Культурология

Горелов А.А. Культурология: Учеб. пособие. - М.: Юрайт-М, 2001. - 400 с.
Глава 16. НАУКА КАК УНИВЕРСАЛЬНАЯ КУЛЬТУРНАЯ СИСТЕМА
Так дорог мне костер, что жжет меня Так хороши силков мои плетенья, Что эта мысль сильней, чем все стремленья! Для сердца нет прелестнее огня, Изящных, уз желанье рвать не смеет, Так прочь же тень! И пусть мой пепел тлеет! Дж. Бруно Что такое наука? Наука в современном понимании возник- • ла в эпоху Возрождения, хотя ее зачатки можно обнаружить в предшествующих цивилизациях, особенно в древнегреческой. Подлинная наука началась с Коперника, когда от обыденной очевидности и здравого смысла она перешла к идеальному эксперименту и математическому расчету. Как сказал древний философ, «колодец — символ науки, ибо природа ее не на поверхности, а в глубине и не лежит у всех на виду, а любит прятаться где-то в незримом месте» (Фрагменты ранних греческих философов. М., 1989. С. 192). Наука, включающая обыденное знание, магическую веру в существование неизменных объективных законов бытия, веру в целесообразность созданного Богом мира, философский рационализм, противостоит мистике по методу, но не по содержанию. Она начинается с изучения простых систем и постепенно распространяется на более сложные, которые ранее исследовались мистикой. В предметной экспансии видится дальнейший прогресс науки. Продемонстрировать, как наука появляется из мистики и мифологии, можно на примере превращения алхимия в химию, астрологии в астрономию. Миф обращает внимание на наиболее важные события в истории, наука — на законы, лежащие в основании функционирования мира. Наука появляется из обыденного опыта, — об этом свидетельствует превращение закона движения Аристотеля в классическую механику Ньютона. Задача науки — не только сформулировать 260 ______________Наука как универсальная культурная система понятия, но связать и сопоставить их с эмпирической реальностью, что не обязательно для религии и философии. «Методологический номиналист никогда не считает, что вопросы «Что такое энергия?», «Что такое движение?» или «Что такое атом?» являются важными для физики, но придает большое значение таким вопросам, как «При каких условиях атом излучает свет?», «Как можно использовать энергию Солнца?» или «Как движутся планеты?» (ЛопперК. Открытое общество и его враги. T.I. M., 1992. С. 65). Философы спорили, какое познание более важно: чувственное или рациональное — наука соединила их. Чтобы это стало возможным, в философии потребовалось отдельно и тщательно рассмотреть и сопоставить оба вида. Тезис, что наука появляется из философии, подтверждает пример понятия атома Демокрита, введенного в физику Нового времени. Наука использует иную рациональность, опирающуюся на эмпирический опыт. Таким образом, наука — это результат синтеза философской рациональности и эмпирического знания. В научном познании нужны образы, как в искусстве, но наука не останавливается на них, а стремится к теоретическим формулировкам. Становление науки В целом, наука — это отрасль культуры, которая имеет дело с теоретическим познанием мира, допускающим эмпирическую проверку или математическое доказательство. Сен-Симон по поводу отмены Людовиком XIV Нантского эдикта и гонения на протестантов в своих «Мемуарах» справедливо замечает: «Люди, исповедующие истинную веру, поступают с заблуждающимися и еретиками точно так же, как языческие тираны и еретики поступали с глашатаями истины — проповедниками и святыми мучениками... бес счету людей самого разного состояния и обоего пола вынесли те же муки, которые претерпели христиане при правлении императоров-ариан и особенно при Юлиане Отступнике, чью политику тогда, казалось, переняли и чьи жестокости повторяли; и если в тот раз старались не проливать кровь, то, уверенно скажу, лишь потому, что многие жертвы и без этого заплатили жизнью» (Сен-Симон К.А. де. Мемуары. Кн. 2. .М., 1991. С. 285). 3. Фрейд указывает, что людям «.всегда как-то удавалось экстери-оризировать религиозные предписания и тем самым расстроить их замысел... Дело не в том, что ее (религии — А.Г.) обещания стали — 261 КУЛЬТУРОЛОГИЯ менее заманчивыми, а в том, что в глазах людей они уже не кажутся заслуживающими прежнего доверия. Согласимся, что причина этой перемены — упрочение духа научности в верхних слоях человеческого общества (есть, возможно, и другие причины). Критика подточила доказательную силу религиозных документов, естествознание выявило содержащиеся в них заблуждения, сравнительные исследования обратили внимание на фатальную аналогичность принятых у нас религиозных представлений и духовной продукции примитивных народов и эпох» (Фрейд 3. Сумерки богов. М., 1989. С. 126). Христос искупил грехи живших до него людей. Распространяется ли это на живущих после? Церкви самой пришлось отвечать за индульгенции и инквизицию кризисом религии. «Я не нуждаюсь в этой гипотезе», — ответил ученый Наполеону на вопрос, почему в его системе мироздания нет Бога. Наука начала свободное плавание в океане явлений. Социальные условия зарождения экспериментальной науки аналогичны древнегреческим, определившим появление философии — маленькие города и относительная независимость их жителей. Становление науки в эпоху Возрождения не могло не заставить ее вступить в смертельную схватку с нежелающей уступить свое господство религией. Соперничество сначала велось исподволь, но после создания Н. Коперником гелиоцентрической системы мира выплеснулось наружу и дошло до костра инквизиции, на котором был сожжен Дж. Бруно (1548—1600). И. Пригожий писал, что в Новое время «интеллекту учено-' го, в сущности, передавались функции только что вытесненного бога» (Краткий миг торжества // О том, как делаются научные открытия. М., 1988. С. 315). При Копернике наука еще не смела вступать в борьбу с религией. Это случилось при Дж. Бруно и его казнь помогла Галилею отстаивать свои взгляды, хотя он и вынужден был от них отречься. Почему- пострадал именно Дж. Бруно? Потому, что он вышел за рамки собственно науки в ее стремлении к господству. «Ни сам Коперник, ни его последователи Кеплер и Галилей не сделали философских обобщений из развитой и обоснованной ими гелиоцентрической системы мира. Честь философского осмысления новых открытий выпала на долю Джордано Бруно» (Бруно Дж. О героическом энтузиасте. Киев, 1996. С. 9). Наука, как любая отрасль культуры, тогда становится главенствующей, когда отвечает на вопросы о смысле жизни. 262 ______________Наука как универсальная культурная система Коперник и Галилей, раздвигая рамки науки, неизбежно сталкивались с областью религии, хотя и не стремились к этому. Должен был объявиться человек, рвущийся в бой. Чтобы во имя научных истин пойти на казнь, нужно верить, что наука сделает человека счастливым, что с ее помощью можно создать Новую Атлантиду, которая будет процветать благодаря применению научных достижений. Необходима особая атмосфера веры в науку, подстать I в. новой эры, когда создавалось христианство. Эта атмосфера привела сначала к жертве Дж. Бруно, а потом к торжеству науки. Героический «Именно в этот трудный для Европы период энтузиаст истории понадобилась личность, имеющая мужество не только самому возвыситься над социальными, религиозными стереотипами, но и стать светочем для других, способная зажигать сердца своим неистовым этузиаз-мом. Вне всяких сомнений такой личностью был Джордано Бруно» (Там же. С. 10). Как новоевропейский человек Дж. Бруно готов.обожествить само действие, и в этом по-своему прав. Его стихия — свободное научное познание, благодаря которому человек поднимается к богу и становится богом. Дж. Бруно на место бога поставил ученого. «Он становится богом от умственного прикосновения к-этому божественному объекту, и, во-вторых, его мысль занята только божественными вещами, и он выказывает нечувствительность и бесстрастие в делах, которые обычно более всего воспринимаются чувствами и более всего волнуют людей; потому-то он ничего не боится и из любви к божественному презирает другие удовольствия и совсем не думает о жизни» (Там же. С. 72— 73). Дж. Бруно обосновывает желание стать богом исходя из слов Христа, что царство Божие внутри вас.
Это можно сопоставить с прислушиванием Сократа к внутреннему голосу и следование ему во всем. Так наука возникает из религии и противопоставляет себя ей. У Дж. Бруно, как у Христа, большое значение имеет притча, и он тратит много сил на разъяснение содержания своих стихотворений-аллегорий. Ученый говорит о человеке героическом, Homo heroicus, о том, каким он должен быть, как должен бороться прежде всего с самим собой. Противоречие внутри энтузиаста в том, что страсть к жизни как таковой ведет в то же время к смерти, так как человек неизбежно умирает, а страсть к добро- -—-263 КУЛЬТУРОЛОГИЯ вольной жертве и смерти ведет к божественной вечной жизни (вспомним Лао-цзы: «Пренебрегающий жизнью, сохраняет жизнь. Заботящийся о жизни, теряет ее»). Блестящий диалектик Дж. Бруно анализировал соотношение любви и ревности, жизни и смерти и т. п. Для мудреца,наслаждение не есть наслаждение, поскольку в настоящем он видит его конец; а мучение не есть мучение, так как силой умозрения он видит его окончание уже в настоящем. Говоря о социально причине «слепоты» человечества, Дж. Бруно пишет, что слепым можно стать вследствие обильно пролитых слез, когда глаза настолько потускнели, что человек не может направлять взгляда, чтобы сравнивать видимое и, особенно, чтобы снова видеть тот светоч, который видел некогда раньше. И если человек много плакал, то у него исчезает зрительная органическая влага, и он не может вести настоящей умственной жизни, что ослабляет его. Интересен совет, с кем общаться: «Пусть общается Энтузиаст с теми, которых он может сделать лучшими или от которых может сам стать лучше благодаря сиянию, которое он может дать им или которое может получить от них. Пусть довольствуется лучше одним способным, чем массой негодных». В своих стихах и прозе Дж. Бруно все время возвращается к теме казни и огня. «Чём яростнее жжет меня пожар, тем казнь свою люблю все боле рьяно...любимое превращается любовью в любящего так же, как огонь, наиболее действенный из всех элементов, способен превращать все остальные простые и составные элементы в себя самого». Энтузиаст говорит, что «ему, как и Фениксу от получаемого света и огня остается темный и теплый дым похвал за жертвоприношение своею расплавившейся субстан-циею». Но одновременно он противопоставляет Феникса Энтузиасту: «Феникс, созерцая Солнце, меняет смерть на жизнь; Энтузиаст же, созерцая любовь, меняет жизнь на смерть». А вот что говорит герой Дж. Бруно о соотношении истины и жертвы: «Об умственной пище надо сказать, что ею может быть лишь то, чего ум сильно желает, ищет, принимает и вкушает охотнее, чем что-либо иное, в силу чего он наполняется, удовлетворя-ется, получает пользу и становится лучше, — а это и есть истина, о которой в любое время, во всяком возрасте и во всяком состоянии, в каком находится человек, он всегда мечтает и при помощи которой презирает всякую усталость, выполняет всякое усилие, 264 ______________Наука как универсальная культурная система не обращает внимание на тело и ненавидит эту жизнь». Переход к научному пониманию истины взамен христианскому виден в следующем выводе: «Так как истина есть дело бестелесное, и так как никакой истины, ни физической, ни метафизической, ни математической, нет в теле, то отсюда вы видите, что вечная человеческая субстанция не находится в индивидах, которые рождаются и умирают». Как это по-возрожденчески далеко от «Я есмь истина!» Героический энтузиазм, героическая любовь Дж. Бруно связаны с жертвой осознанной, хотя и противоречивой, на которую способны только люди: «Когда летит на пламя мотылек, Он о своем конце не помышляет; Когда олень от жажды изнемог, Спеша к ручью, он о стреле не знает. Когда сквозь лес бредет единорог, Петли аркана он не примечает; Я ж в лес, к ручью, в огонь себя стремлю, Хоть вижу пламя, стрелы и.петлю. Но если мне желанны язвы мук, ; Тогда зачем огонь так едок ранам? ; Зачем порывы стянуты арканом? Зачем меня так остро жалит лук? Зачем везде мне в сердце, в душу, в разум Костры, арканы, стрелы метят разом?»* Можно ответить, что потому и метят, что желанны. Противоречие здесь между желанием души и реакцией тела, но не между желанием души и действительным событием. Противоречие между душой и телом известно давно и оно в данном случае приводит к противоречию между развитием культуры и социальной жизнью. Рассуждая о переносимости жертвы, Дж. Бруно говорит: «Эта нечувствительность имеет причиной то, что все охвачено заботой о добродетели, об истинном благе и о счастье. Таким образом, Регул не чувствовал лука, Лукреция — кинжала, Сократ — яда, Анаксарг — каменного резервуара, Сцевола — огня, Коклес — *Цитируется по: Бруно Дж. О героическом энтузиасте. -265 КУЛЬТУРОЛОГИЯ пропасти, а прочие — иных вещей, которые чрезвычайно мучили людей обыкновенных и низких» (О героическом энтузиасте. С. 131). На возражение, что не все могут достигнуть того, на что способны избранные, герой Дж. Бруно отвечал: «Достаточно, чтобы стремились все; достаточно, чтобы всякий делал это в меру своих возможностей, потому что героический дух довольствуется скорее достойным падением или честной неудачей в том высоком предприятии, в котором выражается благородство его духа, чем успехом и совершенством в делах менее благородных и низких». Слова «нет сомненья, что лучше достойная и героическая смерть, чем недостойный и подлый триумф» напоминают постулат Сократа. Люди героического духа могут, по Дж. Бруно, «использовать плен как плод большей свободы, а поражение превратить иной раз в высокую победу». Победить в борьбе значит победить страх, — утверждает ученый, и это потом будут неоднократно подтверждать все великие философы Нового времени («раб тот, для кого жизнь дороже всего» и т. п.). Сожжение Бруно Неудовольствие инквизиции Дж. Бруно мог вызвать утверждением о возможности для героического энтузиаста возвыситься до бога, «поднимаясь при помощи восприятия вида божественной красоты и доброты на крыльях ума и сознательной воли». Не только познать природу и божественное стремился он, но и надеялся с помощью этого стать богом. Желание достойное сожжения. В то же время познание «никогда не будет совершенным в той степени, чтобы высочайший объект мог быть познан, но лишь постольку, поскольку наш интеллект способен к познаванию». Представление об ограниченности и бесконечности познания тоже видимо не очень нравилось представителям церкви. Инквизиция не могла простить Дж. Бруно возведение ученого-энтузиаста на место бога и (вряд ли сознательно) решила проверить, действительно ли энтузиаст совсем не думает о жизни. Священный трибунал провел расследование, завершившееся вполне в научном духе эмпирическим экспериментом сожжения и убедился, что это так. Убедились все. Коварство инквизиции в том, что она стремилась не только уничтожить, но предварительно сломить человека. Дж. Бруно провел в тюрьме 8 лет, и после стольких лет заточения сказал при 266 — ______________Наука как универсальная культурная система вынесении приговора: «Вы с большим страхом произносите приговор, чем я выслушиваю его». Сожжение Дж. Бруно было следствием борьбы за господство в культуре между господствующей религией и становящейся наукой. В Риме, где когда-то мучили и убивали христиан, сами христиане через 1,5 тыс. лет сожгли Джордано Бруно. Три великих культурных города — Афины, Иерусалим, Рим — были свидетелями трех самых ужасных казней — таких разных и в то же время похожих. И Сократ, и Христос, и Дж. Бруно — хотели умереть и шли навстречу смерти. Но если для Сократа главным был разум, для Христа — вера, то для Дж. Бруно — воля. Трое казненных выражали три главных составляющих части человека. Много раз Дж. Бруно напрашивался на смерть, после чего остаться в живых было бы странно. Дж. Бруно рассказал в поэме «О безмерном и неисчислимых», что с детства Везувий, близ которого он родился, представлялся ему другом и братом. День сожжения Дж. Бруно 17 февраля 1600 г. совпал с таким сильным землетрясением при извержении Везувия, что колебания почвы докатились до Рима. Такова связь между природными и культурными процессами. Прежде всего Дж. Бруно привлекает именно своим творческим настроем. Бруно сравнивали с Прометеем — огонь его духа осветил на несколько столетий средневековую Европу. В эпоху индульгенций, когда за деньги можно было искупить грехи, Дж. Бруно «купил» истину ценой жизни. Власти денег и меча он противопоставил все, что имел. Среди качеств, присущих Дж. Бруно, выделяют сверхчеловеческую волю, энергию любви, устремление к божественному совершенству, понимание природы, людей, ясное четкое образное мышление, способность к сосредоточению. Это сделало его светочем, от факела которого можно было воспламениться. Внутренний душевный огонь привел к внешнему огню инквизиции и соединился с ним в пламя, отсвет которого дошел до наших дней. Тело Дж. Бруно осветило мир. Огонь олицетворяет действие, к которому всегда стремился Дж. Бруно. Он пылал жаждой истины. Это — духовный Везувий, который взорвался. Дж. Бруно называли кометой, осветившей тьму средневековья, которая, сгорая в плотной атмосфере неве- 267 Щ" • , КУЛЬТУРОЛОГИЯ жества, все же упала на землю и оставила неизгладимый свет в сознании людей. Духовная энергия идей Дж. Бруно, его жертвы жива. Образно говоря — наука произошла из костра, на котором сгорел Дж. Бруно. Он не создал гелиоцентрической системы, как Коперник, не сформулировал законы падения, как Г. Галилей. Но его костер очистил атмосферу, наука заняла господствующее положение и дала возможность спокойно и независимо работать миллионам ученых. Наука не признает незыблемых авторитетов и все подвергает критике. И за такую возможность пришлось заплатить жизнью. Имя Дж. Бруно сохранилось в записях Г. Галилея, И. Кеплера, Р. Декарта. Уничтожив его, религия в конечном счете проиграла. Дж. Бруно знал, на что шел и чего добивался. «И только лишь потому, что я со своим божественным идеалом истины подвергаюсь гонениям и издевательствам, я буду вознагражден судьбой и мое возвышение будет тем более стремительным, чем сильнее были прежние унижения». Торжество науки Прошло сто лет с момента казни Дж. Бруно и наука восторжествовала. Ученый действительно занимает место бога, познавая природу и управляя ее законами, перестраивает ее в соответствии со своими целями, с помощью техники становится демиургом. Бэконовская «Новая Атлантида» — это научная утопия, достойная Дж. Бруно, прообраз будущих идеологических утопий. Мощь науки требовала пространства, и науки получили полное развитие там, где оно было. Все западные цивилизации — океанические, в конце концов связали мир в единое целое и создали не только единое человечество, но и универсальную культурную систему — науку. Как мифология объединила людей в великие речные цивилизации, как философия объединила их в морские цивилизации, так наука послужила основой для создания океанических цивилизаций и благодаря своему универсальному языку сплачивала людей везде, куда проникала. Европейские цивилизации сообща стали работать на науку, и в этом разгадка их прогресса. Ф. Бэкон в Англии, Р. Декарт во Франции, Г. Галилей в Италии, Г. Лейбниц в Германии. Несмотря на различия культур всех их объединяло общее качество, обеспечившее развитие науки, — рационализм, не чуждающийся опыта. 268— . ______________Наука как универсальная культурная система Спорили о том, что преобладает в новоевропейской культуре — рационализм или чувственность. П.А. Сорокин называл западную культуру чувственной, но точнее, наверное, определить ее как рационально-чувственную. И это было именно то, что необходимо для развития науки — определенное сочетание разума и чувств. Наука получила развитие на основе особого западного менталитета. В философии Нового времени боролись английский эмпиризм и континентальный рационализм, но в науке они удачно дополнили друг друга. Представитель эмпиризма Ф. Бэкон (1561—1626) так писал в «Новом органоне» о роли понятий в развитии науки. «То, что до сих пор открыто науками, почти целиком относится к области обычных понятий. Для того, чтобы проникнуть в глубь и в даль природы, необходимо более верными осторожным путем отвлекать от вещей как понятия, так и аксиомы и вообще необходима лучшая и более надежная работа разума». Он же обосновал необходимость эксперимента. «Всего вернее истолкование природы достигается посредством наблюдений и соответственных целесообразно поставленных опытах». И еще сильнее: «Самое лучшее из всех доказательств есть опыт, если только он коренится в эксперименте». Таким образом, Ф. Бэкон обосновал методологию на-~уки. Он говорил о важности «рассекания мира и прилежнейшего его анатомирования», т. е. о роли анализа в научном познании. Почему в то время были возможны культурные титаны, занимавшиеся одновременно наукой и искусством? Потому что наука только создавалась и еще не отпочковалась от других отраслей. А затем наступил ее полный триумф. Высокая степень динамичности науки связана, во-первых, с ее критическим настроем по отношению даже к собственным успехам (этим она отличается от консерватизма и догматизма религии), а во-вторых, с ее кумулятивно-преемственным принципом развития (кумулятивным на эмпирическом уровне и преемственным на теоретическом), в соответствии с которым последующее знание строится на основе предыдущего (в отличие от искусства, которое, как утверждается, всегда начинается с начала). Первая научная цивилизация была создана на Западе и продолжала христианскую цивилизацию. Сформировав гипотезу рождения материи, наука перешла к решению фундаментальных вопросов бытия, но это случилось гораздо позднее. -269 КУЛЬТУРОЛОГИЯ Научная картина мира В процессе духовной эволюции человечество не получило обещанного счастья, но получило информацию, за что должно быть благодарно культуре. Какова она в наиболее проверенной научной форме? Другими словами, какова современная научная картина мира? Как произошел мир и все существующее? На эти вопросы пытались ответить мистика, мифология, философия, религия, они же стали предметом современной научной мысли. По современным научным представлениям до рождения Вселенной не было ничего из того, что мы видим и знаем, т. е. физической материи в двух ее видах — вещества и поля. Что это было — неизвестно. И вот в том, о чем мы ничего не знаем, примерно 15 млрд лет тому назад произошел взрыв. Не такой взрыв, который начинается из определенного центра и затем распространяется, захватывая все больше и больше пространства, — взрыв произошел одновременно везде, заполнив с самого начала все пространство, причем каждая частица материи устремилась прочь от другой частицы. С этого Большого Взрыва началось расширение Вселенной, которое является условием нашего существования. Мы соединяемся и взаимодействуем со все большим по размерам Универсумом. На расширение Вселенной человек отвечает расширением сознания, поскольку сознание тоже эволюционный механизм. Большое значение для нового понимания мира имела синергетика — наука второй половины XX в. Пожалуй, высшее, чего могла достичь наука — это осмысление происхождения мира, и она пришла к этому в моделях синергетики. И что же? Мы находим определенные соответствия между «игрушечной моделью происхождения материи» И. Пригожина и представлениями Вед. Современная термодинамика открытых систем утверждает, что повышение энтропии не только ведет к безостановочному соскальзыванию системы к состоянию, лишенному какой бы то ни было организации, как думали в XIX в. сторонники концепции «тепловой смерти Вселенной», но при определенных условиях становится прародительницей порядка. Вывод о том, что повышение организованности социальной системы не может быть достигнуто без уменьшения организованности окружающей среды, хорошо соответствует широко распространенному мифу о том, что сотворение невозможно без жертвы. Косвенно современная наука пришла 270 — ______________Наука как универсальная культурная система к пониманию роли жертвы,.назвав ее всплеском энтропии как необходимого условия зарождения материи. Всплеск энтропии — научный вариант мифа о первочеловеке и его добровольной жертве. От модели образования Вселенной в результате всплеска энт- - ропии возможен переход к утверждению, что культурный всплеск энтропии способен формировать новые социальные структуры, и ъ этом случае механизм жертвы приобретает универсальный характер. Жертва делает систему неустойчивой («мертвый, он опаснее, чем живой», как сказал первосвященник о Христе), а неустойчивость, как утверждает синергетика, порождает новые структуры. В культурном смысле жертва является источником развития мира. Людей, готовых умереть за свои идеи, можно назвать культурными пассионариями (используя понятие пассионарности, как основы становления этноса). К ним относится и героический энтузиаст Дж. Бруно. Духовные силы человека толкают его на жертву, а духовная энергия, освобождающаяся при этом, является источником становления культуры. Жертва дает необычный заряд энергии, который способен обеспечить победу идее, но он постепенно ослабевает по мере осуществления насилия, соблазн которого растет после прихода данной идеи к власти. Сократ, Христос и Дж. Бруно своей добровольной смертью создали духовную энергию, необходимую для развития и господства новых духовных структур — философии, религии, науки, которые можно считать, говоря научным языком, диссипативными структурами. Погибающее зерно дает новый колос. Нужно создать себя, а затем пожертвовать собой, чтобы мир перешел в иное состояние. Жертва представляет величайший культурный акт, который соединяет культуру и жизнь. Культура перетекает в мир через жертву и остается в нем до тех пор, пока сохраняется жертвенная энергия. Но когда она уходит, люди остаются в грехе своего существования. Наука заменила обычные слова универсальной терминологией. Утверждая вслед за мифологией, что у истоков возникновения мира был всплеск энтропии, наука подтверждает на своем особом языке идею происхождения мира через жертву. Наука XX в. взялась обсуждать проблемы происхождения души, духа и, наконец, предсказывать будущее. И.П. Павлов хотел объяснить физиологией психику, духовную жизнь. Путь к осознанию духовной культуры основывался на программе И.М.Сеченова, который в — 271 КУЛЬТУРОЛОГИЯ Наука как универсальная культурная система книге «Рефлексы головного мозга» заявил, что «все акты сознательной и бессознательной жизни по способу происхождения суть рефлексы». Результаты русской школы рефлексологии скорее отрицательны, хотя открыто и изучено многое, включая условные рефлексы. Дальнейшее развитие психологии привело к выделению 3. Фрейдом в качестве одного из двух важнейших стимулов человеческого поведения воли к смерти и разрушению. Изучение животных не подтвердили этих заключений. Основатель этологии К. Лоренц сделал вывод, что у животных не существует воли к смерти, поскольку она антиэволюционна. При этом эволюция понималась с точки зрения Ч. Дарвина. Однако Дарвин создавал теорию эволюции на основе изучения животного мира, и следовательно она не может быть полностью распространена на человека. По Дарвину, побеждает сильнейший, и это может быть прило-жимо к человеческому обществу, но не к культуре. С точки зрения теории эволюции Дарвина, развитие культуры необъяснимо, но оно вполне согласуется с наличием у человека антиэволюционной для животных воли к смерти.
По-видимому, это специфическая человеческая черта, которая выражается в духовном стремлении к вечности через самопожертвование — то, что отсутствует у животных, которые не осознают собственной смертности и поэтому не стремятся к вечности. А страсть к разрушению — это уже сублимация влечения к смерти. Получает удовлетворительное разрешение и спор относительно значения взаимопомощи в природе, который особенно обострился после выхода книги П.А. Кропоткина «Взаимная помошь в природе». П.А. Кропоткин, пытаясь опровергнуть взгляды Дарвина на значение борьбы за существование в эволюции видов, привел много фактов взаимопомощи в природе, но уязвимость его позиции заключалась в том, что он не предложил механизма альтруистического поведения. Впоследствии данный спор шел в направлении поиска «генов альтруизма». Социобиология попыталась генетически объяснить альтруизм с помощью понятия родственного и группового отбора. Социобиология адекватна по отношению к изучению животных, поскольку у них имеют место различные формы социального поведения, однако возможности этой науки в изучении эволюции человека ограничены — она рассматривает именно генетическую детерминацию социальных явлений, 272 — не затрагивая проблем эволюции культуры. Тут нужна культу-робиология, которой придется встретиться с очень сложными проблемами вывода культуры из биологии. Человек не биосоциальное, а культуробиологическое существо. С этих позиций объяснение альтруизма лежит не столько в плоскости генетических детерминант (хотя и это имеет место), сколько в области социального наследования альтруизма с точки зрения роли жертвы в эволюции культуры. В культурных людях преобладает невыводимая из биологической культурная составляющая, и их поведение скорее культурно, чем генетически детерминировано. НТР и кризис науки Большое значение имела разработанная синергетикой универсальная схема развития. Позиции господствовавшего в XIX в. историзма были подорваны в результате неосуществления прогнозов, основанных на детерминистских предпосылках. Наука XX в. отошла от жесткого детерминизма, что, как оказалось, совсем не обязательно ведет к отказу от принципа эволюции. Разработанная синергетикой схема учитывает «стрелу времени» и в то же время отказывается от однозначного детерминизма за счет выделения в развитии зон неустойчивости, в которых действует «объективная неопределенность». Создание нового — всегда ведет к неустойчивости, «каждый выдающийся творческий акт сопряжен с нарушением равновесия» (Ренан 3. Жизнь Иисуса. М., 1990. С. 290). Если применить данную схему к эволюции культуры, то окажется, что зоны устойчивости соответствуют периодам господства определенной отрасли. В этих зонах действует «культурная волна». Добровольная жертва во имя культуры создает непредсказуемую неустойчивую ситуацию, и в зоне неустойчивости исчезает линейная детерминация последовательности событий. На ее месте формируется новая реальность, развивающаяся по своим законам. Зоны неустойчивости соответствуют обострению борьбы за власть, когда победитель еще неизвестен. Жертва, определяющая будущего победителя, соответствует точке бифуркации универсальной си-нергетической схемы развития. В процессе развития наука приходила во все большую связь с техникой, чему способствовало их схожая рациональная структура. Техника (от греч. techne — искусство, мастерство, умение) — совокупность средств, создаваемых для производства и обслу- -273 КУЛЬТУРОЛОГИЯ живания непроизводительных потребностей общества. Промышленная революция конца XVIII — начала XIX в. создала индустриальное энергетическое общество, поскольку применение парового двигателя выдвинуло в качестве важнейшего ресурса общества энергию. Научно-техническая революция (НТР) в XX в. создала постиндустриальное информационное общество, выдвинув информацию в качестве главного ресурса человечества. И промышленная революция, и НТР — цивилизационные изменения на культурной основе. Э. Кассирер считал науку «последней ступенью в умственном развитии человека, высшим и наиболее специфичным достижением человеческой культуры». Значение науки в том, что она сохраняет усилия многих людей. Ученый, устанавливающий закон природы, дает возможность миллионам следовать ему, не обдумывая своих действий. Безусловно, наука создает гораздо больше прибавочной стоимости, чем рабочий, но она обладает еще более жесткой внутренней ненасильственной властью над человеком, чем религия. Человек может сомневаться в религиозных истинах, и это считается нормальным, но отрицание данных науки заставляет относиться к нему с подозрением. Господство науки привело к созданию течения, верящего, что все проблемы человечества могут быть решены именно наукой, — сциентизма. Сциентизм стремится перенести в сферу гуманитарных наук то, что считается методом естествознания (например, К. Поппер распространил методологию фальсифика-ционизма на социальную сферу, создав концепцию «открытого общества»). Противоположная позиция, обвиняющая науку в бедах человечества, получила название антисциентизма. Его историческая правота в том, что, как часто бывает, на вершине могущества науку ждал кризис, который она не смогла преодолеть. Этот кризис имел внутренние и внешние причины. Внутренние заключались в том, что, во-первых, отказ от наглядности в науке, который стал неизбежен после создания теории относительности и квантовой механики, отдалил людей от ставшей им непонятной с'феры; и во-вторых, применение научных методов к исследованию психики продемонстрировало их принципиальную ограниченность. Обосновав возможность научного знания, Э. Кант остановил ее притязания на абсолютную истину. Если учение Н. Коперника было началом науки, то «коперниканская революция» Э. Кан- 274 — _______________Наука как универсальная культурная система та была началом конца ее господства. С афоризмом Канта «я ограничил разум, чтобы дать место вере» можно согласиться, имея в виду, что вера, которой он дал место — не религиозная, а идеологическая. Это — начало идеологической и одновременно массовой культуры. Внешние причины заключались в том, что наука создала средства разрушения природы и уничтожения человека в ядерной войне и экологической катастрофе. Рассмотрим более подробно связь науки с другими сторонами современной жизни. 1. Наука ищет истину, но может войти в противоречие с моралью, и тогда предпочтение отдается научной истине, которая может быть далека от правды как единства истины и справедливости. «И науки новостью в старый ад нисходит» (А.Д. Кантемир). 2. В свой революционный период наука демократична, но в «нормальный» и более длительный период может стать базисом политического тоталитаризма, особенно если ее творческой дух испаряется (феномен Т.Д. Лысенко). Науку, как и современную наукоемкую технику, не могут создавать рабы, — они не способны к самостоятельным усилиям сознания. Но «нормальную» науку рабы создавать могут, а такая наука отнимает основное время •ученых. Поэтому-то наука может развиваться в тоталитарном обществе. 3. Наука — средство покорения природы и стало быть в конечном счете (через глобальный экологический кризис) и человека. Наука восторжествовала, но корень зла заключается в том, что она переняла в своем стремлении к власти над природой методы, которые применяла религия для обеспечения власти над человеком. Экспериментальное исследование природы Ф. Бэкон назвал тем же словом «инквизиция», что означает «расследование», «пытка» (сравните с русским «естествоиспытатель»). Тем самым наука создала предпосылки своего торжества и последующей гибели. Жертвой науки оказалась природа. Как писал Гегель, «познать — значит разрушить». Как только наука перестала быть жертвой, а стала приносить в жертву себе другое (исследуемый мир), началась ее подмена. Борьба с природой, которой способствовала наука, привела к экологическому кризису. Еще раз подтвердилась истина, что насилие ведет к поражению, а жертва — к победе. —.— 275 КУЛЬТУРОЛОГИЯ 4. Научно-технический прогресс не есть непременно прогресс общества, он может вести и к регрессу, облегчая жизнь, но увеличивая зависимость человека от техники и социума и грозя контролем За его поведением. Наука достигла многого в материальном плане, но она же привела и к таким опасностям, которых раньше быть не могло и которые начинают осуществляться (Чернобыль). Наука давала больше богатым, приведя к дальнейшему расслоению людей, что не могло не способствовать возникновению идеологий, выражающих интересы определенных общественных классов. Сейчас вслед за К. Ясперсом повторяют, что наука — частное познание. Но когда она духовно господствовала, то претендовала на абсолютную истину, которая должна была сложиться из относительных. Так было всегда. Как только любая главенствующая отрасль культуры отказывалась от претензий, она сходила с духовного пьедестала. Время господства, данное отрасли культуры — от жертвы до отказа от претензий на абсолютную истину (действительно, кто будет жертвовать собой за относительную истину). Дж. Бруно стремился к абсолютному знанию, от чего последующие ученые отказались. Рост могущества науки сопровождался подменой ее целей, которыми до определенного времени были абсолютное познание и становление божеством. А направления, в которых такие цели ставились, уходили на периферию и третировались самой наукой. Задачи мельчали, а практические результаты росли.вплоть до подчинения науки идеологии. О подмене в науке О. Шпенглер писал так: «И если сегодня ученый перестал быть чужд миру и наука, зачастую с весьма значительным пониманием, встает на службу технике и зарабатыванию денег, так это знак того, что чистый тип находится на спаде, значит, великая эпоха восторгов по поводу рассудка, живым выражением которого он являлся, принадлежит прошлому» (Шпенглер О. Закат Европы. T.I. M., 1993. С. 363). Трагедия науки в том, что она слишком тесно связала себя с миром материальной жизни человека. Это сделало ее положения более адекватными обыденной действительности, но привязало к миру и в конце концов отдало во власть идеологии, которая жестоко расправилась с ней. Столкновение науки с идеологией — это столкновение Н.И. Вавилова с НКВД, Р. Оппенгеймера с ФБР. В XX в. в этой борьбе победила идеология. Две идеологи- 276 — ______________Наука как универсальная культурная система ческие цивилизации — СССР и США — делают науку своей служанкой. Можно сказать, что по заданию идеологии наука привела человечество к экокризису, хотя она могла развиваться иным, более щадящим природу путем. Истоки ее недостатков, коренящихся в ней самой, — чрезмерный аналитизм, экспериментальная инквизиция — многократно усилены идеологией. То, что наука уступила лидирующее положение идеологии, можно аргументировать многими фактами. Современная наука по большей части работает на войну, т. е. на идеологию, которая заказывает ей разработку новейших видов оружия. Сегодня в мире, по данным ООН, в военной сфере заняты более 25% от общего числа научных работников, на нее приходится 40% всех расходов на научные исследования и опытно-конструкторские разработки. Очевидно, что такое положение определяется не внутренними потребностями науки, а давлением на нее стоящей у власти идеологии. Из-за этого наука прогрессирует и одновременно разла гается. В момент наибольшей видимой мощи науки, когда появи лась НТР, стало ясно поражение науки, поскольку даже само воз никновение термина НТР связано с созданием атомной бомбы, изобретенной по заданию идеологии. Главный цивилизационный результат науки — выход в космос — побочный продукт санкци онированной идеологией работы науки над созданием ракетного оружия. , В период наивысшего господства науки О. Конт предположил, что «позитивные воззрения... в настоящее время одни только в состоянии самопроизвольно установить от одного конца мира до другого, на столь же прочных, как и широких основаниях, действительную интеллектуальную общность, которая может служить прочным фундаментом необъятнейшей политической организации» (История философия. Антология. С. 126). Однако фундаментом политических организаций стала совсем иная отрасль, более приспособленная к этому, чем универсальный научный язык. Нынешний подчиненный характер науки подтверждается тем, что например, в России наука деградировала буквально за несколько лет под воздействием новой власти, которая даже не особенно старалась, а просто «перекрыв кислород» (лишив денежных субсидий), уничтожила ее. Сейчас происходит синтез науки с ненаучными представлениями, и он также подрывает значение науки, хотя результа- — 277 КУЛЬТУРОЛОГИЯ том его может стать нечто весьма важное и интересное. Как любой синтез, он представляет собой прогрессивное явление, если конечно это подлинно творческий синтез. ВОПРОСЫ ДЛЯ ПОВТОРЕНИЯ aaan Глава 17. ОКЕАНИЧЕСКИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ ЕВРОПЫ В НОВОЕ ВРЕМЯ aaak Что такое наука? Когда она возникла и при каких обстоятельствах? Кто такой героический .энтузиаст? Каковы взгляды Джордано Бруно? За что был сожжен Дж. Бруно? Какое значение имело это для торжества науки? Какова связь науки с другими отраслями культуры? Какова современная научная картина мира? Каково значение синергетики для современной культуры? Как развивалась психология? Каково значение биологии? Какую роль сыграла наука в НТР? Как связана наука с другими сторонами современной жизни? Каковы отрицательные последствия развития науки? Каково общее значение науки? РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА 1. Бэкон Ф. Новая Атлантида. М., 1962. 2. Бруно Дж. О героическом энтузиасте. Киев, 1996. 3. Декарт Р. Избранные произведения. М., 1950. 4. Краткий миг торжества //О том, как делаются научные открытия. М., 1988. 5. Поппер К. Логика и рост научного знания. М., 1983. 6. Пригожая И., Стенгерс И. Время, хаос, квант. М., 1993.
вернуться к содержанию
вернуться к списку источников
перейти на главную страницу

Релевантная научная информация:

  1. Макс Вебер. ОСНОВНЫЕ СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ПОНЯТИЯ* - Социология
  2. Глава 30.РУССКАЯ КУЛЬТУРА ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX - НАЧАЛА XX в. - Исторические науки
  3. ВВЕДЕНИЕ - Педагогика
  4. Глава 1. СТРУКТУРА И ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ КУЛЬТУРОЛОГИИ - Культурология
  5. Глава 14. ЕВРОПА И ВИЗАНТИЯ В СРЕДНИЕ ВЕКА - Культурология
  6. Глава 16. НАУКА КАК УНИВЕРСАЛЬНАЯ КУЛЬТУРНАЯ СИСТЕМА - Культурология
  7. Глава 17. ОКЕАНИЧЕСКИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ ЕВРОПЫ В НОВОЕ ВРЕМЯ - Культурология
  8. Глава 21 БУДУЩЕЕ КУЛЬТУРЫ - Культурология
  9. Язык культуры - Культурология
  10. тема VII Возиикновепие и эволюция христианства - Религоведение
  11. ПЕДАГОГИКА. Учебное пособие для студентов педагогических вузов и педагогических колледжей / Под ред. П.И. Пидкасистого. - М: Педагогическое общество России, 1998. - 640 с. - Педагогика
  12. Богуславский М. М. Международное частное право: Учебник.— 2-е изд., перераб. и доп.— М.: Междунар. отношения, 1994.— 416 с. - Международное частное право
  13. Вводная глава - Исторические науки
  14. 7.4. Япония (Ш - XIX вв.) - Исторические науки
  15. «ОБЪЕКТИВНОСТЬ» СОЦИАЛЬНО-НАУЧНОГО И СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОГО ПОЗНАНИЯ*1 - Социология
  16. Вильфредо Парето. СОЦИАЛИСТИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ* - Социология
  17. Макс Шелер Социология знания* - Социология
  18. § 18. Зодиакальная система: Космос и здоровье (элементы мира). Земля, Вода, Воздух, Огонь - Валеология
  19. § 3. АВТОБІОГРАФІЯ - Деловой язык
  20. Лек 2 ДРЕВНЕЕГИПЕТСКАЯ РЕЛИГИЯ - Религоведение

Другие научные источники направления Культурология:

    1. Греченко В. А., Чорний І. В., Кушнерук В. А., Режко В. А.. Історія світової та української культури: Підруч. для вищ. закл. освіти.. 2000
    2. Н.Г. Багдасарьян, Г.В. Иванченко, А.В. Литвинцева и др. Культурология: Учеб. для студ. техн. вузов. 2002