<<
>>

Особенности постановки проблем в гуманитарном знании

Один из фундаментальных подходов к этой теме нашел свое отражение в попперовских «Облаках и часах» при исследовании им так называемой проблемы Комптона — известного ученого в области квантовой механики.
Исходно речь идет о соотношении детерминизма и индетерминизма в физических явлениях и в поступках, в целом в поведении человека. Под индетерминизмом при этом понимается не отсутствие причинной обусловленности, но признание того, что «не все события в физическом мире предопределены с абсолютной точностью, во всех своих наимельчайших деталях», что объективно существуют неопределенность и случайность. Иными словами, речь идет о специфике постановки и решения проблемы детерминизма — индетерминизма в естественных и гуманитарных науках, а это, в свою очередь, определяет специфику всех других проблем и особенности данных наук. Для понимания специфики проблем гуманитарного знания «нам нужно что-то по своему характеру промежуточное между абсолютной случайностью и абсолютным детерминизмом».

Поппер полагает, что «на самом деле мы хотим понять, как такие нефизические вещи, как цели, размышления, планы, решения, теории, намерения и ценности, могут участвовать в претворении физических изменений физического мира. <...> Ведь нельзя же объяснить все те огромные физические перемены, которые ежечасно совершаются благодаря нашим авторучкам, карандашам или бульдозерам, лишь на основе чисто физических понятий, опираясь либо на детерминистскую физическую теорию, либо приписывая все (используя стохастическую теорию) случайности»... Со

268

Часть III. Методология научного исследования

ответственно, можно сформулировать «проблему Комптона» как проблему о влиянии мира абстрактньгх значений, смыслов на человеческое поведение (и, следовательно, на физический мир). Здесь слова «мир значений, смыслов» следует понимать как сокращенное обозначение совокупности таких разнородных вещей, как обещания, цели и правила разного рода — типа правил грамматики, вежливого обращения, логики, игры в шахматы, контрапункта, а также такие вещи, как научные (и другие) публикации, обращения к нашему чувству справедливости или щедрости или к нашему художественному чутью...». Данная проблема, считает Поппер, «является одной из наиболее интересных философских проблем, даже если на нее обращало внимание мало философов. <...> Это вообще ключевая проблема, более важная даже, чем классическая проблема о взаимоотношении духовного и телесного», которую он называет декартовской (Поппер К. Объективное знание. Эволюционный подход. Глава 6. Об облаках и часах. Подход к проблеме рациональности и человеческой свободы // Он же. Логика и рост научного знания: Избр. работы. М., 1983. С. 523, 525). Проблема «влияния смысла на поведение» — это проблема «объяснения и понимания всепобеждающей силы смыслов, например, содержания наших теорий, наших целей, наших намерений», но управление нашими действиями со стороны теорий — гибкое, и мы можем подвергнуть их критике, управлять ими, иметь обратную связь. В конечном счете решение этих проблем, имеющих непосредственное отношение к гуманитарному знанию, где главное — человек, выводит Поппера вслед за Комптоном к идее сочетания свободы, контроля и гибкого управления и к выводу о том, что свободу несет не просто случай, а тонкое переплетение случайного и непредсказуемого, и, с другой стороны, ограничительного регулирования — цели или стандарта.

К особенностям проблемы в гуманитарных науках в иных аспектах обращались представители герменевтики.

В «Истине и методе» Гадамер обратил внимание на то, что в XIX веке с появлением историзма понятие проблемы приобретает универсальную значимость, утрачивается ее непосредственное отношение к фактическим вопросам, философы, не справляясь с историзмом в познании, «спасались бегством в абстракцию понятия проблемы». Они не увидели никаких проблем в самом способе «бытия» проблемы, тогда как необходимо было «разрушить иллюзию, будто проблемы существуют вечно, как звезды на небе», преодолеть неокантианское представление о «тождестве проблем», показав,

Глава 8. Начало исследования: методы и формы знания

269

что это пустая абстракция, поскольку постановка вопроса, проблемы меняется с течением времени. Внеисторическая точка зрения, полагающая проблему как феномен попперовского «третьего мира», по Гадамеру, не существует. Точка зрения, которая возвышается над другими и якобы позволяет мыслить истинное тождество проблемы вопреки всей изменчивости попыток ее решения, — это чистейшая иллюзия, поскольку в этом случае проблема выпадает из мотивированного контекста, утрачивает смысловую однозначность и, соответственно, возможность разрешения. Эта позиция в понимании проблемы принципиальна для наук о духе, гуманитарного знания в целом. В той мере, в какой эти науки имеют своим предметом текст, его понимание и истолкование, объяснить эти особенности проблем гуманитарного знания может именно герменевтика. Проблемность здесь рассматривается прежде всего как вопрошание, исследуемое в логике вопроса и ответа, а по Гадамеру, логика наук о духе — это логика вопроса.

Такую позицию по отношению к исторической науке занял в свое время английский историк и философ Р. Дж. Коллингвуд, по-видимому, первый стремившийся заменить пропозициональную логику (логику утверждения) логикой вопроса и ответа. Он полагал, что истинность — это продукт комплекса, состоящего из вопросов и ответов, и понять излагаемые положения истории (предание) можно, лишь реконструировав те вопросы, на которые текст дает ответы. Гадамер поддерживает эти идеи и продолжает их, утверждая, что «тот, кто хочет понять текст, должен, спрашивая, обратиться к чему-то, лежащему за сказанным». Мы понимаем смысл текста лишь в том случае, если обретаем «горизонт вопроса», при этом неизбежно выходим за пределы того, что сказано в данном тексте. В исторических текстах необходимо реконструировать два различных вопроса (и соответственно два ответа) — вопрос о смысле отдельных событий, обусловленных субъективными помыслами, и вопрос о плане всего происходящего большого события. Существует своего рода параллель: подобно тому как исторические события не совпадают с представлениями действующих в истории субъектов, также и смыслы данного текста выходят за пределы намерений автора текста. Поэтому герменевтика всегда должна быть выше простой реконструкции и «всегда требуется выводить реконструированный вопрос в открытость его проблематичности», осуществлять слияние горизонтов автора текста (спрашиваемого) и интерпретатора (спрашивающего), разумеется, посредством языка.

270

Часть III. Методология научного исследования

Типовая проблемная ситуация гуманитаристики, как показал A.B. Михайлов, — поиск ответа на вопрос «что это такое?» на основе имеющихся художественных, исторических, литературоведческих текстов, где проблема часто принимает вид: что такое романтизм, классицизм, реализм и т. п.? Анализируя на примере исследования романтизма типовые решения такой проблемы, автор обнаруживает, что уровни ответа на вопрос существенно разнятся и представлены либо уровнем дефиниции, либо уровнем исследования истории литературы, истории культуры, где явление понимается «лишь как логический момент целого». Правильная дефиниция, часто «обыденная» или «школьная», нередко представляется конечной целью исследования, и, констатируя существование в научной литературе десятков и даже сотен определений того или иного направления, исследователь полагает, что решить проблему — значит найти «окончательное», всех удовлетворяющее, постоянное определение, которое пока еще не найдено, возможно потому, что не родился еще специалист, а может быть,.не «доросла» сама наука. Этот феномен широко известен: сегодня существует множество определений культуры, мировоззрения, системы, направлений романтизма, классицизма, реализма и т. д., а исследователи, занимающиеся этими явлениями, например барокко, десятки лет, утверждают, что они так и не знают, что это такое.

Ситуация осложняется, по Михайлову, особенно потому, что невозможно в этих случаях дать «простое» формально-логическое определение, поскольку предельно сложное, постоянно меняющееся, исторически обусловленное, многофакторное явление «не вмещается» ни в одно из них. Границы культурно-исторического, гуманитарного явления, как правило, не очерчены четко, но «это не недочет исследования, а свойство материала, т. е. самого же движущегося культурного процесса, который не допускает проведения вполне точных границ», гуманитарные науки заняты феноменами, у которых вообще может не быть точньгх и твердых границ. Их задачи не столько определять каждое из понятий при решении проблемы-вопроса «что это такое?», сколько соопределять их в совокупности, целостности процесса, например в целостности национальной литературы, литературного процесса. Но это уже второй и для Михайлова единственно правильный уровень решения гуманитарных, в частности литературоведческих или историко-литературных, проблем. На этом уровне не ставятся «точечные», «атомистические» вопросы, но требуется выход «на просторы всемирной культурной истории», где только и могут по

Глава 8. Начало исследования: методы и формы знания

271

лучать смыслы отдельные вопросы и ответы, становится возможным подняться над «ижолярски-прагматическим уровнем постановки задач». Должны изучаться реальные разнохарактерные процессы в их богатстве, истории и изменении, но нельзя начинать исследование с «провозглашения всепожирающей универсалии», под которую стремятся подвести конкретный историко-литературный процесс, именно это считая разрешением проблемы. В отличие от такой логики необходимо «теоретическое видение целого», которое «усваивает логику истории и логику науки» и благодаря этому «соразмеряет литературно-исторические пласты, соограничивает, соопределяет их». Особое место при решении такого рода проблем занимает интуиция, которую Михайлов оценивал высоко, поскольку в этом контексте интуиция исследователя — необходимое «условие реализации рационального, логического принципа литературной истории». Интуиция исследователя, знающего историю своего предмета и историю его изучения, — это не просто знание фактической стороны процессов, но умение смотреть на них изнутри, ощущать «энергию истории» и на этой основе понимать смыслы вопросов и решать проблемы. Особая тема — проблема в философии будет рассмотрена в ходе анализа природы философского знания (см. главу 12).

<< | >>
Источник: Л.А. Микешина. Философия науки: Современная эпистемология. Научное знание в динамике культуры. Методология научного исследования : учеб. пособие. — М. : Прогресс-Традиция : МПСИ : Флинта. — 464 с. . 2005

Еще по теме Особенности постановки проблем в гуманитарном знании:

  1. Истина в гуманитарном знании
  2. Конвенции в социально-гуманитарном знании
  3. Пространство, время, хронотоп в гуманитарном знании
  4. Постановка и анализ проблем бытия в трудах С. Л. Рубинштейна Л. И. Рюмшина (Ростов-на-Дону)
  5. ДИСПУТ ТРЕТИЙ. О ТРЕХ СПОСОБАХ ПОЛУЧЕНИЯ ЗНАНИИ В ОСОБЕННОСТИ О ДОКАЗАТЕЛЬСТВЕ ИЛИ ТРЕТЬЕЙ ОПЕРАЦИИ РАЗУМА
  6. § 1. Особенности социально-гуманитарного познания
  7. Некоторые особенности языка гуманитарных наук
  8. Особенности научных революций в социально-гуманитарном познании
  9. § 2. Особенности научных революций в естественных и социально- гуманитарных науках
  10. Основное содержание Тема 1. Особенности современного общества и проблема гуманитарной экспертизы
  11. Особенности речевых проблем у детей дошкольного возраста с различным типом профиля функциональной сенсомоторной асимметрии
  12. Тема 3. Гуманитарная экспертиза и специфика гуманитарного знания
  13. Керейтов, P. X.. Ногайцы. Особенности этнической истории и бытовой культуры : монография /науч. ред. Ю. Ю. Клычников ; Карачаево-Черкесский институт гуманитарных исследований. - Ставрополь : Сервисшкола, 2009
  14. Глава 6 РЕВОЛЮЦИОННЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В НАУЧНОМ ЗНАНИИ И ПОЗНАВАТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ