<<
>>

2.2. Экономические отношения

Экономические отношения являются частью общественного устройства в любом социуме, образуют особую область отношений наряду с отношениями идеологическими, социально-политическими, когнитивными и пр., и все вместе составляют единую социокультурную систему с общим идеологическим основанием.

Хотя признание этого факта ещё не стало окончательно свершившимся событием, многие экономисты склонны согласиться с этим, и едва ли кто-то полностью не разделяет эту позицию. Так, если Й. Шумпетер весьма неохотно, но всё же соглашался с тем, что остаточные (мифологические) элементы идеологии, по-видимому, каким-то образом сказываются на ней[141], то уже в 60-70-ые годы Г. Мюрдаль вообще полагал невозможным освободить науку от аксиологических установок и потому предлагал сразу делать явными политико- нормативно-идеологические элементы в экономическом дискурсе[142].

Несмотря на различные формы реализации, все социокультурные подсистемы имеют общую природу, основанную на механизме коммуникации как обмене сообщениями, а, значит, здесь допустим информационный взгляд на проблему. Информационный характер современной экономики стал сегодня общим местом экономической науки, а одним из её основных понятий является представление об ассиметричной информации. Однако в информационном аспекте следует рассуждать об экономике вообще, а не только о её нынешней форме. Для такого утверждения имеется несколько оснований:

- сразу после окончания наполеоновских войн стали достоверно фиксироваться неожиданные и необъяснимые спады в торговле. Несмотря на разные банковские и финансовые системы, иную систему ценных бумаг и различные принципы производственных и распределительных отношений, описание коммерческих кризисов, как они тогда назывались, английским философом и экономистом Дж. С. Миллем в середине XIX века, поразительно схоже с современными описаниями нынешних финансовых кризисов[143].

- оказалось, что информация регулирует распределение ресурсов в большей степени, нежели цены, а осознать это стало возможно только с появлением понятия об информации.

- современная нарративная финансовая экономика является уникальной индустрией, основанной именно на сборе и продаже/приобретении информации о разных частях экономики и действующей в соответствии с этими данными.

Таким образом, структура подсистем, совокупно образующих социокультурную систему в целом, наглядно проявила свою информационную природу именно в современной экономике, которую поспешно стали называть информационной.

Смысл включения экономического сознания в качестве самостоятельной формы в общую структуру общественного сознания состоит в том, что в нём выражаются представления о сущности производственной деятельности, соответствующих отношений, о способе распределения и пр. Задачей экономической формы коллективного сознания является построение таких отношений, которые бы максимально удовлетворяли материальные потребности населения, исходя из той идеологической базы, которая задана актуальной социокультурной идеологемой.

Эта задача очень сложна и даже сегодня не имеет даже приблизительного общего математического описания, исключая отдельные частные случаи. Однако социальная практика показывает, что почти всегда эти задачи решаются. Именно поэтому ещё в 1904 г. В. Парето в своём «Учебнике политической экономии» применял к понятию рынок термин ordinateur, который сегодня во французском и испанском языках означает компьютер. Он полагал, что рынок обладает способностью решать такие сложные задачи, выражаемые в виде огромной системы уравнений, которые не под силу вычислительным системам. Мы можем интерпретировать его описание рынка в значении экономического коллективного сознания в его материальном отражении.

Экономические отношения в виде специфических отношений собственности и распределения, и соответствующее им экономическое групповое сознание возникают сразу же, как только вокруг каких-либо идеологических проектов образуется новая устойчивая общественная группа.

В этом смысле экономическое сознание по своему происхождению является производной первого порядка от сознания идеологического. Под устойчивым состоянием по-прежнему понимается достижение группой установившихся и постоянных коммуникаций, имеющих собственную систему кодов-символов.

В рамках конструируемой нами теории социокультурных систем специфика экономических отношений в рамках любой системы определяется, во-первых, особенностями архетипического основания сообщества (постоянной частью идеологемы) и, во-вторых, свойствами актуальной идеологической системы (переменная часть). Кроме того, как и любую другую форму коллективного сознания, в общем случае сознание экономическое принято делить на теоретическое, практическое и обыденное.

К теоретическому уровню относятся концептуально оформленные экономические идеи и взгляды, а также вытекающие из них ценностные ориентации и установки в области экономического поведения. Поскольку эти установки носят идеологический характер, то и носителями этого типа коллективного сознания являются профессиональные учёные-экономисты, занимающиеся теоретической разработкой и обоснованием экономических идей.

Практическое экономическое сознание относится к сфере профессиональной экономической деятельности в области реального бизнеса, к которой относится совершенно определённая группа людей - так называемые частные предприниматели (коммерсанты, бизнесмены и пр.), чьей профессией является получение прибыли с помощью занятия производством товаров и услуг или коммерцией - торговлей.

Содержание обыденного экономического сознания составляют чувства, настроения, убеждения, иллюзии, своеобразные суеверия и стереотипы экономического поведения людей, складывающиеся в процессе и в результате утверждения экономических отношений, соответствующих двум идеологическим основаниям и управляющих повседневной экономической деятельностью отдельного человека.

На формирование обыденного экономического сознания, так же, как и всех остальных его видов, оказывают влияние три фактора в порядке убывания их приоритета:

- правила экономической деятельности, исторически сформировавшиеся под воздействием базовой идеационной парадигмы;

- установки экономического поведения, обусловленные действующей идеологемой;

- повседневный практический опыт экономической деятельности людей, их фактический социально-экономический статус и состояние экономической культуры социальных групп общества.

Рассмотрим, как развиваются экономические отношения под воздействием переменной части социальной идеологемы.

Как убедительно показал М. Вебер, современная капиталистическая экономика европейского типа начала своё развитие с эпохи Реформации, вдохновлённая идеями протестантизма. Процесс образования новой экономики являлся обязательным при становлении новой социокультурной формы, основанной на иных, нежели прежде, идеологических принципах. В формировании экономических отношений нового типа были задействованы, как минимум, две идеологических инновации. Первая - это обязательная трудовая повинность, возлагаемая на верующего, а отсюда свобода предпринимательства и обогащения, которые таким образом стали делом богоугодным и социально оправданным, ибо свидетельствовали об избранности обладателя богатства и отверженности бедняка. А вторая - разрешение на использование ссудного процента, которое было прямо запрещено в Библии, и в Средние века было предосудительным занятием, дозволенным только иноверцам.

Саморегулирование экономики традиционного (по М. Веберу) типа осуществлялось на основе христианских идеологических представлений о достаточной мере потребления. Саморегулирование в капиталистической экономике сложнее и основано на стремлении к достижению баланса между спросом и предложением с помощью изменения цен на рынке, который тоже является специфическим порождением капитализма. Действующая идеологема помимо обязательного занятия бизнесом предписывала следить и за получением максимальной прибыли.

Последнее обстоятельство делает состояние равновесия между спросом и предложением кратковременным и весьма неустойчивым. Отсюда неизбежно рождается противоречие между производством и потреблением, которое проявляется в периодических кризисах перепроизводства товаров, падении цен, росте инфляции и прочих последствиях, характерных только для капиталистической экономики.

Поначалу частное предпринимательство развивалось в форме товарного производства, которое сопровождалось постоянно углубляющимся разделением труда и повышением его производительности.

Это продолжалось до тех пор, пока существовала возможность простого физического расширения потребительских рынков. Но в конце 70-ых годов прошлого века этот процесс достиг своих естественных границ в рамках существовавшей тогда геополитической ситуации, что привело к тяжёлому экономическому кризису 1974-75 годов. Выходом из него в 80-ые годы стал отказ государства от контроля за финансовым рынком и стимуляция потребления населения за счёт раздачи денег в виде постоянно дешевеющих кредитов. Сегодня этот этап западной экономики известен как

рейганомика.

Эта экономическая политика привела к бурному развитию финансового рынка. Если прежде товар больше имел материальный смысл в форме конкретного продукта, обмениваемого на деньги, то теперь основным по размеру получаемой прибыли товаром стали сами деньги. Если в 1970 г. фондовый сегмент глобального рынка капиталов составлял всего около 3% мирового ВНП, то к 1995 г. оборот мирового фондового рынка достиг уже 136%. За это же время объем торговли товарами и услугами возрос всего на 50%[144]. В итоге, в начале XXI в. объём оборота глобального фондового рынка стал превышать тот же показатель товарного рынка примерно в 50 раз[145].

Причём прибыльность финансовых операций определялась не их абсолютной доходностью, которая как раз не велика, а огромным количеством таких операций, что связано с развитием вычислительных и информационных технологий в это же время. Важнейшим следствием стало перемещение операционного пространства из реального в виртуальное. Замена движения живых денег на обмен виртуальными сообщениями об их воображаемом перемещении означала, в конечном счёте, что теперь товаром стала сама информация.

Но не абстрактная информация вообще, а содержащая совершенно конкретные сведения, а именно: сообщение о возможных ценах на товары в будущем - через месяц, год и др. В результате широкого развития рынка фондовых бумаг (облигаций, разного рода деривативов и пр.) и фиктивного капитала второго и более высокого порядка процесс получения прибыли отделился от производства продуктов потребления и уже перестал быть связанным исключительно с этим.

Более того, фиктивный капитал стал подавлять ценообразование в реальном секторе[146].

В совокупности с постоянно углубляющимся разделением труда и вытеснением экологически вредных и просто трудоёмких производств в развивающиеся или даже неразвитые страны это привело к тому, что основным занятием и источником дохода населения развитых стран Европы и Америки стало не создание новой продукции, а манипуляция финансовой информацией в виртуальном пространстве.

Когда торговые сделки совершаются по всё более произвольным и необоснованным ценам по состоянию на некий будущий период, становится всё более затруднительным какое-либо регулирование экономических отношений. Реальные цены потеряли своё прежнее значение невидимой руки рынка, которая, по мнению А. Смита, контролировала баланс спроса и предложения. В такой ситуации неизбежно необратимое разрастание финансовой части рынка в виде пузыря и его катастрофическое схлопывание.

Теперь обратимся к влиянию на экономические отношения постоянной архетипической составляющей идеологемы, которая в нашем концепте растёт и видоизменяется гораздо медленнее, чем переменная, воспринимая в себя только некоторые близкие, родовые элементы из каждой новой формы, сменяющей друг друга.

Сегодня в экономической науке всё большее признание получает гипотеза, согласно которой современная экономическая практика западной модификации стоит перед выбором: либо продолжать развитие в направлении экономики, озадаченной получением прибыли, либо переориентироваться на т.н. хозяйственный способ, главным принципом которого является обеспечение необходимого достатка для граждан. В первом случае богатые становятся богаче, а бедные беднее, а во втором - бедные получают шанс на достойную жизнь, а богатые должны законодательно и добровольно быть ограничены в потреблении.

Проблема для экономистов в том, как это реализовать в экономической практике, хотя исторические примеры известны. Но с точки зрения теории коллективного сознания и эволюционной культурологии очевидно, что к решению этой задачи нужно подходить не экономически, а, в первую очередь, идеологически.

Базовые принципы ведения экономики хозяйственным способом в русском обществе изложены ещё в XVI веке Сильверстом в «Домострое», чьё название и означает экономика - «наука вести хозяйство для обеспечения достатка и изобилия, руководствуясь духовно-нравственными началами». Главный из этих принципов отражает необходимость труда как занятия духовного. Экономика «оживает, когда все благословенно, и благословенная денежка по милости Божией становится символом праведной жизни»[147]. Так что связь идеологии и хозяйства была очевидна ещё для автора первого русского труда по экономике.

Второй принцип обосновывает экономику как направленную на потребление, а не накопление: «Русский человек не желал жертвовать

необходимым, чтобы приобрести излишнее»[148]. Эта установка, имеет, несомненно, гораздо более древнее, дохристианское происхождение и связана, с одной стороны, с особенностями рискованного земледелия на русских землях, а с другой, с исторической спецификой работы труженика на государство[149]. Позднее, уже в XVIII веке А. Т. Болотов в книге экономических наставлений «Деревенское зеркало» писал: «Не купи чего хочется, покупай, без чего обойтись нельзя».

Ещё одна историческая особенность русской экономической ментальности - триединство национального отношения к труду, тонко проанализированное В. В. Колесовым [82]. Для русского человека экономическая деятельность имеет три интуитивные формы - труд, дело и работа. Первая - самая уважаемая и почётная. Труд — это всегда преодоление трудностей, тяжёлое и, зачастую, неблагодарное занятие, не случайно трудяга - имеет только позитивное звучание. Дело, в смысле деятельности - больше связано с торговлей, услугами, принеси-подай. Отсюда и деловой - какой-то несерьёзный, суетливый, но при делах. И, наконец, работа - занятие подневольное, рабское, предназначенное для работника, раба и противопоставляемое труду. Поэтому: работа - не волк...

Все эти факторы имманентно присутствуют в культурном генетическом коде русской ментальности, и именно они формируют общественные экономические отношения в каждой конкретной социальной ситуации. Экономика русского общества исторически имеет общинное устройство, основанное на демократической форме организации труда - артели, в отличие от западной модели, построенной на индивидуальном труде. Соответственно организации происходит и распределение результатов труда. А поскольку каждому из этих двух типов экономических отношений соответствует своя мифология, то можно говорить об их принципиально архетипическом происхождении.

В России начала ХХ века сложилось уникальное единство исторических экономических культурных корней и капиталистической формы хозяйствования в виде почти автаркической замкнутой системы. Страна полностью обеспечивала себя всем необходимым, а излишки отправляла на экспорт. Позднее, совпадение принципа общинной организации с идеей коллективного труда, дополненной разумными элементами личной заинтересованности, принесло успех советской экономике в 50-60-ые годы. С другой стороны, культурнообусловленное несовпадение и внутреннее неприятие конкурентной, индивидуалистической западной модели экономики вызвало трудности формирования нового капиталистического уклада в России в конце ХХ - начале XXI века.

Общинный тип экономики, в котором отдача каждого работника связана с его местом в структуре общества и степенью участия в социальном процессе, исторически свойственен восточным странам: Японии, Корее, Китаю и др. Неудивительно, что совмещение, а не изменение естественного культурного экономического порядка и новых эффективных принципов организации труда привело к взрывному успеху экономик этих стран.

С точки зрения информационного подхода существует третья форма экономических отношений - социалистическая. В основе экономических идей социализма лежит целый ряд работ, которые освещали роль цен как информационных сигналов о спросе и предложении, дающих возможность государству управлять рынком (Э. Бароне, О. Ланге, Й. Шумпетер, Л. Гурвич и др.). В частности, Л. Гурвич в 1972 г. обосновал информационные основания рыночного социализма, которые включают в себя постоянные правила и переменные сообщения[150]. Всё вместе образует предопределенное пространство специфических сообщений, циркулирующих в экономической среде. Причём, было показано, что такая система обладает эффективностью, не меньшей, чем любая иная экономическая система, и при этом не противоречит архетипическим основаниям европейского и российского коллективного сознания.

Представляется, что именно этот тип экономического сознания и соответствующих отношений с большим основанием можно называть информационным, и, соответственно, более прогрессивным, поскольку здесь вся структура построена на циркуляции информации. В то время, как современная капиталистическая система использует информационные возможности практически только в непомерно раздувшемся финансовом секторе, к тому же сильно отдалившемся от реальной экономики.

Таким образом, реальная экономика в каждый исторический период, отвечающий очередной социокультурной волне, складывается из взаимодействия двух компонент: формальной экономической модели (экономической теории), характерной для данных социополитических условий, и исторически и культурно обусловленных принципов ведения хозяйства. Фактически реальная экономика каждый раз является культурной интерпретацией теории, которая, в свою очередь, становится следствием идеологической специфики социокультурной системы. Экономика бывает успешной только тогда, когда эти факторы не противоречат друг другу, а взаимно дополняют.

Вполне возможно, что новая идеология сумеет объединить в себе исторический опыт строительства социализма с человеческим лицом, общинные принципы хозяйствования, рациональное государственное регулирование экономики, информационные технологии управления и пр. В этом случае можно будет ожидать существенные позитивные изменения в социокультурном строительстве на всей огромной евразийской территории.

<< | >>
Источник: ВИСЛЕНКО АНДРЕЙ ЛЕОНИДОВИЧ. КОЛЛЕКТИВНОЕ СОЗНАНИЕ В КУЛЬТУРЕ. 2015

Еще по теме 2.2. Экономические отношения:

  1. 22.2. Социально-экономические и политические причины,осложнившие выход страны на новые рубежи
  2. 13.3. Внешние экономические связи России
  3. 2. Принципы нового международного экономического порядка
  4. Глава 2 СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПЕРЕМЕНЫ В КИТАЕ (1840—1894)
  5. Роль и место торгово-экономических отношений в общей дискуссии по китайской политике США в 1971—1978 гг.
  6. § 2. Пути формирования социального государства в условиях реформирования экономических отношений в России
  7. 5. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ В ХАТТИ
  8. Региональные различия психологических отношений предпринимателей к своей экономической деятельности
  9. 1. Диалектика экономических отношений и формы собственности у Маркса
  10. Лекция 62. Международные экономические отношения
  11. Право и экономические отношения
  12. Всемирные экономические отношения
  13. § 3. Социально-экономические отношения.