<<
>>

3.3. Клисфен достраивает здание демократии

— После того, как Гиппарх был убит заговорщиками, настало мое время бороться с тиранией Гиппия — начал свою речь представленный Черчиллем античный политик. — Я привлек на свою сторону народ, обещая предоставить ему политические права.
Я также использовал внешнеполитические затруднения Гиппия, войдя в союз со спартиатами, которые враждовали с Аргосом и Фессалией — союзниками Гиппия. Войска Спарты во главе с царем Клеоменом пришли нам на помощь и осадили тирана на Акрополе. Гиппий сдал крепость и бежал в Персию. Однако после его изгнания против демократов объединились все консерваторы от старой аристократии до сторонников Писистратидов. Во главе их стал Исагор. Спартиаты, помогая нам, преследовали цель изгнать Гиппия и утвердить свое политическое преобладание над Афинами. Однако, увидев, что их расчеты не оправдались, перешли на сторону Исагора. Я был вынужден бежать из Афин. Семьсот афинских семей, активных демократов, были изгнаны из города. Клеомен попытался низложить «совет четырехсот» (буле), отменить законы Солона и его государственное устройство, отдав город под власть Исагора и 300 его приверженцев. Однако афиняне восстали против Исагора и, в свою очередь изгнали из Афин его, его приверженцев и спартанский гарнизон, занимавший Акрополь. Таким образом, вернувшись в город, я смог продолжить дело Солона. Для чего я провел ряд реформ, подрывавших могущество знати. Прежде всего, я уничтожил главную опору аристократии — четыре старые родовые филы, на которые с древнейших времен делился весь афинский народ. Занимая господствующее положение в родовых союзах, аристократия держала под своим контролем всю массу народа. Чтобы ослабить ее влияние, мне предстояло изменить этот порочный порядок вещей. Для этого я, во-первых, ввел сугубо территориальную систему административного деления, распределив всех граждан по десяти новым филам и ста более мелким единицам — демам. Тем самым, мне удалось одним указом решить три задачи: 1) афинский народ и, прежде всего, крестьянство, составлявшее его наибольшую и наиболее консервативную часть, было выведено из-под влияния древних родовых традиций, на которых основывалось влияние знати; 2) были прекращены нередко возникавшие распри между отдельными родовыми союзами, угрожавшие внутреннему единству афинского народа; 3) были привлечены к участию в политической жизни те, кто до этого стоял вне фратрий и фил и в силу этого не пользовался гражданскими правами. Далее, во-вторых, я постановил, чтобы отныне воля народа, выраженная путем общего голосования в народном собрании (экклесии), приобретала силу обязательного для всех закона. В экклесии решались все вопросы внешней и внутренней политики. В обсуждениях могли участвовать все афинские граждане, независимо от имущественного положения, достигшие 20 лет. (Замечу, 3.3. Клисфен достраивает здание демократии 131 что с 18 до 20 лет наши юноши несли воинскую службу, и лишь затем они получали гражданские права.) Собрание собиралось не менее 40 раз в течение года. Повестка дня была известна заранее. Регулярно слушались отчеты должностных лиц, обсуждались ассигнования на военные нужды, сооружения общественных сооружений, продовольственное снабжение, вопросы, касавшиеся союзников и отношений с другими государствами.
Основной функцией экклесии было издание законов и декретов — решений по частным вопросам на основе уже существующих законов. Законопроекты тщательно обсуждались. Но и после принятия нового закона автор его в течение года мог быть привлечен к ответственности по обвинению в том, что предложил закон, противоречащий духу демократической конституции и существующим законам. Против него возбуждался специальный «иск о противозаконии» (графе параномон). В случае признания иска оправданным, автору законопроекта грозило суровое наказание вплоть до лишения его гражданских прав. В экклесии происходили выборы всех должностных лиц, не исключая и самых высших — архонтов и стратегов. Их выбирали открытым голосованием. Остальные должности замещались по жребию. Избираемые обязаны были отчитываться перед народом в своих действиях. А в том случае, если ими допускались какие-либо провинности, они могли быть подвергнуты тяжелому наказанию. При принятии решений применялось как тайное, так и открытое голосование. Рассматриваемые вопросы скрупулезно изучались и обстоятельно обсуждались, каждый участник собрания мог выступить со своим соображением. Существовала свобода слова, и ораторам разрешалось подвергать критике любые мероприятия в области внешней и внутренней политики. Право выступить имел каждый гражданин, присутствовавший на собрании. В-третьих, я преобразовал «совет четырехсот» в «совет пятисот» (булё), который избирался по новым территориальным филам и состоял из 10 частей (пританий) — по 50 представителей от филы, каждая из которых дежурила одну десятую года. Внутри филы (пританий) голоса распределялись между демами, в зависимости от численности их населения. Совет ведал вопросами управления в промежутках между народными собраниями. В его функции входило как руководство текущими делами, так и подготовка вопросов, подлежащих рассмотрению в народном собрании. Совет составлял предварительный проект решения, который мог быть принят или отвергнут экклесией. Решение, принятое без предварительного обсуждения в булё, считалось противозаконным. При текучем составе и большой численности участников экклесии нельзя было рассчитывать на детальное и деловое обсуждение там политических вопросов. Поэтому участие совета пятисот в их подготовке должно было предохранить от принятия необдуманных и вредных для демократии решений. В-четвертых, я упорядочил судопроизводство. В суде присяжных (ге-лиэе) могли участвовать неограниченное число раз все граждане Афин, независимо от имущественного ценза, достигшие тридцатилетнего возраста. 132 Глава 3. Античная альтернатива (начало холодной войны) Ежегодно жребием из желающих отбиралось 5000 судей и 1000 запасных. В дни судебных заседаний (их было не менее 300 в год) судьи жребием распределялись по судебным помещениям. Они заранее не знали, какие дела будут рассматривать, что исключало возможность подкупа и злоупотреблений. Но адвокаты к прению сторон не допускались — каждый должен был обвинять или защищаться сам. Для выступлений существовал строгий регламент. При огромном множестве подлежавших рассмотрению дел, существовала определенная очередность. Вне очереди рассматривались дела о преступлениях против государства, антидемократических заговорах, по поводу которых выносилось «чрезвычайное заявление» (исангелйя). Суд был открытым, гласным. Решение принималось тайным голосованием, простым большинством голосов. Оно было окончательным и обжалованию не подлежало. И последнее, что я должен подчеркнуть особо — афинского гражданина нельзя было подвергнуть тюремному заключению без судебного приговора. В-пятых, я реформировал и военное командование — учредил коллегию из десяти стратегов, избираемых по одному от каждой филы. В-шестых, я положил начало созданию системы клерухий — военно-земледельческих афинских поселений на территории союзников. В-седьмых, чтобы предупредить возможные попытки возродить тиранию, я ввел остракизм — суд черепков. Его суть сводилась к следующему. Ежегодно весной специальное собрание решало, нужно ли произвести остракизм, т. е. выявить — нет ли среди граждан человека, потенциально опасного для существующих порядков, способного совершить государственный переворот. Если собрание признавало, что таковые находились, то созывалось вторичное собрание, уже в составе не менее 6000 граждан, на котором каждый их писал на черепке (остраконе) имя опасного, по его мнению, человека. Осужденный простым большинством изгонялся из Аттики на десять лет. Таким-то образом Афины защитили себя от притязаний на тиранию со стороны многих честолюбцев. Среди них, к сожалению, оказались и такие известные личности, как Фемистокл и Аристид. Особенно огорчительно было видеть в изгнании Фемистокла — создателя афинского морского флота и победителя персов в морской битве при Саламине, сыгравшей ключевую роль в благоприятном для греков окончательном исходе войны. Создание флота, кроме того, повлекло за собой политические последствия. Оно усилило позиции демократии в Афинах, и, прежде всего, самых малоимущих гра-ждан-фетов, которые в сухопутном ополчении могли служить лишь в качестве вспомогательных отрядов лучников и пращников. Для службы же во флоте не требовалось иметь собственное дорогостоящее снаряжение. Поэтому они и составили основную массу моряков, вовлеченных в активную воинскую службу, что повышало их вес и значение. Вот, вкратце и все, что я мог сказать о моем вкладе в продолжение реформ Солона, — сказал Клисфен. 3.4. Перикл — гимн античной демократии 133 — И все это совершено за год-другой! Фантастическая плодотворность и эффективность принятия и проведения реформ, изменивших лицо мира, следует признать. Вы поистине герой демократии, и более всех победителей Олимпийских игр заслуживаете лавров победителя, ибо Ваше дело в наши дни обрело «второе дыхание», — произнес Черчилль, восхищенно покачивая головой и улыбаясь. — Но, как известно, к апофеозу античной демократии традиция относит годы, можно сказать, всевластия в Афинах Перикла. Надеюсь, никто не станет возражать, если мы попросим и его изложить свою точку зрения на сущность того государственного строя, служению которому он отдал свои лучшие годы.
<< | >>
Источник: Гивишвили Г.В.. От тирании к демократии. Эволюция политических институтов.. 2012

Еще по теме 3.3. Клисфен достраивает здание демократии:

  1. РЕФОРМЫ КЛИСФЕНА И ИХ ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ РАЗВИТИЯ АФИНСКОЙ ПОЛИСНОЙ ДЕМОКРАТИИ Борьба Клисфена за власть
  2. Глава 5 М. Оствальд РЕФОРМЫ КЛИСФЕНА
  3. Различия между совещательной демократией и демократией совместной работы
  4. ВОЗВРАЩЕНИЕ К ДЕМОКРАТИИ — ХРИСТИАНСКИЕ ДЕМОКРАТЫ И СОЦИАЛИСТЫ У ВЛАСТИ (1989-2006)
  5. Здание «новой метафизики» на старом фундаменте
  6. 1.6. «Здание Королевы» — новый инженерный корпус Университета Де Монфора, Лестер, Соединенное Королевство
  7. Жесткая демократия — мягкая демократия
  8. ГЛАВА 6 Суверенная демократия
  9. РЕВОЛЮЦИЯ, НАСИЛИЕ И ДЕМОКРАТИЯ
  10. ДЕМОКРАТИЯ
  11. § 30 Развитие демократии при Перикле
  12. Петер Тёльдеши Перегруженная демократия
  13. Несостоятельность прямой демократии