<<
>>

6.4. Толстовская редакция Кормчей книги

Одна из редакций, которые можно отнести к третьей четверти XVI в., - Толстовская. Название было дано В.П. Любимовым по старшему из двух известных ему списков сер. XVII в.

из собр.

Ф.А. Толстого (РНБ, Q.II.46; второй список - РГАДА, ф. 181 (МГАМИД), № 576) [ПР. Т. 1: 58]. Позже Любимов обнаружил еще один список, датировавшийся почти столетием раньше, и подробно описал его (РГБ, Никифор. 23) [ПР. Т. 2: 840-844]. Сейчас к ним можно прибавить еще два списка: РГБ, Егор. 254 (1560-70-х гг.) и БАН, Тек. пост. 495 (1730-40-е гг.). Первый из них был известен Любимову, но поскольку в своей классификации Кормчих он опирался на чтения Правды Русской, то отнес Егоровский список к Софийской редакции [ПР. Т. 1: 56]. Действительно, Правда Русская выписана сюда без изменений из Софийской редакции, однако по набору статей Егоровский список, как будет показано ниже, можно отнести к первому этапу составления Толстовской редакции. Второй список, представляющий собой редкий случай переписывания древнерусской редакции Кормчей в XVIII в., не сохранил Правды Русской и поэтому не был учтен В.П. Любимовым.

Толстовская редакция, неоригинальная по содержанию (она скомпилирована из Кормчих Чудовской и Софийской редакций), представляет собой любопытный пример непрекращающегося редактирования. Из пяти списков этой компиляции, два относятся к третьей четверти XVI в., а два - к середине XVII в., и в каждом из них представлен новый вариант сборника. Иными словами, каждый, кто обращался к этой книге в XVI и XVII вв.[444], считал возможным вносить в нее свои изменения: исключать или дополнять статьи, так что у нас нет двух рукописей одного состава, хотя списки XVII-XVIII вв. несомненно близки.

К первому этапу составления Кормчей Толстовской редакции мы должны отнести Егоровский список (РГБ, Егор. 254) кон. 60-х - нач. 70-х гг. XVI в. Вводные статьи: Сказание о болгарской и сербской патриархиях, сочинения о вселенских и поместных соборах, Номоканон XIV титулов и предисловия к нему, Правило епископам выписаны из Кормчей Софийской редакции.

Первые главы также заимствованы из Софийской редакции: в главе 4 отсутствует дополнительное предисловие к правилам 1 -го Вселенского собора, характерное для Чудовской редакции. Однако следующие главы идут в одном порядке и почти не имеют разночтений в Софийской и Чудовской редакциях, поэтому сложно судить об их источнике. Ясно лишь, что глава 15 (Правила 6-го Вселенского собора) выписана из Чудовской редакции, которая отличается от Софийской дополнительным предисловием к соборным правилам. Таким образом, переход к новому источнику - Кормчей Чудовской редакции происходит между главами 5-15. Следующие главы, вплоть до 64-й, заимствованы из Кормчей Чудовской редакции. Об этом неопровержимо свидетельствует последовательность статей, повторяющая порядок глав в Кормчей Чудовской редакции. Характерные чтения и ряд дополнений говорит об использовании Кормчей Ферапонтовского вида. Так, в конце гл. 24 к отрывку 133-й новеллы Юстиниана добавлена выписка об исповеди женщин; заголовки посланий архиеп. Александрийского Кирилла в гл. 35 исправлены - в Кормчих Чудовской редакции Овчинниковского и Крестининского вида адресаты посланий указаны неверно.

После гл. 64 (Поучение новопоставленному священнику) из Чудовской редакции Кормчей должно было быть выписано Поучение попам. Оно действительно составило гл. 65, но было заимствовано не из Чудовской, а из Софийской редакции. В этом легко убедиться, если сопоставить тексты: в Чудовской редакции в конце Поучения попам вставлено Поучение «всему священическому чину», которое отсутствует в других редакциях, в том числе в Софийской и Толстовской. Таким образом, гл. 65 открывает выписки из Софийской редакции, которые продолжаются до конца Егоровского списка. Нумерация глав в рукописи проставлена лишь до гл. 64, то есть до конца выписок из Чудовской редакции; следующие главы не имеют собственной нумерации, зато сохранили многие номера по Софийской редакции, подтверждая наше предположение об источнике второй части Толстовской Кормчей. Выписки были сделаны из Кормчей Софийской редакции Вязниковского вида Первой группы (со спутанной последовательностью текстов), имеющему ряд дополнительных статей в конце (типа РГАДА, МГАМИД 577).

В Егоровский список вошли характерные дополнения , открывающиеся ответами Константинопольского собора 1276 г. на вопросы еп. Сарского Феогноста и завершающиеся отрывком из Слова к царю Льву Исаврянину о Кресте и о святых и о пречестных иконах Германа I патр. Константинопольского[445] [446].

Как видим, структура новой компиляции предельно проста. Она делится на две части (РГБ, Егор. 254, л. 1-368 об. и 368 об.-556), одна из которых выписана из Кормчей Чудовской редакции, другая - из Софийской. Однако если статьи из Чудовской редакции были выписаны подряд, так что сначала рукопись можно принять за список Кормчей Чудовской редакции; то из Софийской редакции статьи выписывались отдельными блоками, прерываясь и смешиваясь. Поскольку Софийская и Чудовская редакция восходят к одному источнику - Первоначальной русской редакции Кормчей, в них много общих статей; бездумное соединение выписок из Чудовской и Софийской редакций в Егоровском списке привело к повторам одних и тех же текстов. В выписки из Софийской редакции вклинилось несколько дополнительных статей: вторая часть Чина погребения, выписанная из Кормчей Чудовской редакции (л. 436-437); ряд переводных учительных текстов (л. 465 об.-472), Правила Никифора I Исповедника (л. 554 об.- 556) и, наконец, грамоты митр. Московского Макария архиеп. Новгородскому Пимену 1558 г.

(л. 476-476 об. и 556-558). Грамоты не входили изначально в состав Кормчей, но были приписаны вскоре после ее создания на оставшихся свободными листах в середине и в конце книги.

В грамотах рассматриваются частные случаи, бывшие в Новгородской епархии и требовавшие канонического решения со стороны владыки. Первая грамота касается случая, бывшего с одним приходским священником во время литургии[447]. Священник «омертвел», так что не мог закончить службу; прихожане вытащили больного из церкви и спустя некоторое время он «ожил». Митр. Макарий признается, что, как и архиеп. Пимен, не смог найти в церковных правилах указаний на этот счет; на основании святоотеческих повестей он в таких случаях советует обращаться к иному священнику, который закончит литургию вместо больного.

В качестве примера митр. Макарий пересказывает одну из повестей, в которой у священника случилось излияние семени во время литургии; «рассудительные старцы» велели ему переодеться и с молитвой и трепетом закончить божественную службу.

Вторая грамота, датированная 6 февраля 1558 (7066) г. состоит из двух частей[448]. Первая часть посвящена происшествию в одном из главных монастырей Новгородской епархии - Юрьеве, где иеромонах Авраамий по забывчивости отслужил литургию без епитрахили; архим. Геннадий простил его и разрешил служить дальше. О случившемся донесли архиеп. Пимену, и после долгих расспросов архимандрит сознался в самовольном решении этого вопроса. Не зная, как поступить с провинившимися, архиеп. Пимен написал о происшедшем митр. Макарию, который оценил стремление архиеп. Пимена положиться на решение митрополита и более всего осудил самоуправство Юрьевского архимандрита, не доложившего сразу о случившемся своему владыке. В назидание другим митр. Макарий велел наложить запрещение на архим. Геннадия на неопределенное время, по усмотрению архиеп. Пимена; Авраамию же по каноническим правилам митрополит запретил служить в течение года. Митр. Макарий подчеркивает, что вынес решение на основании Кормчей книги, и цитирует правила.

Разобрав случай в Юрьеве монастыре, митрополит благословляет архиеп. Пимена, собираясь завершить послание. Но вслед за заключительными словами неожиданно следует продолжение: митрополит сетует, что не обо всем, «иже въ мирЪ человЪкомъ случается», написано в правилах. В качестве примера митр. Макарий вспоминает недавний случай с омертвевшим священником - тот самый, которому была посвящена первая грамота. Митрополит ссылается на свою первую грамоту (также записанную в Кормчей) и признает, что сначала не мог «о томъ великомъ д'Ьл'Ь указу учинити»; только теперь он готов рассудить по правилам, как следует поступить. Митр. Макарий прежде всего требует выяснить, что

случилось со священником, какова причина его странного состояния, и можно ли его снова допустить к служению.

Литургию же, несомненно, необходимо закончить, возобновив ее с того места, на котором она была прервана. Первая грамота не датирована, но речь в ней идет о событиях декабря-января. Надо полагать, первую грамоту следует датировать январем 1558 г.

Итак, перед нами две грамоты, отправленные митр. Макарием Новгородскому архиеп. Пимену. Как свидетельствует наклейка на корешке, на основании этих грамот в XIX в. Кормчую считали принадлежащей (или составленной) митр. Макарию. Однако это предположение вызывает сомнения. Начинания митр. Макария отличались большим размахом; сложно представить себе, чтобы задуманная им Кормчая так быстро вышла из употребления, ограничившись двумя списками третьей четверти XVI в. Вероятно, митр. Макарий не имел отношения к составлению этой компиляции; скорее, Кормчая была составлена в окружении архиеп. Пимена, которому адресованы обе грамоты митрополита. Пимен был поставлен на Новгородскую архиепископию в 1552 г. из иноков Кирилло-Белозерского монастыря. Близкий к царю, Пимен Черный был одним из ходатаев к Ивану Грозному в Александрову слободу, после чего была учреждена опричнина [Макарий, митр. Кн. IV. Ч. 1: 162]. В 1563 г. он отправил послание Ивану Грозному, находившемуся в Полоцком походе, в котором превозносил подвиг царя, сражавшегося с богоотступниками и еретиками, и сравнивал его с императором Константином Великим [АИ. Т. I: 549-551]. После гибели митр. Филиппа Пимен в начале 1570

г. попал в опалу, был увезен в Москву и умер через полтора года осенью 1571 г. в Никольском монастыре на Веневе.

Таким образом, приписанные в Егоровском списке грамоты архиеп. Пимену наводят на мысль, что Кормчая была составлена в Новгороде в окружении архиепископа. Возможно, работа над ней была завершена уже после сведения Пимена с кафедры, поскольку по водяным знакам рукопись относится к кон. 60-х - нач. 70-х гг. XVI в. Новгород относился к ареалу распространения Кормчих Софийской редакции. Нам доподлинно известно о происхождении и бытовании в Новгороде двух списков Кормчих с дополнениями в конце, как в источнике Толстовской редакции: РНБ, Солов.

476/495 (1519 г.) и РГБ, Егор. 472. Последняя рукопись представляет собой конволют, в котором к списку кон. XV в. прибавлены выписки из Чудовской редакции Кормчей, сделанные по заказу архиеп. Новгородского Феодосия. Однако в этой рукописи, во-первых, переписаны не все дополнительные статьи к Софийской редакции, представленные в Егоровском списке; во-вторых, в Егоровском списке не отразились выписки, сделанные при архиеп. Феодосии. Поэтому мы должны отвергнуть Феодосиевскую рукопись в качестве возможного источника Толстовской редакции. Кроме того, два текста в Егоровском списке сохранили нумерацию глав по источнику - Кормчей Софийской редакции, и эта нумерация сближает новую подборку с Кормчими Кирилло-Белозерского вида Софийской

337

редакции (главы 66 и 69 Толстовской редакции). Как мы уже видели в главе 4, Софийская редакция, многажды подвергавшаяся переработкам, обладает достаточно неустойчивой нумерацией глав, поэтому у нас нет уверенности в том, что какой-либо из списков не обладал собственной, свойственной только ему нумерацией, в остальном совпадая по составу с другими рукописями. Во всяком случае, такие особенности источника Толстовской редакции: конвой, характерный для Кормчих Вязниковского вида, и нумерация глав, свойственная Кирилло- Белозерскому виду, не позволяет нам точно определить список, использованный составителями Толстовской редакции.

Вскоре после завершения работы над Егоровским списком, была сделана новая переработка этой Кормчей, отразившаяся в рукописи РГБ, Никифор. 23. Этот список, несомненно, является оригиналом, с которым работал новый редактор, а не копией с него. Об этом говорит не только датировка тем же временем, что и Егоровский список[449], но и то, что на месте текстологических швов - там, где заканчивается один комплекс выписок и начинается другой, - в Никифоровской рукописи обычно остается незаписанным конец листа и чистый оборот, так что новый комплекс текстов начинается с нового листа. Очевидно, это позволяло по ходу работы компоновать сделанные выписки. Не считая некоторых незначительных вставок, рукопись в целом повторяет состав Егоровского списка до Чина принятия от афинган, то есть примерно до половины выписок из Софийской редакции. Однако затем редактор отказался от мысли переписывать Егоровский список, возможно, потому что в нем начались повторы: статьи, уже выписанные из Чудовской редакции, снова заимствованы из Софийской. Вероятно, поняв, что последующие статьи взяты из Софийской редакции, причем некоторые тексты опущены, а другие выписаны дважды, новый редактор решил заново обратиться к Софийской редакции и дополнить Кормчую собственными выписками.

Источником для него послужил список Кормчей Софийской редакции Кирилло- Белозерского вида (близкий по составу к РНБ, Соф. 1173). Об этом говорят правила Феодора Студита «О останцех церковных» и «Сказание о черноризческом чине» Кирилла Туровского, записанные полностью, без путаницы в тексте; а также выписанный вслед за правилами Феодора Студита монашеский пенитенциарий Василия Великого «Око церковное». Такая последовательность текстов встречается только в Кормчих типа Соф. 1173; в других списках Софийской редакции либо правила Феодора Студита обрываются на середине фразы из-за путаницы листов в архетипе, либо «Око церковное» Василия Великого вставлено в середину «Сказания о черноризческом чине» Кирилла Туровского. Наконец, рукопись РНБ, Соф. 1173 и восходящие к ней списки отличаются своеобразной перестановкой некоторых статей из середины в конец рукописи, а также двумя дополнительными текстами в конце: сочинением Иоанна Дамаскина «о македонских месяцах» и «Великого книжника Антиохийского о каландех и о нонех и о идусех». Все заключительные статьи в том же порядке, что и в Соф. 1173, были переписаны в Никиф. 23. Последние два календарные сочинения находились на утраченных ныне листах, но упомянуты в оглавлении Кормчей.

Помимо этого, редактор сделал ряд дополнительных выписок из Кормчей Чудовской редакции, заимствовав из нее Устав кн. Владимира, Правду Русскую и несколько поучений из Мерила праведного. Закончив таким образом дополнять Кормчую, редактор пронумеровал все главы и составил оглавление в 103 главах, помещенное в начале. Попутно он исключил номера глав по Софийской редакции, перенесенные первым составителем в Егоровский список; но по невнимательности оставил в одном месте старый номер[450]. В другом месте первый составитель внес в Егоровский список «Молитву над кающимся» - обычный для Кормчих книг текст, входивший в большинство редакций. Однако редактор, работавший над Никифоровской рукописью, не пожелал смешивать жанры различных книг и исключил этот текст, оставив лишь инципит молитвы с отсылкой: «писана в потребнике» (РГБ, Никифор. 23, гл. 37). Грамоты митр. Макария, приписанные на свободном месте в Егоровском списке, не вошли в Никофоровскую рукопись. Были ли они сознательно исключены или их еще не было в Егоровском списке, когда он лег в основу Никифоровского, - этого мы сказать не можем.

Все это: использование в качестве основного источника иного вида Кормчей Софийской редакции; новая нумерация глав и составление оглавления; небрежное исключение старых отсылок к источнику; сокращение текста молитвы убедительно говорит о вторичности Никифоровского списка по отношению к Егоровскому. Основным источником при переработке Кормчей стал список Кирилло-Белозерского вида Софийской редакции, возможно, привлекавшийся уже при первоначальном составлении Толстовской редакции. Учитывая, что два ранних списка Толстовской редакции датируются одним временем, можно предположить, что работа над Кормчей продолжалась тем же кругом людей, которые начинали ее подготовку. Это заставляет нас внимательнее отнестись к новому источнику, использованному при переделке Толстовской редакции и создании Никифоровского списка - к Кормчей Кирилло- Белозерского вида Софийской редакции.

Сохранилось всего три списка Кормчих Кирилло-Белозерского вида, один из которых относится к XVII в. Таким образом, круг поиска возможного источника новой переделки Толстовской редакции предельно сужается. Нам ничего не известно о происхождении рукописи

РГБ, Рум. 231 - одного из двух ранних списков Кормчей Кирилло-Белозерского вида Софийской редакции, но старший список (РНБ, Соф. 1173) хранился в Кирилло-Белозерском монастыре. Возможно, именно с этим местом и следует связывать происхождение Никифоровского списка. Архиеп. Новгородский Пимен, в окружении которого, как мы полагаем, начала составляться Толстовская редакция Кормчей, был до поставления на Новгородскую кафедру иноком Кирилло-Белозерского монастыря. У него оставались тесные связи с этим монастырем, и туда мог попасть список новой канонической компиляции. Именно в Кирилло-Белозерском монастыре Кормчая могла быть дополнена статьями из рукописи РНБ, Соф. 1173 - Кормчей Кирилло-Белозерского вида Софийской редакции.

В первой половине XVII в. Кормчая подверглась новым дополнениям (Третий вид Толстовской редакции Кормчей). В основу их лег Второй вид Толстовской редакции - переработка, известная нам по списку Никифор. 23, хотя, разумеется, сложно говорить о том, был ли использован сам Никифоровский список. Скорее, на этот вопрос следует ответить отрицательно, поскольку в начале Третьего вида записаны вводные статьи, как в Первом виде, а в Никифоровском списке они исключены. Последние две календарные главы, утраченные ныне в Никифоровском списке (но упомянутые в оглавлении), отсутствуют и в Третьем виде Кормчей; возможно, их не было уже в протографе Третьего вида. Были исключены и некоторые другие тексты, преимущественно выписки из Мерила праведного, появившиеся при переделке Кормчей редактором Никифоровского списка. Вместо этих статей были приписаны в конце книги новые главы, все статьи были заново пронумерованы, так что в новой Кормчей оказалось

ill 483

111 глав .

Дополнительные четьи статьи (главы 100-111) выписаны из различных сборников, в том числе из Пролога. Эти статьи, носящие познавательный характер, мало уместны в канонической книге; очевидно, они были внесены сюда лишь для того, чтобы удовлетворить интерес составителя. Вероятно, новая переделка была создана не ранее 1640-х гг., поскольку в нее вошла статья из Пролога 1641 г.: «Словом о проявлении Крещения Русской земли св. ап. Андреем».

Примерно тогда же, во второй четверти XVII в. Кормчая получила новые дополнения, которые можно видеть в списке РГАДА, ф. 181 (МГАМИД), № 5 7 6[451] [452]. Эта небольшая переделка характеризуется лишь странным переносом вводных статей в конец Кормчей и некоторыми отличиями в нумерации глав. Рукопись начинается с оглавления, за которым сразу идут апостольские правила: по каким-то причинам составитель поместил сочинения о вселенских и поместных соборах, «Сказание о болгарской и сербской патриархиях» и даже заголовки к

Кормчей книге в самый конец рукописи, между Сказанием о Пермской азбуке и «Словом о проявлении Крещения Русской земли св. ап. Андреем». Здесь эти тексты выглядят по меньшей мере нелепо, особенно заголовки к Кормчей книге. Возможно, перестановка объясняется выпадением листов в антиграфе, - в рукописи Никиф. 23 эти вводные статьи занимают как раз две тетради. Тем не менее, переставленные статьи получили свои номера глав, вошедшие также и в оглавление; таким образом, в Кормчей стало 117 глав. Эти небольшие отличия представляют новую попытку переделать канонический сборник. Отсутствие записей или характерных статей не позволяет локализовать создание Третьего и Четвертого вида; ясно только, что они не могут быть значительно удалены по времени от датировки обоих списков, то есть от середины XVII в.

Е - РГБ, Егор. 254 М - РГАДА, МГАМИД 576 Н - РГБ, Никиф. 23 Т.п. - БАН, Тек. пост. 495 Q - РНБ, Q.II.46

Рис. 12. Толстовская редакция Кормчей

Наши наблюдения над историей формирования и взаимоотношением списков Никифоровской Кормчей представлены на Рис. 12. Как и в других случаях, указанные на стемме связи нельзя воспринимать в качестве жестких и прямолинейных, поскольку имеющийся в нашем распоряжении материал говорит лишь о сходстве некоторых частей отдельных рукописей, между которыми могут оставаться один или более неизвестных нам этапов. В целом история Никифоровской редакции Кормчей представляется нам следующим образом: два наиболее ранних вида формировались примерно в одно время, в кон. 60-х - нач. 70-х гг., причем список Никиф. 23 создавался на основе рукописи Егор. 254 с привлечением дополнительного источника. Создание Третьего вида необходимо отнести к первой половине XVII столетия; он представлен в двух списках сер. XVII и сер. XVIII вв. В свою очередь,

Третий вид послужил основой для новой переработки - Четвертого вида, сохранившегося в единственном списке сер. XVII в.

<< | >>
Источник: КОРОГОДИНА Мария Владимировна. КОРМЧИЕ КНИГИ XIV - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XVII вв. КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК. 2015

Еще по теме 6.4. Толстовская редакция Кормчей книги:

  1. 1.2. Исследования русских редакций Кормчих книг в ХХ веке
  2. Галицкие редакции Кормчих книг.
  3. 2.5. Свидетельства бытования русских редакций Кормчих книг в XIV веке
  4. 2.5. Мясниковская редакция Кормчей книги
  5. Глава 3 XIV век: Чудовская редакция Кормчей книги
  6. 3.1. Состав и источники Чудовской редакций Кормчей книги
  7. 3.4. Взаимоотношение Мерила праведного, Чудовской и Мясниковской редакций Кормчей книги
  8. 3.4. О времени создания Чудовской редакции Кормчей книги
  9. Глава 4 XV век: распространение Кормчих и Софийская редакция Кормчей книги
  10. Глава 5 Авторские редакции Кормчих книг первой половины XVI века: Вассиан Патрикеев и Нифонт Кормилицын
  11. 5.1.1. Появление Ферапонтовского вида Чудовской редакции Кормчей книги
  12. Глава 6 Сводные редакции Кормчих книг второй половины XVI века
  13. 6.4. Толстовская редакция Кормчей книги
  14. Глава 7 Первая половина XVII века: Кирилло-Белозерская редакция Кормчей книги
  15. 7.2. Кирилло-Белозерская редакция Кормчей книги
  16. Глава 8 Галицкие редакции Кормчих книг
  17. 8.1. Краткий и Пространный виды Лукашевичской редакции Кормчей книги