Кароль Сигман ПОЛИТИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ И ПОЛЕ НАУКИ ВО ВРЕМЯ ПЕРЕСТРОЙКИ В РОССИИ: ПРОТИВОРЕЧИВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

  Поле социальных наук может влиять на поле политики различными способами: посредством экспертных оценок или научного дискурса, которые могут быть использованы в политической борьбе, посредством активизации самого научного пространства и, реже, посредством обеспечения социальных движений необходимыми ресурсами, позволяющими войти в политическое поле.
Именно это и произошло в России во время перестройки (1986-1991 годы), когда благодаря поддержке институтов Академии наук СССР образовались независимые от официальных организаций политические «клубы». Цель данной статьи - понять, как могла возникнуть такая «сцепка» и как она сказалась на позициях этих организаций в постоянно изменяющемся политическом пространстве.
«Неформальные», то есть неофициальные клубы появились в 1986-1987 годах практически во всех областях социальной жизни (культура, спорт, музыка, педагогика, политика и др.). По данным газеты «Правда», в декабре 1987 года насчитывалось около 30 000 таких организаций по всему СССР, а в начале 1989 года их было уже в два раза больше[230]. Те из них, кто определял себя как политические, стремились стать официальными представителями этого разнородного множества: именно о них пойдет речь в этой статье.

Начиная с 1987 года наиболее заметные из неформальных клубов стали заявлять о своей поддержке реформ Михаила Горбачева и получили признание со стороны «реформаторов» коммунистической партии (КПСС), которые и придали им политическую видимость. В частности, эти клубы получили помещения для проведения заседаний в административных зданиях, что в то время было важным, а также доступ к прессе. На самом деле «реформаторы» искали поддержку общества в борьбе против «консерваторов». В результате, так называемые «неформалы» и «реформаторы» установили отношения взаимопомощи и поддержки, в которых академические институты выступили в роли посредников[231].
Мы хотели бы проанализировать в двух различных исторических перспективах те сложные отношения, которые сложились между членами этих клубов: учеными, обладающими сильными позициями в поле социальных наук, и реформаторами из КПСС. В первый период (1987-1988 годы), несмотря на поддержку, которую они оказывали реформам и реформаторам, неформальные клубы попытались изменить правила политической игры и разрушить режим изнутри, для чего были вынуждены опереться на академический истеблишмент. В отличие от диссидентов 60-х - 70-х годов, неформальное движение, оппозиционное по сути, отказалось от классической стратегии прямого противостояния. В двойной игре «поддержки и оппозиции» его связь с академической средой была необходима для освобождения от контроля партии. Во второй период (1991-1992 годы), наоборот, неформалы, превратившиеся к этому времени в «демократов»[232], оказались заложниками своей позиции в
политическом пространстве из-за поддержки, которую они оказывали новой российской власти в лице Бориса Ельцина, а также из-за своей связи с академической средой. Эти отношения, подарившие неформальным клубам свободу в начале перестройки, обратились в итоге против них, ограничивая их пространство возможных позиций.
Почему связь неформальных клубов с полем науки привела к столь противоречивым последствиям? Суть их может быть определена только при условии того, что мы принимаем во внимание отношения между политическим полем и полем социальных наук.
В первый период научно-исследовательские институты откликнулись на призыв реформаторов КПСС и согласились «приютить» некоторые неформальные клубы. В задачу институтов входила поддержка неформалов, а также контроль над их деятельностью, что свидетельствует о гетерономии самих институтов[233]. Однако они достаточно быстро осознали, что, с одной стороны, не в состоянии держать клубы под контролем, а с другой - что советская система разрушалась, по причине чего роль простого посредника перестала их удовлетворять. Институты принялись играть в свою собственную игру, оказывая неформалам покровительство. Именно деятельность столь подрывного предприятия, каковым являлось неформальное движение, внутри поля социальных наук стала, по-видимому, одним из факторов, который заставил отдельных представителей академических кругов из числа наиболее чувствительных к политическим требованиям дистанцироваться от своих «подшефных».
Во второй период отношения между двумя пространствами изменились, так же как и сама позиция неформалов
в политическом поле. Некоторые из них вошли в институты власти (Съезд народных депутатов РСФСР, местные советы), а клубы, большинство которых если не исчезло, то трансформировалось в политические партии, дистанцировались от Академии наук. Тем не менее, связи, которые члены неформальных клубов имели в академической среде, ограничивали их политические позиции в числе прочего потому, что ослабли границы между полем политики и полем науки. Многие ученые стали профессиональными политиками и бросили свои академические посты: те, кто ранее лишь консультировал власти, в дальнейшем полностью перешли в политическое пространство и из покровителей демократов-неформалов превратились в их прямых конкурентов. Учитывая, что эти ученые занимали в пространстве политической власти более сильные позиции, чем неформалы, они стали для последних основной возможностью доступа к исполнительной власти: неформалы были вынуждены объединяться с ними, чтобы сохранить свое присутствие в политическом поле[234].
В основу данной статьи лег эмпирический материал по исследованию порядка тридцати организаций Москвы (около десяти появились в 1987-1988 годах, а остальные - с 1989 года), которые с 1986 по 1991 год принимали активное участие в публичной деятельности[235]. Общее же число политических организаций в Москве в 1987-1988 годах достигало сотни, а в 1989-1990 годах доходило до двухсот. Избранные группы играли центральную роль в формирова
нии и представлении движения, сначала «неформального», а потом «демократического», не только в Москве, но и на уровне всей страны: они организовали ключевые обсуждения для истории движения, получили признание со стороны реформаторов партии, им удалось войти в «большую политическую игру». В первый период к ним относились, например, клуб «Перестройка» и «Клуб социальных инициатив» (КСИ), которые объединяли вокруг себя около десяти других клубов. Во второй период эту роль взяло на себя движение «Демократическая Россия», которое объединило большинство «демократических» групп (новых партий или партий, появившихся на месте бывших неформальных клубов, профсоюзов и т. д.).
Сначала мы рассмотрим, как осуществлялось внедрение некоторых клубов в академическую среду, что и дало им возможность действовать в политическом пространстве. Затем мы постараемся показать, при каких обстоятельствах и с помощью каких механизмов эта связь с академическим полем ограничила их позиционные возможности и политическую идентичность.
<< | >>
Источник: Н.А. Шматко. Символическая власть: социальные науки и политика.. 2011

Еще по теме Кароль Сигман ПОЛИТИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ И ПОЛЕ НАУКИ ВО ВРЕМЯ ПЕРЕСТРОЙКИ В РОССИИ: ПРОТИВОРЕЧИВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ:

  1. ТЕМА 13. общественно-политическое движение в россии ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА
  2. 5.4. Контрреформы Александра III. Противоречивый характер пореформенной модернизации России.
  3. §1. Кризис межобщинного взаимодействия (1963 г.) и его последствия
  4. 3.3. ВИРТУАЛЬНОЕ ПОЛЕ ПОЛИТИЧЕСКИХ СРАЖЕНИЙ
  5. Время, пространство и активное взаимодействие
  6. Заключение. Взаимодействие библиотечной науки и практики
  7. Политические науки и социальные науки
  8. Глава 21 Структурная перестройка ЯПОНСКОЙ экономики. Поиски политического равновесия (1974—1987)
  9. ТЕМА 6.Российская империя на пути к индустриальному обществу. Особенности промышленного переворота в России. Общественная мысль и общественные движения в России в XIX в.
  10. Е. М. Бобовое ИСТИНЫ НАУКИ и ХРИСТИАНСТВА: ПУТЬ ОТ ДИАЛОГА К ВЗАИМОДЕЙСТВИЮ и СОРАБОТНИЧЕСТВУ
  11. Вопрос 52. Первая мировая война и последствия участия в ней для России
  12. Общественно-политические движения
  13. Политические группировки и их взаимодействие
  14. ОЧЕРКИ ПО ИСТОРИИ НАУКИ В РОССИИ Часть Ш
  15. Государство и культура в период между двумя перестройками (середина 60-х — середина 80-х гг.) и в годы перестройки (1985—1991 гг.)
  16. 1. Причины, характер, содержание и последствия политической раздробленности Древнерусского государства.
  17. МАССОВЫЕ НАСТРОЕНИЯ В ПОЛИТИЧЕСКИХ ДВИЖЕНИЯХ
  18. ОЧЕРКИ ПО ИСТОРИИ НАУКИ В РОССИИ в 1725-1920 гг.