<<
>>

Социология нации по Сталину

В жесткой борьбе за контроль над партией и за привлечение в ее ряды рабочих (а еврейский пролетариат представляется здесь крупнейшим резервом) Ленину необходимо усиливать удары по меньшевикам и — еще более — по «бундовской сволочи».
И он находит помощника для этой борьбы — никому не изве- ! стного тогда «инородца», который некоторое время спустя станет Сталиным. Вскоре Ленин назовет этого человека «чудесным грузином», ибо тот по его просьбе напишет «превосходную брошюру» — «Марксизм и национальный вопрос». •

Благодаря своим познаниям в данном вопросе Сталин получит после Октябрьского государственного переворота пост министра по делам национальностей (официальное название этого поста — народный комиссар, но функции остались прежними, министерскими), а его политический триумф сделает названную брошюру обязательным первоисточником для всего коммунистического движения76.

Сталинское определение нации имеет ограничительный характер и сокращает число претендентов на звание нации77. Для того чтобы какая-либо группа могла называться нацией, она должна обладать четырьмя неразрывно связанными между собой чертами: «Нация есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры»78.

Речь идет об «общности людей», а не о «расовой», или «племенной», общности. Так, итальянскую нацию образовали римляне, германцы, этруски, греки, арабы и т.д. Нация есть объединение, но оно должно быть устойчивым, не случайным. Однако одной устойчивости недостаточно. Поэтому Австрия и Россия не образуют наций из-за отсутствия у них общего языка, который должен быть не «официально-канцелярским», а «народно-разговорным». Но и говорящие на одном языке не образуют нации. Англичане и американцы — различные нации, ибо они живут не совместно, а на разных территориях.

И Сталин вводит здесь в свое определение временное измерение, но делает это почти незаметно, с помощью критерия пространственной однородности: «Нация складывается только в результате длительных и регулярных общений, в результате совместной жизни людей из поколения в поколение»79. Однако общность территории сама по себе еще не создает нации, для этого нужна, кроме того, «внутренняя экономическая связь, объединяющая отдельные части нации в одно целое»80. Поэтому, например, Грузия как нация появилась лишь в конце XIX в., когда приходит конец ее экономической раздробленности. Нациями могут называться лишь такие общности, которые прошли стадию феодализма и развили у себя капитализм. Как замечает Сталин, сам по себе «психический склад», или «национальный характер», может показаться чем-то неуловимым, но он выражается в общей культуре, которая исторически изменяется, накладывая свой «отпечаток» на «физиономию нации». Наделение нации человеческими чертами очевидно: у нации есть душа, формирующая ее облик.

Очевидна и слабая увязка частей текста. С одной стороны, его автор утверждает, что нация должна обладать общей территорией для того, чтобы люди, ее составляющие, жили совместно из поколения в поколение; с другой же стороны, утверждается, что Грузия как нация родилась лишь в конце XIX в. (напомним, что брошюра была написана в 1912 г.!); эти логические несоответствия помогают обнаружить цель, которую ставил перед собой автор брошюры: наделить равной значимостью критерий территориальной общности и другие признаки нации. Но логику конструкции можно понять, выявляя следствия производимых исключений. Действительно, сталинское определение, в котором четыре критерия (язык, территория, хозяйственная жизнь, психический склад) по своему характеру взаимосвязаны, позволяет ему заявить, что евреи не образуют «единой нации», что немцы и латыши в Прибалтике тем более не составляют наций.

Теоретическая атака Сталина направлена против Бауэра, который обвиняется в «мистическом» видении нации, ибо считает евреев одной нацией, хотя они не говорят на одном и том же языке, «никогда не выступят совместно, ни в мирное, ни в военное время».

Если Бауэр отождествляет «эволюционно-националь- » политику с политикой современного рабочего класса, то Сталин полагает, ?то, продолжая бороться против политики национального угнетения, следует ;гремиться подорвать ее корни, обезвредить. Перенесение австрийского подхо- к национальному вопросу на российскую почву неуместно, потому что в пар

Австрии этот вопрос составляет ось «политической жизни», тогда

к в России такой осью является аграрный вопрос. Более того, борьба за куль- _п ю автономию может лишь способствовать разрушению «единства рабоче-

Г ’

П движения».

Что касается евреев, то невозможность сохранения их как нации (Сталин на- что такой взгляд уже высказывали Маркс, а затем Каутский) объясня-

ЭМИНс1С 1,

^,тся прежде всего тем, что «у евреев нет связанного с землей широкого устойчиво-

ишл, 1^^ю^ппи ^1ч.р^илл1ищи1 и пациш'/. дипихсшилопи, по ^ МИЛЛИОНОВ

||усских евреев только 3—4% связаны с сельским хозяйством. Итак, Сталин, вы"

же время рассматривает крестьянство в качестве социального класса, сообща- свою реальность нации; а у евреев отрицается их национальное существо-

(эщего

ание,

ибо они «беспочвенны» (перефразируя название романа Мориса Барреса). Госкольку евреи вкраплены в национальные области, они приспособляются к (чужим» нациям и обслуживают их. Поэтому у евреев только одно будущее — ассимиляция. А требования бундовцев (например, о создании еврейских больниц Ктдетьно от польских больниц) ведут к обособленности и сепаратизму. Единственно верное решение национального вопроса Сталин видит в областной автоно- таких сформировавшихся единиц, как Польша, Литва, Украина, Кавказ и "д." Опасения, что в территориальном государстве меньшинства будут угнетаемы

группами, чего Бауэр как раз и хочет избежать, лишены осно-

потому что воцарится «полный демократизм». А предложение объединить

ваНИН,

разбросанные меньшинства в союз являются искусственными, ибо эти меныпин- ства будут обладать реальными правами у себя на местах.

Таким образом, сделав территорию, почву одним из основных признаков на- щи, Сталин перестает считать данный признак существенным для статуса мень- 1инств после создания демократического многонационального государства.

(Меньшинства, не имеющие своей территории, перестанут нуждаться в особом [статусе, ибо в этом государстве их права будут обеспечены так же, как права меньшинств, обладающих территорией. Однако ставить на одну доску русских на [Кавказе и евреев в Польше, как это делает Сталин в своем перечислении, довольно нелогично, ибо у русских есть своя национальная территория за преде- гами Кавказа, точно так же, как и у поляков, живущих на Украине. Но здесь {присутствует особая логика — логика, которая исходит из строения партии, ведущей организованную борьбу: «Сплочение на местах рабочих всех национальностей России в единые и целостные коллективы, сплочение таких коллективов в единую партию — такова задача»1. Бунд, по следам которого пошли и некото- рые кавказские социал-демократы, — главная мишень сталинских атак, ибо он

стал

помехой делу объединения рабочих. Схема Сталина полнее раскрывается в его эволюционистских воззрениях: он исходит из того, что «нация подлежит закону изменения», имея «свою историю, начало и конец». Истоки нации уходят в племенные союзы, затем, на «высшей стадии капитализма», происходит ее рассеяние вследствие эмиграции; нация начинает терять сплоченность в результате обострения классовой борьбы, разрушающей культурную общность. Именно в этот момент появляется идея территориально-эгалитарного устройства, которую Сталин противопоставляет австрийской модели культурных групп, не имеющих своей территории, и- государ- ства-объединителя. Один из его аргументов заключается в том, что националь- но-культурная автономия могла бы замедлить ассимиляцию закавказских (южных) осетин грузинами, а предкавказских (северных) — русскими. И какой статус следует предоставить народам, не имеющим ни своей литературы, ни своей культуры, например, абхазцам в Грузии81? — спрашивает Сталин. «Организовать» в культурно-национальный союз кавказских татар с их минимальным процентом грамотности? Но это означало бы поставить во главе их реакционных мулл, «создать новый бастион для духовного закабаления татарских масс злейшим врагом последних»82. Следует вывод: «Национальный вопрос на Кавказе может быть разрешен лишь в духе вовлечения запоздалых наций и народностей в общее русло высшей культуры»1. Итак, задача заключается в том, чтобы помочь «запоздалым нациям» вылупиться из скорлупы «мелконациональной замкнутости», облегчить им доступ к «благам высшей культуры». Воспроизводятся приведенные Марксом и Энгельсом различия между «великими» и «малыми» нациями, формулируется приговор последним — покинуть историческую сцену, подобный тому, который вынесли в свое время основоположники марксизма чехам и боснийцам. Защита права быть нацией распространяется лишь на те нации, которые вышли из феодализма, модернизировались и обрели собственную территорию.

<< | >>
Источник: Кола Доминик. Политическая социология/ — М.: Издательство «Весь Мир», «ИНФРА-М». —XXII, 406 с. — (Серия «Университетский учебник»).. 2001

Еще по теме Социология нации по Сталину:

  1. 1.2. Национальный фактор и фактор отношения к исторической правде в контексте влияния СМИ на общественное мнение.
  2. НЕНАУЧНАЯ СОЦИОЛОГИЯ НАЦИИ: НАЦИЯ И ГОСУДАРСТВО СТОЧКИ ЗРЕНИЯ ДЕ ГОЛЛЯ
  3. КЛАССЫ И НАЦИИ, МАРКСИСТСКИЕ СОЦИОЛОГИИ НАЦИИ
  4. Социология нации по Сталину
  5. Ленин и право наций на самоопределение
  6. В.А. Шнирельман СОВЕТСКИЙ ПАРАДОКС: РАСИЗМ В СТРАНЕ «ДРУЖБЫ НАРОДОВ»?
  7. 6. Мелкие бесы
  8. Глава 3 ОБЩНОСТИ СОЦИАЛЬНЫЕ И ЭТНИЧЕСКИЕ
  9. Глава 5 ЧТО ТАКОЕ ЭТНИЧНОСТЬ. ПЕРВОЕ ПРИБЛИЖЕНИЕ
  10. Глава 26 ПРОТИВОРЕЧИЯ И ТРУДНОСТИ ПРОЦЕССА СБОРКИ СОВЕТСКОГО НАРОДА
  11. § 6. Миф о русском антисемитизме
  12. § 9. Разрушение образа Великой Отечественной войны
  13. Глава 30 ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ВОЙНА: РАЗРУШЕНИЕ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫХ МАТРИЦ НАРОДА
  14. ГЛАВА2 Сталин, Гитлер и их комментаторы
  15. 2.2. Развитие этнической психологии в России в xx веке
  16. 4.1. Человечество. Этнос. Нация
  17. Глава 23 ГУМАНИТАРНАЯ ГЕОГРАФИЯ И ОБРАЗОВАНИЕ
  18. ЧТО ЕСТЬ САМООПРЕДЕЛЕНИЕ?
  19. 4.5. Послевоенный мир. Укрепление тоталитарно-бюрократической системы в СССР
  20. 1.2. Индивидуальное и коллективное сознание