<<
>>

Политическая случайность и экономическая необходимость

Нападки на марксизм, которые осуществляют все буржуазные фракции, а демократически-империалистические и оппортунистические течения с особым ожесточением, ставят своей целью помешать тому, чтобы пролетариат усвоил революционную науку в борьбе за свою эмансипацию.
Нападки на марксизм не могут, разумеется, помешать объективному факту классовой борьбы; но без теории классовое движение обречено увязнуть в болоте безрассудства или безропотной покорности, ожесточения или уныния, корпоративизма или утопии. В любом случае, без опоры на науку, пролетариат обречён оставаться подчинённым классом. С другой стороны, нападки на марксизм не могут помешать марксистской науке продолжить жизнь в её естественном теле - организме ленинистской партии, составленной рабочими кружками, способными воспроизводить себя на этапе отступления. Напротив, чем более ядовитыми являются эти нападки, тем больше организм авангарда воспроизводит антител и становится всё более устойчивым. Именно диалектика естественноисторического развития приводит к тому, что в трудном процессе отбора политических видов пролетарская партия живёт дольше других, становится сильнее из-за этих нападок, потому что именно они вынуждают её лучше оснащать себя теоретически, политически, организационно. Если бы это было не так, то марксизм уже исчез бы и не был больше объектом нападок. Действительно, после каждого так называемого «кризиса марксизма», революционная наука пролетариата всегда переживала период расцвета. Общественная земля вращается вокруг солнца истории: за каждой зимой оппортунизма следует весна пролетарской преемственности и коммунистических принципов. Истина состоит в том, что нападки на марксизм, независимо от их цели, не способны уничтожить ни классовую борьбу, ни марксизм, но могут создать дополнительные препятствия материалистическому процессу формирования политического сознания в рядах наёмных работников.
Кризис реструктуризации, который переживает итальянская метрополия, демонстрирует объективную задержку в формировании значительной рабочей аристократии, реальной базы оппортунизма с точки зрения революционной партии. Только обладая такой социальной базой, империализм усиливается в рамках стратегического столкновения, которое навязывается ему объективным международным положением. Сила оппортунизма, концентрирующаяся в слоях мелкой буржуазии, не представляет собой серьёзной проблемы для ленинистской стратегии, поскольку последняя не ставит перед собой цель, в рамках зрелого капитализма, перетянуть на свою сторону мелкобуржуазные массы, а, в крайнем случае, стремится нейтрализовать их. Оппортунистическая сила без многочисленной рабочей аристократии, которая на нынешнем уровне пролетаризации может также включать в себя некоторые слои служащих, станет гигантом на глиняных ногах в 40 А. Черветто. Политическая оболочка тот исторический момент, когда ленинистская стратегия сможет опереться на широкие слои пролетариата и завоевать революционное большинство. Потребность в реструктуризации итальянского империализма также вызвана международной конкуренцией и связанной с этим необходимостью прочной оппортунистической базы. Если сегодня он может опереться на поддержку мелкой буржуазии и, следовательно, свести на нет роль оппортунизма, то такое тактическое решение не может быть им спроектировано на бесконечно долгое время. Или он реструктурируется, сократив ряды мелкой буржуазии и расширив слои пролетариата, или вынужден будет прийти не только в относительный, но и абсолютный упадок. Но социальный и политический процесс, в итоге предусматривающий расширение рабочей аристократии и более сильный оппортунизм, в других метрополиях занял десятилетия, и в итальянской метрополии он требует того же времени. Основываясь на этом предвидении, мы, в начале 60-х годов, обосновали возможность развития ленинист-ской партии в условиях зрелого капитализма. В этом заключалась и заключается, по нашему мнению, итальянская «специфика»; в то время как в других метрополиях этот социально-политический процесс прошёл в предыдущие десятилетия, и возобновление реструктуризации и кризиса нарушения равновесия не вызвало ещё, в связи с расширением мирового рынка, глубокого раскола рабочей аристократии.
В итальянской метрополии партия ещё открыта, и она продолжится многие годы. Вот почему атака на марксизм по вопросу политической теории имеет особое значение. В силу недостаточности, в настоящее время, экономических инструментов для того, чтобы привязать к себе значительные слои наёмных работников, итальянский империализм, посредством оппортунизма, вынужден использовать только политические и идеологические инструменты. Но, прежде всего, он пытается помешать тому, чтобы широкие слои наёмных работников извлекли рациональные и научные, то есть марксистские, выводы из кризиса, в условиях которого они живут, и который они оплачивают. В пролетарских массах ощущается сильная потребность ясно видеть и понимать, почему всё это происходит. Потребность в марксизме широко распространена, даже если потребуются годы для того, чтобы это стало очевидным. Поэтому всё более всеобщей становится кампания по внесению путаницы, направленная против марксизма. Говорится о том, что марксистской теории политики, государства, политических институтов не существует или она недостаточна. Это не так! Существует очень точная марксистская теория и очень точный марксистский анализ политики. Марксизм - это подлинный неисчерпаемый источник науки о политике, как мы это уже продемонстрировали и будем иметь случай для того, чтобы сделать это и в дальнейшем. Весь ряд концептуальных инструментов, которые служат для анализа политического движения, политических институтов, политической власти, был разработан и применён впервые марксизмом, и как таковой он отныне вверен историческому развитию. Если в определённые моменты эти инструменты не Глава 2. Иллюзия примата политики 41 использовались, то это вина не марксизма, а ревизионизма и социал-демократической и сталинистской контрреволюции. Инфантилизм и незрелость революционного движения также способствовали задержке в применении науки на практике. И именно науке, а не её подделкам или задержкам в применении стоило бы пытаться оппонировать. Именно принцип детерминированности политики экономическим базисом пытаются скрыть в антимарксистской полемике, и именно потому что он неизбежно, и с каждым днём все больше подтверждается конкретными фактами.
Марксистская теория политики не является многопричинным эклектизмом, который может быть, как и всякая социология, растянут в любую сторону для того, чтобы прикрыть противоречия неизлечимо антагонистичного общества. Она не может быть также сведена, как это пытаются сделать, к теории, которая склоняется перед базисом как «последней инстанцией» в определении политики. В письме 1890 г. Блоху Энгельс ясно говорит по этому поводу: «Согласно материалистическому пониманию истории в историческом процессе определяющим моментом в конечном счёте является производство и воспроизводство действительной жизни. Ни я, ни Маркс большего никогда не утверждали»3. Энгельс добавляет: сказать, что «экономический момент является будто единственно определяющим моментом», было бы неточно, так как «экономическое положение - это базис», но «политические формы классовой борьбы», «еёрезультаты», «правовые формы» и «даже отражение всех этих действительных битв в мозгу участников» «оказывают влияние» «на ход исторической борьбы» «и во многих случаях определяют преимущественно форму». «Существует взаимодействие всех этих моментов, в котором экономическое движение как необходимое в конечном счёте прокладывает себе дорогу сквозь бесконечное множество случайностей (то есть вещей и событий, внутренняя связь которых настолько отдалена и настолько трудно доказуема, что мы можем пренебречь ею, считать, что её не существует). В противном случае применять теорию к любому историческому периоду было бы легче, чем решать простое уравнение первой степени»4. Тезис о взаимодействии между экономическим базисом и надстройкой интерпретировался, порой, в терминах релятивизма и двойной причинной связи. Напротив, это глубокий пример материалистической диалектики и, поскольку мы ведём об этом речь, науки политики. Он объясняет реальный процесс, то есть сложную экономическую детерминированность политики. Эта детерминированность реализуется не потому, что экономический фактор является единственно определяющим. В этом случае это была бы не детерминированность, а органическое совпадение в силу того, что всё было бы базисом, экономикой, экономической структурой. Напротив, детерминированность реализуется потому, что надстройка реагирует, придавая форму, но не содержание, долгосрочной исторической борьбе. Взаимодействие всех базисных и надстроечных факторов созда- 42 А. Черветто. Политическая оболочка ёт бесконечную массу несущественных или случайных причин, поэтому именно через надстроечные и политические факторы «экономическое движение как необходшюе в конечном счёте прокладывает себе дорогу», то есть в качестве закономерного и причинного элемента перед лицом случайностей и возможностей. Марксистская наука предоставляет нам, на этой странице письма Энгельса, непревзойдённый инструмент теории и борьбы для понимания наших дней и выполнения наших задач.
<< | >>
Источник: Черветто А.. Политическая оболочка.. 2010

Еще по теме Политическая случайность и экономическая необходимость:

  1. ГЛАВА VI. Экономические корни империализма.
  2. 2. Территориальное проявление действия и использования экономических законов — основа регионального народнохозяйственного прогнозирования
  3. 3.1. Профессионализм политической деятельности
  4. 5.5. Организационная культура политической команды
  5. 1. Борьба за власть в послесталинский период. Изменения в общественно-политической жизни страны.
  6. СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ КРИЗИС В 1968—1969 ГОДАХ
  7. Г л а в а 3 ПОЛИТИЧЕСКАЯ РОЛЬ КОНСЕРВАТОРОВ в 1807 - начале 1812 года
  8. концептуальная модель состояния экономической науки в 1990 году
  9. 3. Внутриполитическая борьба в 1932—1934 гг.
  10. Глава 16 ЭКОНОМИЧЕСКАЯГЕОГРАФИЯ
  11. 7.3.2. Территориально-политическое устройство государств
  12. Уровни политической культуры
  13. ПОЛИТИЧЕСКАЯ РЕКЛАМА КАК СРЕДСТВО ВОЗДЕЙСТВИЯ НА ЭЛЕКТОРАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ
  14. Д.Е. Сорокин Л.И. Абалкин: политическая экономия и экономическая политика
  15. Возможен пи синтез economics и политической экономии?
  16. В.Т. Рязанов Политическая экономия особенного: многообразие и альтернативность в экономике
  17. В.В. Каширин Судьбы политической экономии и современность