<<
>>

1.3. Первые альбомы фотоснимков памятников древнерусской культуры и первые мастера светописи, работавшие в этом направлении

На рубеже 1850-х - 1860-х гг. фотография делает новые успехи в деле запе­чатления русских древностей. «В документах Военно-исторического архива, - пишет М.Г. Рогозина, - можно прочесть, что в 1858 -1859 гг.
Ю.П. Львов произ­водил съемку древностей Новгорода и Старой Ладоги» . Результатом этих съе­мок стал альбом, который был передан в архив Св. Синода, но, к сожалению, до наших дней не сохранился . При участии Ю.П. Львова был создан еще один аль­бом, посвящённый Великому Новгороду - «Альбом видов и древностей новго­родских, снятых фотографами генерального штаба в 1862 году» . Работы по фо­тосъемке, инициатором которых был генерал М.П. Руднев, проводились фотогра­фами топографического бюро Г енерального штаба П. Щербаковым и К. Низовским летом 1862 года. Интересовавшийся фотографией М.П. Руднев, производивший топографическую съемку Новгородской губернии, предложил преподнести этот альбом императору Александру II во время празднования от­крытия памятника Тысячелетию Руси. Альбом содержит 36 листов с фотография­ми, среди которых почти все посвящены церковным древностям. «Были сфото­графированы наиболее известные древние храмы и монастыри Новгорода и его окрестностей. Мастера, - отмечает М. Г. Рогозина, - кроме общих видов древних [74] [75] [76] построек иногда снимали их наиболее выдающиеся детали (Сегтунские двери Софийского собора) и древние реликвии, хранящиеся в храмах и монастырях: ми­трополичья шапка (здесь названная княжеской), грамота кн. Мстислава и пр.»[77] [78] [79] [80].

Одним из ранних памятников отечественной фотографии, представляющих культуру Древней Руси, является «Альбом видов и древностей новгородских, сня­тых фотографами генерального штаба в 1862 году» . Этот редкий экземпляр ран­ней отечественной светописи хранится в ГНИМА им. А.В.

Щусева и содержит 32 листа с фотоизображениями (в том числе две панорамы). Рассмотрим некоторые фотографии из тех, что запечатлели памятники древнерусской культуры. Часть кадров представляет собой общие виды храмовых построек Новгорода, данные издалека; в подобных снимках до трёх четвертей кадрового пространства запол­нено белизной неба, на фоне которого вырисовываются церковные памятники древнего города. Так, снимок «Вид Юрьева мужского монастыря» представляет собой общий план комплекса монастыря, который заполняет лишь узкую полоску пространства в нижней части кадра, смягчая контраст темной, почти черной зем­ли и светлого прозрачного неба. В снимках, где на первом плане присутствует водное пространство, из-за технической невозможности передать оттенки голубо­го, полоса земли вместе с храмами будто зависает вне пространства и времени, внутри собственного мира, как на фотографии «Вид Колмова мужского монасты­ря» . Остановимся подробнее на снимке «Церковь Спаса Преображения на Нере- дице»[81]. Высота точки съемки - нормальная, дающая безракурсное фронтальное изображение. Церковь дана издалека, общий план позволил ввести в композицию деревенские дома недалеко от церкви и группы деревьев. Эти элементы создают, казалось бы, образ включенности церкви в контекст окружающей жизни. Однако другие детали добавляют совершенно новые оттенки образу. Так, плетеный забор, идущий вдоль нижней части кадра, простор белого неба, занимающего две трети изображения, единственное высокое дерево на снимке, стоящее в стороне от дру­гих, но рядом со звонницей, выводят церковь Спаса Преображения из контекста мирского и суетного. Белизна церковных стен едва не переходит в белизну неба. Сопоставление мирского и божественного позволяют говорить о представленном на снимке образе как архетипе Храма первых веков православия на Руси.

С самого начала распространения светописи именно Москва - древняя рус­ская столица - привлекала отечественных и зарубежных фотографов своеобрази­ем. Шесть снимков, представляющих собой виды Москвы, были созданы саксон­ским подданным, фотографом Ф.

Мебиусом. Его снимок, представляющий ворота и колокольню Страстного монастыря в Москве[82] [83] [84], является самым ранним из об­наруженных нами художественных фотоснимков памятников древнерусской культуры. Этот отпечаток, хранящийся в Отделе эстампов Российской нацио-

92

нальной библиотеки (ОЭ РНБ), выполнен в ателье Фридриха Г юнтера Мебиуса не позже 1855 года. Снимок, сделанный на высоком художественном и техниче­ском уровнях, относится к жанру видовой фотографии. Лишенное фотографиче­ской четкости изображение также и по композиции напоминает гравюры с видами Москвы: уходящие в тень торговые лавки, расположенные вдоль нижнего края снимка, запряженная повозка на дороге перед монастырем скорее условны, чем призваны отразить реальную жизнь города середины XIX века. Объектом внима­ния фотографа стали незадолго до того отстроенная колокольня монастыря (архи­тектор М. Д. Быковский). Однако плавность тональных переходов, мягкость кон­туров зданий, захват бытовых деталей в композицию снимка говорят о создании образа купеческой и, в то же время, «белокаменной», величественной Москвы.

Еще несколько аналогичных ранних снимков Москвы хранятся в Отделе эс­тампов, среди которых три фотографии известного петербургского фотографа

93

Ивана (Джованни) Карловича Бианки 1855 года , одна фотография того же авто­ра 1866 года[85], выполненный неизвестным фотографом снимок Спасской башни Московского Кремля[86], а также трёхкадровая панорама площади перед Большим театром в Москве (авторство снимка также не установлено)[87] [88] [89].

Из перечисленных выше снимков Джованни Бианки, особый интерес пред­ставляют два, посвященные Московскому Кремлю. На фотографии, представ­ляющей Ивановскую площадь Московского Кремля , видны часть Колокольни Ивана Великого, Царь-колокол и угол Архангельского собора (см. Прил. 2, рису­нок 1). Автор не сосредотачивает своё внимание на конкретном памятнике, не пы­тается подать какую-либо архитектурную группу в её целостности и композици­онной завершенности.

Памятники, запечатленные с нормальной точки съемки, будто предоставлены сами себе, разбросаны вокруг пустынной площади. Пред­ставляет интерес снимок Грановитой палаты и Красного крыльца (см. Прил.2, ри­сунок 2). Известные историко-культурные памятники представлены не целостно, с расстояния, а запечатлены «изнутри»: камера фотографа находилась у дверей Грановитой палаты и была направлена вдоль неё, выше Красного крыльца, от­крывая вид на здания Кремля. При дальнейшем анализе работ этого периода мы увидим, что фотографы крайне редко подходили к памятнику настолько близко - характерны панорамы, общие планы зданий, либо нечастые съемки интерьеров.

Еще одна особенность снимка: на первом плане рядом с дверью, опершись о стену, стоит мужчина. Это первое из известных нам включение в кадр человека в качестве полноправного героя снимка, участника диалога с памятником культуры. Человек на снимке становится частью историко-культурного пространства, каким оно было в момент создания фотографии. Но характерна и поза, в которой запе­чатлен мужчина: она расслаблена, возможно, несколько нетерпелива, руки скре­щены на груди. Сам человек отстранен от окружающей его истории, погружен в себя. Взгляд фотографа-художника Джованни Бианки, «первого светописца Пе­тербурга», отличается и на московских снимках своеобразием и талантом в худо­жественной подаче культурных объектов.

Интерес к древнерусской культуре стал охватывать все более широкие круги фотографической общественности. Объектом их внимания становятся различные города России с их памятниками. Так, древним памятникам культуры России бы­ли посвящены исторические очерки в периодической печати о Тверских монасты­рях - Отроче, Желтикове, Рождественском девичьем, Оршине, а также в целом об истории Твери. Эти очерки, иллюстрированные фотографиями, были подписаны редактором-издателем журнала «Фотографическая иллюстрация» П. Архангель­ским[90]. Фотографии по-прежнему не отличались хорошим качеством: они очень бледны, представляют собой общий план монастырей, снятых с удаленной точки.

Появляются материалы и о других городах России и их памятниках. Рассказы о городах и памятниках иллюстрируются фотографиями. Так, очерк Москвы со­провождается фотографией Спасских ворот[91]; рассказ о соборе Василия Блажен­ного и Сухаревской башне в Москве снабжен фотографиями, сделанными самим П. Архангельским и фотографом Шатовым (имя и отчество последнего нам уста­новить не удалось)[92] [93]; исторический очерк о Смоленске и Минске, история Ябло- чинского монастыря в Варшавской епархии, основанного еще до Брестской унии 1595 г., иллюстрируются фотографиями «Древняя стена в Смоленске» и «Вид г. Минска», представляющих собой общие виды .

По своему качеству очень немногие фотографии в «Фотографической иллю­страции» отличаются в лучшую сторону от иллюстраций в журнале «Светопись»: фотография Спасских ворот бледная, с плохой прорисовкой деталей. Фронтальное изображение даёт классическое представление об этой постройке. Следует отме­тить, что тексты - исторические очерки - существенно отличались от фотографий своим качеством: они написаны довольно живо, так, что могли заинтересовать читателя.

Главное же достоинство этих публикаций состояло в том, что их материалы преследовали благие цели - просвещать читателей с помощью исторических справок и иллюстраций. В рассказе о Яблочинском монастыре Варшавской епар­хии, в очерках по истории Твери, Смоленска, Минска ясно просматривается на­мерение авторов пробудить интерес к истории своей страны. К тому же в мате­риалах журналов, в частности, в журнале «Фотографическая иллюстрация» всё больше внимания уделялось истории и культуре России, в том числе стремлению познакомить читателей с памятниками древнерусской культуры, с их историей и внешним видом. Ценным было и то, что в периодике появлялась информация, ка­сающаяся общеевропейских культурных ценностей. Хотя, конечно, приоритет­ным было намерение привлечь внимание читателей с помощью слова и фотогра­фии к культурным ценностям именно России, причём не только к таким широко растиражированным памятникам, как собор Василия Блаженного в Москве, но и к многими забытым или малоизвестным уголкам России, таким как Желтиков, От- роч и другие Тверские монастыри.

<< | >>
Источник: Головина Ольга Сергеевна. Исторические памятники Древней Руси в дореволюционной отечественной фотографии. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. 2016

Еще по теме 1.3. Первые альбомы фотоснимков памятников древнерусской культуры и первые мастера светописи, работавшие в этом направлении:

  1. 23.5. Типологические особенности древнерусской культуры
  2. Тема 1. Государство Русь и древнерусская культура (IX — первая половина XIII вв.)
  3. ПРИЛОЖЕНИЕ КАТАЛОГ ПАМЯТНИКОВ МИЛОГРАДСКОЙ КУЛЬТУРЫ (НОМЕРА ПАМЯТНИКОВ СООТВЕТСТВУЮТ НОМЕРАМ НА РИСУНКАХ 1, 2)
  4. Глава I Философская мысль в древнерусской культуре и ее особенности
  5. Крещение Руси и его отражение в мировоззрении древнерусского общества
  6. XVII век — финал древнерусской культуры
  7. КУЛЬТУРА
  8. ПАМЯТНИКИ БАДАРИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ
  9. Оглавление
  10. Введение
  11. Глава 1 Зарождение интереса к представлению памятников древнерусской культуры в фотографии (1840-е - начало 1870-х гг.)
  12. 1.1. Изобретение фотографии и первые опыты фотосъемки памятников
  13. 1.3. Первые альбомы фотоснимков памятников древнерусской культуры и первые мастера светописи, работавшие в этом направлении
  14. 2.1. Совершенствование фототехники и технологии и деятельность первых фотографических обществ в России
  15. 2.2. От идеи создания «фотографической коллекции России» к замыслу «фотографического музея»
  16. 2.2. Особенности представления памятников древнерусской культуры в фотографии и творчество выдающихся мастеров светописи конца XIX столетия
  17. 2.2. Москва и ее памятники в центре внимания фотографов конца XIX века
  18. 3.5. Реставрация памятников культуры и фресковая живопись в фотографии: концепции и реализация
  19. 3.5. Концепции запечатления памятника культуры в научной и художественной фотографии
  20. § 5. Культура