<<
>>

Кто голодает?

Как уже говорилось в начале этой главы, одним из возможных воплощений оппозиции «свои / чужие» является пара «изобилие / недостаток». На этом фоне вышеприведенные примеры (49) и (51-54) принимают особенное звучание.

В сравнении с ними следующая цитата выглядит куда скромнее: В этом Советский Союз нуждается меньше, чем ваша республика, так как территория нашей страны обширная и у нас все есть. Правда, нет ананасов, но мы их можем получить в обмен на другие товары. Во всяком случае, из-за ананасов воевать не будем. А все остальное у нас есть для удовлетворения своих потребностей. Мы и с друзьями можем поделиться [Хрущев 1964: 222].

Представляется, что эта цитата содержит аллюзию на известные стихи Маяковского («Ешь ананасы, рябчиков жуй, день твой последний приходит, буржуй!»). Картина однозначна: питание на данном этапе социалистического строительства - это изобилие без роскоши.

В отличие от этой оптимистической картины трудящиеся старого мира нуждаются даже в самых основных продуктах ширпотреба: Буржуазия, бросая все новые и новые миллиарды на гонку вооружений, отнимает хлеб и масло у рабочего, молоко у его детей [Хрущев 1962, т. 2: 329].

При описании их тяжкой доли наш оратор не пренебрегает также библеизмами: Вы хотите знать, что думают миллионы людей в странах вашей хваленой «цивилизации»? Спросите об этом у рабочих, в страхе ждущих завтрашнего дня, у разоряющихся фермеров, спросите у безработных, стоящих в очередях за чечевичной похлебкой, у всех, кто хочет мира и счастья своим детям [Там же: 259].

Первоначальный образ, правда, немного искажен (ср. променять на / продавать за чечевичную похлебку), но откуда же знать об этом нашему безбожнику? Впрочем, он помнит еще те времена, когда и Россия относилась к старому миру, а массы могли только мечтать об изобилии: Крестьяне испытывали настоящий земельный голод. Каждая третья семья не имела лошади. Налоги и другие поборы отнимали большую часть урожая. Большинство крестьян питалось очень плохо: мясо ели только по большим праздникам, сахар считался недоступной роскошью [Там же, т. 1: 148].

Этот пример примечателен тем, что пищевая тема здесь представлена как в буквальном, так и в переносном смысле (ср. земельный голод).

Бывало, что людей и позднее кормили не лучше, чем лошадей, но об этом отдаленном прошлом Хрущев теперь вспоминает уже в виде шуточной импровизации, столь для него характерной: Я бы в шутку сказал: если некоторые работники будут и дальше упорствовать, занимать земли под овес, будем их овсянкой кормить. И не такой овсянкой, которой детей кормят, а грубого размола, такой, о которой во время гражданской войны красноармейцы говорили: не знаешь, черт возьми, находишься ли на провиантском довольствии или на фуражном! [Там же, т. 2: 181].

<< | >>
Источник: Вайс Д.. ЕДА ПО-РУССКИ В ЗЕРКАЛЕ ЯЗЫКА. 2013

Еще по теме Кто голодает?:

  1. « Одет, как колхозник...»
  2. ВЕЛИКАН С ЛОЖКОЙ
  3. Как родители могут ребенку помочь