<<
>>

Структуры, научные основы и технологии Холодной войны

  По нашему мнению, Холодная война может рассматриваться как системный фактор, который будет структурировать все научное производство в интеллектуальном и организационном аспектах[212].
Можно выделить по крайне мере три типа исследовательских групп, разрабатывающих психологические знания периода Холодной войны: университетские лаборатории, финансируемые Министерством обороны, так называемые «независимые» исследовательские центры и центры, находящиеся в непосредственном подчинении федеральному правительству (как, например, Smithsonian Institution) или Министерству обороны. По всей видимости, наиболее известные ученые руководят в основном университетскими лабораториями, а военные исследовательские центры администрируются специалистами, снискавшими меньшую известность и являющимися, вероятно, выходцами из армейской среды или ветеранами, продолжившими свое образование благодаря закону GI Bill. Однако эти предположения нуждаются в проверке. Проведя обширную работу, Джой Элизабет Роде показывает, что научные сотрудники Отдела исследований специальных опе

раций (Special Operations Research Office - SORO), то есть военного научно-исследовательского центра, программа которого направлена на сдерживание революционного движения в периферийных странах, являются большей частью людьми со средним образованием[213]. Так же обстоит дело с научными работниками знаменитой «фабрики мысли» RAND, созданной при военно-воздушных силах; именно они разработали, например, проект Viet-Cong Motivation and Morale, который, как считают, предоставлял военным стратегам информацию о механизмах мотивации и настроениях среди гражданского и военного населения в Северном Вьетнаме. По мнению Эллен Херман, на этих исследованиях базировалась стратегия президента Линдона Джонсона.

Сеть научно-исследовательских центров, в той или иной степени вовлеченных в обслуживание геополитических целей, весьма обширна.

Несмотря на рассекречивание архивов, по-прежнему нелегко дать точную оценку количеству лабораторий, которые финансировались Министерством обороны, ЦРУ или другими государственными ведомствами. Тем не менее, Кристофер Симпсон считает, что исследование массовой коммуникации не смогло бы стать научной дисциплиной в 1950-е годы без финансовой поддержки Министерства обороны, ЦРУ и Информационного агентства США. Он приводит в пример не менее полудюжины крупных лабораторий, которые не смогли бы выжить без дотаций от ведомств национальной безопасности[214].

В связи с этим можно упомянуть о важной роли Института международных социальных исследований (Принс

тон), который во время Холодной войны возглавлял Хэдли Кэнтрил. Участие цРУ в финансировании исследований Кэнтрила, посвященных политическому протестному потенциалу французских избирателей, было обнародовано в 1977 году. Средства на подготовку доклада «О левых силах Франции» (1956) перечислялись через фонд Рокфеллера. Выясняется, что Французский институт общественного мнения (IFOP), которым в то время руководил друг Кэнтрила[215] Жан Штотцель, опубликовал в 1955 году часть большого исследования, озаглавленного «К изучению левых сил»[216]. Эта работа была напечатана в редактируемом Жаном-Полем Сартром журнале Les Temps Modernes, против которого, опять же при поддержке ЦРУ, выступал журнал Preuves (1951-1974). По невероятной иронии судьбы опубликованная в Les Temps modernes работа никогда бы не состоялась без финансовой поддержки ЦРУ. Заметим также, что в предваряющей это социологическое исследование статье Симоны де Бовуар «Идеология правых сегодня» неоднократно упоминается Джеймс Бернхэм, которого она называет одним из идеологов Холодной войны. В добавление к этому документальному свидетельству Фрэнсис Стонор Сондерс также утверждает, что программный проект PSB - документ PSB D-33-2 - был не только проникнут духом книги Бернхэма «Последователи Макиавелли: защитники свободы», но также, по всей вероятности, частично составлен самим ее автором[217].

Для ЦРУ было чрезвычайно важно создать видимость совершенно независимого исследования, поэтому его руководители предпринимали немалые усилия к сокрытию того

факта, что именно ЦРУ было источником средств, поступающих через реальные или подставные благотворительные фонды, такие как фонд Фарфилда. Эта мера предосторожности предписывалась также и внештатным научным сотрудникам. Один из самых известных случаев - Центр международных исследований (Center for International Studies - CENIS), которым руководил экономист Макс Мил- ликэн, бывший с 1951 по 1953 год сотрудником аппарата ЦРУ. Связи, сохраняемые этим специалистом с ЦРУ после его назначения на пост директора CENIS, могут иллюстрировать одну из функций, которые ЮНЕСКО выполняет в американской внешней политике. Чтобы понять, до какой степени важна для нее унификация профессиональной подготовки взрослого населения, можно процитировать доклад «Заметки о внешнеэкономической политике» (1954), который Макс Милликэн и Уолт Ростоу представили директору ЦРУ Аллену Даллесу. Они предложили пересмотреть программу участия ЮНЕСКО: «Аналогичным образом программа ООН в этой области [техническая помощь - прим. авт.] должна быть пересмотрена, усилена и продолжена»[218]. Перед тем как перейти к главе о «повышении роли партнерства»[219], они добавляют: «Обмен вспомогательными средствами, такими как обучающие фильмы [обучение на производстве, программа T.W.I. - прим.. авт.] через зарубежные отделения Информационного агентства США и Международную Организацию труда, может быть расширен; учреждение национальных производственных центров и профессиональных ассоциаций также поможет распространению этого “ноу-хау”»[220].

ЮНЕСКО действительно сыграет одну из основных ролей в развитии профессионального обучения для взрослых. Если выражаться терминами из доклада этой организации, который беспрерывно апеллирует «к человеку», речь шла в основном о распространении «методов, способствующих снижению напряженности, вызванной внедрением современной техники в странах с низким уровнем индустриализации или с развивающейся промышленностью»[221].

В марте 1949 года Экономический и социальный совет заказал создание «Расширенной программы технического содействия» по предложению, высказанному в январе того же года президентом США Гарри Труменом[222]. В 1953 году в ЮНЕСКО был представлен доклад Международного союза ученых-психологов, посвященный тенденциям развития социальной психологии. Его составителями стали американские исследователи (31 человек), а Францию представляли Поль Мокор и Жан Штотцель, близкий по духу к Полу Лазарфельду. Стоит особо отметить, что ЮНЕСКО уже рассматривалась как возможный канал связи между психологами и властными институтами публичной политики[223]. Приоритетным направлением были общественные взгляды и их изменения: отношение населения Западной Европы к политическим, идеологическим и экономическим проблемам; производственные настроения; изменение в системе образования посредством обучающих и производственных программ.

<< | >>
Источник: Н.А. Шматко. Символическая власть: социальные науки и политика.. 2011

Еще по теме Структуры, научные основы и технологии Холодной войны:

  1. Война и reson d'etre государства
  2. Период эмбарго
  3. Курс на сближение с Пекином и сдвиги в расстановке сил в правящих кругах США на рубеже 70—80-х годов
  4. 1.2. Новые тенденции развития международной жизни под влиянием глобализации в оценках российских и монгольских исследователей
  5. 1. Информационно-психологические войны
  6. 2.4. Типология конфликта
  7. 2.5 Структура и новый характер конфликтов
  8. Имидж государства как инструмент идеологической борьбы
  9. Глава 3 О пользе и ущербности универсальных ценностей
  10. Глава 5 Приобретения и потери Америки: захват технологий для «большого скачка»
  11. § 1.1. Зарождение научных исследований политической коммуникации
  12. Глава 30 ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ВОЙНА: РАЗРУШЕНИЕ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫХ МАТРИЦ НАРОДА
  13. Пойдут ли сегодня впрок уроки вчерашних кризисов?
  14. Конфигурация американского общественного мнения в отношении иранской проблемы в 2000-е годы
  15. Структуры, научные основы и технологии Холодной войны