<<
>>

Генезис политических партий и партийных систем

Одним из важнейших и активных субъектов политичес- ких отношений в современных развитых обществах являются политические партии. В них выражаются принципы демокра- тии - политический плюрализм, народное представительство, выборность должностных лиц и т.д.

Однако партии не всегда играли ту роль, которую они в настоящее время играют в политической системе развитых стран.

Они прошли длительный путь формирования и эволю- ции, а их истоки ученые усматривают в различных социаль- ных, политических, экономических, общественно-истори- ческих обстоятельствах.

Политические группы известны еще в Древней Греции в V-IVв.в. до нашей эры. Как правило, это были группы в под- держку какого-либо политического деятеля (так называемые клиентелы). Они объединяли свои усилия для достижения своих целей в интересах определенной личности и его сто- ронников.

В Древнеримской республике активно действовали попу- ляры, выражавшие интересы плебса, и оптиматы, стоявшие на стороне нобилитета; гвельфы, защищавшие интересы по- поланов или торгово-ремесленного люда городов, и гиббели- ны, стоявшие на стороне интересов нобилей или феодалов в средневековой Италии. В качестве подобных образований формировались арминиане и гомаристы в Нидерландах в XVII в. и многие другие религиозно-политические группировки.

Однако, как пишет известный отечественный политолог Гаджиев К.С., - по сути, это были небольшие группы спод- вижников, объединившихся вокруг отдельных влиятельных политических лидеров, государственных деятелей. Разумеет- ся, не могло быть и речи о сколько-нибудь четко структуриро- ванной их организации, аппарате, членстве и других атрибу- тах партии в ее современном понимании. Показательно, что

4

5

вплоть до ХЕК в. термины «партия», «фракция», «интерес» и т.д.

использовались как взаимозаменяемые.

Осознание необходимости партий в современном пони- мании как инструментов реализации политического процесса пришло лишь в процессе формирования капиталистических институтов и буржуазной политической системы, в процессе вычленения политического в качестве самостоятельной под- системы человеческого социума.1

Этот процесс занял несколько столетий и в разных стра- нах протекал по-разному. И только по мере развития полити- ческой науки формировались более развернутые представле- ния о возникновении, происхождении и роли партии в обще- ственном процессе.

Д. Юм, известный английский философ, историк, эконо- мист и публицист, сформулировал естественноисторическую концепцию происхождения партий, считая их исторически существующими и развивающимися явлениями, допуская их развитие естественным путем.

Другой известный английский философ, историк и обще- ственный деятель Ф. Бэкон считал, что партии порождаются борьбой различных политических сил за власть.

Многомерное представление о причинах, порождающих партии, содержатся в работах английского философа-мате- риалиста Т. Гоббса, который полагал, что партии возникают вследствие взаимного соглашения в ходе народных волне- ний, восстаний, мятежей, войн, т.е. в период повышенной социальной и политической нестабильности. Возникновение партий им также связывалось с экономическими факторами - богатством частных лиц, «могуществом какого-то человека», а также с социально-психологическими обстоятельствами - борьбой за общественное мнение.

Один из «отцов — основателей» США Д. Мэдисон усмат- ривал истоки партий в человеческой природе, в различиях по- литических взглядов и интересов, в неравенстве в распределе- нии богатства. По мнению другого видного государственного

1 См.: Гаджиев К.С. Введение в политическую науку. М., 2000. С. 163.

деятеля США В.Вильсона, партии порождаются идейными разногласиями по поводу толкования конституции, за кото- рыми стоит разное отношение к существующему политичес- кому строю.

В представлении французского политического мыслителя и деятеля А. Токвиля, большие партии возника- ют на основе массового недовольства в периоды революций, мелкие - порождаются честолюбием политических деятелей, устремленных к власти.1

Условиями, способствующими возникновению партий, Т. Гоббс считал свободное правление и «большие собрания», по- рождающие различные размежевания мнений. Д. Юм пред- полагал, что они легче возникают в небольших государствах типа итальянских республик - Флоренции, Генуе.

Известный швейцарский (он же и немецкий) исследова- тель Й.К.Блунчли, сторонник психологической теории пар- тий, подчеркивал воздействие на партии элементов нацио- нального характера. Поэтому, по его мнению, французским партиям более присущ радикализм, английским - либерализм и консерватизм.

Различные трактовки выводят истоки партий из естест- венноисторического характера общественного развития (Юм, Монтескье, Берк, Руссо); их экономических факторов (Гоббс, Мэдисон); из человеческой природы - естественных разли- чий во взглядах и интересах, неискоренимой потребности в общении (Мэдисон); из особенностей политики; из внешних факторов - служения иностранному государству (Гоббс). Все эти объяснения укладываются в русло органического подхо- да, увязывающего возникновение партий с действием естес- твенных сил.

Другие теоретические представления подчеркивают ис- кусственный характер их возникновения. Так английский по- литик лорд Галифакс, говорил о партии как о группе заговор- щиков; Т. Гоббс - о роли соглашения в формировании партий; А. Токвиль обращал внимание на то, что партии создаются

1 См.: Марченко Г.И. Политические институты и общественные дви- жения. М.,1991. С. 29

6

7

политическими деятелями, использующими их для своих це- лей. «Для честолюбия, конечно, нужно образование партий потому, что трудно свергнуть имеющего атасть на том осно- вании, что желаешь занять его место.

Поэтому вся ловкость политических людей сводится к подбору партии.... Когда это сделано, новая сила вводится в политический мир» .

В работе английского исследователя Дж. Брайса «Амери- канская республика» сделан многоплановый анализ причин возникновения партий. Они, по его мнению, возникают как следствие вражды между богатыми и бедными, капиталиста- ми и рабочими. Дж. Брайсом также выделяются религиозные, национальные разногласия, различия подходов к устройству государственной власти (монархия или республика), порож- дающие политические партии.

На наш взгляд, все выше указанные причины имели мес- то в разных странах и на различных этапах их исторического развития для возникновения и развития партий. Первые про- топартии, являвшиеся неразвитыми формами партии, появи- лись в Англии в XIII в., где впервые в истории сформировался парламент.

Введение всеобщего избирательного права в ряде стран в XVIII - начале XIX вв. открыло доступ к политике широких масс населению, что способствовало политической активнос- ти масс, формированию политических интересов, осознанию возможности добиваться своих интересов, используя мехнизм парламентского представительства.

Однако следует заметить, что первоначально участие в по- литике, выборах органов власти ограничивалось имуществен- ным, возрастным, половым цензом, что определяло ведущую политическую роль экономической и властвующей элит.

Но для снятия различных ограничительных цензов потре- бовалось более чем двухвековая борьба демократических сил. Например, в Нидерландах в 1800 г. электорат включал всего 12% взрослого населения, к 1890 г. этот показатель вырос до 27%, в 1900 г. - до 63%. В стране всеобщее право голоса было

введено для мужчин только в 1917 г., а для женщин - в 1919 г.1

В США вплоть до окончания гражданской войны цвет- ные американцы, за исключением небольших групп негров, в новоанглийских штатах, не участвовали в избирательном процессе. В 1870 г., или через семь лет после обнародования президентской прокламации об освобождении рабов в 1863 г., была принята XV поправка к Конституции, предоставляющая право голоса неграм.

Однако, после отзыва федеральных войск с юга в 1877 г. черные американцы были лишены возможности участвовать в голосовании.

Лишь начиная с 20-х гг. XX в. они стали доби- ваться некоторых успехов в расширении своего участия в вы- борах. Важное значение имели законы 50-х - 70-х гг., снявшие ограничения на участие негров в избирательном процессе. Женщины получили право голоса в США в 1918 г., во Фран- ции - в 1944 г., в Италии - в 1945 г., в Греции - в 1956 г., в Швей- царии - в 1971 г. До конца 60-х гг. XX в. во многих странах из- бирательное право предоставлялось гражданам с 21-23 лет. Но в ходе широких молодежных и студенческих движений конца 60-х - начала 70- х гг. этот ценз во многих странах был снижен до 18 лет (в США - в 1971 г., ФРГ и Франции - в 1974 г., Италии - в 1975 г.).2

Начиная с античности, вплоть до XX в. многие ученые, политические и государственные деятели отрицательно отно- сились к феномену - партии. Для них партии представлялись враждебной силой, способной разрушить целостность госу- дарства.

В теологических представлениях о политике (Фома Ак- винский, Святой Августин и других) не было места любым мировоззренческим и политическим расколам, носителями которых мыслились политические партии.

Н. Макиавелли также расценивал партии как силу, проти- востоящую государственной целостности. Ф. Бэкон, Т. Гоббс считали, что деятельность партий ведет к мятежам и граждан-

1 См.: Марченко Г.И. Указ. соч. С. 29-30.

2 См.: Гаджиев К.С. Указ. соч. С. 197-198, 201.

8

9

ской войне. Уничтожение и разрушениепартий важная задача государства, считали они.1

Д. Юм высказывал мнение, что партии оказывают губи- тельное воздействие на государственное устройство. По его мнению, обостренная партийная борьба может погубить госу- дарство, обессиливает законы, порождает конфликты между людьми. Он ревностно относился к противоречиям, которые давали о себе знать во взаимодействиях двух соперничаю- щих партий английской буржуазии - вигов и тори. Он всег- да выступал сторонником их сближения. Партии подрывали, как считал Юм, систему правления, обесценивали законы и порождали яростную вражду среди одной и той же нации. Партии, по его мнению, делились на «личные» и «реальные». Первые были основаны на личной дружбе или вражде.

«Ре- альные» делились, в свою очередь, на те, что основывались на интересе, принципе и привязанности.2

Ярким выражением антипартизма является политичес- кая концепция Гегеля. Его представления о государстве как высшей нейтральной силе отрицают мысль о партиях как оппозиционной силе. В принципе Гегель рассуждает о поли- тических сословиях и политических корпорациях, близких партиям. Однако у него они ограничены единой и неделимой государственной властью и выражают общий и объективный (но не частный и групповой) интерес. В целом отрицательное, хотя и не во всем последовательное отношение к партиям по- литических деятелей французской революции. С одной сто- роны, они критиковали партии как преступные группировки, ограничивающие государственный суверенитет, либо нейтра- лизующие общее благо (Сен Жюст), либо выступающие про- тив него (Робеспьер). С другой стороны, признавалась польза партий как ограничителя деспотизма короля до революции, и их огромный вред после революции, связанный с ограниче- нием свободы, порочным характером деятельности, несоот- ветствующей неделимому народному суверенитету.

1 См.: Марченко, Г.И. Указ. соч. С. 23

2 См.: Политология в вопросах и ответах. М.: 1999. С. 470.

Антипартийная линия четко просматривается в работах основоположников науки о партиях на рубеже XIX - XX вв. русского политолога, историка и социолога М. Острогорско- го и итальянского (его можно называть и немецкого) иссле- дователя Р. Михельса. Партия, по мнению М. Острогорского, выражает не общественные, а частные интересы. Это связа- но с их устремлением не к общественному благу, а к власти, и связанными с ней привилегиями. Это проявляется также и в зависимости кандидатов партии от выдвигающей их партий- ной верхушки, что делает их не представителями или выра- зителями интересов, а делегатами, агентами для выполнения партийных поручений. Партикулярный характер партии оп- ределяется и ее зависимостью от финансирующих ее лиц и организаций.

Критический анализ партий Р. Михельсом состоит в ут- верждении им не-совместимости демократии и организации, в частности, партийной организации. Анализируя деятель- ность партий он формирует «железный закон олигархии», увязывающий развитие организации с неизбежным возник- новением в ее структуре олигархии, руководящей верхушки, узкой группы узурпирующей власть. Помимо этого им выде- ляются и психологические причины, порождающие олигар- хию. Это апатия и политическая пассивность рядовых членов партии, неспособность масс к самоуправлению, естественная алчность власти лидеров, их презрительное отношение к мас- сам и др. 1

Интересен опыт антипартизма «отцов-основателей» США. В Декларации независимости и Конституции США, заложивших основы государственной и политической систем буржуазной республики, партии вовсе не упоминаются а в «Федерализме», в котором обосновывались параметры фор- мировавшейся американской государственности, о них гово- рится в негативном смысле.

Автор Декларации независимости США, Президент США в 1801-1809 гг. Томас Джефферсон пишет: - «В каждом свобод-

1 См.: Марченко Г.И. Указ. соч. С. 24-25.

10

11

ном и мыслящем обществе должны быть - такова природа че- ловека - противостояние, горячие споры и несогласия: и одна из сторон в большинстве случаев должна будет одерживать верх над другой на более или менее длительный промежуток времени. Может быть, такое разделение на партии необхо- димо, чтобы одна сторона бдительно наблюдала и сообщала народу о действиях другой, но если в период временного пре- обладания одной партии другая будет обращаться к средствам раскола союза, никакое правительство никогда не сможет су- ществовать».1

И другие основатели США считали партии в лучшем слу- чае необходимым злом. Они видели в них источник конф- ликтов, раздоров и смуты, рассматривали их как инструмен- ты в руках неразборчивых в средствах политиков. Как верно заметил американский политолог Н. Каннигем - «одним из парадоксов развития Америки было то, что создание полити- ческих партий проходило в атмосфере недоверия к полити- ческим партиям», хотя основатели сознавали наличия в об- ществе разнородных социальных группировок и противоре- чивых интересов,вступающих в постоянные конфликты друг с другом.

Вашингтон был избран президентом на непартийной ос- нове и рассматривал себя стоящим над партиями и полити- кой. В своем «Прощальном послании» он говорил об опасных последствиях «партийного духа» и существовании партий как готового оружия для подрыва власти народа и узурпации пра- вительственной власти. Другой президент США Дж. Медисон особо подчеркивал, что экономическая борьба между богаты- ми и бедными превратила античные демократии в «зрелище бурных страстей и склок». По его словам, главная задача рес- публиканской формы правления состоит в том, чтобы избе- жать «внутренних конвульсий», возникающих тогда, когда богатые и бедные, большинство и меньшинство вступают в непримиримые конфликты друг с другом. Таким образом, позиции основателей и их современников характеризовались

1 Джефферсон Т. О демократии. СПб, 1992. С. 92-94.

очевидным противоречием: с одной стороны, они принима- ли политические различия и идею политической свободы, а с другой - отвергали политические партии.1

Особенно болезненно и трудно процесс формирования партий шел в континентальной Европе. Этот процесс, охва- тив большинство стран Запада,заметно ускорился в XIX в., хотя на всем протяжении столетия дискуссии о правомернос- ти и значимости партий не прекращались. В этой связи пред- ставляет интерес ярого приверженца политического консер- ватизма, рейхсканцлера Германии Отто Бисмарка, который в своей работе «Мысли и воспоминания» пишет: «Оглядываясь назад, я вижу ... печальное доказательство того, что до каких пределов нечестности и полной утраты патриотизма доводит у нас партийная ненависть политических партий ... Я не знаю другой страны, в которой единое национальное чувство и лю- бовь к общей родине создали бы разгулу партийных страстей столь слабые препятствия, как у нас. Считающиеся апокри- фическими слова, вложенные Плутархом в уста Цезаря, о том, что лучше быть первым в горной деревушке, нежели вторым в Риме, всегда производили на меня впечатление немецкой идеи. Слишком многие среди нас поступают в общественной жизни именно так, и ищут деревушку, а если не могут найти ее географически, то функцию, или же подфункцию и кли- ку, где они могли быть первыми. ... Покамест эта склонность находит более яркое выражение в разъединяющей нацию партийной системе, нежели в правовой или династической обособленности. Партии отличаются друг от друга не столько своими программами и принципами, сколько теми лицами, которые стоят, подобно кондотьерам, во главе каждой из них и стараются завербовать себе возможно большую свиту из де- путатов и карьеристов-жуликов, рассчитывающих прийти к власти вместе со своим вождем или вождями.... В той мере, в какой партии группируются не только в зависимости от тех или иных экономических интересов, они борются в интересах соперничающих друг с другом вождей фракций и в соответс-

1 См.: Гаджиев К.С. Указ. соч. С. 163-165.

12

13

твии с их личной волей и их видами на карьеру ...» 1

Партийный негативизм сохраняется и в некоторых кон- цепциях современных исследований. Однако со временем менялось отношение между государством и партиями, хотя и медленно шел процесс привыкания государства к партиям, осознание их полезности, отход от господствующего веками стереотипа партия это разрушительная сила. Постепенное ог- раничение государственного вмешательства в общественную жизнь, снятие избирательных цензов, утверждение ряда по- литических свобод (слова, собраний и т.п.), развитие предста- вительной демократии создавали условия, благоприятствую- щие формированию цивилизованной политической жизни, в которой важную роль стали играть партии.

Важным факторам развития партий явился переход от феодального общества к буржуазному. Начала формировать- ся более сложная и дифференцированная социальная струк- тура общества. Появление новых классов - буржуазии и про- летариата, устремившихся к политической власти, вызвало к жизни буржуазные и рабочие партии. При этом социальная и политическая обстановка, породившая партии, в каждом ре- гионе - Европе, США, России имели свою специфику.

Между тем в ряде стран партии функционировали уже в конце XVIII и ХIХ вв., но тогда эти партии были не массово- го, а элитарного типа, строились они по образцу клана или команды вокруг определенного популярного лидера, либо как продолжения парламентской фракции. Так в Великобри- тании партии тори и вигов возникли на базе парламентских фракций. В США конгрессменами-сторонниками А. Гамель- тона и Т. Джефферсона были созданы первые американские партии - федералистская и республиканско - демократичес- кая. Проекцией этих группировок элиты в стране служили из- бирательные комитеты, прообраз сети местных организаций.

Соединенные Штаты сразу зарождались как буржуаз- ное государство. Политические и идейные размежевания формировались как по вопросам внутренней политики - от-

1 Бисмарк О. Мысли и воспоминания. В 3 т. - Т. 1 - М., 1940. С. 242.

носительно способа устройства и степени централизации американского государства, так и внешним - расхождения в ориентациях республиканцев на Францию, федералистов на Англию. Между ними с самого их возникновения не было расхождений по наиболее важному, главному политическому вопросу - о выборе пути развития. Обе они были привержен- цами капиталистического пути развития. Разница была лишь в ориентации на определенную форму капитализма: респуб- ликанцы были за развитие фермерского капитализма, опира- ясь, прежде всего на фермерство, федералисты — на торгово- финансовый и промышленный капитал.

В XIX в. в Европе возникают партии с определенными идейными ориентациями. В борьбе против феодальных ре- жимов возникают либеральные партии с собственной идеоло- гией и фракциями в парламенте. Первыми такими организа- циями стали Прогрессивная партия в Германии, Бельгийская либеральная партия и др.

По их примеру подобные организации создают и кон- серваторы, например, Клуб консерваторов в Англии. И те, и другие довольно долго считали себя не партиями, а объеди- нениями единомышленников. И только дальнейшее расши- рение избирательного права подтолкнуло их организационно укрепить свои партии.

Французская революция, которая стала переломным эта- пом в переходе от феодализма к капитализму, дала сильней- ший толчок образованию на европейском континенте раз- нородных консервативных группировок, именовавших себя аристократами, роялистами, придворными партиями, а во второй половине XIX - начале XX вв. сформировались в кон- сервативные партии. Они по сути дела сформировались как реакция и противовес либеральным партиям.1

По мере усиления социальных конфликтов и расширения избирательного права в Европейских странах в конце ХIХ в. начали возникать партии, интегрировавшие в политику бо- лее широкие массы населения и оттеснявшие теполитичес-

1 См.: Гаджиев. К.С. Указ.соч. С. 165.

14

15

кие организации, которые сохраняли прежний элитарный характерна второй план. Партия как форма политической организации стала приобретать особое значение для тех соци- альных слоев, которые не чувствовали себя представленны- ми в существующих государственных институтах. Образцом этого нового типа стала германская социал-демократия. Те или иные черты ее организации (массовое членство и много- численные активисты, относительно демократические пра- вила внутренней жизни в сочетании с жесткой дисциплиной и бюрократическим аппаратом, разветвленная сеть местных секций и пр.) в XX в. заимствовали не только другие рабочие партии, но и представители других политических направле- ний - христианские демократы, даже консерваторы.1

В этот период возникают рабочие партии с целью борь- бы с капиталистической системой, аграрные партии - как реакция на индустриальное развитие, христианские партии - в борьбе против секулярных, антиклерикальных движений, коммунистические - против капитализма и социал-демокра- тии, а фашистские - против демократии во всех ее формах и коммунизма и т. д. При этом партии, как правило, были силь- но идеологизированы и представляли уже не клан или элитар- ную команду, но класс, слой, часть общества.

Однако не все партии функционировали по данному образцу: сохранялись партии кадров с немногочисленным членством (британские или итальянские либералы, француз- ские радикалы), а в Америке, где не было резкого классового размежевания, такой характер носили и основные партии. От старых элитарных партий они отличались лишь большей про- фессионализацией и более четкой, хотя и децентрализованной структурой. Членство в партии осталось чисто формальным: в партию мог записаться любой желающий, и это не наклады- вало никаких обязательств, не требовалось членских взносов, но во главе местных организаций стояли партийные боссы, власть которых была достаточна велика. Именно от них зави-

1 См.: Политические институты на рубеже тысячелетий. Дубна.2001. С. 63.

село выдвижение кандидатов на все выборные посты, в том числе и избрание выборщиков на национальный съезд, оп- ределявший кандидата в президенты. Взаимодействие между группами партийных деятелей по округам и графствам уста- навливалось лишь во время выборов. 1

Однако деятельность партий не сводилась только к вы- борам, каждая из них представляла широкую и сравнитель- но прочную коалицию социальных сил, складывавшуюся в результате деятельности партийных активистов и выборных должностных лиц и лишь подтверждавшуюся на выборах. Партийные активисты завязывали связи с общественными деятелями, представлявшими непартийные организации, расширяя тем самым социальную базу партии. Наиболее из- вестный пример такой коалиции - рузвельтовская «большая коалиция», сложившаяся уже в период всеобщего избиратель- ного права и включавшая в себя не только предпринимателей Северо-востока и консервативных земледельцев Юга, но и профсоюзы фермеров, национальные меньшинства.2

Таким образом, принципы организационного строения и связи партийных организаций с обществом не были единооб- разны и в эпоху массовых партий. По классификации амери- канского политолога У. Райта, все партии тяготели к одному из двух идеальных типов: «модели партийной демократии» (ПДМ), ближе всего к которой была СДПГ, и «рационально- эффективной модели» (РЭМ), с которой сближались основ- ные американские партии, а также, в меньшей степени, круп- ные консервативные партии Европы - например, Британские тори с их довольно рыхлым организационным строением. Идеология играла важную роль в процессе агрегирования ин- тересов и выработки общенациональной стратегии партией ПДМ, для РЭМ идеология представляла собой скорее такти- ческую ценность.

Однако в дальнейшем центр тяжести начал смещаться в

1 См.: Бьюэль Э. Архаичны, но адаптивны. О политических партиях США.//Полис. - 1996. -№1.- С. 139-140.

2 См.: Политические институты на рубеже тысячелетий... С. 64. 1

1

16

17

противоположную сторону. С конца 50-х годов XX в. в погоне за расширением своей электоральной базы старые массовые партии социальной интеграции стали постепенно утрачивать идеологический и социальный облик, превращаться в «пар- тии для всех», «универсальные» партии. Для них уже не стало важно массовое членство, сколько массовость избирателей и в связи с этим уменьшаются различия не только в идеологии, но и в реальной политике. В течение двух десятилетий (конец 50-х - конец 70-х гг.) не только социал-демократы, но и хрис- тианские демократы и даже консерваторы осуществляют ре- формистскую политику, создавая «общество благоденствия», и, наоборот, в последующие десятилетия, после «неоконсер- вативного» поворота, не только правые, но и левые партии от- дают дань неолиберальной политике.

Влияние членской массы на политику партии в целом снижается, хотя этот процесс (равно как и процесс уменьше- ния членства) отнюдь не носит однолинейного характера. В какие-то моменты идет и обратное движение, например, ХДС после смерти К. Аденауэра и особенно в первые годы лидерс- тва Г. Коля расширяет свою членскую массу. Если в 1969 г. в ней насчитывалось 303,5 тысяч членов, то в 1976 г. - 652 тыся- чи, а в 1983 г. - даже 753 тысячи.1

В последние десятилетия XX века возникают и новые кад- ровые партии, которые не ставят задачи массовости членства, но стремятся расширить свое влияние на избирателей через средства массовой информации и (или) через привлечение на свою сторону представителей общественно-политических движений, групп интересов и гражданских инициатив.

К данному типу партии близки социалистические партии Франции и Испании. Такого рода «рамочные партии» (тер- мин И. Рошке) представляют собой как бы возврат к элитар- ным партиям на новой основе, заимствование американско- го опыта. В массовых партиях также происходит выделение партийной элиты, которая все более профессионализируется

1 Сокольский С.Л. Христианско-демократический союз ФРГ: социо- логия и политика. М., 1983. С. 30.

и все более отдаляется не только от членской массы, но и от рядовых активистов. Происходит своего рода «американи- зация» не только партий, но и политической жизни вообще. Те черты американской партийно - политической системы, которые многие политологи считали архаичными, связанны- ми с неразвитостью в США социальных конфликтов, харак- терных для индустриального общества, оказались, напротив, наиболее современными и в чем-то более эффективными, по крайней мере, с точки зрения привлечения электората, что более всего интересует партийных лидеров.

С одной стороны, кадровые партии, не будучи скованы инерцией многочисленной членской массы, оказываются бо- лее гибкими, маневренными, подвижными в приспособлении к меняющимся условиям партийной конкуренции, в погоне за избирателем. С другой стороны, они уже не столько пред- ставляют интересы различных слоев общества, сколько учас- твуют в соревновании своего рода политических менеджеров, кто из них эффективнее отразит на данном этапе интересы и настроения всего общества.1

Эволюционируют и сами американские партии. В ре- зультате организационных реформ, проведенных в демокра- тической партии в 1969-1972 гг., местные организации в ок- ругах и штатах в значительной мере утратили свое решающее влияние на процедуру выдвижения делегатов на партийный съезд,а следовательно, и на выдвижение кандидата в прези- денты. Основная роль в этой процедуре постепенно перешла к первичным выборам (праймериз), в ходе которых выявля- лись настроения симпатизирующих партии рядовых избира- телей. Впервые праймериз были опробованы еще в 1912 г. В 1972 г. праймериз демократов произошли в 18 штатах, в 1976 г. - в 27, в 1980 г. - в35, в 1984 г. - в 30, в 1988 г. - в 37, в 1992 г. - в 40.2

Под влиянием демократов увеличивали число своих прай- мериз и республиканцы. При этом в ряде штатов к голосова-

1 См.: Политические институты на рубеже тысячелетий... С.65-66.

2 См.: Бьюэль Э. Указ. соч. С. 147. 1

1

18

19

нию на праймериз допускались избиратели не только «своей», но и «чужой» партии и даже независимые тем самым воля из- бирателей открыто ставилась выше воли активистов партии.

Причины становления и развития партий коренятся в из- менении и развитии самого общества. В свое время широкое признание получила концепция американского социолога С. Липсета и норвежского политолога и социолога С. Роккона, объяснявших разделение общества на крупные идейно-поли- тические течения, институционализировавшиеся затем в пар- тиях, четырьмя линиями социальных конфликтов, порожден- ными процессами модернизации: между городом и деревней, между церковью и государством, между центром и перифери- ей и между трудом и капиталом.

В США, где общество было свободно от средневековых наслоений, задачи модернизации были менее сложны, конф- ликты не столь глубоки, и соответственно партийное деление было более простым, а идейно-политические различия между партиями, как и в обществе в целом, были намного меньше.

В Западной Европе процесс модернизации прошел слож- ную и длинную дорогу потрясений и ожесточенной внутрен- ней борьбы. Этому периоду и соответствовали массовые идео- логизированные партии с жесткой дисциплиной.

К концу XX в. сложные социальные конфликты прежнего типа, противопоставлявшие друг другу большие классы или социальные страты людей, и прежде всего конфликт между трудом и капиталом, в результате эволюции общества, закре- пившей достигнутые в борьбе компромиссы, получили оп- ределенное разрешение или были смягчены и тем самым все более отходят на задний план.

Новые общественные конфликты (вокруг проблем эко- логии, прав меньшинств и т.п.) не носят столь постоянного и комплексного характера, они более локализованы и фрагмен- тированы, а размежевания по интересам часто носит времен- ный, не вовлекающий большие слои населения в системные конфликты. В соответствии с этим и политика фрагментиру- ется по темам и уровням, носит по большей части «конкрет-

ный» и «монопроблемный» характер, не будучи завязана на какие-либо большие проекты. Это предопределяет падение интереса к традиционной, идеологизированной политике, обычно ассоциировавшейся с массовыми партиями.

Поэтому уже в 70-е гг. XX века в западной политической науке появляется мнение, что партии как политический инс- титут клонится к закату. Так видный американский политолог ф. Шмиттер пишет: «В прочно укоренившихся западных де- мократиях природа и роль партий претерпели за прошедшее время существенные изменения, и было бы анахронизмом ду- мать, что партиям нынешних неодемократий предстоит пов- торить все стадии развития своих предшественниц, выполняя при этом все их функции».1

Российский ученый А. К. Кулик считает, что актуаль- ной проблемой политической науки становится не гадание, сколько мест в Думе получит та или иная из не пользующихся доверием общества партий на очередных выборах в режим- ной системе, а оценка - на основе сложившихся на западе критериев - перспективности самой партийной демократии на культурно-исторической почве России и в ее современном контексте. Вполне может оказаться, что историческое время для становления демократии в России по этому пути истекло и должны появиться какие-то новые модели политического посредничества между обществом и государством.2

Действительно, партии в ряде государств занимают дале- ко не первые места среди институтов, заслуживающих дове- рия избирателей. Так, в Швейцарии партиям доверяет лишь 12% опрошенных - что меньше чем армии, церкви, судам и правительствам.3

В 15 европейских странах, по которым имеется соответс-

1 Шмиттер Ф. Размышления о гражданском обществе и консолидации демокра// Полис. - 1996. - №5. - С.18-19.

2 Кулик А. Политические партии постсоветской России. // МЭиМО. 1998.- №12.-С. 57-58.

3 Доган М. Падение традиционных ценностей в Западной Европе // МЭиМО. - 1999.-№12.-С.28.

20

21

твующая статистика, средний уровень членства в политичес- ких партиях, составляющий 8.2% электората в начале 80-х гг. снизился до 7.1% к концу десятилетия и до 5.2% к концу 90-х гг. На эти же годы приходится пик электорального абсентеиз- ма в послевоенной истории Англии, Германии, Италии, Гол- ландии, Финляндии, Норвегии и др. странах запада.1

Российский исследователь Холодковский К.Г. определяет ряд причин такого явления: Важно, что корпоративные струк- туры и организованные группы интересов не только предпри- нимательские организации и профсоюзы, но и отдельные корпорации, потребительские союзы и другие объединения приобретают все большее значение в процессе посредничест- ва между обществом и государством. В подготовке и принятии социально-экономических решений они нередко оказывают- ся более эффективными, нежели инструменты традиционной партийной политики. Этому способствует широкое распро- странение во всех развитых странах органов функционально- го представительства, берущих на себя задачу согласования интересов в отдельных сферах.

Следует принимать во внимание процессы, происходящие в сфере массовой психологии. По мере роста образовательно- го уровня, все большей индивидуализации и рационализации сознания, гораздо меньше, чем раньше, скованного нормами и традициями тех или иных социальных групп, увеличивается значение личного выбора, в процессе политической самои- дентификации. Этот выбор складывается под влиянием мно- жества разнородных и ситуативно изменяющихся факторов. Партийные предпочтения становятся менее устойчивыми и приобретают все более инструментальный характер. Так, для американцев становится все более типичным так называемое «расщепленное голосование», когда один и тот же избиратель на выборах президента и конгресса голосует за представите- лей разных партий.

1 Левин И.Б. Партийно-политическая система России перед вызовами современности // Политические институты на рубеже тысячелетий... - С. 473.

За последние годы выросло влияние средств массовой информации, которые в некоторой мере переняли у партий функции политической социализации и политической моби- лизации, и особенно в период избирательных кампаний. Ухо- дят в прошлое листовки и агитация по принципу «от двери к двери», а основная масса избирателей узнает о партиях и их кандидатах из теле- и радиопередач.1

Следует заметить, что если политические партии не смог- ли сохранить за собой монополию на весь набор многообраз- ных функций, вместе с тем, пока нет оснований для заключе- ния об их закате как одного из важных институтов политичес- кой системы.

1 Холодковский К.Г. Партии: кризис или закат? // Политические инс- титуты на рубеже тысячелетий... С.68.

22

23

<< | >>
Источник: Барабанов М.В.. Из истории становления и развития политических партий и многопартийности в России. — М.: МГОУ.-256с.. 2010

Еще по теме Генезис политических партий и партийных систем:

  1. ТЕОРИЯ ИСТОРИЧЕСКОЙ эволюции П. Н. МИЛЮКОВА
  2. Принципы исторической гносеологии
  3. 2.3. МЕТОДЫ ДИАГНОСТИКИ ПОЛИТИЧЕСКОГО ИМИДЖА В СМИ.
  4. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ ГЕГЕЛЯ: СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ
  5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  6. 1.2. Теоретико-методологические и прикладные основы политической психологии
  7. Динамическая модель социально-территориальной системы
  8. Конструктивная часть
  9. Генезис политических партий и партийных систем
  10. РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ ПРАВА В.В. БИБИхИНА
  11. 1. Борьба за власть в послесталинский период. Изменения в общественно-политической жизни страны.
  12. Глава 5 ЧТО ТАКОЕ ЭТНИЧНОСТЬ. ПЕРВОЕ ПРИБЛИЖЕНИЕ
  13. Глава 21 НАЦИИ И НАЦИЕСТРОИТЕЛЬСТВО
  14. Введение
  15. ГЛАВА 2. РОЖДЕНИЕ HOMO POLITICUS В РОССИИ
  16. 3.2.2. Инструментарий политологического исследования
  17. Цивилизационное измерение сравнительных политических исследований
  18. Функция агрегации интересов в политической системе общества и партии