<<
>>

Дж. Дьюи

Джон Дьюи (1859-1952), видный американский философ и педагог, тоже всемерно подчеркивает единство философии и образовательной деятельности. Если рассматривать образование как формирование фундаментальных мировоззренческих установок личности, пишет он, то «философию можно определить как общую теорию образования»!.
В свою очередь, образование понимается им как лаборатория, в которой конкретизируются и проверяются философские суждения.

Жизнь человека, в понимании Дьюи, есть опыт - как индивидуальный, так и коллективный. Существование общества предполагает постоянно протекающий, возобновляющийся процесс передачи опыта от одних людей к другим, прежде всего от взрослых к детям, которые еще только вступают в жизнь. Процесс образования, далее, обеспечивает не только социальную преемственность, но и развитие общества. Всякое социальное явление по своей сути образовательно, поскольку оно предполагает связь, общение между людьми, а значит, и обмен опытом, расширение опыта, а также взаимовлияние людей.

Отдельный человек становится личностью не в отрыве от других людей, а в общественной группе, с которой он связан своей жизнью и к опыту которой он приобщается. Средством сохранения сообщества или социальной группы является постоянное самообновление, осуществляемое посредством образования подрастающих членов группы.

Дьюи - непримиримый противник чисто «книжного» образования, оторванного от практической жизнедеятельности людей. Этим объясняется акцентирование им образовательной сущности человеческого опыта, образовательной значимости предметной деятельности, всей социальной и природной среды человеческого бытия. Характеризуя человеческий Опыт, Дьюи подчеркивает, что в нем соединены действие, направленное на определенные предметы, пере- живание ситуации, в которой это действие намечается и осуществляется, а также претерпевание последствий выполненных действий, «когда Изменения, порожденные действием, возвращаются к нам переменой, произведенной в нас самих, - мы чему-то научаемся»99.

Опыт состоит в активных отношениях человека с его природной и социальной средой; он выступает как человеческая практика, «единое непрерывное взаимодействие невероятного разнообразия (поистине бесчисленных) сил»100, а не простое внешнее сочетание ума и мира, субъекта и объекта, метода и предметного содержания деятельности.

Вывод Дьюи о самоценности образования имеет как философское, так и собственно педагогическое содержание. Социально-философский аспект данного утверждения состоит в том, что образование понимается как развитие, рост, совпадающий с жизнью и не имеющий поэтому никакой внешней для себя цели. «Дисциплина, культура, социальная эффективность, работа над собой, улучшение собственного характера - всего лишь растущая способность достойно участвовать в развивающемся общем опыте. И образование не средство к такой жизни, а сама жизнь... жить сознательно - это постоянно начинать заново»101.

Образование - это необходимый и всеобщий способ человеческого бытия, и подчинять его какой-то внешней цели означает вносить в него нечто чуждое человеческой природе или сущности. Отсюда вытекает, в частности, условный, относительный характер знаменитого тезиса о том, что образование детей есть подготовка их к взрослой жизни. Конечно, дети со временем станут взрослыми. Но им трудно осмысленно относиться к этому своему более или'менее отделенному будущему, целенаправленно готовиться к нему.

Дети живут настоящим, в нем они находят все то интересное и содержательное, что побуждает их- к развитию. Именно успешная, личностно и социально плодотворная реализация сегодняшних возможностей роста есть наиболее эффективный способ достойной подготовки к во многом неопределенному будущему.

Критикуя педагогические воззрения, связанные с ограничением или игнорированием активности личности ученика и ориентированные по существу на некритическое «поглощение» им готовых, чужих знаний, Дьюи прямо заявляет, что в основу концепции образования можно положить идею развития личности, утверждая вместе с этим, что «образование есть постоянная реорганизация и перестройка опыта».

Человеческий разум, полагает он, не есть нечто изначально данное или врожденное; вместе с тем его невозможно сформировать или развить какими-то специальными интеллектуальными упражнениями, ибо он неотделим от всей нашей заинтересованной, жизненно значимой деятельности. Мысль или рефлексия «есть усмотрение связей между тем, что мы пытаемся делать, и тем, что происходит в результате наших действий»1. Это и означает, что мышление есть развивающийся опыт.

У недавно родившегося ребенка мы находим лишь более или менее отдаленные предпосылки и задатки личности, которые развиваются, наполняются жизненным содержанием в процессе его общения с близкими людьми, накопления собственного опыта и постепенного освоения опыта других людей, наиболее значимая часть которого зафиксирована в культуре.

Считая главными чертами развития ребенка зависимость и пластичность, Дьюи подчеркивает их конструктивное значение с точки зрения индивидуально-личностного развития. Более быстрое, чем у людей, приспособление детенышей животных к среде своего обитания закрепляет ограниченность их задатков, показывая, по его словам, всего лишь превосходство у них «природных талантов» над «социальными талантами». Детство как продолжительное состояние зависимости по существу означает формирование все усложняющейся взаимосвязи детей и родителей, развивая и у тех, и у других чуткость к проблемам ближнего, которая в перспективе даст становящейся личности возможность прочувствовать и понять не только сиюминутные обстоятельства, но и дальние перспективы, не только мир людей, но и огромный природный мир. Пластичность ребенка - это опять-таки необходимое условие специфической адаптируемости незрелого существа в процессе его роста. Долгое детство имеет характер особого рода душев- но-духовной синергии, ибо оно способствует упрочению семейных союзов, формирует у членов семьи привычки внимательного, заботливого и сочувственного отношения к окружающим, умения вести заинтересованное наблюдение и четко фиксировать его результаты, нередко требующие целесообразных действий.

Здесь происходит взаимообусловленное развитие взрослых и детей, а для последних оно как бы открывает окно в мир.

Точка зрения Дьюи на цели и организацию школьного образования основывается на том, что школа - это специально созданная образовательная среда, являющаяся моделью общества («обществом в миниатюре») и выполняющая самостоятельную и весьма значимую функцию в жизни общества и человека. Школа, по мысли Дьюи, возникает тогда, когда усложнение общественного опыта требует его фиксации с помощью письма, т.е. выражения этого опыта в знаково-символической форме, усвоение которой требует целенаправленных образовательных усилий. При этом в письменной форме сохраняется не всякое знание, а главным образом такое, которое отличается от повседневного, передаваемого традиционным путем, и признается особенно важным для жизни сообщества.

Весь массив упорядоченного и символически выраженного общественного опыта чересчур обширен и разнороден, чтобы можно было надеяться на его быстрое и полное усвоение ребенком. Поэтому первая функция школы, как полагает Дьюи, состоит в том, чтобы создать упрощенную среду, в которой отобраны фундаментальные моменты культурной традиции, подлежащие усвоению детьми в процессе образования и адаптированные к возможностям их восприятия. Вторая функция школы видится им в защите, насколько это возможно, растущей личности от разлагающего влияния отдельных сторон широкой социальной среды. В школе происходит отбор лучших образцов организации жизни, которые следует сохранять и передавать новым поколениям. Третья функция школы связана с необходимостью компенсировать сохраняющееся в обществе социальное неравенство, обеспечивая людям равные или хотя бы сходные возможности реализовать себя в жизни. Наконец, следует учесть то обстоятельство, что современное общество имеет исключительно сложную структуру, в нем представлены и находятся в динамической взаи- мосвязи элементы, группы с разнородными, порой даже противоположными интересами. Поэтому еще одна важная функция школы состоит в создании для подрастающего поколения сравнительно однородной и сбалансированной среды для противодействия имеющимся в обществе центробежным силам.

Школа призвана приобщать детей к единой системе знаний и ценностей, преодолевая узость группового мировоззрения. Таким образом, школа выполняет стабилизирующую и интегрирующую функцию102.

Социальная эффективность образования «охватывает все, что учитывает значимость личного опыта отдельного человека для других людей и все, что побуждает его более полно приобщаться к полезному чужому опыту. И здесь способность заниматься и наслаждаться искусством, успешно восстанавливать силы и с пользой проводить досуг оказываются важнее того, что привычно ассоциируется с гражданственностью»103. Главная составляющая социальной эффективности видится им в разумном сочувствии и доброй воле, учитывающих, что в жизни разных людей благом могут оказаться самые разные вещи.

Задача педагога, по Дьюи, состоит в организации такой образовательной среды, которая вызывает намечаемые отклики ученика и направляет его познавательную деятельность. Но действительные смыслы формируемым навыкам сообщает не учебная, а социальная среда. И если это не сразу бросается в глаза, то дело в том, что в рамках образовательного процесса в школе опыт социальной жизни оказывается предварительно переформулированным в педагогических целях. «Для этого смыслы, считающиеся наиболее важными, извлекаются и располагаются в определенной системе... Изобретение письма и книгопечатания придает этой деятельности мощнейший импульс. И узы, которые соединяют предметное содержание школьных занятий с привычками и идеалами социальной группы, все более и более маскируются и скрываются»104. Тем не менее содержание учебных предметов, вообще материалы школьных занятий конкретизируют и раскрывают смыслы социальной жизни, несут в себе те компоненты культуры общества, ко- торые принято считать наиболее важными, основополагающими в силу их причастности к опыту и интересам широких слоев общества и поэтому подлежащими обязательному сохранению, притом в четко организованной форме. Учебный предмет, как пишет Дж. Дьюи, не есть истина в последней инстанции, однако это - лучшее из того, что имеется в распоряжении.

Ответственность задачи усвоения такого содержания побуждает обратить особое внимание на то, что на деле является знанием.

Нередко в качестве знания понимают весь необъятный массив фактов и истин, накопленных людьми в ходе исторического развития. Однако некритически воспринимаемые сообщения о чужих знаниях могут содержать неточности, перемешивать истину и заблуждение. Люди бывают доверчивыми, склонными к поспешным выводам и упрямыми, склонными настаивать на своих ошибках и отыскивать им оправдание. Наука, по Дьюи, представляет собой способ избежать подобных опасностей, и этим объясняется ее особое место в системе образования. Но логически упорядоченная форма научных знаний, четко устанавливающая их предпосылки и следствия, весьма непохожа на привычные формы обыденного знания, с которыми знакомы и школьники. Строгое научное знание - это в некотором отношении идеал, но отнюдь не отправная точка в образовательном процессе. Наука еще слишком молода, чтобы органично срастись с повседневными образными и эмоциональными установками людей; наш менталитет далеко еще не стал научным (и, добавим, едва ли вообще станет всецело научным). Этим, однако, отнюдь не ставится под сомнение необходимость для учащихся осваивать в доступном им виде научное мышление и миропонимание, пронизанное убежденностью в возможности рациональной организации жизни людей.

У Дьюи мы не найдем столь популярной среди философов прошлого умозрительной общей онтологии. Его позиция основывается на онтологизации жизненного опыта людей, из которого вырастают различные формы специализированной деятельности, в том числе и научное познание. Отношение данного автора к науке в целом весьма уважительное, но оно лишено того оттенка некритического превознесения, который так характерен для раннего позитивизма. Дьюи отнюдь не склонен сводить человеческий опыт только к решению познавательных задач; познанию он вообще отводит служебную роль инструмента жизнеобеспечения. Наука в этом отношении представляется ему особенно полезной, хотя и не всемогущей. Польза от науки состоит прежде .всего в том, что она предохраняет нас от легкомысленной склонности к некритическому следованию чужим мнениям, от чрезмерного доверия к формальным объяснительным схемам либо к освященным авторитетом традиции, однако нередко ошибочным воззрениям.

Этой поспешности и легковесности суждений наука противопоставляет систематическую постановку опытов, их осмысление и проверку, приведение полученных знаний в систему. Форма научного высказывания является, по убеждению Дьюи, тем идеалом, к которому нам нужно стремиться, если мы хотим контролировать предп' -ылки, которыми мы руководствуемся, и следствия, к которым ведет познавательный опыт. Но эта форма не может быть простой отправной точкой в деятельности образования, ибо она понятна лишь тем, кто профессионально занимается наукой, и нередко бывает весьма непривычной для учащихся.

Поучительность, сущностная образовательная значимость науки заключается не столько в совокупности накопленных в ней познавательных результатов, приведенных в стройную систему, сколько в отличающем науку духе исканий, в ее установке на критичность и ответственность выполняемых действий. Наука побуждает нас преодолевать метод проб и ошибок в познании и в жизни, заменяя его рациональной организацией опыта. «Наука - опыт, становящийся рациональным»1. Однако человеческое познание не сводится только к науке. Люди знают немало такого, что невыразимо в строгих научных понятиях и тем не менее имеет неоспоримое жизненное значение.

Контрольные вопросы 1.

Имеется ли связь между эволюционной натурфилософией Тейяра де Шардена и современной синергетикой? 2.

Каковы основания выдвинутой Э.В. Ильенковым концепции идеального? 3.

Какое место в жизни человека отводит Фрейд разуму?

]Дьюи, Дж. Демократия и образование. С. 209. 4.

Что необходимо, по Буберу, для построения плодотворной философской антропологии? 5.

Как соотносятся «философия жизни» и экзистенциальная философия? 6.

В чем усматривает Бердяев человеческую свободу и каковы причины порабощения человека?

<< | >>
Источник: Вишневский, М. И.. Философия : учеб. пособие / М. И. Вишневский. - Минск : Выш. шк. - 479 с.. 2008

Еще по теме Дж. Дьюи:

  1. ПРОБЛЕМАТИКИ СОЗНАНИЯ
  2. Дж. Дьюи
  3. ЗАРУБЕЖНЫЕ ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ТЕЧЕНИЯ
  4. ЦЕЛИ ВОСПИТАНИЯ В ЗАРУБЕЖНОЙ ПЕДАГОГИКЕ
  5. ДИДАКТИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ
  6. КРАТКАЯ БИБЛИОГРАФИЯ ПО ТЕМАМ
  7. 1. Становление сравнительной педагогики как самостоятельной отрасли научного знания за рубежом и в России
  8. 1. Педагогика прагматизма: Джон Дьюи
  9. 5. Эволюция технократической концепции образования: Жан Фурастье
  10. 9. Прагматизм