<<
>>

Становление экспериментально- математической науки

Выдающийся итальянский исследователь Галилео Галилей (1564-1642), как и многие его предшественники, считал, что книга Природы написана языком математики, и для объяснения природных явлений необходимо установить их свойства, поддающиеся точным измерениям.
Правда, этот вывод до него применялся только к астрономическим фактам. И если здесь существовала многовековая традиция точных наблюдений, связанная в значительной мере с потребностями астрологических расчетов, то в отношении земных тел методология Галилея была действительно революционной.

Она исходила из близких к античному атомизму представлений о том, что основания природы описываются исключительно с помощью фигур, чисел и движений, видимые же и ощущаемые качественные характеристики явлений (вкус, цвет, запах) объясняются количественными параметрами ассоциаций атомов, образующих тела. Таким образом, открывалась перспектива строгого механико-математического описания природного бытия, не использующего никаких представлений о целевых причинах или о духовных регуляциях. Отправным пунктом научного познания природы признавался опыт, осуществляемый путем планомерного экспериментирования с использованием приборов и инструментов, расширяющих возможности наших органов чувств.

Уже первые астрономические наблюдения Галилея, проведенные с использованием такого прибора - телескопа, представили важные доводы в пользу учения Коперника и вместе с тем развеяли множество предрассудков относи- тельно совершенства и ограниченной численности небесных тел. Тонкие механические опыты Галилея опрокинули механику Аристотеля и заложили основу классической динамики. При этом опыт понимался Галилеем как определенный вопрос, задаваемый исследователем природе. Новая наука в лице Галилея обнаружила, что древние и средневековые авторитеты предлагали зачастую никуда не годные объяснения природных явлений прежде всего потому, что онй задавали неудачные вопросы, на которые невозможно получить точный и ясный ответ.

В этом смысле всякий продуктивный опыт предполагает тщательное предварительное размышление, формулирующее его предпосылки и условия осуществления.

Научная истина не самоочевидна, чувства нередко обманывают нас, и поэтому в развитии науки особенно важны продуктивные упрощения, идеализации и проведенные с их помощью мысленные эксперименты, позволяющие адресовать природе действительно важные, ключевые вопросы о сущности изучаемых явлений. Таким путем Галилей обосновывал, например, принцип инерции, переистолковавший многие хорошо знакомые факты повседневного опыта. Галилей выступал, по сути дела, за неразрывное единство Количественного эксперимента с объясняющей его теорией. Правда, он не создал такую целостную теорию в применении к изучавшимся им механическим движениям.

Эта задача быта решена великим английским ученым Исааком Ньютоном (1642-1727), опубликовавшим в 1687 г. свои знаменитые «Математические начала натуральной философии». Связав воедино законы движения планет, установленные Кеплером, и законы механического движения земных тел, открытые Галилеем, Ньютон осуществил грандиозный теоретический синтез. Движение планет получило объяснение, исходя из закона всемирного тяготения и трех основных законов механики, сведенных Ньютоном в целостную систему. Удалось также дать строгие количественные объяснения ряда важных и хорошо знакомых людям явлений (криволинейная траектория движения артиллерийских снарядов, феномен морских приливов и др.).

Идея о существовании силы притяжения, действующей на любом расстоянии, могла быть подсказана известными Ньютону средневековыми философскими трактатами и несла на себе некоторый налет мистики. Однако для многочисленных сторонников и последователей Ньютона важ- ным было то, что эта идея оказалась продуктивной в научном плане, потому что ее применение позволяло получать правильные результаты, подтверждаемые опытом.

Формулируя так называемые «правила философского рассуждения», или, по существу, основоположения новой науки, Ньютон утверждал, следуя Оккаму, простоту природы и необходимость допускать существование только тех причин, которых достаточно для объяснения видимых природных явлений. Далее, он постулировал единообразие природы, связанное с тем, что сходные явления объясняются, как правило, сходными причинами.

Основополагающими свойствами тел, универсальность которых подтверждается наблюдениями, он считал протяженность, твердость, подвижность и силу инерции, вытекающие из свойств самых маленьких частей, образующих все тела. Таким образом, в новой форме вводилась в употребление восходящая к Демокриту идея атомизма. Действенным методом новой науки, или «экспериментальной философии», является, по Ньютону, индукция, обеспечивающая получение общих выводов, исходя из частных результатов, и пока индуктивные выводы не подвергнуты экспериментальному уточнении или опровержению, их следует считать близкими к истине, хотя бы и существовали другие возможные предположения.

Теория Ньютона не объясняла сущности и происхождения силы всемирного тяготения, и сам создатель этой теории сознательно отказывался выдвигать произвольные умозрительные объяснения, заявив, что гипотез он не измышляет. Правда, речь шла лишь о непродуктивных в научном отношении метафизических гипотезах. Вместе с тем он, будучи ревностным христианином, безоговорочно признавал существование премудрого и могущественного Бога, по проекту которого устроена величественная система мироздания, работающая как точные и бесконечно сложные часы.

Ньютоновским теоретическим синтезом в известном смысле завершается великая научная революция Нового времени. Ее мировоззренческое значение заключалось в том, что прежние представления о строении Вселенной, унаследованные от античности, воспринятые христианством и соединенные с утверждениями Библии, оказались в основном опровергнутыми новой наукой. Свет разума, якобы дарованный человеку Богом, обнаружил с неопровержи- мой убедительностью совершенную негодность того, что прежде считалось планом Божественного творения.

В ходе осуществления научной революции ученые использовали мировоззренческие идеи, восходившие, главным образом, к той части философского наследия античности, которая была мало востребована или даже открыто отвергалась мыслителями Средневековья. Об этом свидетельствует активное обращение представителей новой науки прежде всего к атомизму.

На время восстановился, но потом вновь ослабел интерес к неоплатонизму. Неявной, но весьма важной предпосылкой научной революции явилась идея могущества человеческого разума в познании природного мира, тесно связанная с представлениями об особой значимости, избранности человека в структуре мироздания.

Тем не менее к концу XVII в., когда здание механической теории было в основном выстроено, надобность в окружавших его «лесах», состоявших из предварительных философ- ско-мировоззренческих догадок и идей, отпала. Выяснилось, что требуется совершенно новое толкование мира в целом и места в нем человека, причем толкование это должно существенным образом основываться на данных новой науки. Длившееся в течение примерно полутора веков противостояние или даже, как обнаружилось в расправе над Джордано Бруно и суде над Галилеем, жесткое противоборство научной и религиозной истин в основном завершилось победой науки. Победительнице в качестве трофея достался сам феномен веры в ее всемогущество1, перенесенный на науку и имевший впоследствии весьма неоднозначные результаты.

<< | >>
Источник: Вишневский, М. И.. Философия : учеб. пособие / М. И. Вишневский. - Минск : Выш. шк. - 479 с.. 2008

Еще по теме Становление экспериментально- математической науки:

  1. § 1. Движущие факторы и модели развития науки
  2. Становление экспериментально- математической науки
  3. 3. Гносеология И.ГЛамберта как философское осмысление методологии экспериментальной науки
  4. Возникновение науки
  5. Наука и культура
  6. Становление психологической науки.
  7. Глава 10. Становление и развитие клинической психологии
  8. НАУКА КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ. ЭТИКА НАУКИ
  9. Глава П ПЕДАГОГИКА КАК НАУКА
  10. Вводная глава НАУКА» ЧЕЛОВЕК. ОБЩЕСТВО
  11. 10.3. Основания науки
  12. 13.1. Становление развитой научной теории
  13. 14.1. Специализированный язык в науке
  14. Генезис и эволюция науки. Эпистемологическое обоснование научных концепций
  15. Постпозитивизм. Школа историков науки
  16. Становление синергетической парадигмы