон. XV в. хранится в Музейском собрании ГИМ (Муз. 798). Таким образом, в нашем распоряжении [211] [212] [213] [214] четыре списка с правкой на полях, которую можно оценить как черновые редакторские исправления, но лишь один из них может быть черновиком Ферапонтовского вида.

Какой же?

Наибольшее недоумение вызывает правка в троицких рукописях. Ни один из троицких списков не может быть черновиком, поскольку Ферапонтовский вид создавался на основе Крестининского вида Чудовской редакции, сохранившего полные тексты княжеских уставов (к таким рукописям относятся Муз. 798 и Егор. 248). Троицкие же списки принадлежат Овчинниковскому виду, и в них Устав кн. Владимира и «Правило о церковных людях» значительно переработаны. Откуда же в этих списках появилась правка, характерная для Ферапонтовского вида? Недоумение возрастает, когда обнаруживается, что правка в обеих троицких рукописях сделана одним почерком, отличным от писцового.

Между тем, разрешить это недоумение легко. Троицкие рукописи попали в Троице-Сергиев монастырь в разное время. Список ТСЛ 205 был вложен в Троицкий монастырь старцем Арсением Одинцом , которого О.Л. Новикова отождествила с иноком Кирилло-Белозерского монастыря, умершим на рубеже XV-XVI вв.; исследовательница предположила, что Кормчая принадлежала перу Арсения Одинца . Рукопись ТСЛ 206 попала в монастырскую казну около 1635 г., но находилась в монастыре и раньше. В начале XVII века в монастыре находился список Кормчей Чудовской редакции Ферапонтовского вида конца XVI в. (РНБ, Солов. 475/494), вложенный впоследствии архимандритом Дионисием Зобниновским в Соловецкий монастырь.[215] [216] [217] [218] Как уже говорилось выше, при внимательном чтении или переписке Кормчей Чудовской редакции бросается в глаза ее неисправность. Очевидно, кто-то захотел исправить древние списки ТСЛ 205 и ТСЛ 206 по другому списку, не имеющему пропусков в тексте правил, - и таким более исправным списком оказалась рукопись Ферапонтовского вида Солов. 475/494. Исправление было проведено одним человеком тогда, когда эти списки оказались в одном месте, а произошло это в Троицком монастыре в начале XVII в. Этим правщиком был, вероятно, Дионисий Зобниновский, поскольку во вложенном им в Соловецкий монастырь списке (Солов.

475/494) мы находим правку на полях тем же почерком, что и в двух троицких

Кормчих (ТСЛ 205 и ТСЛ 206). Таким образом, перед нами пример правки, аналогичной черновой редакторской, но значительно более позднего происхождения.

В отличие от троицких рукописей, в списке из Ферапонтова монастыря правка была сделана сразу после написания рукописи. Этот список, как кажется, больше всего похож на черновик. И все же рукопись Егор. 248, созданная в 1540-х гг., не может быть черновиком Ферапонтовского вида, поскольку существуют списки Кормчих 1510-1520-х гг., в которых канонические правила уже содержат правку, характерную для Ферапонтовского вида. Эти списки не принадлежат Чудовской редакции; это списки Кормчей Вассиана Патрикеева.

Откуда же Вассиан Патрикеев взял исправленные правила, учитывая, что самый ранний список Кормчей Ферапонтовского вида (Егор. 248) относится к 1540-м гг., а наиболее ранний список Кормчей Вассиана датируется 1510-ми гг.? И когда возник сам Ферапонтовский вид?

В распоряжении Вассиана, безусловно, была Кормчая Чудовской редакции - только оттуда он мог выписать «Великому Пахомию аггелом преданый устав»[219] [220] [221] или «Епистолию на римляны», которую Вассиан даже дает со ссылкой на номер главы по Чудовской редакции: «в Правилех слово 80 на римляны». Глоссы на полях Кормчих Чудовской редакции, раскрывающие тематику правил, послужили образцом и отчасти были заимствованы Вассианом в собственную Кормчую. То, что правила в Кормчих Вассиана приведены с чтениями, характерными для Ферапонтовского вида, доказывает, что Кормчая Чудовской редакции была основным источником, из которого выписывались правила.

При знакомстве с рукописями Чудовской редакции кон. XV в. обращает на себя внимание список ГИМ, Муз. 798. Этот список уже упоминался нами - он также содержит правку, характерную для Кормчих Ферапонтовского вида. Рукопись хорошо известна в исследовательской литературе с первой половины XIX в., и часто называется Крестининской (поскольку В.В.

Крестинин первый открыл эту рукопись и в 1788 г. издал по ней Правду Русскую [Продолжение вивлиофики. Ч. III: 16-45]), Рогожниковской (поскольку в XIX в. список принадлежал коллекционеру И.А. Рогожникову), или Строгановской (поскольку в конце XVI в.

она была вложена Строгановыми в Благовещенский собор в Соль-Вычегодске).[222] [223] Это конволют, состоящий из двух частей: 1) л. 1-382 об.; 2) л. 383-466. В предыдущей работе мы выделяли начальные листы рукописи как самостоятельные части конволюта [Корогодина 2010б], но теперь от этой мысли приходится отказаться. Первая часть открывается листком с индексом истинных книг . На следующих листах 2-8 об. выписаны вводные статьи к Кормчей Софийской редакции. Бумага этих листов, хотя и относится также к кон. XV в., имеет другой водяной знак, чем филигрань основного блока; кроме того, листы писаны почерком и чернилами, отличными от основного блока. Однако киноварный заголовок на л. 8 об. отпечатался на л. 9, открывающем основной блок; следовательно, тетрадь с выписками из Кормчей Софийской редакции (л. 2-8 об.) была присоединена к уже готовому основному блоку (л. 9-370 об.) сразу после написания, когда киноварь еще не успела высохнуть. К Кормчей присоединены дополнительные листы кон. XV в. (л. 371-382); часть из них сохранила следы сгиба и, вероятно, была присоединена к кодексу лишь в кон. XVI в. Вторая часть конволюта (л. 383-466) была написана и присоединена к основному блоку в кон. XVI в., вероятно, по заказу Строгановых[224] [225], и содержит различные выписки канонического содержания и четьи тексты, в частности, Сказание о Щилове монастыре (наиболее ранний список) и «Написание» Георгия Скрипицы о вдовствующих попах.

Основной блок или Кормчая Чудовской редакции писан на бумаге 1490-х гг. тремя основными почерками. Рука третьего писца, переписавшего листы 228 об.-370 об. (кроме л. 321-321 об.), чрезвычайно похожа на почерк писца, переписавшего в 1499 г. Кормчую Чуд.

167, хотя отнести эти почерка к одному человеку нельзя. Этим не ограничивается сходство обоих списков: один и тот же редактор вносил в них киноварные глоссы, раскрывающие тематику правил. Близость датировки списков Муз. 798 и Чуд. 167 и наличие сходных почерков,

принадлежащих одному книгописному центру, наводит на мысль о московском происхождении Строгановской рукописи. По всей вероятности, рукопись Муз. 798 находилась в Москве до кон. XVI в. и оттуда была вывезена Строгановыми, заказавшими дополнения к Кормчей и новый переплет. Возможно, с утратой первоначального переплета исчезли и свидетельства о ее судьбе в кон. XV и на протяжении XVI в.

Рукопись Муз. 798 имеет целый ряд отличий от других ранних списков Кормчей Чудовской редакции. Здесь отсутствует ряд заголовков, читающихся в других списках Кормчей Чудовской редакции. Те же особенности характерны и для Кормчих Ферапонтовского вида. Эти отличия весьма незначительны и большей частью обратимы; но Строгановская рукопись обращает на себя внимание исследователя обильной правкой на полях. Правка сделана различными почерками, но основная ее часть, несомненно, относится к раннему времени и может быть датирована началом - первой половиной XVI в. Основная часть правки сделана двумя почерками. Первый из них, полууставной, можно отнести к началу XVI в. (здесь и далее конкретные примеры опубликованы в [Корогодина 2009]). Эти исправления сделаны по Кормчей Софийской редакции и другим книгам, те же чтения мы находим и в Кормчих Ферапонтовского вида, и в Кормчих Вассиана Патрикеева. В основном исправления ограничиваются парой слов или фраз; но есть более существенные дополнения. Внесены пропущенные в Чудовской редакции правила и толкования; в конце 133-й новеллы Юстиниана (озаглавленной «Тъи же Василии преблаженому епископу», гл. 24 Чудовской редакции) прибавлено правило о исповеди женщин [Корогодина 2009]; в середину статьи «Великому Пахомию ангелом преданный устав» (гл. 68 Чудовской редакции) вставлен перечень ежедневных молитв [Корогодина 2009], и мн. др. Эта правка полностью вошла в Кормчие Ферапонтовского вида. Что касается Кормчей Вассиана Патрикеева, то в нее были переписаны далеко не все статьи Чудовской редакции (и следовательно, вошли не все исправления); однако те статьи, которые были отобраны из Чудовской редакции, заимствовались Вассианом уже в исправленном виде. Таким образом, правка, сделанная первым почерком (назовем его почерк А) на полях рукописи Муз. 798, внесена в текст как в Кормчих Ферапонтовского вида (наиболее ранний список 1540-х гг.), так и в Кормчих Вассиана Патрикеева (самый ранний список 1510-х гг.).

Другой почерк (назовем его почерк В), на долю которого также приходится обильная правка, меняется от листа к листу. Создается впечатление, что он принадлежит не профессиональному писцу. Книжный полуустав его обладателю дается с трудом, и редактор [226] быстро переходит на начертания, близкие к делопроизводственной скорописи кон. XV - нач. XVI вв. Постепенно ему удается выработать особый почерк для своих помет, в котором есть элементы как полуустава, так и делопроизводственной скорописи [Корогодина 2009].

Правка этим почерком сделана на протяжении всей рукописи, но особенно обильна она в «Титлах правилам» - Синтагме в 14 гранях, игравшей роль тематического указателя к Кормчей. Редактор расширяет заголовки граней и глав, обильно вставляет ссылки на дополнительные правила в разные главы. В отличие от правки, сделанной почерком А, исправления в «Титлах» невозможно возвести к другим редакциям Кормчих. Это не заимствования, а оригинальные дополнения редактора нач. XVI в. Другая группа исправлений, внесенных почерком В, - глоссы на полях, отмечающие тематику правил. Эти глоссы подобны тем, что уже были в Кормчих Чудовской редакции. Источник их определить легко - они повторяют заголовки тех глав в «Титлах правилом», к которым относятся данные правила.[227] В одном случае редактор «реконструирует» утраченный текст правила на основе толкования к нему.[228] Наконец, ряд исправлений внесен в правила по Софийской редакции Кормчей. Некоторые глоссы уточняют терминологию; например к термину «молитвенный дом» на поле дается пояснение: «молитвеныи же дом глаголются епископи и монастыри».[229]

Правка, сделанная почерком В, не вошла в Кормчие Ферапонтовского вида, но большая ее часть отразилась в Кормчей Вассиана Патрикеева. Вассиан расширил тематику глав и внес новые правила в главы в сравнение с «Титлами правил» (легшими в основу его Кормчей) [Мошкова Л.В. Кормчая Вассиана Патрикеева // Каталог РГАДА XVI в. Вып. 1: 455-471]. Те дополнения на полях и между строками, которые мы видим в «Титлах правилам» в Муз. 798, полностью вошли в первоначальный вид Кормчей Вассиана. «Реконструкция» утраченного текста правила, сделанная в Муз. 798, также вошла в Кормчую Вассиана. При этом в Кормчей Вассиана не отразились те исправления, которые были сделаны в тексте соборных и отеческих правил в Муз. 798.

Исправления, приходящиеся на долю других почерков (их можно выделить еще не менее шести), незначительны по объему и приходятся в основном на соборные и святоотеческие правила. Некоторые из этих исправлений вошли в состав Кормчей Ферапонтовского вида, но отсутствуют в Кормчей Вассиана.

Как же оценивать правку, читающуюся на полях рукописи Муз. 798? Как уже говорилось выше, почерка, которыми внесена правка, можно датировать достаточно ранним временем. Если бы речь шла только об исправлениях, характерных для Кормчих Ферапонтовского вида, можно было бы предположить, что в Муз. 798 мы сталкиваемся со вторичным влиянием, то есть что текст этой рукописи был исправлен в позднее время по списку Кормчей Ферапонтовского вида. Однако откуда же Вассиан Патрикеев выписал исправленные правила, если Ферапонтовский вид появился в середине XVI в.? И откуда в Муз. 798 появилась правка, характерная только для Кормчей Вассиана, но не свойственная Ферапонтовскому виду? Невозможно предположить, что Кормчая традиционного состава (с правилами по соборам) была исправлена по списку Кормчей Вассиана Патрикеева (с правилами по граням).

Таким образом, нам остается предположить, что из рукописи Муз. 798 Вассиан Патрикеев выписывал исправленные «Титла правилам» и тексты правил в свою Кормчую. Наиболее ранний прижизненный список Кормчей Вассиана (БАН 21.3.8), который сохранил первоначальный вид его Кормчей, еще до внесения в него «Собрания некоего старца» и «Слова о еретиках», представляет собой беловой экземпляр. «Титла правилам» в нем находятся уже в исправленном виде, с дополнениями; в главы основным почерком внесены правила, добавленные Вассианом сверх «Тител»; сами правила содержат те же исправления по Софийской редакции и другим книгам, что и правила в Кормчих Ферапонтовского вида. Очевидно, что рукопись БАН, 21.3.8 не может отражать первый опыт Вассиана по составлению Кормчей, ей должна была предшествовать большая работа по отбору правил, расширению тематики глав, исправлению текста правил. Где же черновик Вассиана? Где следы его подготовительной работы?

В большинстве случаев черновики крупных средневековых компиляций не сохранились, но Кормчая Вассиана Патрикеева относится к одному из редких исключений. Таким черновиком (возможно, одним из нескольких) была рукопись Муз. 798. Правка, внесенная почерком В в Муз. 798 в «Титла правилам», нужна была только для Кормчей Вассиана и не вошла ни в одну другую редакцию Кормчих книг. Эта правка носит черновой характер: многочисленные приписки на полях, раскрывающие тематику правил; вписанные в строку дополнительные номера правил, - все это вошло в Кормчую Вассиана в той же последовательности, что и в Муз. 798. Более того, мы полагаем, что тот корявый книжный полуустав и уверенная делопроизводственная скоропись, которыми сделана эта правка, принадлежат самому Вассиану. Некоторая работа, связанная с составлением новой Кормчей, носила механический характер: например, выявление повторяющихся в разных главах правил и замена их отсылками, или исправление текста правил по списку Кормчей другой редакции. Такую правку могли сделать и сотрудники Вассиана. Однако исправления в тематике глав не были списаны, они

251

формулировались самим составителем. Это работа, которую трудно отнести на счет кого-либо другого, кроме автора замысла. Почерк В по своему характеру вполне мог принадлежать Вассиану, который вырос на службе у великого князя и, возможно, плохо владел книжным письмом, но зато должен был уметь писать документы .

Таким образом, правка, сделанная почерком В (предположительно принадлежащем Вассиану Патрикееву), отражает подготовительный этап работы для создания Кормчей Вассиана. В этом случае ее следует датировать 1500-ми или нач. 1510-х гг.

Правка, выполненная почерком А, содержит исправления, которые почти полностью вошли как в Кормчую Вассиана, так и в Кормчие Ферапонтовского вида Чудовской редакции. Одно из исправлений, вошедшее в Кормчие Ферапонтовского вида, кажется бессмысленным и ненужным для Кормчей традиционного состава (то есть с расположением правил по соборам), и объяснить его можно только обратившись к Кормчей Вассиана. Для Вассиана исключительную важность имела система отсылок от одной грани к другой, которая позволяла избежать повторения правил в разных главах и в то же время указать все правила, имеющие отношение к теме главы. Поэтому в Кормчих Вассиана постоянно встречаются указания, что то или иное правило помещено в такой-то грани, в такой-то главе. Напротив, в традиционных по составу Кормчих (в том числе в Чудовской редакции), где все правила расположены по соборам, а «Титла правилам» не играют ведущей роли, отсылок от одной грани к другой никогда не встречается. Тем более странной выглядит помета, сделанная почерком А в Муз. 798 напротив упоминания правила 7 всел. 22 в толковании правила Анк. 19: «Правило иже в Никеи второе събрася осмыя грани въ 15 главЪ святаго» . Эта помета вошла во все списки Ферапонтовского вида; в некоторых из них она записана на поле (как и в Муз. 798), в других вставлена в середину толкования Анк. 19, прерывая и обессмысливая его. Появление пометы становится понятным лишь при знакомстве с первоначальным видом Кормчей Вассиана (БАН, 21.3.8), где правило 7 всел. 22 также упоминается в толковании Анк. 19 в 11 грани 5 главе. Однако текст правила 7 всел. 22 здесь не приводится, а дается уже знакомая нам отсылка к 8 грани 15 главе, где мы и находим полный текст правила 7 всел. 22. Таким образом, исправления, выполненные почерком А, также тесно связаны с подготовкой Кормчей Вассиана Патрикеева.

Учитывая датировку рукописи Муз. 798 концом XV в. и начертания почерка А, близкие к почеркам кон. XV - первой половины XVI в., мы можем предположить, что именно в этой рукописи впервые появляются исправления, характерные для Кормчих Ферапонтовского вида, сделанные почерком А. Отсюда эти исправления были заимствованы в Кормчую Вассиана, - [230] [231] для которой и готовились. Эти исправления были сделаны незадолго до правки почерком В, выполненной при подготовке Кормчей Вассиана Патрикеева, то есть в нач. XVI в.

Итак, мы связываем исправления, внесенные в рукопись Муз. 798, с Вассианом Патрикеевым. Описывая историю своих занятий Кормчими книгами, Вассиан вспоминает: «Есть во святыхъ правилехъ супротивно святому Евангелию и Апостолу и всехъ святыхъ отець жительству, но не смехъ на своеи души сего положити, и о семъ возвестихъ господину отцу своему митрополиту Варламу и всему священному собору». Это говорит о том, что его интерес к Кормчим возник задолго до создания первого варианта собственной Кормчей «по граням». Действительно, чтобы создать такую новую по форме каноническую книгу, необходимо прекрасное знание материала и большая подготовительная работа. Следы этой подготовительной работы мы находим в рукописи Муз. 798.

Помимо прочего, в распоряжении Вассиана был еще один источник - список Кормчей Софийской редакции. Только оттуда мог быть заимствован один текст, вошедший в Кормчую Вассиана: «Поставление сербского митрополита», которое присутствует во всех изводах Кормчей Вассиана, кроме последнего. Необычно озаглавленный в Кормчей Вассиана, этот текст больше известен как «Сказание о болгарской и сербской патриархиях» (нач.: «Всеблагый Бог и многомилостивый, исперва от небытия сътворий род человечь...») из Софийской редакции Кормчей.

Как уже говорилось, «Титла правилом» были заимствованы Вассианом из рукописи Муз. 798 и в исправленном виде легли в основу его Кормчей. Однако окончание «Тител правилом» (грани 10-14) было выписано Вассианом из Кормчей Софийской редакции. Возможно, замена связана с тем, что в Чудовской редакции в последних гранях заявлено много глав, в которых отсутствует текст, а оставлены только номера глав. В качестве примера приведем окончание «Тител правилом»:

Чудовская редакция Кормчей (ГИМ, Муз. 798, л. 25-25 об.) Софийская редакция Кормчей (РГБ, Рум. 231) и Кормчая Вассиана Патрикеева (БАН, 21.3.8, л. 33 об.-34)
[Грань 13.] Глава 39. О вземлющих от церкви свеща или масло.

Глава 40.

[Грань 13.] Глава 3 9[232] [233]. О вземлющих от церкви воск или масло или ино что от таковых.

Глава. 40. О мирьских человецех, иже неправды[234] ради отлучени бывають.

Глава 41. О том, яко не подобает учити мирским

257

человеком.

Глава 42. О рабех
Грань 14, в неи же глав 7. О простых человецех. Грань 14. Си грань обща всим человеком. Глава 1. О лихоимьстве.264
Глава 1. О бесловьствующих Глава 2. О падшихся с бесловесными скоты.265
Глава 2. О убиицах и разбоиниках Глава 3. О убийцах и разбоиницех.
Глава 3. О имущих запрещение Глава 4. О имящих епитемию, сиречь
неприобщения, подобает ли причащатися запрещения, и того ради отлученых святого
хотящим скончатися и что подобает, аще причащениа, яко подобает им, хотящим умрети,
того ради приимше не умрут причяститися, и что да будет, аще того ради
Глава 4. О съблуженьи во сне ли от ложа причастившеся не умрут.
своего подружиа сущу и хотящим Глава 5. О съблажньшимся в сне или с своею
приобщатися, в которыя дни подобает же к женою в ту нощь бывших, хотящим
себе смешение того ради воздержатися причяститися, и в которыя дни бывает
Глава 5. О распусте маложенцема, аще не маложенцом удалятися смешениа причащениа
смиритася, да пребываета тако ради.
Глава 6. О имущих подружие бесящеся, и Глава 6. О имящим жену беснующуся и того
того ради хотящих ину пояти ради хотящим иную пояти.
1лава седмая. Глава 7. О памяти умрьших и о том, аще кто
Главы розныя. О том, яко не подобает епископом сел продаати, ни съсудов церковных, ни иных вещеи церковных, разве великиа нужа, и то по совету своего митрополита, в Халкидоне вселенскаго 12 събора четвертаго правило 9, в Карфагени събора поместнаго правило 26, 33,[235] [236] [237] [238] седмаго всел. събора иже в Никеи второе събрася правил 12,[239] иже в себе удавить или заколеть или утопить.

Констянтине граде събора пръваго и втораго прав. 10, 13, 14,262 Иустиниана царя

о,- 263

правило 36.

Как уже говорилось, в Софийской редакции грани 10-14 были заимствованы из Сербской редакции Кормчей. Сходное окончание «Тител правилом» мы находим и в Кормчей Вассиана, причем Патрикеев некоторые главы выписывал из Чудовской редакции, другие - из Софийской, отдавая предпочтение последней. В списке Муз. 798 Вассиан начал вносить эту правку в грань 10, но видимо, поняв, что исправления будут слишком велики, не стал дальше править текст Музейской Кормчей.

Особенности «Тител правилом» позволяют судить о том, какой список Кормчей Софийской редакции был в распоряжении Вассиана. Сопоставление списков Кормчих Софийской редакции с Кормчей Вассиана показывает, что Патрикеев обращался к Кормчей Кирилло-Белозерского вида, отличающейся значительными перестановками статей и восходящей к списку РНБ, Соф. 1173, поскольку только в рукописях этого вида сохранился ряд чтений, перешедших в Кормчие Вассиана Патрикеева.[240] [241] [242] К этому виду Кормчих Софийской редакции принадлежит всего три списка: РНБ, Соф. 1173 (1460-е гг.) и РГБ, Рум. 231 (кон. XV в.) и дефектный ГИМ, Барс. 171 (вторая половина XVII в.).

Рукопись Соф. 1173 - один из двух самых ранних списков Кормчей Софийской редакции. Рукопись принадлежала Кирилло-Белозерскому монастырю, на что впервые обратила внимание Е.В. Белякова [Белякова 1999: 141]. По мнению М.А. Шибаева книга не только находилась в Кирилло-Белозерском монастыре уже в кон. XV в., но и была там написана [Шибаев 2006: 432­433]. В рукописи есть полууставная запись, на которую до сих пор исследователи не обращали внимания: «Господину моему Ивану Патреке...» (л. 418 об.). Возможно, эта проба пера обращена к отцу (Ивану Юрьевичу) или брату Вассиана (Иване Мунынде), хотя отсутствие княжеского титула и отчества может говорить о том, что здесь имеется в виду представитель дворянского рода Патрикеевых [Зимин 1988: 30][243]. Возможно, Вассиан Патрикеев пользовался именно этим списком - Соф. 1173, с которым он мог познакомиться, находясь в Кирилло- Белозерском монастыре. Во всяком случае, в руках у Вассиана была рукопись, очень близкая по составу к Соф. 1173.

Итак, мы полагаем, что создание Ферапонтовского вида (не имеющего никакого отношения к Ферапонтову монастырю, как было показано выше) относится к тому времени, когда Вассиан только начинал интересоваться Кормчими книгами. Наши наблюдения суммированы на Рис. 9.

Ак - БАН, 21.3.8

М - ГИМ, Муз. 798

С - список Кормчей Софийской редакции Кирилло-Белозерского вида Рис. 9. Формирование Ферапонтовского вида Кормчей Чудовской редакции

Как уже не раз нами отмечалось, при внимательном знакомстве с Кормчей Чудовской редакции бросается в глаза ее неисправность: пропуски, испорченные чтения. Имея под руками списки Кормчих Софийской и Чудовской редакции (Муз. 798), Вассиан решил исправить одну книгу по другой. Так рукопись Муз. 798 была выверена по списку Кормчей Софийской редакции (возможно, Соф. 1173); эти исправления сделаны почерком А. Скорее всего, эту правку, носящую механический характер, вносил кто-то из сотрудников Вассиана Патрикеева. Однако результаты работы не удовлетворили Патрикеева. У него появился новый замысел: создать Кормчую «по граням», что позволит быстро находить правила на определенную тему. Вассиан обратился к уже исправленному списку Муз. 798, по нему отредактировал «Титла правилам» и внес другие исправления, которые впоследствии вошли в его Кормчую. Окончание Синтагмы XIV титулов он взял из Софийской редакции Кормчей, воспользовавшись рукописью, уже использованной им при исправлении испорченных чтений в Муз. 798.

<< | >>
Источник: КОРОГОДИНА Мария Владимировна. КОРМЧИЕ КНИГИ XIV - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XVII вв. КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК. 2015

Еще по теме 5.1.1. Появление Ферапонтовского вида Чудовской редакции Кормчей книги:

  1. 1.2. Исследования русских редакций Кормчих книг в ХХ веке
  2. Галицкие редакции Кормчих книг.
  3. 2.1. Первоначальная русская редакция Кормчей книги: к вопросу об архетипе
  4. 2.5. Свидетельства бытования русских редакций Кормчих книг в XIV веке
  5. 2.5. Мясниковская редакция Кормчей книги
  6. Глава 3 XIV век: Чудовская редакция Кормчей книги
  7. 3.1. Состав и источники Чудовской редакций Кормчей книги
  8. 3.4. Взаимоотношение Мерила праведного, Чудовской и Мясниковской редакций Кормчей книги
  9. 3.4. О времени создания Чудовской редакции Кормчей книги
  10. Глава 4 XV век: распространение Кормчих и Софийская редакция Кормчей книги
  11. Глава 5 Авторские редакции Кормчих книг первой половины XVI века: Вассиан Патрикеев и Нифонт Кормилицын
  12. 5.1.1. Появление Ферапонтовского вида Чудовской редакции Кормчей книги
  13. Глава 6 Сводные редакции Кормчих книг второй половины XVI века
  14. 6.4. Погодинская редакция Кормчей книги
  15. 6.4. Толстовская редакция Кормчей книги
  16. 8.1. Краткий и Пространный виды Лукашевичской редакции Кормчей книги
  17. Волынский извод Первоначальной русской редакции Кормчей книги
  18. 8.4.1. Сборник выписок из Чудовской редакции Кормчей книги
  19. 8.4. Антилатинский Толстовский сборник и Лукашевичская редакция Кормчей книги
  20. 8.6. Происхождение Лукашевичской редакции Кормчей книги