<<
>>

Классы

Проблема интеграции людей в единую нацию была связана не только с упадком форм христианской общности. Рынок породил автономного индивида, вступавшего в конкуренцию с другими, культивировал агрессивность и жажду наживы.
Вместе с тем общество не было суммой атомизированных индивидов, связанных только законами рынка. По мере специализации и дифференциации хозяйства возникали различные сословия, объединенные корпоративными интересами. Пример таких групп — цехи ремесленников и гильдии купцов. В рамках этих сословий существовала жесткая иерархия, но были и общие интересы, которые отстаивались всеми вместе. Однако по мере накопления общественного богатства расслоение людей происходило и по иным признакам. Например, структура населения Парижа накануне 1797 г. состояла из 50 тысяч обеспеченного и 500 тысяч обездоленного населения. При этом внутри обеспеченного населения существовала жесткая иерархия, и различия, скажем, между благородными сословиями, священниками, врачами, юристами, купцами, были весьма значительными. Беднота же, напротив, представляла однородную сплоченную массу. Если мотивы действий состоятельных людей были достаточно разнообразными, то толпой двигал исключительно страх голода. Для нее даже незначительное повышение цены на хлеб было вопросом жизни или смерти. Неудивительно, что первая французская революция, как и русская революция впоследствии, начиналась с хлебного бунта. Кричащая роскошь одних и ужасающая бедность других на фоне рассуждений о равенстве людей перед Богом и перед законом обостряли классовое самосознание и порождали ненависть бедных к богатым. На опыте классовой борьбы основывался марксизм, выступавший как политическая идеология угнетенных классов. Однако по мере преодоления резких различий в уровне жизни различных слоев населения в европейских странах почва для теории и практики классовой борьбы исчезала. Там сложились новые социальные общности, среди которых наибольшее значение придается так называемому среднему классу.
По сути, речь идет не о классе в его прежнем понимании как особой группе людей, отличающейся своим отношением к средствам производства, способами получения и долей общественного богатства, идеологией и т. п., а о слое или «страте», который отличается от других в зависимости от профессии, образования, величины дохода, образа жизни. Наряду со средним классом выделяется элита — слой руководителей предприятий, крупных ученых, художников, звезд спорта и т. п. Таким образом, на место прежних дифференциаций общества на «пролетариат» и «буржуазию» приходит новое разделение, основанное не столько на отношении к средствам производства (ибо по мере развития транснациональных корпораций растет коллективная частная собственность), сколько на отношении к «символическому капиталу» — знаниям, информации, средствам массовой коммуникации. Ошибка политиков и политологов, пытающихся конструировать в сегодняшней России «гражданское общество», во многом обусловлена устоявшимися общими понятиями. Ими же вызваны само разделение на представителей сословного, или классового, подхода к анализу социальной реальности и неразрешимость дискуссий между ними. Но даже когда повсюду господствовал классовый анализ, а теоретики оттачивали и шлифовали ленинское определение класса, это понятие в практиках составления и заполнения анкет стало синонимом «сословия». Понятие среднего класса представляется удачным названием того, о чем мы мечтаем. Это понятие с точки зрения теории поляризации общества на рабочий класс и буржуазию кажется оппортунистическим. Но с точки зрения общества, отказавшегося от теории классовой борьбы, оно желательно, так как в прилагательном «средний» содержится нечто примиряющее: средний класс сбалансирует и свяжет общество узами примирения и согласия. Понятие среднего класса как нельзя лучше соответствует самопредставлению массы, которая не хочет причислять себя ни к пролетариям, ни к буржуа («мелкая буржуазия» звучит как будто синоним слова «пошлость», точно так же наши современники не хотят называться мещанами, хотя это было весьма достойное сословие). В нашей стране классовое расслоение представляет собой пеструю картину, что, в принципе, особенно на фоне прежних рассуждений об идеальной однородности общества, можно считать положительным, ибо разнообразие способствует развитию. Вместе с тем значительный разрыв между доходами граждан создает взрывоопасную ситуацию. Очевидно, что одним пиаром ее не потушить, необходимо восстановление справедливости. После крушения веры в единство рабочего класса мы снова мечтаем соединиться на духовной основе, как это предлагали русские философы всеединства. Но пока время для этого не пришло, следует признавать более реалистичные проекты, согласно которым формирование общественного мнения и политической воли осуществляется не столько в форме единодушия относительно общих интересов и общих врагов, сколько на основе публичных дискурсов, нацеленных на рациональную оценку общих интересов и значимых ориентаций.
<< | >>
Источник: Марков Б. В.. Философия ДЛЯ БАКАЛАВРОВ И СПЕЦИАЛИСТОВ. 2013

Еще по теме Классы:

  1. 2.4.1. Совместное обучение в обычном классе массовой школы
  2. ПРАВО. КЛАССЫ. ЛОГИКА
  3. Государство и проблема классов
  4. ПЕРВОНАЧАЛЬНОЕ ВЛИЯНИЕ ГРАЖДАНСТВА НА СОЦИАЛЬНЫЙ КЛАСС
  5. 8.3. Относительная самостоятельность государства по отношению к господствующему классу и классовой борьбе
  6. Класс
  7. КЛАССЫ И НАЦИИ, МАРКСИСТСКИЕ СОЦИОЛОГИИ НАЦИИ
  8. СИСТЕМАВОЗРАСТНЫХ КЛАССОВ В АФРИКЕ
  9. ИДЕОЛОГИЯ КАК ТЕОРЕТИЧЕСКОЕ ОСОЗНАНИЕ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ И КАК САМОСОЗНАНИЕ КЛАССА
  10. 10.3.3. Трактовка классов М. Вебером
  11. § 12. Чем классы отличаются друг от друга?
  12. § 13. Как понять класс?
  13. § 7. Как же педагогически целесообразно организовать взаимодействие класса и клубных объединений?
  14. 3.5. Класс точности средств измерений
  15. ЧАСТИ РЕЧИ КАК ЛЕКСИКО-ГРАММАТИЧЕСКИЕ КЛАССЫ СЛОВ