<<
>>

ГЛАВА XVII ОБ УПОТРЕБЛЕНИИ СИСТЕМ В ИСКУССТВАХ

Искусства делятся на две группы. В одну входят все изящные искусства, в другую — все механические искусства. Механика учит нас заставлять служить нам силы, наблюдаемые в телах 89.
Механика основана на законах движения, и, подражая природе, она, подобно природе, производит явления. Таким образом, в механике системы следуют тем же правилам, что и в физике. В сложной машине, например в часах, имеется непрерывная цепь причин и следствий, началом (principe) которой является первая причина, или непрерывная цепь явлений, объясняющихся первым из них. Вселенная тоже представляет собой лишь большую машину. Если, таким образом, понятно, как строится система в физике, то понятно, как она строится в механике, и наоборот. Наблюдение, в значительной мере проливающее свет на элементы механики, свидетельствует о том, что все машины представляют собой лишь различные трансформации рычага. Я дал этому объяснение в «Искусстве рассуждать». В этом сочинении я даже показал, что, по Ньютону, система мира сводится к равновесию. В механических искусствах мы можем чего-либо достичь лишь в той мере, в какой мы наблюдаем природу, поскольку мы можем действовать подобно природе лишь после того, как заметили, как она действует. Следовательно, наблюдение предшествует рождению этих искусств. Напротив, изящные искусства, кажется, предшествуют наблюдению, и необходимо, чтобы они достигли известных успехов, чтобы можно было привести их в систему, так как они в меньшей мере наше творение, нежели творение природы. Она кладет начало этим искусствам, формируя нас, и, когда мы задумываемся над тем, чтобы отдать себе отчет в этих искусствах, природа их уже усовершенствовала. Все эти искусства являются, собственно, развитием наших . способностей. Наши способности определены нашими потребностями, а они порождены нашей организацией. Следовательно, природа, организовав нас* начала веб [что в нас есть].
В своей «Логике» я также доказал, что природа — наш первый учитель в искусстве мыслить.- В самом деле, если дана организация, дан и язык жестов, и в моей «Грамматике» показано, как по образцу этого языка формируются обычные языки. Сразу же, как только возникают языки, аналогия возникающая вместе с ними, начинает непрестанно развивать и обогащать их. Аналогия, так сказать, показывает в тех знаках, которые впервые были найдены, все прочие знаки, какие еще можно найти. В этой аналогии заложена величайшая связь идей, и эта связь становится принципом, дающим рассуждению величайшую ясность, величайшую точность, а каждой мысли — ее обозначение. С того момента, как мы овладели искусством давать всякой мысли обозначение, мы владеем системой, охватывающей все жанры стиля. В этом можно убедиться, прочитав мое «Искусство письма». С того момента, как мы сумели дать рассуждению величайшую ясность и величайшую точность, мы владеем искусством рассуждения, поскольку я доказал, что искусство это сводится к хорошо построенному языку. Таким образом, все эти искусства сливаются в искусстве речи; они являются лишь развитием одной и той же системы, имеющей свою первопричину, или свое начало, в нашей организации. Мы не умеем добраться до первопричины наших действий, мы не можем увидеть, как они зачинаются в том способе, каким мы организованы. Поэтому искусство речи, искусство письма, искусство рассуждения, искусство мышления формируются и совершенствуются без нашего ведома. Короче говоря, они представляются творением инстинкта, а когда они усовершенствованы, мы приписываем их таланту. Но инстинкт и талант могут иметь своей первопричиной только организацию. Инстинкт — это орга низация, дающая всем одни и те же способности. Талант же — это организация, дающая одним то, в чем она отказывает другим. Одаренные люди, усовершенствовавшие искусство речи, несомненно, наблюдают за теми, кто их слушает, и замечают то впечатление, какое они производят на своих слушателей.
На основе этого они могут усвоить, что такие- то действия дают такие-то результаты, но не могут узнать, почему они дают такие результаты. И искусство это для них лщпь совершаемое на ощупь действие, в котором они сами не умеют дать себе отчет. Так развивают свои таланты прэты и ораторы. Чтобы заподозрить, что они владеют каким-то искусством, необходимо, чтобы они уже достигли в этой области известного успеха. Тогда им приписывают большее искусство, чем то, каким они обладают. А так как, естественно, стремятся найти в их произведениях какие-то правила, то множат такие правила соразмерно наблюдениям, которые, как представляется, удалось над ними произвести. Таким образом возникает множество правил, множество исключений и множество плохих книг о первоначальных основаниях искусства. Правильные первона чальные основания не будут разработаны до той поры, пока не будут учтены правила, управляющие нашим способом понимания; ибо, несомненно, не зная ума человеческого, им не руководят или плохо руководят. Особенно вредило сочинениям этого рода то, что они никогда не начинают с рассмотрения возникновения [данного искусства]; то, что полагали, будто определения и аксиомы являются принципами; то, что рассматривали синтез как метод построения теории. Я вовсе не говорил о музыке, живописи, скульптуре и т. д., но понятно, что эти искусства следует трактовать так же, как и другие, если понятно, что есть и может быть лишь один правильный метод.
<< | >>
Источник: ЭТЬЕНН БОННО ДЕ КОНДИЛЬЯК. Сочинения. Том 2. с.. 1980

Еще по теме ГЛАВА XVII ОБ УПОТРЕБЛЕНИИ СИСТЕМ В ИСКУССТВАХ:

  1. ГЛАВА XVI ОБ УПОТРЕБЛЕНИИ СИСТЕМ В ФИЗИКЕ
  2. Искусство Западной Европы в XVII веке
  3. Итальянское искусство XVII века
  4. Французское искусство XVII века
  5. Фламандское искусство XVII века
  6. Испанское искусство XVII века
  7. Голландское искусство XVII века
  8. 10. 3 Стилевые и жанровые особенности искусства XVII – XVIII веков
  9. Раздел 5. Искусство в системе культуры
  10. Философия искусства. Система тождества Шеллинга
  11. Система государственного управления в Испании в раннее Новое время (конец XV-XVII вв.)
  12. Глава 5 Культура в XV—XVII вв.
  13. ГЛАВА II ОБ УПОТРЕБЛЕНИИ НАЗВАНИЙ В ИСЧИСЛЕНИИ
  14. Глава XVII ДИСЦИПЛИНАРНЫЙ ПРОЦЕСС