<<
>>

ПОЛИТИКА КАК ПРОДОЛЖЕНИЕ ПРИРОДНОЙ СОЦИАЛЬНОСТИ ЧЕЛОВЕКА (АРИСТОТЕЛЬ)

Аристотель утверждает, что человек есть «политическое животное» (zoon politikon). С греческого это можно перевести — и это было отправным моментом наших рассуждений (гл. I, с.

4) — и как «общественное животное». Тем не

менее социальность человека должна пониматься как политическая социальност Социальные животные существуют и помимо человека. Однако не все ЖИВ0Т4

социальны, и ни одно из них не ведет политической жизни. В то же

хотя политическая жизнь свойственна только человеческому роду, она проявляв ется не во всех человеческих сообществах.

У животных, живущих стадами или стаями, существует общественная жизн, хотя она никогда не бывает политической. Социальность является общим свой! ством лишь некоторых животных, но она присуща всем людям. Однако Удюде| она носит иной смысл, поскольку общество бывает, если можно так сказать, ТОл* ко социальным, но может быть также и политическим и гражданским, так кака самой природе людей заложено стремление (не эквивалентное инстинктивном! автоматизму) жить в сообществах, в которых проводится различие между спра ведливым и несправедливым. Точнее говоря, люди живут либо в сообществах! организованных как политическое общество, либо в дополитических 0бщес_|

вах. Причем в условиях политических обществ они одновременно участвуют! объединениях других типов.

Прежде всего укажем разницу между людьми, живущими как «народ», ка этнос, и теми, кто живет в полисах, политических обществах (котоша роШ1к6]|| В Западной Европе, с ее холодным климатом, отмечает Аристотель, люди Пре| исполнены мужества, но недостаточно наделены умом и способностями. Напроч тив, в Азии, где жаркий климат, люди обладают умом и отличаются способное^ тью к ремеслам, но им не хватает мужества. Одни эллины, и только они, в 0тлвд чие от кельтов и персов, обладают в равной мере обоими этими качествами, по| этому их привилегией стал полис.

Но для многих эллинов это пока лишь воз'^ можность, потому что нормой организации их жизни является «народ», а не го| род, и настоящего города-государства нет почти нигде, кроме Афин. Точнее'Й Афины были таковыми, так как Аристотель говорит об их деградации в резуль! тате развития товарного хозяйства, которое, будучи интернациональным, Под1_ рывает авхарКИЧеский идеал города-государства («Политика», книга седьмая, \ТГГ| Помимо политических, существуют и другие типы объединений, соответст^ вующие определенной функции, цели или особому типу деятельности, наосно? ве которых возникают разные виды содружеств (рЫНа). Таковыми являются се мья, образуемая союзом мужа и жены, поместье (о1ко5)', где объединены ЖИЗНь:1| и производственная деятельность и где господин командует рабами, а также эки-% паж судна, полк, религиозное братство — все это частицы (или сферы) политического общества. Гражданское общество, когда оно реально существует, стоит выше этих типов объединений, причем в двух аспектах. Оно включает в себя все* другие объединения и ставит перед собой не частную цель, связанную с «сию-] минутными интересами», а цель общую для всех. Она состоит не в воспитании^ детей, не в управлении о/Аш, не в морских путешествиях и не в ведении войн, а в удовлетворении общих интересов людей. Поскольку цель гражданского обще- 1

Напомним П0ПуТН0> что слово «экология» происходит от греческих слов oikos, что означает дом’ поместье, жилище, и logos. Поэтому экология - это наука о живых существах в окружающей среде, а экономика - это прежде всего наука об управлении поместьем ства самая возвышенная, именно в нем человек самореализуется и достигает вершины добродетели. Следовательно, город-государство отвечает природе человека, потому что самая высокая цель живого существа — это цель, соответствующая его природе. Превосходство гражданского общества над другими формами сообществ ставит политическую науку на место архитектонической дисциплины в ряду неспекулятивныхдисциплин.

Показательным признаком политической социальности человека является присущая ему способность владеть языком, что свойственно одним лишь людям, потому что они не только умеют общаться, пользоваться произвольными знаками, но и разговаривают друг с другом, осмысливают, что справедливо и что несправедливо; именно город, гражданское общество являются тем местом, где устанавливается различие между справедливым и несправедливым (здесь уместно провести сравнение с определением политики у Карла Шмитта как разделения на друзей и врагов, см. с. 60).

Таким образом, человек есть политическое животное в том смысле, что он социальное животное, а также в том смысле, что только он способен жить в «гражданском обществе». Как бы оно ни называлось — ассоциация или общество, речь идет об объединении людей, основанном не на соглашении или сговоре. И хотя определенные отношения между гражданами иногда весьма трудно интерпретировать, можно отметить, что в отличие от неравноправных и асимметричных отношений, осуществляемых в пользу одной из сторон (в пользу господина, но не раба, например, в о/'/гоя, или в пользу родителей, а не детей в семье), политическая власть применяется к свободным и равным людям (точнее, считающимся таковыми) и приносит им взаимную выгоду («Политика», книга третья, VII). (Это рассуждение позволяет причислить Аристотеля ктеоретикам равенства перед законом, см. гл. IX, с. 270.) Соотносимость города-государства с природой не означает, что любое объединение — даже со своими политическими руководителями и вождями —является в полной мере политическим полисом, ведь необходимо, чтобы он обеспечивал благосостояние граждан и делал их счастливыми. Следовательно, в существовании гражданского общества нет автоматизма: соответствие с природой реализуется не всегда, развитие этого соответствия может быть остановлено, деформировано. «Природа» любого индивида составляет его сущность, которая реализуется лишь при определенных условиях: политическое объединение и хронологически и реально появляется позже семьи и позже селения и может не институционализироваться, однако по своей сущности оно им предшествует.

Естественная социальность человека неизбежно приводит его к политическому обществу. Поэтому утверждение естественности полиса не следует понимать как утверждение его безусловной универсальности — здесь речь идет скорее о том, что его характер не является ни искусственным, ни договорным. Это означает, что город может быть чем-то естественным и в то же время результатом деятельности законодателя-основателя. Иначе говоря, «искусственность» города-государства продолжает или имитирует природу, но никак не является чем-то произвольным13.

«Природа» у Аристотеля не является одним из проявлений «идеи» у „ ;

город не есть неизменная, вечная вещь в себе — как идея справедливого тона| государства у Платона. Аристотель считает, например, что каждый полис°^°да^ дает наилучшим для него устройством. Мир, где живут люди, не иллюзия, 0 ла1

КОТОм

рои следует опасаться, а проявление непосредственной человеческой 1

ности, в то же время осторожность является достоинством, позволяюцДе\?тель1

способляться к обстоятельствам, не впадая при этом в релятивизм,

природа (человека, города-государства) выступает в качестве нормы в1то^оль,<

мере

в какой живые существа стремятся к свойственным им целям, встречая и

пре*

одолевая препятствия, которые они могут преодолеть. Следовательно ческий город не есть случайность, противоречащая человечности гчЖЛелове

возможное место его реализации.

<< | >>
Источник: Кола Доминик. Политическая социология/ — М.: Издательство «Весь Мир», «ИНФРА-М». —XXII, 406 с. — (Серия «Университетский учебник»).. 2001

Еще по теме ПОЛИТИКА КАК ПРОДОЛЖЕНИЕ ПРИРОДНОЙ СОЦИАЛЬНОСТИ ЧЕЛОВЕКА (АРИСТОТЕЛЬ):

  1. Методология религиоведения второй половины Х1Х - начала ХХ века
  2. § 4. Поздний Фуко 0 человеке И этике
  3. РАЦИОНАЛИСТИЧЕСКАЯ ИЛИ НЕВЕРУЮЩАЯ ВЕРА В БЕССМЕРТИЕ
  4. ОЧЕРК ИСТОРИИ КИНИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ
  5. Предметный указатель
  6. Область субъектной самореализации человека
  7. ПОЛИТИКА КАК ПРОДОЛЖЕНИЕ ПРИРОДНОЙ СОЦИАЛЬНОСТИ ЧЕЛОВЕКА (АРИСТОТЕЛЬ)
  8. ГОСУДАРСТВО КЛАДЕТ КОНЕЦ ВОЙНЕ ВСЕХ ПРОТИВ ВСЕХ (ГОББС)
  9. КОСМОС ИСЛАМА
  10. Идеологический груз прошлого.
  11. Зарождение геополитических идей.
  12. ГЛАВА 6 Новгород
  13. СПРАВОЧНЫЙ ИНДЕКС
  14. 5.3. Дискуссия
  15. Глава 2 СВОБОДА И ЛИБЕРАЛИЗМ: ТЕОРИЯ ВОПРОСА
  16. Глава 3 ПОЛИТИЧЕСКОЕ ИЗМЕРЕНИЕ НЕПОЛИТИЧЕСКИХ ФИЛОСОФИЙ
  17. §1. Феномен социального в историко-философской ретроспективе
  18. §3. Образование как способ профессиональной идентификации
  19. 1.1 Теоретико-методологические основания изучения сексуальности в современной философии
  20. 1.2. Классические и неклассические подходы в социальном познании