<<
>>

ГЛАВА V КАКИМ ОБРАЗОМ ЧЕЛОВЕК, ОБЛАДАЮЩИЙ ТОЛЬКО ОСЯЗАНИЕМ, ОТКРЫВАЕТ СВОЕ ТЕЛО И УЗНАЕТ, ЧТО СУЩЕСТВУЕТ НЕЧТО ВНЕ ЕГО

Я сообщаю нашей статуе способ- § 1. Статуя обладает НОсть пользоваться всеми своими движениями g> членами, но какая причина побудит ее двигать ими? Этим не может быть сознательное намерение пользоваться ими, ибо она еще не знает, что она состоит из частей, которые могут придвигаться друг к другу или двигаться к внешним предметам.
Следовательно, начать должна природа; природа должна произвести первые движения в членах статуи 21. Если природа сообщает статуе при^ ятное ощущение, то последняя, понятно, сможет наслаждаться им, § 2. Как производятся эти движения оставляя все части своего тела в том положении, в котором они находятся; подобное ощущение способно, по-видимому, скорее сохранить покой, чем произвести движение. Но если статуе от природы свойственно предаваться приятному ощущению и спокойно наслаждаться им, то ей также свойственно избегать неприятного ощущения. Правда, она не знает, каким образом она может избавиться от подобного ощущения, но вначале ей нет нужды знать это, для нее достаточно повиноваться природе. То, что мышцы ее, сокращающиеся от боли, приводят в движение ее члены и она начинает двигаться без всякого умысла, не зная даже, что она движется, — все это следствия организации тела статуи. Даже приятные ощущения могут быть столь интенсивными, что она не сможет остаться в полном покое; и во всяком случае бесспорно, что поочередный переход от удовольствия к страданию и от страдания к удовольствию должен вызывать движения в ее теле. Если бы она не была устроена так, чтобы двигаться из-за испытываемых ею приятных или неприятных ощущений, то полный покой, на который она была бы осуждена в этом случае, не оставил бы ей никакого средства, чтобы добиваться того, что может быть ей полезно, и избегать того, что может быть ей вредно. Но если вследствие ее организации статуя приходит в движение из-за удовольствия, страдания или поочередного перехода от одного к другому, то неизбежно должно случиться, что некоторые из множества этих движений устраняют или прекращают неприятные ей ощущения, а некоторые другие доставляют приятные ощущения. Благодаря этому она будет заинтересована в том, чтобы изучить свои движения, и, следовательно, она узнает от них всё, что от них можно узнать. Ее движения носят естественный, машинальный, инстинктивный, непроизвольный характер, и нам остается объяснить, каким образом она откроет на основании своих собственных движений, что она обладает телом и что за границами его существуют другие тела. Если мы примем во внимание множество разнообразных впечатлений, получаемых нашей статуей от предметов, то поймем, что ее движения должны естественно повторяться и разнообразиться.
Но если они повторяются и разнообра- зяте я, то она не раз коснется своими руками себя самой и близких к ней предметов. Касаясь себя самой, она сможет открыть, что она обладает телом, лишь в том случае, если она сумеет отличить разные части его и признает себя в каждой такой части за то же самое чувствующее существо; а существование других тел она откроет лишь потому, что не найдет себя в тех телах, к которым она прикоснется. § 3. Ощущение, Таким образом, она может быть обя- на основании которого зана этим открытием лишь какому-то душа открывает, из ощущений осязания. Что же это что она обладает телом за ощущение? Непроницаемость есть свойство всех тел; несколько тел не могут занимать одного и. того же места; каждое тело исключает наличие всех других тел в том месте, которое оно занимает. Эта непроницаемость не есть ощущение. Мы, собственно, не ощущаем, что тела непроницаемы; мы скорее заключаем, что они таковы, и это наше суждение есть результат ощущений, вызываемых в нас телами. Это заключение мы вывели главным образом из ощущения твердости, ибо в двух давящих друг на друга твердых телах мы особенно явственно замечаем сопротивление, которое они оказывают друг другу, взаимно исключая друг друга. Если бы оба тела могли проникнуть друг в друга, они слились бы в одно, но так как они непроницаемы, то они по необходимости отличны друг от друга, представляя постоянно два тела. Таким образом, ощущение твердости отличается от ощущений звука, цвета и запаха, которые душа, не знающая своего тела, естественно, воспринимает как модификации, в которых она находится и в которых она находит только себя; так как особенность ощущения твердости заключается в том, что оно представляет одновременно две вещи, которые исключают друг друга, то душа не сможет воспринимать твердость как одну из тех модификаций, в которых она находит только себя самое; она обязательно станет воспринимать ее как модификацию, в которой она находит две исключающие друг друга вещи, и, значит, она станет воспринимать ее в обеих этих вещах. Вот, следовательно, ощущение, благодаря которому душа выходит за пределы себя самой; мы начинаем здесь понимать, каким образом она открывает тела. Действительно, поскольку статуя организована так, чтобы совершать движения единственно лишь из-за производимых на нее впечатлений, то мы можем предположить, что рука ее сама собой коснется какой- нибудь части ее тела, например груди.
В этом случае рука статуи и ее грудь будут различаться между собой по ощущению твердости, которое они вызывают друг в друге и которое необходимым образом ставит их друг вне друга. Однако наша статуя, отличая свою грудь от своей руки, найдет свое лив той и в другой, ибо она одинаково чувствует себя в обеих. Таким же образом она отличит любую другую часть своего тела, которой она коснется, и найдет в ней себя. Хотя это открытие вызывается главным образом ощущением твердости, оно произойдет еще легче, если к нему присоединятся другие ощущения. Пусть, например, рука статуи будет холодной, а грудь — теплой; статуя будет ощущать их как нечто твердое и холодное, касающееся чего-то твердого и теплого; она научится относить холод к руке, а теплоту — к груди, и она тем лучше станет отличать одну от другой. Таким образом, оба этих ощущения, сами по себе неспособные дать статуе знать, что она обладает телом, помогут ей получить об этом более точные идеи, когда они будут соединяться с ощущением твердости. Если до сих пор рука статуи, переходя от одной части ее тела к другой, всегда пропускала промежуточные части, то в каждой из них она чувствовала себя как в отличном теле, не зная, что, взятые вместе, они образуют одно тело. Дело в том, что испытываемые ею ощущения не представляют ей этих частей расположенными рядом друг с другом и, следовательно, образующими одно сплошное целое. Но если ей случится провести кистью руки по руке, груди, голове и т. д., не пропуская ничего, то она почувствует под своей рукой, так сказать, непрерывность своего я, и рука эта, соединяя в одно сплошное целое разрозненные прежде части, тем более выявит их протяженность. Таким образом, статуя научается § 4. На основании чего знать свое тело и узнавать себя во статуя узнает свое тело всех составляющих его частях; действительно, лишь только она коснется рукой одной из них, как тотчас же одно и то же чувствующее существо начинает как бы отвечать себе голосом одной части тела, которая говорит другой его части: это я.
Если статуя будет продолжать ощупывать себя, то повсюду ощущение твер- дости станет представлять ей две вещи, которые исключают друг друга и которые в то же время расположены рядом, и повсюду то же самое чувствующее существо будет отвечать себе: это я, это опять-таки я! Оно ощущает себя во всех частях тела. Итак, оно не сливается больше со своими модификациями; оно уже не есть теплота и холод, оно ощущает теплоту в одной части, а холод — в другой. § 5. Как она открывает, Д° тех П°Р пока статуя касается что существуют другие руками ЛИШЬ себя СаМОЙ, ей пред- тела ставляется, что она — всё, что во обще существует. Но если она прикоснется к какому- нибудь постороннему телу, то я, чувствующее себя модифицированным в руке, не почувствует себя модифицированным в этом теле. Говоря «я», рука не получает такого же ответа [от постороннего тела]. На основании этого статуя начинает считать эти свои модификации находящимися вне ее. И подобно тому как она образовала свое тело, она образует все прочие предметы. Ощущение твердости, придавшее им плотность в одном случае, придает им ее также и в другом с той лишь разницей, что я, отвечавшее себе прежде, перестает теперь отвечать себе. Таким образом, она не воспринимает § ИГЯМУ. IZTJ™ тела сами по себе - она воспринима- ее идея о телах ^ ет лишь свои собственные ощущения. Когда осязание заключило несколько различных и сосуществующих ощущений в границы, в которых я отвечает самому себе, статуя познает свое тело; когда же несколько различных и сосуществующих ощущений заключены осязанием в границах, в которых я не отвечает себе, она приобретает идею о теле, отличном от ее тела. В первом случае ее ощущения продолжают быть ее собственными качествами; во втором — они становятся качествами совершенно отличного от нее предмета. § 7. Ее удивление Узнав' ЧТ0 0На есть НечТ0 Т0ЄРДОЄ, по поводу того, Она, думаю я, приходит в сильное яе «еть «се то, удивление по поводу того, что не -чего она касается находит себя во всем том, чего она щсается.
Она вытягивает руки как бы для того, чтобы ржать себя вне себя, и она не может еще решить, найдет ли она себя там. Только опыт может просветить ее на этот счет. § 8 Рез льтаты этого удивления вытекает беспо- 257 9 Кондильяк, т. 2 этого удивления койное желание знать, где она находится и, если можно так выразиться, до каких пор она простирается. Поэтому она хватает, бросает и снова хватает все то, что находится вокруг нее; она ощупывает себя, сравнивает себя с предметами, к которым она прикасается, и, по мере того как она составляет себе более точные идеи, ей кажется, что ее тело и предметы возникают под ее руками. § 9. Касаясь какой- Но я Думаю, что в течение долгого нибудь вещи, она думает, времени она не будет представлять что прикасается себе существование чего-нибудь за ко всему телами, которые встречает ее рука. Мне кажется, что, начиная касаться вещей, она должна думать, что касается всего, и, лишь перейдя с одного места на другое и коснувшись многих вещей, она сможет предположить, что существуют тела за теми, которые она схватывает. Но как она научилась прикасаться? § 10. Как она научилась дело в следующем: так как движе- при касаться ^ J ^ ния, которые природа заставляет ее делать, доставляют ей то приятные, то неприятные ощущения, то она желает наслаждаться одними и избегать других. Разумеется, вначале она не умеет еще регулировать свои движения. Она не знает, как она должна направлять свою руку, чтобы дотронуться ею скорее до одной части своего тела, чем до другой. Она делает попытки, она ошибается, она имеет успех; она замечает движения, закончившиеся неудачей, и избегает их; она замечает также другие движения, удовлетворившие ее желания; их она повторяет. Одним словом, она работает ощупью и мало- помалу приучается к движениям, благодаря которым она начинает заботиться о самосохранении. Только тогда ее тело начинает производить движения, соответствующие желаниям ее души; только тогда она движется по своей воле 22.
<< | >>
Источник: ЭТЬЕНН БОННО ДЕ КОНДИЛЬЯК. Сочинения. Том 2. с.. 1980

Еще по теме ГЛАВА V КАКИМ ОБРАЗОМ ЧЕЛОВЕК, ОБЛАДАЮЩИЙ ТОЛЬКО ОСЯЗАНИЕМ, ОТКРЫВАЕТ СВОЕ ТЕЛО И УЗНАЕТ, ЧТО СУЩЕСТВУЕТ НЕЧТО ВНЕ ЕГО:

  1. ГЛАВА XI О ЧЕЛОВЕКЕ, ОБЛАДАЮЩЕМ ТОЛЬКО ЗРЕНИЕМ
  2. ГЛАВА V КАКИМ ОБРАЗОМ ЧЕЛОВЕК, ОБЛАДАЮЩИЙ ТОЛЬКО ОСЯЗАНИЕМ, ОТКРЫВАЕТ СВОЕ ТЕЛО И УЗНАЕТ, ЧТО СУЩЕСТВУЕТ НЕЧТО ВНЕ ЕГО
  3. ГЛАВА VIII ОБ ИДЕЯХ, КОТОРЫЕ МОЖЕТ ПРИОБРЕСТИ ЧЕЛОВЕК, ОБЛАДАЮЩИЙ ТОЛЬКО ОСЯЗАНИЕМ
  4. ГЛАВА VIII О ЧЕЛОВЕКЕ, КОТОРЫЙ ВСПОМНИЛ БЫ, ЧТО ОН СТАЛ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНО ПОЛЬЗОВАТЬСЯ СВОИМИ ОРГАНАМИ ЧУВСТВ
  5. ИССЛЕДОВАНИЕ МНЕНИЯ ОТЦА МАЛЬБРАНША О ВЙДЕНИИ ВСЕХ ВЕЩЕЙ В БОГЕ 1.
  6. 3. Сверхчувственное восприятие (СВ)