<<
>>

4. УРОЖАЙ

Бой часов Вестминстерского аббатства. Крадется зима. Длинные письма, которые я так часто посыпаю тебе, нисколько не будучи уверен в том, что они возымеют свое действие, напоминают мне листки бумаги, которые ты еще недавно — а я когда-то давно — пускал на ниточке к поднявшимся в воздух змеям.
Мы звали их "курьерами": иные из них ветер уносил прочь, другие рвались об веревку, и только немногие подымались вверх... Чем заниматься, какие думы думать, когда дни и ночи зверски болят ноги, еще вчера с таким изяществом скользившие по паркетам; когда суставы скованы в ледяные кандалы и не перестает ломить позвоночник; когда мощный мозг вдруг оказался узником, заключенным в камеру пыток и приговоренным к неминуемой казни... Вчера, только еще вчера фехтовал как бог и брал первые призы на бешеных королевских скачках, а сегодня и с элегическими прогулками по Гайд-нарку навек покончено: ни с того ни с сего упал с лошади... Что за издевательство — громоздить этот мешок с подагрой по парадной лестнице. Драгоценнейший дар молодости — иллюзия вечности, проще говоря, глупость, но какова расплата. А еще проклятая глухота, вот истинное наказание божье. За грехи, да, за те отвратительные попойки. Первый приступ был как контузия от пушечного выстрела — вдруг наутро после трех подряд картежных ночей в Ганновере, где арманьяк смешивали с бургундским и — страшно вспомнить — с баварским пивом. В этот день нужно было обедать с испанским консулом — и вот на тебе, в . каждом ухе по звенящему кирпичу. Спасла только великосветская выучка — улыбки, готовые фразы, импровизация. К вечеру отлегло; но с тех пор год от года какая-то часть звуков извне таяла навсегда, а звуки изнутри прибывали... Теперь уже не послушать ни любимого Корелли, ни оперы, ни сладкозвучных речей дорогих французов. Визиты сокращены до минимума. Камердинер Крэгг, докладывая, больше не орет во всю глотку, склоняясь к самой физиономии, что было весьма неприятно, а пишет, но каким убийственным почерком...
Венецианский резной стол с бронзовым литьем и чернильным прибором приходится пододвигать все ближе к камину. Милый друг, я считаю, что время мое лучше всего употреблено тогда, когда оно идет на пользу тебе. Большая часть его — давно уже твое достояние, теперь же ты получаешь все безраздельно. Решительная минута пришла; произведение мое скоро предстанет перед публикой. Одних контуров и общего колорита недостаточно, чтобы обратить на него внимание и вызвать всеобщее одобрение,— нужны завершающие мазки, искусные и тонкие... Я удалился от дел вовремя, как насытившийся гость, или, как еще лучше говорит Поп, пока тебя не высмеют юнцы. Мое угасающее честолюбие сводится единственно к тому, чтобы быть советником и слугою твоего растущего честолюбия. Дай мне увидеть в тебе мою возродившуюся юность, дай мне сделаться твоим наставником и, обещаю тебе, г, твоими способностями и знаниями ты пойдешь далеко. От тебя потребуются только внимание и энергия, а я укажу тебе, на что их направить... Первые два года пришлось побегушничать при посольстве в Брюсселе. Ничего, будь ты и принцем, начинать надо снизу, понюхать черную работу... Горечь в том только, что пока успеваешь помудреть, времена меняются, вчерашний выигрыш становится проигрышем. Лесть, интрига и подкуп всесильны всегда и всюду, но если раньше с этими горгоньими головами соперничали, вопреки всему, дарования, то теперь все забито развратной бездарью, везде восседают неучи из сановных семейств, у которых за душой ничего, кроме происхождения. А у нас как раз этот пункт подмочен — единственный, но удобный повод для сведения счетов. Георг II, король по недоразумению, двадцать лет дрожал за долю наследства от любовницы своего производителя, с чьей незаконной дочкой нам довелось породниться. И вот этот мелкий хлыщ, которого после похорон хвалили за то, что он умер — под предлогом не чего-либо, а незаконнорожденности, отказал нам в должности резидента при австрийском дворе. Но мы не пали духом, мы вступили в парламент, и что ж из того, что наш первый спич оглушительно провалился.
Пять минут сплошные запинки ("Выплюньте рыбью кость!” — крикнул с третьего ряда подонок Уолпол-младший), затем кашеобразная галиматья — и — уже под добивающие иронические хлопки — нечто среднее между членораздельной речью и барабанной дробью. Ничего, мальчик мой, я начинал не лучше... Не собираясь делать тебе комплименты, я с удовольствием могу сказать тебе, что порядок, метод и большая живость ума — вот все, чего тебе недостает, чтобы сделаться видной фигурой. У тебя гораздо больше положительных знаний, больше способности распознавать людей и гораздо больше скромности, чем обычно бывает у людей твоего возраста, и даже, могу с уверенностью сказать, значительно больше, чем было у меня в твои годы. Преследуй свою цель упорно и неутомимо, и пусть всякая новая трудность не только не лишает тебя мужества, но, напротив, еще больше воодушевит... ...Нет, с парламентом ни в какую: за два-три дня до предстоящего выступления теряется сон, появляются какая-то сыпь, отечность, лихорадит... Нервы, уговаривает себя лорд, но, мальчик мой, если б побольше страсти, здоровой злости!.. Сказывается пассивность твоей натуры и моя ошибка в первые годы, когда я в нетерпении требовал от тебя слишком многого... Лорд это понял с запозданием, при разговоре с Джаспером, лучшим из королевских егерей. Беседа шла о пойнтерах. Честерфилд спросил, отчего у герцога Мальборо, страстного дрессировщика, охоты всегда бывали неудачными. Джаспер ответил: "Смолоду задерганная собака крайне неохотно поднимает дичь, милорд". Что же, укрепимся, отложенное не потеряно. Цезарь начинал завоевание Рима с провинций, а мы перебьемся еще немного на скромной должности в Гамбурге, поупражняем речь, будем громко читать стихи. У тебя есть основания верить в себя и есть силы, которые ты можешь собрать. В ведении дел ничто не обладает таким действием и не приносит такого успеха, как хорошее (хоть и скрытое от других) мнение о себе, твердая решительность и неодолимая настойчивость. Если один способ оказывается негодным, пробуй другой... Ну вот и первый прыжок повыше: назначение экстраординарным посланником в Дрезден.
Мальчик не сдался, борется, опыт поражений пошел на пользу. А как развился, какой утонченный ум и глубокие суждения. Привел как-то замечательный афоризм: КОГДА ДУША ЖИВЕТ НЕ ПО-БОЖЕСКИ (или "не по-своему"? — не расслышал) — ТЕЛО ЛЮБЫМИ СПОСОБАМИ СТРЕМИТСЯ ИЗГНАТЬ ЕЕ ВОН, КАК ИНОРОДНЫЙ ПРЕДМЕТ - кто же, кто это сказал... Какими способами... Да, немалое наслаждение — теперь уже единственное — беседовать, спорить, болтать, хоть и через тридевять земель, о делах текущих, о новостях и сплетнях, о перспективах, которых нет, о людях с их глупостями и гнусностями, обо всей этой карусели, которая вдруг снова гонит по жилам замерзшую кровь и обретает азартный смысл... Увы, почерк тридцатишестилетнего мальчика по-прежнему мелкозубчат и водянист, а перо не слишкомг-то щедро... Вежлив, заботлив, но скрытен, по-прежнему скрытен. Хоть бы раз поделился чем-нибудь из того, что можно доверить интимному другу. Как ни намекал, ни выспрашивал, иной раз даже в форме чересчур вольных советов и пикантных признаний — в ответ стена. Неужели до сих пор монашеское существование?.. Сегодня утром я получил от тебя письмо, где ты упрекаешь меня, что я не писал тебе на этой неделе ни разу. Да, потому что я не знал, что писать. Жизнь моя настолько однообразна, что каждый последующий день недели во всем похож на первый. Я очень мало кого вижу и ничего не слышу в буквальном смысле... ...Что это... зачем... почему эта вода, мутная вода, и откуда рыбы, белые рыбы с пустыми глазами... почему бьют часы, не слышу, не должен слышать... почему так ускорился этот бой, неужели сломались... Еще темно... Последние два твоих письма чрезвычайно меня встревожили. Мне кажется только, что ты, как то свойственно больным, преувеличиваешь тяжесть твоего состояния, и надежда эта немного меня успокаивает. Водянка никогда не наступает так внезапно (...) Сырым хмурым утром 18 ноября 1768 года, через два дня после того сновидения, камердинер Крэгг вошел в кабинет графа, против обыкновения, без вызова колокольчиком. Протянул записку: МИЛОРДА ПРОСЯТ ПРИНЯТЬ МИСС СТЕНЕП ...Что за Стенеп...
Невозможно как обнаглели эти торговцы. Попросите не беспокоить. Крэгг удалился, отвесив поклон. Минут через двадцать явился снова. МИСС СТЕНЕП СУПРУГА СЭРА ФИЛИПА ИМЕЮТ СООБЩИТЬ Бой часов Вестминстерского аббатства. Стенхоп-младший — Стенхопу-старшему (ненаписанное письмо) Папа, прости, знобит, должно кончиться, не огорчайся, я никогда не показывал тебе свой аквариум, прости, ради бога, я не читаю твои письма, я больше не могу, их читает Юджиния, она ими восхищена, законченная система воспитания, говорит она, да, законченная, ты не знаешь Юджинию, это моя жена, она не из аристократок, прости, у тебя два внука, папа, ты меня любишь, но если бы раньше, если бы раньше ты узнал меня, папа, я тоже не знаю тебя, не знаю, ты предостерегал меня от ошибок, но не дал, не дал мне меня, сперва я боялся, что ты разлюбишь, потом стал бояться твоей любви, а страшнее всего были твои похвалы и скрываемые разочарования, я не мог двигаться, ты связал меня, кровный друг, благодетель, каждый шиллинг, да. каждый шиллинг, но ни в одной твоей строчке я не нашел, как мне быть, ты не заметил, что я левша, ты только всаживал в меня это внимание, это внимание, все кончилось раньше начала, потому чго это был сон, я был рыбой в духах и видел осьминога с твоим лицом, он давил меня глазами, твоими, моими, твоими, я давно догадался, всю жизнь ты просил у меня прощения за то, что родил, но зачем же, зачем ты заставил меня жить правой стороной, я жил ею для тебя одного, а для себя только левой, папа, прости Каждое утро по улицам Лодона медленно едет известная всем карета. Две белые и две караковые шагают устало и безучастно, им давно уже пора на покой, но возле Гайд-парка одна из белых, бывшая верховая, все еще волнуется, ржет, пытается повернуть... "Граф Чес- терфилд репетирует свои похороны!" — всякий раз гаркает некий болван из профессиональных зевак. Невдомек ему, что эту свою последнюю шутку бросил сам граф кому-то из визитеров. Но так и бывает, шутки возвращаются к своему автору, когда он их не слышит.
Лорд Шафтсбери рекомендует разговор с собой каждому писателю, а я бы рекомендовал его каждому человеку. У большинства людей нет времени, и только у немногих есть склонность вступать в этот разговор, больше того, очень многие боятся его (...) Глухота моя дает мне более чем достаточно времени для такого разговора с собой, и мне это принесло огромную пользу... "Мальчик мой,— шепчет граф,— милый мой мальчик..." Уолпол-младший — маркизе Д. "Я прочел полностью письма милорда Честерфилда, которые составляют два пухлых тома в четверку и из которых полтора тома наводят страшную скуку, так как заключают в себе нескончаемые повторения. Это план воспитания, начертанный им для своего незаконного сына, и в этом плане нет ни одной мелочи, которую бы он забыл... Это дитя было толстой грубой свиньей, которую он усиливался отшлифовать, чтобы превратить ее в придворного, человека удачливого и милого, что ему не удалось. Половина последнего тома содержит в себе очень приятные письма, в которых он говорит о наших делах и о нашем обществе..." Нам осталось добавить совсем немногое. Филип Стен- хоп II прожил ровно столько, сколько отец до его зачатия: 37 с небольшим. Умер от чахотки. После смерти сына граф Честерфилд прожил еще около пяти лет. До последнего своего дня он был в полной памяти, успел завершить мемуарные очерки, продолжал переписку. К его адресатам прибавилось и нежданно обретенное семейство наследников — вдова сына и внуки, один из которых тоже получил родовое имя Филип. Юджиния и мальчики иногда виделись со стариком, что, как хочется думать, приносило ему утешение. Когда же лорд отправился вслед за сыном, начали свою внедомаш- нюю историю эти письма... Юджиния была первой их издательницей. "Не продается вдохновенье, но можно рукопись продать" — как истинно философски сказано.
<< | >>
Источник: Леви Владимир.. Исповедь гипнотизера. Книга 2. Кот в мешке. 1993

Еще по теме 4. УРОЖАЙ:

  1. 7.3.3 Пути повышения урожайности сельскохозяйственных культур
  2. ПИТЕР ГОТРЕЛЛ ЗНАЧЕНИЕ ВЕЛИКИХ РЕФОРМ В ИСТОРИИ ЭКОНОМИКИ РОССИИ
  3. Мишин Михаил Михайлович. СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ТЕХНОЛОГИИ УБОРКИ НЕЗЕРНОВОЙ ЧАСТИ УРОЖАЯ С РАЗРАБОТКОЙ РЕЖИМОВ И ПАРАМЕТРОВ УСТАНОВКИ ДЛЯ ИЗГОТОВЛЕНИЯ УТЕПЛИТЕЛЬНЫХ ПЛИТ / Диссертация, 2004
  4. Глава I Анализ технологий производства зерновых культур и использование незерновой части урожая
  5. 1.1.1 Существующие технологии уборки и использования незерновой части урожая
  6. Неожиданно найден новый классовый враг
  7. 4.2. Продовольственная деятельность комбедов
  8. СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ЭКОСИСТЕМЫ
  9. ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ РЕГУЛЯЦИИ И ОПТИМИЗАЦИИ АГРОБИОГЕОЦЕНОЗОВ
  10. Сельское хозяйство
  11. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ В АНГЛИИ И ВО ФРАНЦИИ
  12. География основных отраслей сельского хозяйства
  13. Зерновое хозяйство
  14. Глава 8. Эрозия и плодородие черноземов
  15. 4. УРОЖАЙ
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -