<<
>>

Превращение социализма "из утопии в науку"

Маркс не был удовлетворен только объяснением мира, он хотел изменить его. Поэтому он смотрел на политическую теорию как на часть политической деятельности. Для последователей Маркса политическая теория не является созерцанием истины.

Она есть оружие политической борьбы за или против социальных изменений, которые, в свою очередь, должны стать основой изменения и самого человека.

Исходным пунктом марксистского понимания человека является представление, согласно которому "сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений" К Иными словами, общественные и, прежде всего, трудовые отношения определяют сущность человека в гораздо большей степени, чем человек определяет характер этих отношений. Таким образом, производственная деятельность, труд рассматривается марксистами как главная причина, порождающая самого человека и определяющая магистральную линию развития его истории.

Для того чтобы жить, человек должен иметь необходимый минимум жизненных средств, поддерживающих его существование. Животное черпает эти средства в готовом виде непосредственно из природы, человек, и в этом главное его отличие, создает их трудом, преобразуя природный материал в соответствии со своими потребностями. Количество продукта, производимого человеком, зависит главным образом от совершенства используемых им орудий и инструментов. Пока инструмент несовершенен, человек, работая весь день с полным напряжением сил, способен создать лишь такое количество продукта, какое необходимо ему для поддержания жизни. Это количество можно назвать необходимым продуктом. Работая более совершенным инструментом, человек может за то же самое время создать больше продукта, то есть получить излишек, называемый прибавочным продуктом. Пока человек производил только необходимый продукт, у него при всем желании ничего нельзя было отнять, кроме жизни, потому что забрать средства, необходимые для ее поддержания, значит отнять и саму жизнь.

Когда же возникает производство прибавочного продукта, появляется возможность отнять его у производителя, оставляя ему, однако, необходимый продукт, поддерживающий жизнь. Регулярное изъятие у производителя прибавочного продукта позволяет одному человеку жить за счет труда другого, то есть эксплуатировать его. Естественно, что эксплуатируемый не отдаст произведенный им прибавочный продукт радостно и добровольно. Заставить его сделать это можно лишь силой. Такой силой становится государство, главная задача которого и состоит в том, чтобы обеспечить регулярное изъятие прибавочного продукта у производителя.

Технический прогресс, состоящий в постоянном совершенствовании орудий и инструментов, средств производства, приводит к повышению эффективности или производительности труда, а

значит и к постоянному наращиванию массы прибавочного продукта. Следовательно, рано или поздно рост производства прибавочного продукта должен привести к тому, что его будет с избытком хватать на обеспечение полного изобилия жизненных средств для каждого человека, и тогда прекратятся споры по поводу их распределения. Стало быть, исчезнут объективные основания для эксплуатации человека человеком, а вместе с тем исчезнет и государство как организация, созданная исключительно для силового обеспечения эксплуатации. Таким образом, обосновывается наличие исторически оправданных границ существования государства: период развития производительных сил от начала производства прибавочного продукта, до производства его в размерах, достаточных для полного удовлетворения всех потребностей каждого человека.

При этом сам Маркс был настолько уверен, что в условиях нового общества труд на благо общества станет первой жизненной потребностью человека, что вопрос о стимулировании труда им даже не ставится. Он был убежден, что "беспрерывное изменение человеческой природы" является достаточным основанием для утверждения, что со временем "труд перестанет быть только средством к жизни", что "вместе со всесторонним развитием индивидов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком" *.

Определив труд в качестве сущностной характеристики человека, Маркс не мог не рассматривать его как главный "человекообразующий" фактор. Для него быть человеком означает трудиться, отказ же от труда является отказом от собственной человеческой сущности, то есть тем же чем, например, для Сократа является отказ от блага, а для Декарта - от мышления. По существу, Маркс заменяет классическую картезианскую установку: "всякий человек, поскольку он человек, мыслит", иной - "всякий человек, поскольку он человек, трудится". И точно так же, как прежде не мыслящий, поскольку он лишен сущностного признака человечности, не рассматривался как полноценный человек, с точки зрения марксистской установки, лишался статуса полноценного человека тот, кто не трудится. Более того, если не мыслящий может быть лишен этой способности в силу непреодолимых обстоятельств (например, болезни) и потому заслуживает сочувствия, то не трудящийся, как полагают марксисты, не принимает участия в общественном труде по собственной воле, а стало быть сам виновен в своей "неполноценности", а потому не заслуживает снисхождения. Пожалуй, именно этим объясняется та чрезвычайная жестокость, которую проявляли российские, китайские или кампучийские революционеры. Осуществляя массовые репрессии по отношению к "нетрудовым элементам" они не испытывали мук совести, поскольку не идентифицировали себя со своими жертвами, рассматривая их как существа, не принадлежащие к человеческому роду.

Вообще, при ближайшем рассмотрении выясняется, что проблемы отдельного человека выпадают из сферы внимания марксизма. Гораздо больше его интересуют действия народных масс, генеральные линии и глобальные процессы. Марксу, хотя он и перевернул гегелевскую диалектику "с головы на ноги", все же не удалось окончательно преодолеть схематизм его философии. Свидетельством тому является безличностный характер его социально-философских воззрений, идеализация общественных отношений будущего и финали- стская трактовка истории. Это означает, что: во-первых, социальная динамика рассматривается как результат действия всевозможных безличных объективированных структур - производительных сил, производственных отношений и возникающих на их основе надстроечных образований типа правовых и политических учреждений; во-вторых, все прошлое объявляется чем-то недействительным, всего лишь предысторией, а действительным признается воображаемое будущее, с которого начнется собственно история; в-третьих, социальное развитие понимается как движение общества к некоторой заранее предопределенной цели. 

<< | >>
Источник: В.С. Стёпин. Философия: учеб, пособие для студентов высш. учеб, заведений. 2008

Еще по теме Превращение социализма "из утопии в науку":

  1. Материалистическое понимание истории
  2. ТЕОРИЯ ИСТОРИЧЕСКОЙ эволюции П. Н. МИЛЮКОВА
  3. Б. Т. Григорьян На путях философского познания человека
  4. 2. Эклектика в методе — нигилизм и волюнтаризм в теории
  5. Человек без личности: антиномия — трагическая или ложная?
  6. КОСМОС ИСЛАМА
  7. 2. С. Н. Булгаков. Героизм и подвижничество (из размышлений о религиозной природе русской интеллигенции)
  8. Руссо и русская культура XVIII — начала XIX века
  9. Выход из тупика есть!
  10. Превращение социализма "из утопии в науку"
  11. Глава 2 СВОБОДА И ЛИБЕРАЛИЗМ: ТЕОРИЯ ВОПРОСА