<<
>>

В. В. Лысенко доктор юридических наук, профессор АЗАРТНЫЕ ИГРЫ В ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ: КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Одним из многочисленных направлений деятельности правоохранительных органов дореволюционной России являлась борьба с азартными играми, которые оказывали разлагающее влияние на нравственность, способствовали совершению краж, мошенничества, грабежей, разбоев, убийств.
Эта проблема является весьма актуальной и для современной России. Общественная опасность азартных игр достигла такого уровня, что Государственная Дума приняла закон «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ». В законе определяются регионы, в которых разрешен игорный бизнес, и сроки реализации. В процессе создания механизма реализации данной программы весьма полезным может быть опыт правоохранительной деятельности дореволюционной России по регулированию азартных игр. По своим целям и технике карточные игры были просто увеселительные, ради развлечения, без серьезного риска, азартные игры с большим риском, или профессиональные, как ремесло и искусство, и наконец, шулерские, которые были связаны с простым мошенничеством. Однако на практике все эти категории часто смешивались между собой. Правительство пыталось сдерживать развитие азартных игр. Так, в 1866 г. оно запретило игру в домино-лото и так называемую «стукалку», которая в то время процветала в столичных клубах. Эти игры были запрещены вследствие того, что «до министра внутренних дел, - говорилось в изданном по этому поводу циркуляре, - дошли сведения, что в петербургских клубах и публичных собраниях необычайно ценились игры в домино-лото и “стукалку”, и что страсть к ним развивалась и сопровождалась крайне губительными последствиями для благосостояния не только отдельных лиц, но и целых семейств». В доказательство этого циркуляр ссылается на огромные суммы, выручаемые клубами от названных игр, а также на мйогочислен- ные факты, в которых указывалось, что играющие, проиграв деньги, закладывают вещи для продолжения игры. Для этого в клубах стало возникать организованное ростовщичество. В некоторых клубах ставки в домино-лото доходили до 25, 50 и даже 100 рублей, сверх того, ставились еще и на кон «конь», который доходил до 2500 рублей. Но главным злом этих игр, по мнению министерства, был «соблазн для бедных» при общедоступности ставок в 25 и 50 к., многие из них, увлеченные «неодолимой страстью», на этих именно ставках спускали сбережения и доходы, подвергая свои семьи голоду и нищете. Во второй половине XIX века в клубных играх стали принимать участие и дамы. Они назывались смешливой кличкой «мушкаре- ток» и составляли основной контингент клубных игроков в таких играх, которые не требуют никакого искусства и основаны на слепом счастье. К таким играм относились «мушка» (отсюда и название «мущкаретка») и раме, которые заменили собой запрещенные домино-лото и стукалку. Вновь организованные игры также стали сопровождаться деморализацией и безобразными сценами проиг равшей дотла, закладом вещей для продления игры, ссорами и пр. Особенно этим отличались дамы-«мушкаретки». Большой игрой славился Яхт-клуб, где однажды князь Сан-Донато проиграл чуть ли не в один присест миллион франков и отчасти английский клуб. Такой же славой пользовался и купеческий клуб, главными членами которого были армяне и греки.
Эти клубы являлись как бы местом подготовки «кадров» и преддверием частных игорных домов, где уже происходили главные операции без всяких стеснений. Как правило, представители частных игорных домов или их агенты устанавливали необходимые знакомства в клубах, выслеживали «пижонов», по шулерскому термину, завлекали их в свои притоны и там уж обирали их начисто. Несмотря на запреты закона и полиции, возникали целые преступные группы «промышленников» - лиц, специализирующихся по всем правилам искусства, на эксплуатации легкомыслия, страсти, неопытности и глупости. Отсюда и кличка «пижоны», очень меткая и характерная для обрабатываемых простаков. Сама игра становилась промыслом «специалистов», превращалась в искусство, которое требовало систематического изучения, таланта и множества технических приспособлений. Профессиональная игра для наживы не всегда была сопряжена с шулерством. Напротив, заправский, опытный и крупный игрок- мастер в большинстве случаев вел свои операции с полным успехом без использования шулерства, но им использовались более тонкие, вполне приличные способы вести игру, и в результате чего он никогда не проигрывал. Например, существовала игрецкая аксиома, что при правильном, расчетливом ведении игры в банк или штос, банкомет, располагающий достаточным оборотным капиталом, в общем всегда остается в выигрыше. На этой аксиоме держится, как известно, рулетка, которая получила большое распространение. В организации шулерских шаек, оперирующих в игорных домах, нередко входили особы прекрасного пола, предназначенные для того, чтобы своими прелестями и кокетством отуманивать «пижонов». Иногда эти дамы принимали непосредственное участие в игре. Карточные игры были широко распространены и в низших слоях городского населения. В таких игорных домах уже не церемонились с «пижонами» и обирали их явными грубыми шулерскими способами. Хроника этих домов полна драками, скандалами и вмешательствами полиции. Необходимо отметить, что полиция по их собственной инициативе часто выслеживала притоны, задерживала их организаторов и «мастеров», а потом предавала мировому суду. Кроме карточных игр, в то время существовали уличные шулерские игры, которые были рассчитаны на скудные гроши простолюдинов. В качестве примера можно привести факт задержания шулерской шайки, которая действовала на Марсовом Поле. Одни из них - «манилы» — завлекали людей, а другие обирали их посредством шулерских приемов. Как и всякий промысел, профессиональная карточная игра имела свою специализацию. Существовали профессиональные игроки - специально клубные, оперирующие в игорных домах; затем были «мастера» железнодорожные, пароходные, трактирные и т. п. Железнодорожные шулеры практиковали на бойких линиях, таких как, например, Московско-Петербургская, нередко образовывали преступную группу, которая действовала по сложному, искусно составленному плану. В том же порядке действовали и пароходные игроки. Трактирные пользовались результатами гостеприимства хозяев заведений. Они знакомились с жертвой у буфета, подпаивали ее, потом завлекали в свой номер и там обыгрывали. Кроме карт, также очень распростраена была бильярдная игра на деньги. Во время царствования Александра I (1801-1825) правительство начало очень энергично преследовать азартные игры. Указами Санкт-Петербургскому военному губернатору Голенищеву-Кутузову 11 июля 1801 г. «О истреблении непозволительных карточных игр» и Московскому военному губернатору «О принятии мер к открытию и пресечению азартной карточной игры» от 28 апреля 1806 г. повелевалось: «В связи с тем, что играют в азартные игры... без зазора и страха», признавая впоследствии игры за «благовидную отрасьл грабежа» и то, что разорялись целые фамилии «...из рук неопытного юношества или нерасчетливой алчности, ужесточить меры по запрещению азартных игр, виновных отсылать к суду, а об их именах докладывать государю». 15 июня 1808 года Указом министра внутренних дел «Подтверждение гражданским Губернаторам об искоренении запрещенных карточных игр» эти меры были перенесены и на гражданских. В 1811 году прекращение азартных игр было поручено второму столу второго отделения департамента исполнительной полиции, которая вела дела судебные и уголовные (Учреждение Министерства полиции). 25 сентября 1811 года был заслушан доклад Генерал-аудитора о привлечении капитана Подгорного к ответственности за растрату казенных денег. Капитан Подгорный проиграл в карты деньги в сумме 704 голландских червонцев и 1 рубля 44 копеек. В результате капитана «...лиша чина и дворянского достоинства, написать в рядовые», с игроков, которые выиграли у него, взыскать эти суммы. А на запрос из Иркутской уголовной палаты «испрашивающей разрешения: как поступать с благородным звания людьми, уличенных в карточной игре», Сенатским указом от 19 июня 1814 года было приказано: «Дворян, обличенных в азартных играх, предавать суду, для поступления законам». 19 ноября 1825 года Александр I скончался, и на престол вступил его брат Николай I (1825-1855). При его царствовании особенно важное значение получило второе отделение Собственной Его Величества канцелярии, которое ведало делами законодательства. Еще в начале царствования император желал в основу государственного строя и управления положить определенность, силу законов. Император Николай I поставил на первую очередь упорядочение законодательства, и вскоре это осуществилось. В 1830 году было создано «Полное собрание законов Российской Империи». В деле запрещения азартных игр Николай I, ссылаясь на указ от 11 июля 1801 г., 12 марта 1832 года издал Именной указ «О строгом подтверждении, чтобы сборища для запрещенной карточной игры местными начальствами были открываемы и все найденные игроки были предаваемы суду». Согласно высочайшего указа от 19 октября 1831 года «Об устранении бывшей Шляхты», 22 января 1834 года был издан указ «О распорядке воинской повинности, внутреннего Полицейского и хозяйственного управления в селениях однодворцев и граждан Западных губерний», где в обязанности старшины, утвержденного общественным сходом, входило: «искоренять пьянство, мотовство, расточительность, а наипаче всякого рода игры на деньги, вещи или заклады между однодворцами». Запрещение азартных игр коснулось всего населения. Не были забыты и студенты. 21 февраля 1834 года вышли «Высочайшие утвержденные правила для учащихся в императорском Дерптском университете». Правила гласили: «На основании существующих законов азартные игры вовсе запрещаются; нарушившие это правило подлежат исключению или удалению». Николай I через год после вступления на престол учредил из высших сановников комитет, которому поручил изыскать меры по улучшению положения помещичьих креястьян. В дальнейшем были учреждены еще несколько комитетов по крестьянскому делу, но ничего существенного эти комитеты не принесли. Но все же царю удалось осуществить несколько подготовительных мер для последующего освобождения крестьян. В результате одной из них появилось около 8 миллионов государственных крестьян - бывших крепостных, которых государство выкупило вместе с имениями у разорившихся помещиков. Они получили право самостоятельно решать дела через своих выборных. Государственные крестьяне стали разделяться на волости, которые делились на сельские общества, выбиравшие старост и прочие сельские власти. Была учреждена сельская полиция. В деле воспрещения запрещенных игр был выпущен «Судебный устав для государственных крестьян» от 23 марта 1839 г.: «Всех тех, кои будут играть на деньги в карты или другие азартные игры, за первый раз под стражу, а за второй раз или более наказывать телесно; найденные же при играющих деньги отбирать и обращать в хозяйственный капитал» (Ст. 213). «Высочайше утвержденный проект о управлении государственными имуществами в губерниях» от 30 апреля 1839 года поручал: «Сельским старостам не допускать между государственными крестьянами всякого рода игр на деньги, вещи или заклады». А наблюдать за порядком входило в обязанности станового пристава: «Становой пристав, получив от подчиненных или иным способом, сведения о запрещенной азартной игре... преступление исследовать по горячим следам, кем, когда, что и каким образом учинено». XX век встретил «эпидемию» распространения азартных игр практически во всех странах запретительными мерами. Законодатель понимал, что всякая игра на деньги вредна в экономическом отношении, люди тратят время не для увеличения массы общего богатства: деньги переходят из рук в руки, не оставляя ничего производительного, никакой новой ценности. Поэтому законодатель не признавал за игрой характера и последствий законного договора: он не давал права иска долгов по игре, мало того, он не признавал даже U А и законным долг, заключенный для игры. А русскии юрист, доктор права Александр Владимирович Лохвицкий отмечал: «Азартные игры представляют гораздо большую опасность для общественной нравственности. Даже принцип собственности колеблется азартными играми, коль скоробогатство является результатом случая, оно теряет всякое нравственное значение. Распространение азартных игр в народе всегда вело к общей бедности и деморализации, увеличивало число преступлений». Ранее изданные законы по пресечению азартных игр не перечисляли способы игр. Они ограничивались названиями только двух из них: карты и кости, упуская такие игры, как рулетка, фортунки и др. По исследованиям русского юриста Ивана Яковлевича Фой- 41 ницкого, азартные игры, названные благовидной отраслью грабежа еще указом 1801 года, карались, даже при отсутствии мошенничества, большими денежными штрафами. Не преследовались только игры, которые служили забавой для играющих, т. е. не на деньги. А употребление в игре обмана обратило на себя внимание законодательства еще в 1787 году и признано было им тогда за воровство - мошенничество. В конце XIX века с изданием Уложения о наказаниях уголовных и исправительных от 27 декабря 1865 года и Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями от 20 ноября 1864 года, законодатели образовали в запрещенной игре два проступка: устройство или открытие игорного дома; устройство запрещенных игр, но не в виде игорного дома. В первом случае наказание производилось по ст. 990 Уложения: «Кто в своем доме или ином каком-либо месте устроит или дозволит устроить род заведения для запрещенных игр, тот за сие подвергается: - в первый раз - денежному взысканию не свыше 3000 рублей; - во второй раз - сверх того же денежного взыскания аресту на время от трех недель до трех месяцев; - в третий раз также - сверх денежного взыскания, заключение в тюрьму на время от четырех до восьми месяцев». Во втором случае - по ст. 46 Устава о наказаниях: «За устройство запрещенных игр в карты, кости и т. п., однако не в виде игорного дома, виновные подвергаются аресту не свыше одного месяца или денежного взыскания не свыше 100 рублей». Необходимым условием для привлечения к ответственности нарушителей было устройство запрещенных игр публично, т. е. «на глазах у публики». При отсутствии условий публичности даяние считалось ненаказуемо. О наказуемости же лиц, принимавших участие в запрещенной игре, не встречается ни в первом, ни во втором случаях, если играющий не принадлежит к числу лиц, открывших игорный дом или устроивших запрещенную игру. Как утверждал магистр права Николай Андрианович Неклюдов: «Вывод этот не допускает никакого сомнения уже потому, что допустить противное для устава о наказаниях, значит придти к абсурду: наказать за участие в игре, когда она устроена не в виде игорного дома, и не наказать за участие в азартных играх в нарочно для того устроенных игорных домах, ибо Уложение подвергает наказанию исключительно лишь за открытие игорного дома или устройство заведения для воспрещенных игр». Все же устав предупреждения преступлений в ст. 449 предписывал забирать всех участвовавших в игре для разбирательства. Но это все не относилось к шулерам - мошенникам. Мошенничество и обман или шулерство в запрещенной или же не запрещенной игре преследовались по ст. 1670 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных и было подсудно только общим судьям. Статья гласила: «Тот, который в игре будет заведомо употреблять поддельные карты, кости и т. п. или давать играющим упоительные напитки или зелья, или передернет, или подменит карты, или служащие для игры кости, или же вообще будет изобличен в каком- либо другом, для обыгрывания, обмана приговаривается за сие: к лишению всех особенных, лично или по состоянию присвоенных прав и преимуществ, и к отдаче в исправительные арестантские отделения на время одного до полутора лет». За повторность было также предусмотрено и тюремное заключение сроком от четырех до восьми месяцев. По поводу конфискации орудий проступка: карт, рулеток и т. п. Они представлялись суду только как доказательство, но потом возвращались по ненадобности, так как законодательство предполагало, что орудия азартных игр может иметь всякий. Закон воспрещал только одно - употребление их в дело с участием в игре публики. Также законодатель предусматривал ответственность за устройство фабрик по выпуску карт. Согласно ст. 1351 все машины, инструменты, снаряды и выделанные карты подлежали конфискации, а с виновных взыскивали штраф от 100 до 500 рублей. А ст. 1351 гласила: «С виновных в продаже запрещенных Игральных карт, сверх конфискации взыскивался штраф по 15 рублей с каждой дюжины колод в пользу открывателя и уличения виновного». Наблюдение за исполнением законодательства по пресечению азартных игр поручалось полиции. Согласно Устава благочиния и безопасности, полиция при расследовании проступка должна исследовать следующие вопросы: в какую игру играли; в какие деньги, что играли; о времени, когда играли; о месте, где играли; об околичностях, объясняющих в каком намерении играли и утверждающих, как играли и об игроках, которые в игре участвовали. Но при расследовании рекомендовалось поступать с осторожностью, чтобы не причинить напрасных поклепов, обид, беспокойства. А если игра служила забавою в кругу семьи, то к ответственности лиц не привлекать. Исполнительные органы того времени решительно пресекали проступки, связанные с нарушением законодательства по воспрещению запрещенных азартных игр. Примером может служить случай, описанный выдающимся государственным деятелем, заслуженным юристом России Анатолием Федоровичем Кони. В марте 1874 года А. Ф. Кони, будучи прокурором Санкт-Петербургского окружного суда, пригласил к себе начальника сыскной полиции И. Д. Путилина и поручил ему произвести тщательное дознание об игорных домах. В результате проведенных мероприятий выяснилось, что в г. Санкт-Петербурге действительно существует дом, где происходит азартная игра в рулетку на большие суммы. Также имелись в наличии все атрибуты игорного дома: был доступ посторонних, незнакомых с хозяевами квартиры; производится обмен денег, облегчающий игру, и был особый крупье, как его в то время называл закон - счетчик. При содействии жандармской полиции операция по раскрытию была проведена успешно. Были задержаны устроитель игорного дома - штаб-ротмистр Колемин и счетчик - отставной поручик Табеньков. Ввиду того, что по книгам Колемина значился выигрыш в размере 449 500 рублей за одни лишь последние месяцы, а ст. 990 Уложения о наказаниях предусматривала штраф не свыше трех тысяч рублей и, естественно, такое наказание было лишено и карательной и предупредительной силы, Анатолий Федорович Кони применил ст. 512 Полицейского устава, где говорилось о том, что вещи, приобретенные преступным путем, возвращаются тем, у кого они изъяты, а если хозяина не окажется, то вещи продаются и вырученная сумма поступает на улучшение мест заключения. Судебный следователь и окружной суд согласились с прокурором окружного суда и наложили арест на деньги Колемина, находившиеся на хранении в Волжско-Камском банке, с тем чтобы та сумма, которая не будет востребована проигравшими у него лицами, была обращена в пользу колонии и приюта малолетних преступников в окрестностях г. Петербурга. Проведенное исследование проблемы криминогенного характера азартных игр и мер преследования со стороны государства дает возможность сделать вывод о том, что, несмотря на жесткие меры со стороны государства, азартные игры продолжают свое существование. Однако отсутствие правовой оценки этого явления со стороны государства и нравственной со стороны общества ведет ко все более широкому его распространению и негативным последствиям.
<< | >>
Источник: В. М. Боер. Конституционное общество и проблемы совершенствования законодательств. 2007

Еще по теме В. В. Лысенко доктор юридических наук, профессор АЗАРТНЫЕ ИГРЫ В ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ: КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ:

  1. А.Н. Игнатов, Ю.А. Красиков. Уголовное право России. Учебник для вузов. В 2-х томах. Т. 1. Общая часть. Ответственные редакторы и руководители авторского коллектива — доктор юридических наук, профессор и доктор юридических наук, профессор. — М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА—ИНФРА • М),. — 639 с., 2000
  2. Т. М. Хлусов соискатель ' В. В. Лысенко доктор юридических наук, профессор ДУХОВНОСТЬ И ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА ЧЕЛОВЕКА
  3. Ю. В. Ячменёв доктор юридических наук, профессор УСЛУГИ, ПРЕДОСТАВЛЯЕМЫЕ БАНКОМ РОССИИ
  4. Н. Г. Янгол доктор юридических наук, профессор ЗАРОЖДЕНИЕ И ГЕНЕЗИС ИНСТИТУТА АКЦИОНЕРНЫХ ОБЩЕСТВ В РОССИИ
  5. Н. Г. Янгол доктор юридических наук, профессор ПРОБЛЕМЫ ПРЕПОДАВАНИЯ КУРСА «ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО» В УСЛОВИЯХ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
  6. В. М. Боер доктор юридических наук, профессор ОБЩЕЕВРОПЕЙСКАЯ СИСТЕМА ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ. ЮРИДИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ И БОЛОНСКИЙ ПРОЦЕСС
  7. В. В. Цмай доктор юридических наук, профессор ЭВОЛЮЦИЯ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПОНЯТИЯ ВАКФ В МУСУЛЬМАНСКОМ ПРАВЕ
  8. Г. А. Агаев доктор юридических наук, профессор НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ, КАСАЮЩИЕСЯ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ОБЪЕКТА СОСТАВА НЕЗАКОННОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА
  9. А. С. Хацкилов аспирант X. X. Лойт доктор юридических наук профессор ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ СИСТЕМЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ПОДГОТОВКИ ГОССЛУЖАЩИХ ЗА РУБЕЖОМ
  10. Виктор НАЙДЕНОВ, доктор экономических наук, профессор
  11. ИТОГИ УКРАИНСКОЙ «НЕЗАВИСИМОСТИ»: БАНКРОТСТВО ЭКОНОМИКИ И ГОСУДАРСТВА Виктор НАЙДЕНОВ, доктор экономических наук, профессор
  12. О. Э. Старовойтова доктор юридических наук, доцент СОМАТИЧЕСКИЕ ПРАВА И ГЕНЕТИЧЕСКИЙ РИСК
  13. С. С. Бородин кандидат юридических наук, профессор ГОСУДАРСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ И ЕГО ОСНОВНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ . (ПРИЗНАКИ)