<<
>>

«Никогда не думал, что скажу такое... Так что там в исследованиях?»

Центральное место в социальной эпистемологии занимает свидетельство. Под свидетельством мы понимаем достоверную передачу мнения, и специалисты в этом вопросе пришли к выводу, что свидетельство играет в индивидуальном знании очень важную роль.
Фредди Рамсен, Дон Дрейпер и другие сотрудники Sterling Cooper лично не опробовали «Электросайзер» (чей бесславный дебют мы видим в эпизоде «Индейское лето», 1/11), но, тем не менее, обоснованно считают, что этот прибор обеспечивает «ощущения» определенного сорта. Почему? Так им сказала Пегги, и у них есть достаточные основания верить, что Пегги знает, о чем говорит. Обоснование их убеждения (и, между прочим, само убеждение) проистекает из ее свидетельства. Так что мы получаем посредством свидетельств других людей множество наших убеждений, равно как и, по всей видимости, наших обоснований. Поскольку и убеждение, и обоснование - необходимые элементы знания (другая часть, разумеется, истинность), это значит, что в формировании знания мы в значительной степени зависим от других. Выходит, если разумные во всех других отношениях люди не в состоянии прийти к знанию того, что кажется нам очевидным, что-то не заладилось в области свидетельства. Зададимся вопросом: на кого полагаются герои сериала в эпистемологическом смысле? И тогда, и сейчас одно из лучших свидетельств - то, что получено от эксперта. После аварии Бетти очень встревожена, потому что не знает, почему с ней случился тот странный приступ. Дон, встревоженный не меньше Бетти, апеллирует к знанию, которое обещают нам специалисты: «Сходи к доктору. К хорошему!» Разумеется, здоровый скептицизм подсказывает Дону, что не все доктора одинаково полезны: «От доктора Паттерсона мало толку. От него за версту разит шарлатаном». Все замечательно при условии, что мы можем найти сведущего специалиста, который даст исчерпывающий ответ на наши вопросы. Если у кого-то из секретарш возникнет вопрос о работе офиса, они всегда могут обратиться к офис-менеджеру Джоан Харрис.
Они не станут спрашивать Дона, хотя тот занимает более высокое положение, чем Джоан. Пусть нам никуда не деться от необходимости получать знание от других, но мы можем выбирать, кого слушать. Что, однако, беспокоит - ситуация, при которой эксперты в одной области не могут прийти к согласию - как доктора Бетти. Интересный пример такого феномена мы наблюдаем в пилотном эпизоде. Мы уже касались этого момента ранее - догадка Пита Кэмпбелла, что раз уж опасность курения нельзя скрыть, то можно выгодно обыграть. На случай если вы давно смотрели первый сезон, позвольте напомнить, о чем речь. Самый читаемый в Америке журнал Reader’s Digest опубликовал результаты исследований о вреде курения. Продажи сигарет резко упали, и табачная компания Lucky Strike обеспокоена своим имиджем. Табачникам приходится продавать продукт, о потенциальной опасности которого теперь знают все, и выехать на сомнительных свидетельствах докторов и расплывчатых утверждениях о безвредности сигарет уже не получится. Дон Дрейпер отвечает за разработку новой концепции, клиенты вот-вот придут, а у него по-прежнему никаких идей. Хватаясь за соломинку, он встречается с доктором Гуттман, женщиной-психологом, которая работает в исследовательском отделе Sterling Cooper. (Пит Кэмпбелл скромно сидит в уголке.) Доктор Гуттман говорит, что есть одна психологическая теория - лучшая на сегодняшний день, - которая утверждает, что люди на бессознательном уровне испытывают тягу к смерти, и в рекламе можно было бы использовать эти «суицидальные стремления», подчеркнув бунтарский, отрицающий смерть аспект курения. «Короче, если вы любите риск, вам понравится курить», - резюмирует Дон. Доктор Гуттман, сомнений нет, компетентный специалист, полностью уверенный в своих выводах. Дон в них не уверен. На встрече с табачниками он не спешит с предложением использовать в рекламе «тягу к смерти», и с этой идеей выскакивает Пит. Дон разозлен его непрошенной инициативой. Пит нарушил субординацию, но главное, как говорит Дон, «если бы в исследовании Греты был хоть какой-то толк, я бы им воспользовался».
Трудность в том, что два специалиста по воздействию на потребителей говорят противоположные вещи. Что делать, когда эксперты расходятся во взглядах? Некоторые философы в таком случае рекомендуют обоим воздержаться от оценочных суждений. В пользу такой позиции есть несколько хороших аргументов, но Дон не в той ситуации, чтобы воздерживаться. У него через несколько часов встреча с клиентом. Он должен принять какое-то решение. Так почему он решил игнорировать совет доктора Гуттман? Ответ на этот вопрос пригодится для нашего анализа, но чтобы разобраться с этим, нужно вернуться немного назад. Итак, в обычных условиях опыт Дона был бы достаточным основанием для четкого мнения о том, как надо проводить рекламную кампанию. Представим, что один из младших менеджеров, скажем, Кен Косгроув, подкинул идею позиционировать курение как опасное и требующее смелости занятие. Если бы интуиция подсказала Дону, что эту идею нужно отвергнуть как несостоятельную, у него было бы полное право так поступить, и мы бы не переживали. Почему? Ну, потому, что, хотя Кен может кое-что знать о рекламе (и лучше бы ему знать, если он хочет сохранить свою должность), он специалист не того класса, что Дон. Если Дон не прислушивается к его совету, даже если Кен окажется прав (а он оказался бы прав, как мы знаем с высоты нашего опыта), мы не думаем, что Дрейпер ведет себя безосновательно, поскольку не считаем Кена экспертом, как не считает его и Дон. Каким бы странным отсюда, из XXI века, нам это ни казалось, возможно, Дон не воспользовался исследованием доктора Гуттман именно по этой причине - он не считал ее экспертом. Мы привыкли видеть в психологах знатоков человеческих душ, но Дона психология не впечатляет, может быть, потому, что он считает ее чем-то новым и еще не проверенным; по комментариям Роджера Стерлинга в эпизоде «Дамская комната» (1 /02 ) можно заключить, что старшие партнеры считают психологию какой- то новомодной «штучкой»3. В любом случае, Дон прямо высказывает свое мнение об этой науке, когда говорит доктору Гуттман, что «психология - прекрасная штука для вечеринок с коктейлями», и отправляет ее доклад в мусорную корзину.
Нам кажется, что Дон поступает неразумно, поскольку опыта у нас больше на несколько десятилетий - мы-то знаем, как психология помогает проникнуть в суть вещей и понять, почему люди ведут себя так, а не иначе. Но в его глазах психологии еще предстоит доказать свою состоятельность - а пока это, по его словам, «болтология». Пит подхватывает идею доктора Гуттман, но не похоже, чтобы он больше верил в психологию, чем Дон; а если даже и так, нам об этом ничего не сообщают. Причина, по которой он использует идею тяги к смерти, достаточно прозрачна - он хочет проявить себя там, где Дон, такое впечатление, пробуксовывает. (Как сказал Дон про Пита в первом эпизоде: «У нас в агентстве есть один парнишка, который каждый день заходит ко мне в кабинет и присматривается, где он поставит свои горшки с цветами».) Вероятно, Пит подобрал папку с результатами исследования не потому, что у него больше оснований верить в их точность, а просто потому, что думал - выводы доктора Гуттман дадут ему шанс попробовать себя в роли Дона. Но есть еще один случай, когда Пит выступает наперекор общепринятому мнению, причем на этот раз у него такой корыстной мотивации нет. В эпизоде «До посинения» (1/07) в Sterling Cooper обсуждают выборы президента, оценивая шансы Кеннеди против «их» кандидата, Никсона. Видно, что партнеры невысокого мнения о Кеннеди. Когда Стерлинг презрительно замечает, что Кеннеди даже шляпу не носит, Пит Кэмпбелл говорит: «А знаете, кто еще не носит шляпу? Элвис. Вот с чем мы имеем дело». «Старшие» игнорируют его слова. Пит явно не улучшил свои шансы на повышение, поддержав Кеннеди. Он высказался просто потому, что действительно верил: вероятность победы Кеннеди заслуживает серьезного рассмотрения. Как мы знаем, он был прав. Он оказался прав потому, что был способен разглядеть то, чего не могли заметить другие, нечто очень важное для ситуации - юношеское обаяние Кеннеди. Пит молод и видит то, чего не видят Роджер Стерлинг и Берт Купер. Купер явно и мысли не допускал, что к мнению молодежи стоит прислушиваться.
«Напомните мне, чтобы я перестал нанимать юнцов», - говорит он. Мы подбираемся к ответу на наш вопрос. Дон не ухватил идею, которая могла бы превратиться в самую успешную рекламную кампанию всех времен и народов, потому что не разглядел эксперта в человеке, предлагавшем эту идею. Авторитета доктора Гуттман не хватило, чтобы обеспечить убеждению обоснование, и знание прошло мимо Дона. Дон и другие руководители агентства не признали за Кеннеди шансов на победу над Никсоном, потому что не прислушались к Питу Кэмпбеллу. Для них мнение какого-то желторотого младшего менеджера по работе с клиентами было недостаточно убедительно. Но почему? Разве не пригодилось бы знание того, что молодые избиратели отдадут свои голоса Кеннеди? Разве способность понимать другие точки зрения не нужна для формирования наших убеждений и поиска обоснований? Некоторые эпистемологи занимаются как раз этим вопросом. И чтобы наконец разобраться с проблемой знания, давайте рассмотрим еще несколько примеров, на этот раз прибегнув к анализу, а именно к так называемому позиционному подходу.
<< | >>
Источник: под ред. Р. Карвета. Безумцы и философия: Все не то, чем кажется. 2011

Еще по теме «Никогда не думал, что скажу такое... Так что там в исследованиях?»:

  1. ГЛАВА VIII ОБ ИДЕЯХ, КОТОРЫЕ МОЖЕТ ПРИОБРЕСТИ ЧЕЛОВЕК, ОБЛАДАЮЩИЙ ТОЛЬКО ОСЯЗАНИЕМ
  2. [Об идее духовной субстанции]
  3. Об определении предмета политической экономии и о методе исследования, свойственном ей41 Джон Стюарт Милль
  4.    Пастух, царица и шинкарка
  5. ПИСЬМО ЧЕТВЕРТОЕ
  6. I
  7. ЧЕМУ УЧИТ НЫНЕШНЯЯ РЕКЛАМА?
  8. ПЕРВАЯ КНИГА Глава 8
  9. ОБРАЗ-ХАРАКТЕР ПРЕПОДАВАТЕЛЯ И СТУДЕНТА
  10. В ДАЛЕКИЙ КРАЙ
  11. Глава 9. 'Возвращение в бытие