<<
>>

;/;ї глава vii ОБ ИДЕЕ ДЛИТЕЛЬНОСТИ, СООБЩАЕМОЙ ЗРЕНИЕМ ВМЕСТЕ С ОСЯЗАНИЕМ

§ 1. Удивление статуи, Когда наша статуя начинает наслаж- когда она в первый раз даться светом, она еще не знает, что замечает переход от дня ИСТОЧНИКОМ ЄГО ЯВЛЯЄТСЯ СОЛНЦЄ. К ночи И ОТ ночи к дню Чтобы прийти к этому выводу, она должна заметить, что день прекращается почти тотчас же, как исчезает это светило.
Нет сомнения, что, впервые наблюдаемое, это явление приводит нашу статую в сильное удивление. Ей должно казаться, что солнце пропало навсегда. Окруженная густым мраком, она боится, что все предметы, которые оно освещало, пропали вместе с ним. Она едва осмеливается переменить место, ей кажется, что земля исчезает у нее из-под ног. Но в тот момент, когда она желает убедиться в этом с помощью осязания, небо вдруг освещается, луна начинает изливать свой свет, масса звезд загорается на небосклоне. Пораженная этим зрелищем, она не знает, должна ли она верить своим глазам. Вскоре молчание всей природы призывает ее к отдыху; восхитительное спокойствие охватывает все ее чувства; ее веки тяжелеют, ее идеи улетучиваются, исчезают; она засыпает. С каким изумлением она находит при пробуждении то светило, которое, как ей казалось, погасло навсегда! Она начинает сомневаться в том, что оно исчезало, и не знает, что думать о представившемся ей затем зрелище. § 2. Вскоре эти перемены Однако эти перемены происходят начинают казаться ей слишком часто, чтобы не рассеять естественными наконец ее сомнений. Она начинает думать, что солнце появится и исчезнет еще раз, ибо она заметила, что солнце появлялось и исчезало несколько раз; она высказывает это суждение с тем большей уверенностью, что оно всегда подтверждалось фактами. Таким образом, смена дней и ночей становится для нее вполне естественной вещью. Поскольку она находится в неведении, ее идеи о возможном основываются только на коренящихся в привычке суждениях. Мы уже отметили это, и это должно заставить ее впасть во множество ошибок.
Так, например, какое-нибудь явление, невозможное сегодня, ибо нет совокупности причин, которые одни способны вызвать его, покажется ей возможным, ибо оно произошло вчера. § 3. Движение солнца Круговращения солнца начинают ^ становится для нее мерой более И более привлекать К Себе ЄЄ длительности внимание. Она наблюдает за солнцем, когда оно восходит, заходит, она следит за ним в его движении и умозаключает на основании смены своих идей, что существует некоторый промежуток между восходом и заходом этого светила, а также другой промежуток — между его заходом и восходом. Таким образом, движение солнца становится для нее мерой времени, обозначая длительность всех состояний, которые она испытывает. Сколько бы ни длились прежде одна и та же идея, одно и то же неизменное ощущение, они составляли для нее лишь одно неделимое мгновение, и, как бы неодинаковы ни были мгновения ее длительности, для нее они все были равными: они составляли ряд, в котором она не могла заметить ни медленности, ни быстроты. Но теперь, судя о своей собственной длительности по пройденному солнцем пространству, она начинает находить ее более медленной или более быстрой. Так, начав с того, чтобы судить о солнечных круговращениях по своей длительности, она теперь судит о своей длительности по солнечным круговращениям. И суждения зти становятся столь естественными для нее, что она даже не догадывается, что знает длительность на основании последовательности своих идей. § 4. Благодаря этому Чем 4an*e она станет относить она приобретает к различным круговращениям сол- более отчетливую нца события, О КОТОрыХ у НЄЄ идею длительности остается некоторое воспоминание, а также те, которые она привыкла предвидеть, тем лучше она сумеет охватить весь ряд их; поэтому она сумеет лучше заглядывать как в прошедшее, так и в будущее. Действительно, пусть нас лишат всех мер времени, пусть у нас исчезли идеи года, месяца, дня, часа, пусть мы забыли даже названия их; обладая в этом случае только последовательностью своих идей, мы будем представлять себе длительность очень смутно.
Таким образом, наиболее отчетливыми идеями о длительности мы обязаны этим мерам. Так, например, при изучении истории последовательный ряд фактов дает нам смутную картину времени; деление длительности на века, годы, месяцы дает уже более отчетливую идею его; наконец, связь каждого события с его веком, годом, месяцем дает нам возможность проследить <з<обь*тия в присущей им последовательности. Мастерство здесь заключается главным образом в том, чтобы образовать эпохи; легко понять, что наша статуя может это сделать. Между прочим,, нет никакой необходимости в том, чтобы круговращения, служащие мерой, обладали одинаковой длительностью; достаточно, чтобы статуя считала их такими. Мы сами судим так же. § 5. Три вещи, Таким образом,, для наших суждений необходимые для идеи о длительности нужны три вещи: во- длительноети первых, последовательная смена наших идей; во-вторых, знание солнечных круговращений иг наконец,, связь событий с этими круговращениями. § 6. Чем объясняется Здесь источник разделяемой боль- иллюзия ДЛИННЫХ дней шинством людей иллюзии длинных и коротких ГОДОВ, ^ дней и коротких годов, а меныпин- а также коротких дней етвом _ ИЛЛЮЗИИ КОРОТКИХ ДНЄЙ и длинных годов г И ДЛИННЫХ годов. Если наша статуя некоторое время находится в состоянии, однообразие которого наскучивает ей, то благодаря этому она лучше заметит то время, в течение которого солнце находится над горизонтом, и каждый день покажется ей невыносимо длинным. Если она проведет таким образом целый год, то заметит, что все ее дни были Похожи друг на друга, и, так как ее память не сможет отметить их последовательного ряда при помощи множества событий, они будут казаться ей протекшими с поразительной быстротой. Если же, наоборот, она проводила бы дни приятно и каждый из них мог бы стать днем какого-нибудь выдающегося события, то она едва заметила бы то время, в течение которого солнце находится над горизонтом, и нашла бы эти дни удивительно короткими. Но зато год показался бы ей длинным, ибо она стала бы рисовать его себе как последовательную смену множества дней, отличающихся друг от друга рядом событий. Вот почему, пребывая в безделье, мы жалуемся на медленность дней и быстроту годов. Наоборот, деятельность заставляет дни казаться короткими, а годы — длинными: дни — короткими, ибо мы не обращаем внимания на время, мерой которого являются солнечные круговращения; годы — длинными, ибо мы вспоминаем их при помощи ряда вещей, предполагающих значительную длительность.
<< | >>
Источник: ЭТЬЕНН БОННО ДЕ КОНДИЛЬЯК. Сочинения. Том 2. с.. 1980

Еще по теме ;/;ї глава vii ОБ ИДЕЕ ДЛИТЕЛЬНОСТИ, СООБЩАЕМОЙ ЗРЕНИЕМ ВМЕСТЕ С ОСЯЗАНИЕМ:

  1. ГЛАВА II О СЛУХЕ, ОБОНЯНИИ И ОСЯЗАНИИ, ВЗЯТЫХ ВМЕСТЕ
  2. ГЛАВА VII О ТОМ, КАК ЧЕЛОВЕК, ОБЛАДАЮЩИЙ ТОЛЬКО ОСЯЗАНИЕМ, НАЧИНАЕТ ОТКРЫВАТЬ ПРОСТРАНСТВО
  3. Глава VII ОБ ОТЦОВСТВЕ И СОБСТВЕННОСТИ, РАССМАТРИВАЕМЫХ ВМЕСТЕ КАК ИСТОЧНИКИ ВЕРХОВНОЙ ВЛАСТИ
  4. ГЛАВА XI О ЧЕЛОВЕКЕ, ОБЛАДАЮЩЕМ ТОЛЬКО ЗРЕНИЕМ
  5. ГЛАВА 4, сообщающая читателю о подарках, которые делал Батюшка отец Исидор всякому, с кем бы ни приходил в касание
  6. Глава V МИССИИ СРЕДНЕВИЗАНТИЙСКОГО ВРЕМЕНИ (VII—VII! вв.)
  7. ГЛАВА XII О ГЛАВНОМ ОРГАНЕ ОСЯЗАНИЯ
  8. ГЛАВА I ОБ ОЩУЩЕНИИ У ЧЕЛОВЕКА, ОБЛАДАЮЩЕГО ТОЛЬКО ОСЯЗАНИЕМ
  9. ГЛАВА I ОБ ОСЯЗАНИИ, СОЕДИНЕННОМ С ОБОНЯНИЕМ
  10. ГЛАВА XII О ГЛАВНОМ ОРГАНЕ ОСЯЗАНИЯ