<<
>>

1.

Вроде бы очень умные и деловые люди, которые навязали в 1919 году в Версале «мир» измученным и ошеломленным народам, обладали информацией со всего мира. На их письменных столах лежали документы с самыми «точными» цифрами, все, к чему они могли бы проявить интерес.

Кто думал более реалистично, чем эти финансисты, эксперты по экономике и дипломаты? Сколько сложных расчетов, сколько хитроумных финтов, какое обилие «решающих» обсуждений и конференций! Кто мог предполагать,что на самом деле происходило в эти недели 1919 года? Кто мог вообразить, что эта напыщенная игра с ценностями, эта рационализированная до предела биржевая сделка была на самом деле танцем мертвецов? Трезвые, расчетливые люди, которые верили, будто мир у них в руках, с иронией отнеслись бы к тому, кто назвал бы их призраками. Но что такое призрак, как не существо, которое движется не по своим внутренним законам, а приводится в движение таинственной ирреальной силой? Разве не кажутся они одержимыми некой демонической силой, которая заставляет их делать противоположное тому, чего они, «собственно», хотят, эти версальские миротворцы? Был ли среди них хоть один представитель настоящей власти, который мог бы выглядеть исполнителем своей воли и судьбы? Вся класть на Земле была в их руках, и все же они не могли ничего. Они непрерывно распоряжались и приказывали, но вместо порядка получался хаос. Это были лжепоклонники власти, которые в конце концов вынуждены были признать, что их идол их одурачил. Они казались такими сильными, но уже через мгновение потеряли почву ПоД ногами, они парили в пустоте, превратились в призраки.

Никогда кажущаяся сила не превращалась столь бурными темпами в полное бессилие, никогда не было более жалких властелинов Земли, чем версальские победители; никогда насилие не доводило себя само столь радикальным образом до абсурда. Наряду с бесчисленными практическими последствиями этой пресловутой мирной конференции не следует забывать о символическом значении этого события.

Если мы сегодня не хотим больше ничего знать о той «духовности», которая некогда восторжествовала на Западе, то одна из важнейших причин этого - полный крах западной идеологии перед лицом такого явления и понятия как власть. Мы можем без преувеличения сказать: если бы ложь не стала в некотором смысле основным элементом западного духа, дело никогда не могло бы дойти до столь чудовищной, потому что она была организована и продумана до мелочей, лжи, как Версальский «мирный договор». Такое было невозможно без предварительной подготовки. Только люди, которых с детства учили маскировать реальность и говорить на языке ирреального, могли придать самому грубому орудию насилия, которое когда-либо существовало, Версальскому мирному договору, такую словесную форму, которая, в принципе, игнорировала фактическое положение дел и идею власти. Каждая конфискация, каждое отрезание областей, каждое создание новых властных структур обосновывались фразами о человечности и справедливости, в которые никто не верил. Те же люди, которые умели использовать насилие в любой форме с подлинной виртуозностью, всегда высказывались публично и «ответственно» в том смысле, будто власть сама по себе есть зло. Нет ничего более разлагающего, чем постоянное расхождение между словом и делом. Версаль не был случайностью; только система могла совершить это преступление. Система. Основанная на лжи, оказалась в конце Первой мировой войны на вершине своей власти...

Положение, будто власть сама по себе есть зло, - формулировка, принадлежащая одному искреннему немецкому моралисту и заимствованная Якобом Буркхардтом, — было изобретено для защиты гуманности. Однако воздействие этой идеи было таково, что она оказалась одним из самых негуманных заблуждений зашедшей в тупик западной цивилизации. С ее помощью скрываются различия сущности, которые необходимы для поддержания порядка в обществе. Если всякая власть есть зло, то нет различий между настоящей и мнимой властью, а на этих различиях зиждется любой истинный политический порядок.

Истинным порядок можно назвать лишь в том случае, если они придает форму и стабильность состоянию, основанному на реальных взаимосвязях, а эти взаимосвязи нелегко выявить. Они кроются в глубине жизни и не совпадают с существующими границами и балансами. Легче представить их себе как сумму существующих реалий. На конференциях обычно дается слово этим реалиям, а более глубокие взаимосвязи обречены на молчание. Действительность выступает на первый план во время войн, которые уничтожают видимость и открывают правду. Войны определяют истинные соотношения между народами.

Власть - это не добро и не зло, потому что нет власти вообще. Власть - порождение жизни. Ее можно назвать злом, если она основывается на ложных, противоречащих жизни предпосылках. Но правильней называть ее не злой, а лживой и ложной. Утверждать, будто любая власть - зло, значит, клеветать на жизнь. Хороша та власть, которая соответствует действительному состоянию жизни. Политика - это искусство согласовывать существующие властные структуры с тем, что живет в глубине... Жизнь меняется и власть меняется вместе с ней. Стабильными в процессе этих перемен остаются естественно-исторические сообщества, народы, а власть, о которой мы здесь говорим, это не субъективное стремление к власти, а тот объективный основной элемент в бытии народов, без которого стабильность и мир всегда останутся пустой мечтой.

<< | >>
Источник: В.Б. Авдеев. ФИЛОСОФИЯ ВОЖДИЗМА. 2006

Еще по теме 1.: