<<
>>

1.4. Этническое коллективное сознание

В начале своего возникновения и развития этническое коллективное сознание представляет собой коллективное сознание минимальной группы, объединённой по этно-территориальному признаку.

Иными словами, это групповое сознание компактно проживающей на некоторой территории группы людей (племени, клана, тейпа, народности и т.п.), состоящих в родственных отношениях разной степени сложности и близости. Оно выросло из коллективного сознания семьи, эмерджентным свойством которой является установление контроля над некоторой территорией, помимо существенного увеличения её численности и вовлечения в свою сферу влияния дальних родственников и тех, кто ими называется.

При этом содержание его информационного ядра составляет не метафизическая сильная эмоциональная привязанность членов коллектива, а та информация, которая в семье составляла его переменную идеологическую оболочку - идеологему. То есть конкретные обычаи, привычки, обязанности, поведенческие императивы и пр. Эти два сообщества - семью и племя - следует различать именно потому, что существует принципиальная разница в содержании информационного ядра семьи и племени.

Этно-племенное объединение можно считать первой социокультурной группой, с которой себя идентифицировал человек. Поэтому здесь уже можно говорить об эволюции коллективной ментальности, поскольку именно в этом сообществе впервые появляется новое свойство коллективного сознания - стремление к росту, а отсюда появление специфического поведения растущих систем - внешней экспансии. Целью перманентного расширения территории является пополнение ресурсов для, как минимум, сохранения собственного существования через поддержание существования членов племени. Как максимум - для создания условий для роста численности группы и дальнейшего увеличения пространства её коллективного сознания.

Это новое свойство коллективного сознания отражается на поведении членов группы, которые на первый взгляд немотивированно, с риском для жизни, но, на самом деле, вполне идеологически оправданно и, следовательно, сознательно покидают обустроенные места и уходят на небезопасные поиски новых территорий, добычу и пополнение ресурсов.

Таким образом происходит выделение особой группы людей - охотников, разведчиков, исследователей, добытчиков. Впервые начинается дифференциация и стратификация общества не только по старшинству, но и по другим признакам - по степени доступа к ресурсам, профессиональной специализации, по умению и мастерству и пр.

Так, в зависимости от условий проживания, специфики индивидуального состава племенного сообщества и др., вокруг информационного ядра формируется этно-племенная идеологема. Теперь она включает в себя важную информацию о территории и ландшафте размещения сообщества, о границах и условиях проживания и способах выживания, об инокультурном окружении и коммуникации с ним. Со временем эта идеологема стабилизируется и превращается в свод незыблемых правил, подтверждённых трудом и опытом предков. Вся эта информация вначале образует содержание мифологии племени, а затем отсюда возникают вера и религия, либо созданные и разработанные самостоятельно, либо заимствованные. В последнем случае возникает синкретическое единство информации собственной и внешней, что мы наблюдали на различных примерах выше.

Как мы уже видели, появление качественных связей усложняет организацию социума, тем самым, укрепляя его структуру и увеличивая продолжительность существования. Охотник, который специализируется на добыче зверя, гораздо эффективнее необученного и неопытного человека, поэтому племя, в котором есть опытные охотники лучше обеспечено продуктами, и вероятность его выживания существенно повышается.

В том случае, когда территория, контролируемая коллективным сознанием племени достаточна для проживания большего количества людей, и имеется избыток необходимых ресурсов, такая группа начинает расти не только естественным путём за счёт увеличения рождаемости и снижения смертности, но и искусственно - вследствие привлечения новых членов. Ими могут быть добровольно присоединившиеся небольшие семьи, захваченные пленные и др. Рост численности племени ограничен наличными ресурсами собственной территории и ресурсами той дополнительной окружающей территории, которую оно может захватить и освоить.

В свою очередь, процесс территориальной экспансии также ограничен. Это ограничение вызвано тем, что на соседних территориях могут проживать другие группы, которые по тем или иным причинам не желают объединяться, либо существуют естественные ограничения в виде границы привычного и освоенного ландшафта.

В первом случае происходит межгрупповая коммуникация между коллективными сознаниями равного или близкого статуса, которая выражается, как правило, в силовом столкновении за право обладания некими территориями или ресурсами. Новая ситуация межгрупповой коммуникации отражается на эволюции коллективного сознания - впервые появляется его разновидность - военное, а затем и политическое сознание.

И вновь, появление нового свойства коллективного сознания отражается на изменении поведения людей. В первую очередь это выражается в выделении особой группы, которая осуществляет руководство жизнью племени, межгрупповые контакты с другими племенами, охрану захваченных территорий от посягательств соседей, захват новых земель или ресурсов и т.д. Так образуется элита, состоящая из политиков (вождь и его родня), клира (шаманы, жрецы) и воинов. Мы не будем особо останавливаться на роли элиты в жизни социума, поскольку этот вопрос основательно исследован в культурологи, психологии и социологии. Нас более интересует функция элиты с точки зрения обеспечения связи между коллективным сознанием этноса и остальными его членами, о чём будет сказано ниже.

Появление политической элиты означает трансформацию коллективного сознания этно-территориальной социальной группы в сознание группы этно­политической. Теперь оно представляет новую социальную категорию - народ, обладающий территорией, которую, самое главное, он считает своей собственностью, при этом оформленную границами и закреплённую за ним в результате политических соглашений с соседними и иными народами. Причём это обстоятельство зафиксировано в коллективной культурной памяти народа, то есть в его идеологеме.

Следующий этап эволюции коллективного сознания по-прежнему основан на продолжении его имманентной тенденции к росту и внешней экспансии.

Но теперь результатом развития становится политико-территориальное объединение, состоящее из группы народов, консолидированных на основе общности территории, ресурсов и экономики. Как и прежде, такая консолидация происходит как результат военной, политической или экономической экспансии, направляемой той социальной группой, чьё коллективное сознание доминирует над окружающими. Соответствующая трансформация коллективного сознания нагляднее всего выражается в появлении общей, единой культуры даже для сообществ, различающихся по своему этническому, религиозному, социальному и культурному укладу. Возникновение единой культуры такого рода говорит о формировании новой общественной формы более высокого уровня иерархии - нации.

И вновь единое коллективное сознание нации не является простой суммой всех групповых ментальностей, входящих в него, и точнее всего описывается как их суперпозиция, обладающая своими эмерджентными свойствами. Новая ситуация порождает новое уникальное состояние коллективного сознания. Особенностями этого нового уровня является то, что, с одной стороны, практически полностью сохраняется коллективное сознание народов, объединённых в нацию, а, с другой стороны, на их основе возникает новое качество, занимающее иерархически более высокий уровень.

Способность сложных систем к самоорганизации проявляется здесь в наглядном виде. Скачкообразная эволюция коллективного сознания объясняется его информационной природой. Каждое качественное изменение переводит его из одного состояния неустойчивого динамического равновесия в другое, и в случае упрощения, и в случае усложнения его структуры. Причём степень неустойчивости состояния возрастает с ростом сложности системы. Это означает, что для изменения её состояния каждый раз достаточно всё менее значительного внешнего усилия, которое может выражаться, например, в разрыве нескольких или даже всего одной внутренней связи между элементами системы.

Очевидно, что система как целое, так или иначе, ощущает возрастание опасности ситуации и старается обезопасить себя от распада.

В реальности это приводит к тому, что структура нового общественного объединения с самого начала устанавливается таким образом, чтобы связи между остальными его участниками между собой и самым верхним уровнем структуры в дальнейшем не подлежали пересмотру и изменению. В противном случае это может привести к немедленному распаду системы. Поэтому система принимает меры против возникновения подобной опасной ситуации в виде учреждения разного рода социальных институтов и договоров нового типа, например, в виде конституции. Феодальные государства Европы вплоть до Х1Х века прекрасно обходились без неё, довольствуясь лишь сводом законов в виде, например, Магдебургского права или, позже, кодекса Наполеона. Однако усложнение структуры коллективного сознания при появлении наций потребовало реакции в виде упрочения социального устройства, что, в свою очередь, на время стабилизировало структуру коллективного сознания.

Социально-политической формой такого объединения нового типа является многонациональное государство в любом его виде - от империи до демократической федерации с выборной системой управления. Строго говоря, термин многонациональное государство не совсем точен, поскольку под ним на самом деле подразумевается многонародное государство. Однако, филологические особенности языка, правильность и красота речи в данном случае берут верх над точностью выражения и с этим приходится считаться.

Менталитет такой группы разноплемённых и разноконфессиональных народов, объединённых в политико-общественное структурное образование, обычно называемое империей (определение В. К. Кантора[99]), следует считать, по- видимому, самым сложным видом коллективного сознания, а потому сообщество имперского типа - наивысшим известным сегодня типом социокультурного объединения. Этот специфически европейский социальный проект появился ещё в античные времена, а участие в его теоретическом обосновании принимали такие мыслители как Аристотель, Н. Макиавелли, Э. Кант, Г. Гегель и др.

Подлинная империя и соответствующее ей имперское коллективное сознание - явление в мировой истории довольно редкое по вполне понятным причинам. Немногие культуры смогли создать последовательность культурных волн, образующих цивилизацию, и ещё меньше из них эволюционировали до состояния многонациональной империи. В прошлые времена это были античный Рим, Византия, Австрийская, Британская и Российская империи, Советский Союз. Сегодня почти всем параметрам имперской социальной структуры соответствуют США и, частично, Евросоюз. Причём фактор размера территории не имеет определяющего значения. Поэтому некоторые большие страны, например, Китай нельзя отнести к империи в классическом европейском понимании.

Отличительной особенностью информационного ядра имперского коллективного сознания является стирание личной этнической принадлежности и в индивидуальном сознании гражданина империи, и для окружающих её народов и стран. Под этнической принадлежностью здесь следует понимать не просто национальность происхождения человека, но его первичную социокультурную принадлежность - этно-племенную, сформированную зачастую в далёком прошлом. То есть речь идёт о снятии глубинной личной этнической идентичности и добровольную замену её на новую идентичность более высокого, обобщённого имперского типа.

Социальнополитическое объединение нового типа имеет свои качественные особенности. Всячески поощряется сохранение и даже культивирование внешних особенностей и признаков этнических культур империи - праздников, костюмов, фольклора и пр. Важно понимать, однако, что этот процесс имеет поверхностный характер с точки зрения информационных процессов в обществе. Это означает, что культурная поддержка этнических ценностей происходит на уровне застывших мифологем, доставшихся в наследство от прошлых времён, когда эти мифы были ещё живой информацией, обращающейся в национальном культурном пространстве и составляющей его идеологему.

Не случайно поэтому язык государственных коммуникаций может быть только один, принадлежащий государствообразующей нации. Ведь именно он содержит в себе ключ к существованию всего сообщества. Ликвидация внутренних межэтнических территориальных границ в рамках политического объединения создаёт уникальную и, в определённом смысле, опасную ситуацию, когда все его граждане с равным основанием претендуют на территории в разных частях государства, а не только на те, которые принадлежат им исторически по праву принадлежности к тому или иному этносу.

В силу своего положения в структуре коллективного сознания, менталитет и культурная среда суперэтноса имперского типа включают в себя все возможные социокультурные уровни, принимая древовидную структуру приблизительно следующего вида:

- национальное КС ^ субэтническое КС ^ ультрасубкультурные варианты; ^ стратовое КС ^ диаспорное;

^ инокультурное;

^ акультурное.

В свою очередь Ультрасубкультурное КС делится на ^ территориальное ^ региональное ^ субэтноконфессиональное

Например, в России насчитывается 17 (по некоторым источникам 19) субэтносов, каждый из которых имеет свою субкультуру, а некоторые, как украинский или белорусский, даже претендуют на собственную культуру. Инокультурное коллективное сознание, как правило, функционирует в чужой культуре не непосредственно через своих носителей, как диаспорное коллективное сознание, а дистанционно, через торговлю, туризм, средства массовой информации.

Акультурное коллективное сознание появилось относительно недавно (конец XIX - начало ХХ в.) в крупных мировых мегаполисах - Нью-Йорке, Лондоне, Санкт-Петербурге, Париже - и носит подчёркнуто космополитический характер. Основу этого типа коллективного сознания составляют денационализированные и декультуризованные представители кругов разных социумов, образующие обычно маленький чужой народец. Этот тип субкультуры является, пожалуй, наиболее агрессивным и опасным для этноса акцептора. В конце XIX века наиболее агрессивным центром акультуры был Париж, сегодня это акультура семиотически единого пространства Нью-Йорка-Лос-Анджелеса (НЮЛА)[100] [2].

Субэтноконфессиональное коллективное сознание присуще группам, составляющим этнически единый народ или более мелкую этническую единицу, но исповедывающим разные религии. Ментальные и культурные различия в этом случае могут незначительными, не влияя на единство народа. Так, как, например, сложилось у армян-католиков и армян-григорианцев или осетин, чётко делящихся на две субэтноконфессональные подгруппы: иронцев (православных) и дигорцев (мусульман-суннитов). Причём такое состояние может продолжаться много столетий. Но эти различия со временем и при постоянстве условий проживания могут привносить в коллективное сознание народа такие особенности, которые приводят к делению народа на несколько субэтносов. Небольшой народ хемшилов, признанный в 2002 г. Институтом этнологии и антропологии РАН самостоятельным народом, этнически имеет армянское происхождение. Но, исповедуя мусульманство, они называют себя не армянами, а хемшилами или даже турками.

Точное представление о коллективном сознании, а точнее о его исторически слабо переменной форме - национальном менталитете бывает особенно востребовано в трудные переходные времена, как это происходит в сегодняшней России, заблудившейся в поисках собственной современной идентичности. Характерно высказывание видного современного чиновника: «Все говорят о русской ментальности, но никто не объяснил, что это такое».

Возможно, наиболее полным и точным толкованием национального коллективного сознания является определение, данное В. В. Колесовым, согласно которому национальная ментальность есть «способ выражения и восприятия мира, общества и человека в формах и категориях родного языка, способность истолковывать явления как их сущности и соответственно этому действовать в определённой обстановке»[101].

<< | >>
Источник: ВИСЛЕНКО АНДРЕЙ ЛЕОНИДОВИЧ. КОЛЛЕКТИВНОЕ СОЗНАНИЕ В КУЛЬТУРЕ. 2015

Еще по теме 1.4. Этническое коллективное сознание:

  1. ТЕОРИЯ ИСТОРИЧЕСКОЙ эволюции П. Н. МИЛЮКОВА
  2. Основные теоретические схемы анализа коллективного субъекта
  3. Очерк седьмой ЭТНИЧЕСКОЕ САМОСОЗНАНИЕ — НЕОТЪЕМЛЕМЫЙ КОМПОНЕНТ ЭТНОСА
  4. Глава 6 КОНФЛИКТ КАК БАЗА ЭКОЛОГИЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ
  5. Глава 11 ВИДЫ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ
  6. ГЛАВА 12 ОСОБЕННОСТИКОЛЛЕКТИВНОГО ЭКОЛОГИЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ
  7. ГААВА 14 ВЛИЯНИЕ ЭКСТРЕМАЛЬНОЙ СРЕДЫ НА ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ
  8. Глава 15 ОБЫДЕННОЕ И НАУЧНОЕ ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ
  9. 1.1. Возрождение этнической культуры как социально-               историческая проблема
  10. 6.3. Коллективный разум
  11. Этническая идентичность. Истоки формирования национального характера
  12. ВИСЛЕНКО АНДРЕЙ ЛЕОНИДОВИЧ. КОЛЛЕКТИВНОЕ СОЗНАНИЕ В КУЛЬТУРЕ, 2015