<<
>>

Галицкие редакции Кормчих книг.

Лукашевичская и Люблинская редакции Кормчих стали известны весьма рано - их списки входили в собрание Н.П. Румянцева и потому были упомянуты уже Г.А. Розенкампфом. Внимание немецкого ученого привлекла Кормчая книга, составленная Василием Люблинским; Розенкампф опубликовал часть Предисловия Василия Люблинского и предположил, что Кормчая была подготовлена по замыслу еп.
Львовского Гедеона (Балабана) [Розенкампф 1829: 80-82]. Список Лукашевичской редакции, как и иные Кормчие книги, был отнесен Розенкампфом к «Кирилловской фамилии». Таким образом, исследователь в общих чертах определил, что данный список содержит правила в том же виде, что и Новгородский Синодальный список.

Необычная по составу Люблинская редакция Кормчей, открывавшаяся ярким полемическим Предисловием, привлекла внимание А.С. Павлова. Он полностью опубликовал Предисловие к Кормчей и определил парижское издание, по которому Василий Люблинский исправлял славянскую каноническую книгу. Кроме того, ученый доказал, что Люблинская редакция использовалась при подготовке печатной Кормчей в Москве в 1650-53 гг. [Павлов 1885а].

В дальнейшем обе галицкие редакции надолго выпали из поля зрения ученых. Они не могли помочь прояснить раннюю историю славянских переводов, вошедших в Кормчие книги, поэтому не интересовали исследователей XIX - нач. ХХ в. В них отсутствовала Правда Русская и княжеские уставы, поэтому они не были привлечены в сер. ХХ в. при изучении законодательных памятников в составе Кормчих книг. До последнего времени единственным исследователем Лукашевичской редакции Кормчей оставался Я.Н. Щапов, обративший внимание на то, что в этой редакции находится один из наиболее ранних вариантов «Правила о церковных людях» [Щапов 1965]. Щапов описал один из списков подобной Кормчей, по которому дал название всей редакции [Щапов 1959б. С. 11-17][46]. Ученый выявил еще ряд списков Лукашевичской редакции и обратил внимание на их украинское происхождение, а также отметил близость Волынского извода и Лукашевичской редакции Кормчей.

Отсутствие в Лукашевичской редакции Кормчей Устава кн. Владимира позволило Щапову предположить, что эта каноническая книга была создана в последней четверти XIII в., - еще до того, как Устав был включен в Кормчую, формировавшуюся на протяжении четверти столетия при митр. Кирилле II. Таким образом, Щапов отнес Лукашевичскую редакция к наиболее раннему этапу формирования русской Кормчей, предшествовавшему созданию Волынского извода [Щапов 1965: 78; Щапов 1978: 211-212]. Ко времени митр. Максима (без каких-либо аргументов) отнес редакцию И. Скочиляс, считающий, что Лукашевичская Кормчая появилась в Киеве [Скочиляс 2010: 366]. Таким образом, до сих пор выводы исследователей опирались на археографические данные о месте бытования отдельных списков и на наблюдения над историей отдельных текстов из Лукашевичской редакции. При этом оставались не выявленными списки Кормчей, ее источники, методы составления, взаимоотношение с кругом других канонических книг как древнерусских, так и галицких.

К Люблинской редакции Кормчей обратилась Е.В. Белякова в связи с изучением московской печатной Кормчей (Москва, Печатный двор, 1653). Наблюдения А.С. Павлова получили дополнительное обоснование в работах Е.В. Беляковой, которая подтвердила, что полемически заостренное предисловие Люблинской редакции было частично заимствовано в Кормчую при патр. Иосифе, но удалено при патр. Никоне, так что лишь некоторые печатные экземпляры сохранили листы с выписками из Люблинской редакции. Однако до настоящего времени по - прежнему оставались невыясненными как источники Люблинской редакции, так и пути, которыми она могла оказаться в Москве.

Наше исследование касается древнерусских редакций Кормчих книг и переработок, созданных на их основе, подобно галицким редакциям. За рамками нашего труда остались некоторые канонические книги, подготовленные на Балканах или в Великом княжестве Литовском, такие как Мазуринская и Западнорусская редакции Кормчей. Источникам и возникновению Мазуринской редакции Кормчей посвятила исследование Е.В.

Белякова, что дало толчок для подготовки лингвистического издания Мазуринской редакции по всем известным в то время спискам. В основе Мазуринской редакции, как показала исследовательница, лежит Сербская редакция Кормчей. Возникновение Мазуринской редакции Кормчей Е.В. Белякова относит к XIV в., связывая ее с Болгарией или Охридской архиепископией [Мазуринская Кормчая: 53-54].

Единственной исследовательницей Западнорусской редакции Кормчей стала Л.В. Мошкова, выявившая эту неизвестную ранее редакцию при описании рукописей РГАДА и назвавшая ряд списков из иных хранилищ. Мошкова дала название редакции, определила, что ее основным источником является Сербская редакция Кормчей. Создание Западнорусской редакции Кормчей Л.В. Мошкова отнесла к XV в. и связала с деятельностью митр. Киевского Григория Болгарина и, соответственно, с Киевской митрополией (в том ее виде, как она сформировалась после 1458 г.) [Мошкова 2005a: 232-234]. Основанием для датировки редакции послужил комплекс формулярных посланий митр. Киевского, помещенный в некоторых списках Западнорусской редакции, до сих пор остающийся неопубликованным и неизученным.

Как видим, редкая из русских редакций Кормчих XIV-XVII вв. удостаивалась специального исследования. Эти канонические сборники устойчивого состава попадали в поле зрения ученых лишь в связи с исследованием отдельных текстов, что неизбежно приводило к игнорированию многих списков, не содержащих нужного сочинения. Главным же недостатком подобного подхода являлось то, что Кормчая не рассматривалась как единый устойчивый по своему составу сборник, составлявшийся и редактировавшийся целиком, а не отдельными частями. Попытки изучить отдельный текст в отрыве от истории Кормчей книги в целом, равно как и заключения относительно истории всей Кормчей на основе изучения единственного текста неизбежно ведут к ошибочным выводам. К подобным же заблуждениям приводит и исследование единственной редакции вне иных канонических книг. История формирования и преобразований Кормчих книг имеет свои тенденции, которые не позволяют просто поместить изучаемую редакцию в центр исторических событий, опираясь лишь на общеисторические соображения. Наше исследование представляет собой попытку взглянуть на историю развития Кормчих книг в целом, воспринимая их как сборник, имеющий собственную судьбу и тесно связанный с иными книжными памятниками Древней Руси.

<< | >>
Источник: КОРОГОДИНА Мария Владимировна. КОРМЧИЕ КНИГИ XIV - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XVII вв. КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК. 2015

Еще по теме Галицкие редакции Кормчих книг.:

  1. Предмет исследования, цели и задачи.
  2. Галицкие редакции Кормчих книг.
  3. 1.4.1. Взаимоотношение видов Софийской редакции
  4. Глава 8 Галицкие редакции Кормчих книг
  5. 8.1. Постановка проблемы
  6. 8.1. Рукописные канонические книги на украинских землях: археографические данные
  7. 8.4. Антилатинский Толстовский сборник и Лукашевичская редакция Кормчей книги
  8. 8.6. Происхождение Лукашевичской редакции Кормчей книги
  9. 8.9. Выводы
  10. Заключение
  11. Литература: