ФОНЕТИЧЕСКИЙ звуко-буквенный разбор слов онлайн
 <<
>>

§ 110. 

  Проблема отдельности слова заключается в определении границ между словом и морфемой, с одной стороны, и между словом и сочетанием слов — с другой.

Ср.: «Проблема отдельности слова расчленяется на два отдельных вопроса: а) вопрос выделимости слова, представляющий собой вместе с тем и вопрос о различии между словом и частью слова (компонентом сложного слова, основой, суффиксом и пр.), и б) вопрос о различии между словом и словосочетанием» [Смирницкий, 1952, с.

187].

В определении границ между словом и морфемой (частью слова) спорным является вопрос о морфемном или лексемном статусе так называемых вспомогательных слов в составе аналитических (сложных, составных) грамматических форм [например, нем. werde, рус. буду в аналитических формах будущего времени глагола (буду читать), бы в формах сослагательного наклонения (почитал бы), более в форме сравнительной степени прилагательного или наречия (более красивый/красиво) и т. п.]. Такие единицы формально напоминают лексемы (слова), а по выполняемой функции представляют собой отдельные части слов, точнее, определенных грамматических форм слов, т. е. обнаруживают сходство с морфемами. В языках, в которых имеются артикли и послелоги, эти элементы занимают аналогичное положение [см. § 84, 188].

Неоднозначно оцениваются в этом плане так называемые отделяемые (отделимые) глагольные префиксы типа нем. auf-, которые в одних случаях употребляются в препозиции по отношению к основе глагола, т. е. как обычные префиксы (ср.: инф. aufstehen — ‘встать, вставать’, ф. наст. вр. aufstehe — ‘встаю’), в других — употребляются в постпозиции и могут быть отделены от основы различными словами, т. е. уподобляются лексемам (ср.: Ich stehe auf — ‘я встаю’, Stehen Sie auf — ‘вы вставайте’; Ich stehe fru,h auf — ‘я встаю рано’). В языкознании подобные элементы обычно квалифицируются как префиксальные морфемы.

Иногда они рассматриваются как префиксоиды, или полупрефиксы [см.: Степанова, 1953, с. 315]. Некоторые лингвисты считают их самостоятельными словами — наречиями, а содержащие их глагольные образования — фразеологическими словосочетаниями [см.: Левковская, 1956, с. 216].

В русском языке аналогичное явление представляют элементы ни-, не-, кое- в составе отрицательных и неопределенных местоимений типа никто, нечто, кое-какой, потому что в формах косвенных падежей они могут быть отделены от производящих относительных местоимений предлогами: ни к кому, не о чем, кое с каким. В этом случае такие начальные элементы рассматриваются либо как префиксы, либо как частицы, т. е. служебные слова [см. § 92].

Для разграничения слов и служебных морфем в рассматриваемых и других подобных случаях рекомендуется использовать разные критерии. А. И. Смирницкий, например, обращает внимание на смысловые различия между словом и частью слова: «Очевидно, что целое слово отличается от части слова определенной смысловой значимостью, которою часть слова не обладает: последняя потому и выступает как только часть слова, что ей недостает этой значимости, являющейся как бы предварительным условием грамматического соединения данной единицы с другими аналогичными единицами в связную речь, в предложения. Такими единицами являются именно слова (кроме того, так называемые фразеологические единицы как составные эквиваленты слов)» [Смирницкий, 1952, с. 188].

Н. М. Шанский особо подчеркивает различия между словом и отдельной его частью (морфемой) в формальном, грамматическом отношении: «От морфем слова отличаются своей структурно-грамматической оформленностью, тем, что э т о с т р у к- турные единицы, имеющие определенные грамматические свойства. Последнее совершенно не характерно для морфем, являющихся мельчайшими значимыми единицами языка, строительным материалом для этого структурно-грамматического оформления слова». И далее: «Слово выступает всегда как лексико-грамматическое единство. Что касается морфемы, то она или является лишь указанием на определенное лексическое значение, или же несет определенные грамматические функции» [Шанский, 1959, с.

44—45]. Ср. также: «...в отличие от морфемы, слово выступает как элемент предложения (морфема существует лишь в слове)» [Там же, с. 42—43].

Не менее сложным представляется и вопрос о словарном (или лексемном) статусе конструкций типа рус. более красивый, буду читать, писал бы, ни к кому, нем. stehe auf, т. е. вопрос о разграничении слов и сочетаний слов.

Известные трудности возникают при разграничении слов и таких составных конструкций, как, например: раздельнооформленные составные (сложносоставные)

существительные типа вагон-ресторан, диван-кровать, изба- читальня, платье-костюм, Москва-река, Соловьёв-Седой, т. е. слова, оба компонента которых грамматически изменяются (ср.:              вагона-ресторана, дивана-кровати, избы-читальни,

платья- костюма, Москвы-реки, Соловьёва-Седого); составные числительные типа двадцать пять, сто тридцать девять, тысяча девятьсот пятьдесят седьмой; предложно-падежные конструкции с наречной семантикой типа в виду, в упор, на днях, на ходу, на слух; составные вводные слова (или модальные словосочетания) типа так сказать, иначе говоря, к сожалению, к общему восхищению, по всей вероятности, по крайней мере, в конце концов; составные предлоги типа в дали от, в отличие от, впредь до, по отношению к, согласно с; составные союзы типа так как, так что, только что, потому что, несмотря на то что, прежде чем, вместо того чтобы.

Подобные конструкции одними лингвистами рассматриваются как лексические единицы, составные слова, другими — как сочетания отдельных слов.

Ср.: «У стойчивое словосочетание [выделено нами. — В.Н.] ни о ком является формой слова [выделено нами. — В. Н.] никто, так же как аналитические формы типа буду писать... являются формами глагола писать» [Жирмунский, 1961, с. 6] — здесь одни и те же конструкции называются одновременно и словосочетаниями, и формами слова, т. е. лексами определенной лексемы;

«отсутствие четких критериев разграничения сложного слова и словосочетания... привело исследователей немецких сложных слов к выдвижению понятия раздельнооформленных сложных слов (точнее — “сложных слов с дистантным расположением компонентов”...), понятия, которое стойко продолжает держаться в немецкой лингвистике...

главным образом в применении к глагольным образованиям типа aufstehen — stand auf — aufgestanden (вставать)» [Левковская, 1962, с. 268];

«продуктивным способом словообразования [выделено нами. — В.Н.] в сфере числительных является лишь способ соположения, при котором новое числительное образуется путем объединения в целостную единицу двух или более отдельных слов (сто сорок два, тысяча двести тридцать семь, двадцать девять тысячных и т. д.)» [Совр. рус. яз., 1964, с. 98];

«существует вполне обоснованный подход к предложно-падежным формам как к единым языковым образованиям, в которых грамматическое значение выражено комплексом двух явлений: предлогом и падежным окончанием» [Супрун, с. 98].

Предлоги потому что, благодаря тому что, в соответствии с, при помощи, с помощью и т. п. некоторые лингвисты называют «неполнозначными фразеологическими единицами (фразеологическими единицами служебного характера)»; в то же время «в самых различных языках подобного рода образования, поскольку они представляют собой эквиваленты слов, часто (стихийно) рассматриваются как слова» [Левковская, 1962, с. 36].

Языковеды предлагают разные критерии разграничения слов и сочетаний слов: «...в каждом конкретном языке складываются определенные конститутивные признаки и у сложного слова и у синтаксического целого. Иногда это специфические схемы ударения (с разным размещением главных и второстепенных ударений), иногда особые написания (слитные для сложений и раздельные для словосочетаний), чаще же всего — различное оформление компонентов сложного слова по сравнению с составными частями синтаксических единиц» [Кубрякова, 1965, с. 27]. Для разграничения рассматриваемых единиц современного русского и ряда других языков используются такие критерии, как, например, фонетический, акцентный (акцентно-фонетический), структурный, морфологический, семантический и др.

Практически слово и словосочетание нередко разграничиваются по «пробелам» в речевом потоке, т. е. на основании фонетического критерия.

Суть данного критерия заключается в том, что слово в потоке речи выделяется паузами, а потому словом считается отрезок речи, произносимый с паузами до и после него. Это значит, что словосочетания делятся (точнее, допускают деление) паузами на определенные части, т. е. слова, в то время как внутри слова паузы отсутствуют. Данный критерий разграничения слов и словосочетаний носит весьма условный характер и не может считаться надежным. В потоке речи паузы между словами обнаруживаются далеко не всегда. При быстром темпе речи они, как правило, отсутствуют. Служебные слова, особенно те из них, которые представлены согласными звуками (например, предлоги в, к, с), всегда произносятся слитно со знаменательным словом, к которому они относятся.

В фонетическом аспекте многие слова отличаются от сочетаний слов тем, что могут иметь только одно основное словесное ударение, т. е. характеризуются одноударенностью (или недвуударенностью). Этот акцентный (акцентологический, фонетико-акцентологический) критерий тоже не является универсальным. При определении понятия слова по указанному признаку слова отличаются от словосочетаний (фразеологизмов и свободных сочетаний слов), включающих не менее двух знаменательных слов. В то же время по этому признаку слова не отличаются от предложно-падежных и иных конструкций, содержащих только одно знаменательное слово, имеющее словесное ударение. В таких конструкциях служебные слова в потоке речи сливаются со словами знаменательными, образуя вместе с ними так называемые фонетические (или акцентные) слова.

На письме слова отличаются от словосочетаний тем, что они отделяются друг от друга пробелами, или интервалами. Согласно этому так называемому графическому критерию, словом признается «последовательность знаков [точнее, звуков. — В.Н.], ограниченная пробелом» [ЛЭС, с. 465]. Данный критерий, так же как и рассмотренные выше, не отражает действительного соотношения слова и сочетания слов, что объясняется условностью орфографии. Условный характер носит, например, слитное/раздельное написание форм типа налицо и на глазок, навытяжку и на побегушках [см.: Маслов, 1975, с.

108].

Можно привести случаи, когда в разных языках тождественные по значению единицы неодинаково оформляются на письме. Так, в русском языке глагольная морфема -ся/-сь, восходящая к форме винительного падежа единственного числа возвратного местоимения, пишется слитно с глаголом (и в соответствии с этим рассматривается как часть слова — морфема), а в польском языке аналогичная единица sie пишется с глаголом раздельно (и соответственно квалифицируется как самостоятельное слово — возвратное местоимение). В русском языке частица не с глаголом пишется раздельно, а в литовском соотносительная с ней языковая единица ne — слитно. В русском языке принято полуслитное (через дефис) написание для сложных (составных, сложносоставных) слов типа диван-кровать, плащ-палатка, чёрно-серый и для сочетаний существительных с приложениями типа мать-старуха, студент-отличник, художник-самоучка. Отмечается, что «слитность или раздельность подчас различна лишь в написании» и зависит от переменчивости орфографии, не всегда разумной. «Канцелярский произвол решает, быть ли населенному пункту Новой Каховкой, Ново-Каховкой или Новокаховкой» [Никонов, с. 90].

Одним из существенных отличительных признаков слова [см. § 106] является лексическая непроницаемость, т. е. невозможность включения внутрь слова других лексических единиц (структурный критерий разграничения слова и словосочетания, или критерий структурной цельности слова). На основании структурного критерия словами (не сочетаниями слов!) считаются составные наречия, модальные слова, предлоги, союзы, которые по другим критериям относятся к сочетаниям слов.

Сложные (составные, сложносоставные) слова, в отличие от сочетаний слов, по мнению некоторых ученых, характеризуются морфологической цельнооформленностью, т. е. морфологически изменяется только один из компонентов сложения (морфологический критерий). Ср.: «В отличие от словосочетания слово может быть характеризовано как обладающее цельнооформленностью. ...В отличие от слов как цельнооформленных образований словосочетания могут быть определены как образования раздельнооформленные» [Смирницкий, 1952, с. 197]. Данный критерий не распространяется на морфологически неизменяемые слова, в частности на служебные слова, которые «вообще не обладают морфологической оформленностью, характерной для большинства знаменательных слов» [Жирмунский, 1961, с. 4]. К тому же в некоторых языках, например во французском, отдельное морфологическое оформление могут получить разные части сложного слова [см.: ЛЭС, с. 465]. Ср. также русские образования типа диван-кровать (ф. род. п. дивана-кровати), которые по целому ряду признаков относятся к словам (не к сочетаниям слов).

Некоторые лингвисты (А. А. Реформатский, В. М. Жирмунский, Л. Ельмслев и др.), говоря о соотношении слова и сочетания слов, о различии между ними, особо подчеркивают роль семантического фактора, считая словом все, что выражает одно определенное значение (семантический критерий, или критерий семантического единства), признавая, таким образом, что «критерий семантического единства является основным и обязательным признаком каждого слова, в том числе сложного» [Жирмунский, 1961, с. 21].

При таком подходе к разграничению слов и сочетаний слов следовало бы признать словами многочисленные раздельнооформленные единицы языка, традиционно рассматриваемые как словосочетания. Прежде всего это были бы фразеологизмы и составные термины, имеющие однокоренные параллели в данном языке или в других языках: белый гриб (ср. боровик), стенная газета (ср. стенгазета), высшее учебное заведение (ср. вуз), распределение пара (ср. парораспределение), порядок слов (ср. словопорядок), шоссейная дорога (ср. шоссе), железная дорога (ср.: нем. Eisenbahn, от Eisen — ‘железо’ и Bahn — ‘путь, дорога’; лит. gelezinkelis, от gelezinis — ‘железный’ и kelias — ‘дорога’).

<< | >>
Источник: Немченко В. Н.. Введение в языкознание : учебник для вузов. 2008

Еще по теме § 110. :

  1. § 110. Усыновление
  2. Предметный указатель
  3. 2. Значение ленд-лиза в оснащении вооруженных сил СССР
  4. § 110. Смерть одной из сторон. Совпадение должника и кредитора в одном лице 345.
  5. Статья 110. Управление в производственном кооперативе
  6. РЕЗОЛЮЦИЯ ТАШКЕНТСКОЙ ПАРТИЙНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ 110 ДОКЛАДУ М. В. ФРУНЗЕ О ЗАДАЧАХ РАБОЧЕГО КЛАССА ТУРКЕСТАНА 2 апреля 1920 г.
  7. Сельское хозяйство
  8. Горнодобыча и промышленность
  9. ПРИЛОЖЕНИЯ
  10. Переход к эпохе металла — начало перелома в культурно-историческом развитии
  11. § 110. Знак бараньей головы
  12. § 110. ПЕЧАТЬ ПЕРИОДА РЕВОЛЮЦИИ 1905 ГОДА
  13. § 110. 
  14. СТАТУС 110
  15. VII