<<
>>

1.4. Базовая схема медиаполитического взаимодействия

Чтобы завершить теоретический разговор о медиаполитическом взаимодействии как объекте исследования, мы предлагаем создать его операционную схему, которая в дальнейшем будет подвергаться критической интерпретации.

К созданию операционных схем прибегают многие исследователи медиа и политики; это позволяет визуализировать элементы объекта исследования и связи между ними.

На этом этапе мы обсудим еще три уточнения объекта исследования. Во- первых, в дальнейшем невозможно будет выбрать уровень анализа и тип «модельной» политии для сравнительного исследования, если на этапе формирования базовой схемы не включить в нее сами социальные подсистемы - политику и медиа (в той только части, которая вступает в медиаполитическое взаимодействие). Этот шаг, в частности, позволяет представить фрагменты политической и медийной систем как структурный «каркас» схемы, а феномены в зоне взаимодействия - как связи между ними.

Во-вторых, в схему должен быть включен третий структурный элемент, а именно - общество, та более широкая социальная среда, на которую, как мы указали выше, направлен основной функциональный потенциал двух социальных подсистем; к тому же именно собирательный «народ» нормативные теории демократии видят источником власти. При этом структурный элемент «общество» должен, во-первых, обладать

характеристиками, релевантными для обеих рассматриваемых социальных подсистем, во-вторых - быть ограничен границами данного социума (например, национальными, наднациональными, языковыми). С такой позицией согласен практически любой ученый, занимающийся media&political studies за рубежом, - можно назвать хотя бы такие имена, как Д. Грейбер, П. Норрис, Х. Семетко, Ф. Эссер (США), Д. Маккуэйл, Дж. Кёртис, Р. Негрин, Б. Макнейр (Великобритания), Т. Мейер, Б. Пфетч, К. Хольц-Баша, К. Фольтмер (Германия), Дж. Мадзолени, П. Манчини (Италия), Т. Гобан-Клас, Б. Добек- Островска (Польша) и мн.

др. Мы разделяем эту позицию. Таким образом, выявляются три элемента структурного «каркаса»: политическая система (во взаимодействии с медийной), медиасистема (во взаимодействии с политической), медиаполитическая общественность/ аудитория (определяемая пока как совокупность граждан - без уточнений).

Между указанными авторами нет согласия в том, как располагать аудиторию относительно других элементов базовой схемы и как описывать ее сущность. Но несмотря на разнообразие интерпретаций теоретические схемы сводятся примерно к двум, приведенным в книге профессора Миланского университета Дж. Мадзолени «Политическая коммуникация». Он в издании 2006 г. приводит две возможные, на его взгляд, схемы взаимодействия политической системы, медиасистемы и граждан (в собирательном смысле). Одну из схем он предлагает назвать «медиатической», и она базируется на понимании медиа как среды, формирующей медиатизированное публичное пространство (spazio pubblico mediatizzato) (см. рис. 1.1).

И с т о ч н и к: (Mazzoleni 2006: 22); перевод наш. - С.Б.

Рис. 1.1. «Медиатическая» модель политической коммуникации

по Дж. Мадзолени

Рассуждение в категориях поля (например, у П. Бурдье) близко второй концепции Дж. Мадзолени, к которой мы обратимся сейчас. «Публицистично­диалогическая» схема медиаполитического взаимодействия в книге «Политическая коммуникация» показывает, что при взаимодействии трех условно гомогенных полей - политики, медиа и граждан - формируется, как пишет Мадзолени, зона медиатизированной политической коммуникации, которую мы интерпретируем как пространство медиаполитического взаимодействия (см. рис. 1.2).

И с т о ч н и к: (Mazzoleni 2006: 26); перевод наш.

- С.Б.

Рис. 1.2. «Публицистично-диалогическая» схема взаимодействия политической системы (П), медиасистемы (М) и граждан (Г) по Дж.

Мадзолени

Лучшие работы из тех, в которых и медиасистема, и аудитория выделены как отдельные элементы объекта исследования, претендуют на осмысление схемы «политика - СМИ - общество» в структурно- функциональных/институциональных категориях, категориях поля или кластерного анализа. Пример первого типа можно найти у Б. Макнейра (McNair 1998) (см. рис. 1.3).

Редакционные передовицы

Репортажи

Комментарии

Анализ

И с т о ч н и к: (McNair 1998: 27); перевод наш. - С.Б.

Рис. 1.3. Схема политической коммуникации по Б. Макнейру

Мы тяготеем к тому, чтобы рассматривать в качестве среды третий сегмент - аудиторный, в первую очередь в силу относительно невысокой степени его институционализации по сравнению с первыми двумя - медиа и политикой. Безусловно, это не значит, что аудитория рассматривается как некий условный гомогенный избиратель или медиапотребитель; но в совокупности она представляет собой именно среду, например для рекрутинга политических фигур или поиска новостей.

В этом смысле политологические работы представляют больше оснований для концептуализации аудитории в нашей базовой схеме. Демократическая теория равным образом рассматривает в качестве такого субъекта и индивида, наделенного «просвещенным пониманием» (Dahl 1979: 105), и коллективного актора, наделенного коллективной рациональностью (Page&Shapiro 1992). Именно вторая позиция имеет значение в

демократическом процессе принятия решений; при условии соблюдения плюрализма мнений на социальном «рынке идей» «рациональное формирование мнений происходит в первую очередь на уровне всей совокупности граждан как коллективного актора, а не на уровне отдельного гражданина» (Voltmer 2000: 4-11).

И хотя теория рационального выбора раскритикована во множестве источников, мы поддержим взгляд на аудиторию как на коллективного актора: именно такой точки зрения придерживается системно-политическая теория, на которую мы опирались изначально. Так, интерпретируя Д. Истона, Дж. Паскуино описывает аудиторию как «политическое сообщество» или «политическую общность». Оно состоит из «граждан и всех тех, кто подвергается воздействию решений властей и модальности функционирования политических режимов» (Pasquino 2004: 19). Иными словами, политическое сообщество состоит «из всех тех, кто испытывает на себе императивное определение ценностей... [В такой аудитории] не существует этнических, культурных, территориальных или религиозных групп, которые бросили бы вызов существующей политической общности или объявили о своем намерении выйти из него, чтобы сформировать собственное, особое сообщество; она гомогенна. И даже если такие группы существуют, у них нет достаточного объема ключевых ресурсов для собственной мобилизации» (Ibid.). Такая точка зрения поддержана и в методологии социальных исследований: воздействие на общество какого-либо объекта (в нашем случае - медиасистемы), который для общества является контекстуальным, не может быть методологически сведено к уровню отдельного гражданина (Lazarsfeld&Menzel 1969). Единственное, с чем мы не согласимся, так это с тем, что в медиаполитическую аудиторию можно включить (как пишет Паскуино) и граждан страны, проживающих за рубежом, и неграждан внутри страны. Первые оторваны от новостного и дискуссионного контекста, постоянно меняющегося внутри страны; вторые не имеют возможности реализовать свои убеждения и свой социальный выбор через демократические механизмы политической репрезентации. Поэтому мы

будем считать медиаполитической аудиторией политическое общество (Гайнутдинова 2009), вовлеченное в процесс медиапотребления, - граждан национального государства электорального возраста, получающих знания о текущей повестке дня из медиасистемы не реже раза в неделю.

Третье методологическое уточнение состоит в том, что три элемента структурного «каркаса» рассматриваются как автономные, независимые друг от друга. Их практическое переплетение в реальной жизни должно быть упрощено до состояния «идеального газа», чтобы породить критерии для сравнительного анализа. Безусловно, такая позиция исследователя может создать существенные методологические ограничения; но в то же время такая независимость является не только методологически оправданной, но и нормативно-обусловленной. Например, тезис об экономической и политической автономии медиасистемы как самом важном условии реализации ею демократических функций приведен в упоминавшемся выше книге «Сравнение медиасистем» (Hallin&Mancini 2004); сегодня среди западных исследователей сложился консенсус по поводу того, что выполнение демократических функций СМИ возможно только при условии зафиксированной и реализованной автономии медиасистемы (Бодрунова 2014е). Как только степень автономии СМИ снижается, выполнение демократических функций ставится под угрозу, а медиа принимают на себя иные роли. Условие автономии медиасистемы законодательно обеспечивается только в политиях, где политическая система находит выражение в демократическом политическом режиме. Мы согласны с этой точкой зрения и на этом основании считаем уместным сузить область исследования до современных демократий (политий, не только декларирующих себя таковыми, но и наиболее продвинувшихся по пути демократического развития согласно ряду международных исследований).

В известной работе Дж. Бламлера и М. Гуревича «Кризис общественной коммуникации» (Blumler&Gurevitch 1995) авторы во вводной статье, повторяя свои более ранние выводы, приводят четыре составляющие политической коммуникации (понятой именно как медиаполитическое взаимодействие), три из которых - уже определенная нами триада, а четвертая - рамка действия всех трех. «Главные компоненты системы политической коммуникации, - пишут авторы, - могут быть сосредоточены в:

1.

Политических институтах в их коммуникативных аспектах.

2. Медийных институтах в их политических аспектах.

3. Ориентациях аудитории на политическую коммуникацию.

4. Коммуникативно-релевантных аспектах политической культуры» (Blumler&Gurevitch 1995: 12).

Это (со скидкой на излишнюю институционализацию) соответствует всей логике наших рассуждений.

На основе всего сказанного выше составим базовую схему медиаполитического взаимодействия (см. рис. 1.4).

--------------------------------------- ------------------------

Политическое управление^"

ЗОНА ЯДРА ПОЛИТИЧЕСКОЙ ' г
1

t ь

ЗОНА МЕДИАСИСТЕМЫ ЗОНА АУДИТОРИИ
СИСТЕМЫ Артикуляция, агрегация Политическая культура Запросы. Выбор. Контроль
Выработка Вывод во внешние среды * 4
и принятие решении ^✓Обратная связь
t_________ ______________________ All___
Рис. 1.4. Базовая схема медиаполитического взаимодействия

На схеме мы видим три элемента, обладающих каждый особой степенью независимости от двух других в принятии решений, институциональном облике и участии в коммуникации, а также формирующих паттерны взаимодействия, устойчивые связи и собственные роли в демократическом политическом процессе. На основе проведенного нами анализа мы утверждаем, что должны анализироваться все три элемента и все связи между ними (шесть базовых взаимодействий - обозначены стрелками). Такая позиция поддержана в том числе несколькими ведущими исследователями, в частности тем же Мадзолени, который настаивает на анализе шести типов связей в политической коммуникации (Mazzoleni 2006: 25-28). В дальнейшем

при анализе медиаполитического взаимодействия мы будем иметь в виду именно схему из рис. 1.4.

Данная схема может анализироваться несколькими путями. Для российской школы с советских времен был характерен анализ так называемых национальных моделей СМИ, в рамках которых анализировались и связи медиасистемы и политического контекста - в марксианском духе, по принципу обусловленности медиасистемы системой политической, а не на равных, как мы предлагаем выше. Сегодня эти исследования можно рассматривать как подготовку к сравнительным исследованиям, поскольку исследование отдельных случаев (case studies) - необходимое эмпирическое звено на пути к компаративистике. Однако в постсоветское время таким исследованиям нужно найти новое, деидеологизированное основание. Мы приводим примеры кейсовых исследований на основе ситуационного анализа в Главе 2. Но схема позволяет и компаративный анализ; пример такого анализа на основе индексной методики мы приводим в Главе 3.

<< | >>
Источник: Бодрунова Светлана Сергеевна. МЕДИАКРАТИЯ: СМИ И ВЛАСТЬ В СОВРЕМЕННЫХ ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ОБЩЕСТВАХ .Том 1. 2015

Еще по теме 1.4. Базовая схема медиаполитического взаимодействия:

  1. 8.1.2. Континуум взаимодействия
  2. § 3. Схема психологического анализа урока
  3. § 2. Взаимодействие субъектов образовательного процесса Образовательный процесс как взаимодействие
  4. § 1. Общая характеристика общения Общение как форма взаимодействия
  5. Схемы подтверждения соответствия
  6. 3.1. Речевая реализация структурных схем простого предложения
  7. Актуальность исследования.
  8. Глава 1. Медиаполитическое взаимодействие: теории и методы анализа. Медиакратия как «зонтичный» медиаполитологический концепт
  9. §1. Медиаполитическое взаимодействие как объект исследования. Концептуальные основания медиаполитологии
  10. 1.2. Социально-системная (медиаполитологическая) перспектива в изучении взаимодействия СМИ и политики
  11. 1.3. Медиаполитическое взаимодействие в нормативном и эмпирическом аспекте