<<
>>

АРНОЛЬД ДЖОЗЕФ ТОЙНБИ (1889—1975)

Среди социальных мыслителей XX столетия, нередко отдающих дань тем или иным идеологическим предпочтениям, скажем, мифам "капитализма" или "социализма", ценностям "Запада" или ценностям "Востока", трудно найти более уравновешенную, всемирно открытую и по-человечески симпатичную фигуру, чем английский историк, социолог и философ культуры Арнольд Джозеф Тойнби.
После Данилевского (см.) и Шпенглера (см.) он стал самым видным представителем так называемого цивилизационного подхода к истории, когда она понимается как круговорот сменяющих друг друга на нашей планете не отдельных народов и государств, а огромных во времени и пространстве человеческих общностей — "цивилизаций". По терминологии Тойнби, "цивилизация" — это примерно то же самое, что у Данилевского называется "культурно-исторический тип", а у Шпенглера — "культура", до того как она вырождается в "цивилизацию". Тойнби, как никто другой из западных культурологов, сумел доброжелательно и с пониманием оценить историческую, преимущественно духовную роль России в мировом цивилиза-ционном процессе. А.Дж. Тойнби происходил из английской интеллигентной семьи среднего достатка; следуя примеру своей матери — преподавателя истории, закончил Оксфордский университет и британскую Археологическую школу в Афинах (Греция). Вначале он увлекался античностью и трудами Шпенлера, которого как историк культуры впоследствии превзошел. С 1919 по 1955 г. Тойнби был профессором греческой, византийской, а позднее и всемирной истории в Лондонском университете. В годы первой и второй мировых войн он одновременно сотрудничал с МИДом, был членом британских правительственных делегаций на Парижских мирных конференциях 1919 и 1946 гг., а также руководил Королевским институтом международных отношений. Значительную часть жизни ученый посвятил написанию своего знаменитого 12-томного труда "Исследование истории" (1934—1961) — энциклопедической панорамы развития мировой культуры.
Во многом продолжая и развивая идеи Данилевского, и особенно Шпенглера, Тойнби как культуролог отличался от последнего некоторыми весьма существенными моментами: хотя он также понимал историю как циклическую смену цивилизаций (египетской, эллинской, греко-романской, вавилонской, иранской, индийской, китайской и т.п.), по его мнению, они не были изолированными друг от друга самодовлеющими "особями", а представляли собой по- 262 разному развивающиеся ветви единого древа общечеловеческой культуры, объединяемой великими мировыми религиями с перспективой их слияния. Отдельными цивилизациями движет, по Тойнби, не только Провидение, Судьба или независимый от воли людей шпенглеровский "генетический код", но и чисто человеческий фактор, точнее — "творческое меньшинство", которое отвечает на "вызовы" природной и социальной среды, ведя за собой пассивную массу; когда же "творческое меньшинство" вырождается в паразитарный господствующий слой, на него обрушивается внутренний и внешний "пролетариат", т.е. угнетенные и обездоленные изнутри и извне, и цивилизация (или империя) гибнет. В этой связи Тойнби считал главными опасностями для культуры резкое расслоение общества на классы и вытекающие отсюда революции и войны. Главной отличительной чертой Тойнби — теоретика культуры было беспристрастно-плюралистическое видение человечества как равноправной семьи народов, исключающей какое-либо национальное или региональное высокомерие, в частности такое его проявление, как европоцентризм. Больше того, к пресловутой "западной", прежде всего североамериканской, цивилизации, постепенно захлестывающей весь мир и ныне претендующей на свою единственность, рафинированный английский интеллектуал Тойнби относился достаточно критически, имея в виду ее растущую бездуховность, фольклорную безликость, потребительство и экономическую агрессивность, часто прикрываемую якобы общечеловеческими идеалами. Понимая самоценность даже самой маленькой этнической общности, Тойнби оправдывал национально-освободительные движения, позволяющие сохранять человеческое многоцветие мира перед лицом угрожающей ему "вестернизации". Понимал он и опасность этого процесса применительно к наследнице Византии — православной России, а также тот факт, что коммунистические идеи и большевизм были занесены в Россию именно с Запада. "Если мы посмотрим на столкновение между Россией и Западом глазами историка, — писал он в 1952 г., — то увидим, что буквально целые столетия вплоть до 1945 года у русских были все основания глядеть на Запад с неменьшим подозрением, чем мы сегодня смотрим на Россию"1.
<< | >>
Источник: С.П.Мамонтов,А.С.Мамонтов.. Антология культурологической мысли. 1996

Еще по теме АРНОЛЬД ДЖОЗЕФ ТОЙНБИ (1889—1975):

  1. АРНОЛЬД ДЖОЗЕФ ТОЙНБИ (1889—1975)