<<
>>

«...Когда не было ни бытия, ни небытия...»

Цитированные или только упомянутые выше источники отбрасывают яркий свет на следующий факт: более и менее категорически выраженное присутствие идеи божественного «двуединства» и соединения всех атрибутов и противоположностей, в сущности, одного и того же божества свойственна всем архаичным религиям и мифологиям, а также восходящим к ним народным верованиям.
Сама идея встречается в более чистом или же в искаженном виде в зависимости от того, сколь отчетливо источники донесли до нас изначальную метафизическую формулу. Ибо излишне говорить, что метафизическая составляющая древнеиндийского текста (например, Вед или упапи- шад1*) не встретится в поверье, извлеченном из народной демонологии. И даже не следует этого ожидать. Не только потому, что легенды и народные суеверия в целом являются продуктом деградации каких-то теоретических элементов первичной мифологии, но и по той причине, что упанишады, например, были написаны, чтобы передать определенной группе «посвященных» ряд метафизических формул и приемов медитации, тогда как большинство верований и суеверий, упомянутых нами, отвечали совсем иным потребностям, а не тяге к метафизическому познанию. Крайняя неоднородность рассмотренных источников все же является еще одним доказательством в пользу эйкуменичности идеи полярности и амбивалентности божества. И нас в меньшей степени интересует то, что данная идея выражена в мифотворчестве (Веды) или метафизически (упанишады,), в оргиастических ритуалах (культы Великой Богини) или в ересях, порожденных извращенным восприятием христианства (иннокентьев- цы), в определенном отношении к акватической и растительной символике (индийское искусство) или в приверженности к фатализму (нить жизни), или же в демонологических предрассудках (Авестица и Сисиний), в удивительных гностических формулах (Адам и Лилит, Эон добрый и Эон злой) или в дуалистической космологии (Ормузд и Ахриман).
Как было сказано, эта первоочередная идея по-разному «переживалась» и, что важнее, воспринималась с различных точек зрения. Однако она приносила плоды повсюду: в метафизической мистике, мифологии, демонологии, искусстве и т. д. Это повсеместно распространенная идея, отвечающая, несомненно, некой фундаментальной потребности человека с того момента, как только он начинает осознавать себя в Космосе. Из осознания своего места в Космосе возникают и драматизм человека, и его метафизика. Ибо осознание этого — своего рода «падение». Человек чувствует себя «отчужденным» от чего-то, и отчуждение становится источником неутолимой боли, страха, безнадежности. Он чувствует свою слабость и одиночество; а это «что-то», как бы его ни называли, всесильно и всеобще (точнее, «обобщено», ибо объемлет воедино все, что не есть человек, все, что есть иное, чем он). Он чувствует себя отчужденным от чего-то, «расщепленным»; и предугадывает силу (божество) как великое единство, непроницаемое и совершенное, являющееся самодостаточным. Все, что человек понимает верно и делает с толком, с того самого момента, когда он осознает свое место в Космосе, направлено к одной-единствен- ной цели: к уничтожению своего «отчуждения», к воссозданию изначального единства, к воссоединению с «единым» (даже если это «единое» воспринимается в качестве безличной силы, как Бог и проч.). Любой религиозный акт, как бы он ни был «примитивен» (ритуал, адорация, литургия и т. д.), есть попытка воссоздания космической цельности, реинтеграции в нее человека. Потому что в любом религиозном акте воплощен некий парадокс, осуществляется «совпадение противоположностей». Первобытный человек, поклоняясь камню или дереву, реализует даже в этом смутном религиозном действии coincidencia oppositorum, коль скоро камень или дерево в его сознании становятся Всем, оставаясь в то же время частью; вещь эта священна, будучи в то же время неким объектом в мире. В любом ритуале свершается парадокс самой абсолютной амбивалентности. Камень ведического алтаря есть Праджапати, творец всего сущего, и в то же время он остается простым объектом.
В ведическом ритуале сущее (Праджапати) совпадает с не-сущим (камень), целое совпадает с частью. Метафизический смысл этих религиозных актов легко уяснить. Как через ведическое жертвоприношение2* неодушевленный предмет может совпасть с Праджапати, чем достигается изначальное единство, предшествовавшее Творению, точно так же и человек может надеяться на восстановление в себе и через себя начального Целого, нерасщепленного и не разделенного на части «Всеединства». Поэтому, как уже было сказано, во всем, что он делает правильно (ритуально) и понимает верно (метафизически), человек непрестанно стремится к воссоединению, реингрегации, «единению». Поэтому тип совершенного человека во всех без исключения культурах представлен андрогином, как будет показано на протяжении последующих страниц. Человек не может'умереть, если в самой его сути не осознано первоочередное единство — мужчина-женщина. Данное «Воссоединение» является священным актом, почти ритуальным. И потому в так называемых примитивных культурах мужчина магически превращается в женщину именно в момент своей инициации; другими словами, он пытается достичь того самого coincidencia oppositorum в своем собственном бытии. Ибо через инициацию юноша переходит от отрочества к зрелости, становится самим собой, т. е. мужчиной; и именно в момент перехода к возмужанию он символически испытывает состояние противоположного пола — женственность. Одновременно с усилением его мужественности повышается и его «женственность» таким образом, чтобы оба полюса совпали и сосуществовали некоторое ьремя, образуя совершенного человека. Андрогин, впрочем, всего лишь копия с идеального типа божества. Божество само по себе является андрогином, поскольку оно объединяет противоположности. И впрямь, любое божество полярно, ведь оно содержит все формы и все возможности. Яхве добр и мстителен в одно и то же время. Бог, каким он познан даже самыми искушенными людьми, теологами и мистиками, грозен и кроток. Приближение к божеству способно убить или спасти. Мистический опыт есть налет и агония, он приоткрывает душе адские муки и экстаз совершенства. В самых чистых формах релштюзного опыта, т. е. в христианстве, эта изначальная интуиция сохранилась и достигла устрашающих вершин, которые в силах обозреть лишь мистическая теология. (Поспешим добавить, что теологическая точка зрения на божественные полярности, как она представлена в трудах Псевдо- Ар еопагита, Майстера Экхарда и Кузанца, не входит в задачи настоящего исследования. Это относится и к метафизическим спекуляциям на тему небытия, например, Леонардо да Винчи, Лейбница, аббата Галиани3*, Гегеля и др.) В Индии, наряду с кроткой ипостасью бога, существует и его грозное воплощение (Кродха-мурти). Бог Рудра-Шива4* разрушает и творит так же, как азиатские богини плодородия, являющиеся одновременно божествами процветания и разрушения, рождения и смерти. Мы видели, однако, что индийский мудрец, стремящийся перешагнуть через условия человека, старается подавить в своем опыте и сознании саму мысль о всякого рода крайностях, то есть старается достичь совершенного состояния нейтральности и безразличия, достичь непроницаемости для боли и радости и проч., добиться автономии. Такое преодоление крайностей, которого индийский мудрец добивается аскезой и созерцанием, означает все-таки совпадение противоположностей. В сознании мудреца нет более конфликтов, как и в его опыте не остается противоположностей: боли и радости, желания и отвращения, холода и жары, приятного и неприятного и т. д. В нем происходит «единение», соответствующее «единению» противоположностей в божестве. С другой стороны, как мы показали в другом месте605, с точки зрения индуса, совершенство даже исключено, если не происходит «обобщения» противоположностей; неофит вначале пытается согласовать с космическим состоянием весь свой опыт, уподобляя его ритмам, доминирующим в Мире («солнце» и «луна»), а уже реализовав это согласование, он стремится объединить «Солнце» и «Луну», т. е. весь Космос, воссоздавая изначальное единство, предшествовавшее Творению. Единство, означающее не хаос дотворения, но нерасчлененное бытие, вобравшее в себя все формы. В любом ритуале и в каждом мистическом акте заключен фундаментальный парадокс, когда оказывается возможным совпадение некой части (например, в индийском ритуале — камня алтаря) с целым (Праджапати), совпадение Ничто (человек) с Сущим (Бог), нецен- ности (профанная вещь) с асболютной ценностью (священное). Благодаря этим ритуалам человек воссоединяется с Целым, его небытие совпадает с божественным Бытием. Чтобы разрешить подобный парадокс, необходим так называемый прорыв уровня, т. е. разрушение Космоса и его пересотворение в качестве уникального единства, где человек более не отделен от божества, а Космос уже не расщеплен на миллион частиц. Проблема прорыва уровня, однако, слишком сложна, чтобы изложить ее на нескольких страницах. Надеемся когда-нибудь вернуться к ней. Пока отметим, что двуединсгво божества отвечает некоторой фундаментальной потребности человеческой натуры — реинтеграции человека в Космос через абсолютное с ним единение. В таком воссоединении исчезают крайности и сливаются противоположности. Небытие становится бытием, зло совпадает с добром, профанное совпадает со священным, множественное — с единичным. Остановимся на этом, ибо далее открывается серьезная метафизическая проблема. Фактически здесь начинается всякая метафизика. Мы же намеревались лишь показать превратности и «приключения» некой идеи в истории, но отнюдь не развивать ее или решать. В завершение этого «смотра» — местами раздражающе упрощенного — мы можем понять слова Господа из «Пролога» к «Фаусту»: Из духов отрицанъя ты всех мене Бывал мне в тягость, плут и весельчак!
<< | >>
Источник: Элиаде М.. АЗИАТСКАЯ АЛХИМИЯ. 1998

Еще по теме «...Когда не было ни бытия, ни небытия...»:

  1. НЕОБРАТИМОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ БЫТИЯ И НЕБЫТИЯ В ТРЕХ ПРОСТРАНСТВАХ СОБЫТИЙ И СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ЦЕЛЬ СОЦИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ А.С. Харитонов, В.В. Шмидт
  2. О творении как призванности из небытия
  3. Глава 5. Сумасшествие, как возможность обозревать небытие
  4. ЕГИПЕТ: СВАДЬБЫ, КОТОРЫХ НЕ БЫЛО
  5.    Не в людях было дело, а в системе
  6. Глава 12 А сколько колонн-то было?
  7. Как было найдено тело Распутина
  8. Глава 13 Легко ли было нейтралам? (Случай Норвегии)
  9. Саммерс А.. Дело Романовых, или Расстрел, которого не было, 2011
  10. 28. Когда [объект, который] должен быть оставлен с помощью видения [Истины] страдания, устранен, [но индивид] связан [с ним] посредством остальных универсальных [аффектов], или когда при устраненном [аффекте] первого вида [интенсивности индивид сохраняет с ним связь] благодаря остальным загрязнениям [сознания], имеющим его своей опорой1.
  11. глава вторая В КОТОРОЙ ТО, ЧТО БЫЛО ДОКАЗАНО В ПРЕДЫДУЩЕЙ ГЛАВЕ, ПОДТВЕРЖДАЕТСЯ ФАКТАМИ
  12. ПРОСТРАННАЯ ЛЕТОПИСНАЯ ПОВЕСТЬ О КУЛИКОВСКОЙ БИТВЕ, О ПОБОИЩЕ, КОТОРОЕ БЫЛО НА ДОНУ, И О ТОМ, КАК КНЯЗЬ ВЕЛИКИЙ БИЛСЯ С ОРДОЮ
  13. 2. Ступени бытия
  14. Вопрос КОГДА
  15. ПРОБЛЕМА БЫТИЯ
  16. Онтология человеческого бытия
  17. А. СУЖДЕНИЕ НАЛИЧНОГО БЫТИЯ
  18. А. УМОЗАКЛЮЧЕНИЕ НАЛИЧНОГО БЫТИЯ
  19. Когда матка не на месте