<<
>>

Сцена 1: «отстань от девушки!»

3 часа 20 минут утра, 13 марта 1964 года. Действие происходит на автостоянке рядом с железнодорожной станцией Кью Гарденс в Нью Йорке. Китти Дженовиз, 28-летняя менеджер бара возвращается домой с работы.
Она припарковывает свой крас-

241

ный фиат, выключает фары, запирает двери и идет к дому, расположенному в 30 метрах от стоянки.

Внезапно она замечает мужчину с другой стороны стоянки. Китти бросается к ближайшей кабине вызова полиции, расположенной на проспекте, но не успевает сделать это вовремя. Мужчина хватает ее и ударяет ножом, она начинает кричать. Поперек улицы стоит десятиэтажный жилой дом, окна во многих квартирах открыты и Китти кричит: «О, Боже, он ударил меня! Помогите! Помогите, кто-нибудь!»

Мужчина из одной квартиры кричит: «Оставь девушку в покое!»

Нападавший отступает и Китти остается посреди улицы. У нее идет кровь. Огни в доме гаснут. Китти пытается добраться до своего жилища, но нападавший вновь появляется и бьет ее. В этот момент она кричит: «Я умираю! Я умираю!» В многоэтажном доме зажигаются огни, люди высовываются из окон, и нападавший садится в машину и уезжает.

Через некоторое время Китти поднимается на ноги. Мимо проезжает городской автобус, следующий в аэропорт. 3 часа 35 минут утра.

Китти наконец-то доходит до дверей своего дома и падает на пол. Возвращается нападавший, еще раз ударяет ее ножом — она умирает.

Теперь эпилог, который совершенно не успокаивает: в первом сообщении об убийстве New York Times напечатала только пять предложений на 26 странице. Две недели спустя, однако, история попала на передовицу. Почему? Потому, что полиция обнаружила, что не менее 38 «добропорядочных, законопослушных граждан» видели, что происходит, но «ни один не позвонил в полицию во время нападения» (Гансберг, 24 марта 1964, с. 1). Первый звонок в полицию поступил 30 минут спустя после того, как Китти Дженовиз подверглась нападению.

Другими словами, мужчина нападал на нее три раза в течение получаса, она кричала и звала на помощь, но никто из 38 свидетелей не помог ей и даже не позвонил в полицию из своего дома.

Сцена 2: видение в тоннеле

Воскресенье, 14 июля 1990 года. Горная дорога недалеко от Флоренции, Италия. Марко Моретти везет свою шестилетнюю дочь Ванессу на пляж, когда внезапно в одном из тоннелей с (242:) ним случается инфаркт. Марко смог остановить машину и сказать Ванессе идти домой. После этого, в возрасте 33 лет, Марко умер.

Ванесса вышла из машины на дорогу и встала, прося о помощи. Машины проносились мимо с такой скоростью, что ветер валил ее с ног, но она продолжала — в крови, слезах и ссадинах — тщетно звать на помощь. За 30 минут Ванесса прошла больше мили, и сотни машин проехали мимо, но никто не остановился, чтобы помочь ей. Наконец, ее подобрал мотоциклист, и вскоре делом занялась полиция.

Эта история, как и история Китти Дженовиз, попала на первые полосы национальных газет. Итальянцы спрашивали себя, как такое могло произойти, и восприняли это как свидетельство того, что Италия больше не такая теплая страна, какой была когда-то. Например, один итальянский психолог сказал, что Ванесса — «это символ Италии, которую мы стараемся не замечать — холодной Италии, порою просто ледяной, где каждый думает о себе или в лучшем случае о нескольких близких людях» (Хаберман, 1990, 19 июля, с. А11).

Сцена 3: собрать кусочки

Начало 1970- х. Лифт в одном из крупных городов Колумбии, Сиэтла или Атланты. После того как двери лифта закрылись, некто «случайно» роняет 8 или 10 карандашей (в некоторых случаях — пятицентовиков или десятицентовиков).

Событие, являвшееся частью эксперимента Бибба Латанэ и Джеймса Даббза (1975), повторялось в 1497 случаях, в которых 145 различных людей роняли объекты перед 4813 наблюдателями. Латанэ и Даббза интересовал следующий вопрос: «Кто поможет человеку собрать рассыпавшиеся предметы?» Одним из сделанных ими тогда наблюдений было следующее: люди проявляют тем меньшее стремление помочь, чем больше народу в лифте.

Вмешательство свидетеля

Распространенной тенденцией, наблюдавшейся во всех трех сценах, является то, что ответственность за помощь разделена между большой группой людей.

Когда человек сталкивается с вопро-

243

сом, вмешиваться ли ему, он находится под сильным влиянием присутствия других людей. Эта взаимосвязь между вмешательством и разделением ответственности была впервые зафиксирована Биббом Латанэ и Джоном Дарли (1969, 1970) в блистательной серии экспериментов по вмешательству свидетелей.

В одном из этих экспериментов Латанэ и Дарли пригласили студентов на интервью по «некоторым вопросам, возникающим в жизни современного университета». Когда студенты приходили, их сажали в комнату для ожидания в одиночестве или с двумя людьми (скажем, ассистентами экспериментатора), которым говорили вести себя пассивно. Спустя некоторое время, в комнату через вентиляционное отверстие начинала просачиваться струйка белого дыма. Латанэ и Дарли хотели пронаблюдать, когда студенты скорее сообщат о задымлении — если в комнате будут другие свидетели или если они будут сидеть в одиночестве.

Выяснилось, что три четверти студентов, ожидавших в одиночестве, сообщили о дыме, причем, половина из них — в течение первых двух минут. В то же время из 10 испытуемых, сидевших в компании двух бездействующих людей, только 1 сообщил о задымлении. Они кашляли, терли глаза, открывали окно, но не сообщали о дыме!

Когда же ожидали три студента вместе, получалась несколько иная картина. Если одиночные испытуемые сообщали о дыме в 75% случаев, то группа из трех человек должна была делать это в 98% случаев (потому что вероятность того, что никто из трех испытуемых не сообщит о дыме равна 0,25 х 0,25 х 0,25 = 0,02, т.е. 2%). Однако в группах из трех человек о дыме сообщали лишь в 38% случаев.

Чтобы убедиться, что эти результаты не являлись следствием внешних факторов, например, большей боязни пожара, возникающей у одного человека по сравнению с группой, Латанэ и Дарли решили придать эксперименту другой контекст. В эксперименте, официальной целью которого были «исследования рынка», они просили испытуемых подождать в одиночестве, с другом, с незнакомым или пассивным наблюдателем.

Потом, пока испытуемые ждали, их заставляли поверить, что в соседней комнате кто- то упал и ударился. Это было сделано путем включения записи, на которой женщина всхлипывала и повторяла: «Господи, моя нога... Я... я... не могу пошевелить ею... Ой, моя коленка... ой, как больно». (244:)

В ответ на ее плач 70% студентов, ждавших в одиночестве, предложили помощь. Это значит, что если бы двое, ждавшие вместе, поступали бы одинаково, они предложили бы помощь в 91% случаев (поскольку вероятность того, что оба субъекта не сделают этого, была равна 0,3 х 0,3 = 0,09, т.е. 9%). Однако пары предлагали помощь лишь в 40% случаев, если испытуемые были незнакомы, и в 70%, если это были друзья. Итак, даже несмотря на то что пары друзей чаще предлагали свою помощь, сдерживающий эффект все же проявлялся, если исходить из результата, полученного с одиночными субъектами. Сдерживающий эффект от присутствия другого человека еще ярче проявлялся, когда последний был совершенно пассивен. В этом случае помощь предлагали лишь 7% испытуемых.

Латанэ и Дарли получили те же результаты в нескольких дополнительных опытах, и со времени их первой работы многие другие исследователи подтвердили, что помощь сдерживается присутствием других людей. Фактически за годы, прошедшие после первого эксперимента Латанэ и Дарли, в 48 из 56 экспериментов обнаружено, что свидетели вмешиваются значительно реже, если присутствует кто- то еще (Латанэ и Нида, 1981). В среднем в ходе этих 56 опытов люди, являвшиеся единственными свидетелями, действовали в 75% случаев, а группы — только в 53%.

Существуют ли группы людей, защищенные от сдерживающего эффекта? Согласно результатам обзора, сделанного Биббом Латанэ и Стивом Нида в 1981 году, существует только одна такая группа в американском обществе — это дети до 9 лет. После этого возрастного рубежа на решение вмешаться сильно влияет присутствие других людей.

Теория социального сравнения

Исследования социальной фасилитации, социальной лености и распределения ответственности подтверждают замечание Тетлока о том, что люди, принимающие решения, сродни политикам.

Люди часто поступают как другие и очень беспокоятся о том, что о них подумают окружающие (Салз и Миллер, 1977). Наиболее тщательно продуманная теория того, как люди выносят эти оценки, известна как «теория социального сравнения». Эта теория была выдвинута в 1954 году Леоном Фестингером — человеком, создавшим теорию когнитивного диссонанса. (245:) Фестингер постулировал, что люди имеют необходимость в оценке уровня своих возможностей и точности своих суждений и поэтому, в отсутствие объективных несоциальных стандартов, они сравнивают себя с окружающими. Очерчивая теорию социального сравнения, Фестингер старался сделать ее как можно более точной и строгой. Теория содержит девять гипотез, восемь добавлений и восемь выводов, т.е. всего 25 положений. В переложении основные положения звучат так:

Гипотеза I: Люди имеют естественную тенденцию оценивать свои суждения и способности.

Гипотеза II: Чтобы компенсировать отсутствие объективного, несоциального критерия, люди оценивают свои суждения и способности, сравнивая их с суждениями и способностями окружающих.

Добавление IIIA: Если у людей есть выбор, они предпочитают сравнивать себя с теми, чьи мнения и возможности не сильно отличаются от их собственных.

Это последнее утверждение стало объектом особого интереса и исследования, которое, в целом, подтвердило мнение Фестингера. Люди обычно сравнивают себя с теми, кто похож на них, а не с теми, кто отличается. Например, если вы студент, то скорее всего вы сравниваете свои достижения с успехами других студентов, а не с достижениями дипломников, аспирантов или профессоров. Кандидат сравнивает себя с другими кандидатами, а не с профессорами.

<< | >>
Источник: Плаус С.. Психология оценки и принятия решений / Перевод с англ. — М.: Информационно-издательский дом “Филинъ”. — 368 с.. 1998

Еще по теме Сцена 1: «отстань от девушки!»:

  1. Гнусное преступление
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -