<<
>>

Палама и Фаворский свет

В четырнадцатом веке калабрийский монах Варлаам1* выступил против афонских исихастов, обвинив их в мессалианской ереси. Поводом для обвинения послужили утверждения афонских старцев, что они созерцают несотворенный свет.
Сам о том не подозревая, Варлаам оказал величайшую услугу православной мистической теологии. Ибо атака Варлаама заставила Григория Паламу, архиепископа Фессалоникского — одного из величайших теологов, — выступить с защитой афонского исихазма на Константинопольском Соборе (1341) и разработать мистическую теологию Фаворского света11'. Паламе не составило труда показать, что Священное Писание изобилует упоминаниями божественного света и "Славы Господней, при этом Сам Господь назван Светом. Больше того, он привлекает множество примеров из мистической и аскетической литературы, от Отцов-пустынников до Симеона Нового Богослова2*, чтобы доказать, что обожение Святым Духом и зримое проявление Благодати отмечены видением нетварного Света или эманацией света. «Для Пала- мы, — пишет Владимир Лосский, — божественный свет является необходимым предварительным условием мистического опыта. Он есть зримая форма божественного и тех сил, с помощью которых Господь обращается к достигшим чистоты сердца и открывается им»721. Этот божественный и обожествляющий свет есть Благодать. Преображение Иисуса, несомненно, составляет центральное таинство теологии Паламы. Весь его спор с Варлаамом идет, в сущности, вокруг одного: имел ли Фаворский свет тварную или нетварную природу. Большинство Отцов Церкви считало, что свет, явленный апостолам, был нетварным и божественным, и Палама отталкивается от их рассуждений, развивая свою точку зрения722. Для него этот Свет в силу своей природы является проявлением, неразлучно присущим Богу, он существовал до начала времен и сотворения мира и неоднократно был явлен во время ветхозаветных теофаний. И на горе Фавор изменения коснулись не Христа, но апостолов; они, удостоившись благодати, увидели Христа в Его истинном облике и были ослеплены божественным светом.
Адам способен был видеть этот свет до грехопадения, и способность эта восстановится в эсхатологическом будущем. Иными словами, восприятие Бога в Его нетварном свете связано с полнотой и совершенством, которыми человек обладал изначально и которые обретет в конце времен, с доисторическим раем и пределом (греч. eshatori), который положит конец истории3*. Но те, кто достойны Царствия Божиего, обретают радость видения нетварного Света здесь и сейчас, подобно апостолам на горе Фавор. Помимо этого, развивая традиции египетских пустынников, Па- лама утверждает, что созерцание нетварного Света сопровождается свечением самого созерцающего. «Тот, кому уделено от божественной энергии... сам становится неким светом; он соединяется со Светом и через то ясно видит все, сокрытое от тех, кто не удостоился ~ с 120 этой благодати» . В основном Палама опирается на мистический опьгг Симеона Нового Богослова. «Житие» Симеона, написанное Никитой Стифатом4*, сообщает ряд подробностей, касающихся этого опыта. «Как-то ночью, когда он молился и его очистившиеся помыслы пребывали в единстве с изначальным Разумом, увидел он свет в небе, и излил тот свет на него свои лучи — свет великий и чистый, озарявший все вокруг и сиявший ярко как днем. И озарил свет его, и казалось ему, будто все то здание, где была келья его, исчезло, в мгновение ока обратившись в ничто, а сам он воспарил в воздух и потерял всякую память о телесной своей оболочке». О другом случае сообщается следующее: «свет, подобный утреннему, воссиял с небес... и рос он, и делался ярче и ярче, и почувствовал Симеон, будто духом и телом покинул он этот мир. Свет же продолжал сиять и делаться ярче, покуда не стал как солнце полуденное, над ним сияющее, — и тогда увидел он себя в центре того сияния, и сладость, объявшая его тело, наполнила его слезами и радостью. И видел он, как невероятным образом свет воссоединился с его плотью и постепенно наполнил все члены. Он видел, как в конце концов свет объял его тело, сердце и чрево, и исполнилось все тело светом, так что преобразилось всецело и стало огнем и пламенем; и как прежде распались очертания дома, так теперь утратил он всякое осознание с^ормы, объема и облика своего, и положения своего в пространстве» Православная Церковь вплоть до настоящего времени придерживается этого учения.
Приведу в качестве примера знаменитый случай Серафима Саровского'*, жившего в начале девятнадцатого столетия. Ученик, позже опубликовавший «Откровения» старца, сообщает, что однажды он видел отца Серафима, окруженного столь ярким светом, что на него невозможно было смотреть. «Я не могу глядеть на тебя, Отче, — воскликнул он, — очи твои подобны вспышке молнии, лик твой ярче солнца, так что моим глазам больно на тебя смотреть». Тогда св. Серафим начал молиться — и ученик смог поднять глаза и взглянуть на него. «Я глянул — и страх Божий объял меня. Представьте лик человека, говорящего с Вами из центра солнечного диска, из яркости его сияющих полуденных лучей. Вы видите его шевелящиеся губы, меняющееся выражение его глаз, слышите его голос, чувствуете его руку на своем плече, но не видите ни ее, ни тела говорящего — а видите лишь сияющий свет, заливающий все на много ярдов вокруг, освещающий своими лучами заснеженное поле и хлопья снега, падающие с неба»723. Было бы чрезвычайно интересно сопоставить это описание, сделанное духовным учеником Серафима Саровского, с описанием явления Арджуне Кришны в XI главе «Махабхараты». Напомним также, что Шри Рамакришна6*, современник Серафима Саровского, иногда представал окружейный сиянием или языками пламени. «Его высокая фигура выглядела еще выше и светилась, как тела во сне. Темная кожа Рамакришны будто бы отдавала свет, приобретая сложный и необычный оттенок... Эти яркие цвета сливались с сиянием его тела, так что казалось, будто он окружен языками пламени»724.
<< | >>
Источник: Элиаде М.. АЗИАТСКАЯ АЛХИМИЯ. 1998

Еще по теме Палама и Фаворский свет:

  1. КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКОЕ МЕСТО И ПРЕДПОСЫЛКИ ХРИСТИАНСКОГО МИРОПОНИМАНИЯ
  2. 7. ИМЕСЛАВИЕ КАК ФИЛОСОФСКАЯ ПРЕДПОСЫЛКА
  3. Ill
  4. VII. ОСВЯЩЕНИЕ РЕАЛЬНОСТИ 1918. V.3L Вознесение ІЬсподне. Ночь
  5. § 3. Древнерусская духовная культура и метафизика веры
  6. § 1. Философия имени в творчестве П. Флоренского: платонизм или паламизм?
  7. 18. Р.Г.Скрынников. У истоков самодержавия.
  8. Внешние идейно-философские влияния
  9. Палама и Фаворский свет
  10. I. Переживание мистического света
  11. Эллинское язычество и византийское православие
  12. УКАЗАТЕЛЬ ФАМИЛИЙ