<<
>>

Типология государств у Маркса

Государство и гражданское общество могут более или менее отчетливо различаться между собой. На этой основе можно построить типохронологию общественных формаций в зависимости от степени дифференциации между государством и гражданским обществом.
Некоторые общества окажутся, таким образом, впереди, другие отстанут по сравнению с исходной точкой, где государство и

См.: Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 3. С. 62—64 Эта формула взята из «Капитала», кн. I, гл. XXXI.

J

тоажданское общество были нераздельны, и с конечным периодом в истории : цщассового общества, где государство становится чисто политическим, а граж- . данское общество — чисто экономическим образованием.

Соединенные Штаты, Англия

В середине XIX в. Северная Америка представляет собой одновременно и абсолютную исключительность и парадигму. И действительно, мы находим там '(государство, которое не выполняет никакой экономической роли, так что государство и гражданское общество существуют «адекватно их понятиям». Эмпирическая реальность и реальность рациональная совпадают полностью, поскольку Северная Америка не знала феодального периода. Таким образом, история наи- ^лучшим образом прошла свой путь концептуальной дифференциации государства и гражданского общества там, где из-за отсутствия прошлого конкретной стории просто не было, л И наоборот, в Англии и — в еще большей мере — во Франции государство преследует цели, которые нельзя назвать чисто политическими: груз феодализма давит на гражданское общество, замедляя его модернизацию в связи с заверением размежевания политической инстанции с инстанцией экономической.

Пруссия и Германия

В 70-х гг. прошлого века ситуация в Пруссии выглядит крайне запутанной. Прусское государство не является ни чисто экономическим, ни чисто политическим, а представляет собой уникальную комбинацию из различных старых политических форм, основательно отшлифованных новыми.

Маркс описывает .это следующим образом: «Это не что иное, как обшитый парламентскими формами, смешанный с феодальными придатками и в то же время уже находящийся "Под влиянием буржуазии, бюрократически сплоченный, полицейски охраняемый военный деспотизм» («Критика Готской программы», 1875)64. Какподчерк- нуто в другом месте этого текста, все «цивилизованные страны» (подразумеваются Франция, Англия, Северная Америка, Германия) имеют общую «почву», «современное гражданское общество», но капитализм в них развит в неодинаковой степени, а капиталистическое общество более или менее свободно от «пережитков Средневековья». В своей исторической социологии Маркс постоянно возвращается к теме Германии, для которой характерно отставание, поскольку в ней произошла ложная революция в виде реформы Лютера. По сравнению с ней Франция далеко впереди в политическом плане благодаря своей революции, а Англия — в плане экономическом. В Германии наблюдается отставание «современного гражданского общества», отмечается, что капитализм лишь приближается там к зрелости, тогда как борьба классов приняла уже антагонистические формы во Франции и Англии (Послесловие ко 2-му немецкому изданию «Капитала», 1875).

Россия

По сравнению с другими странами Россия отмечена замечательной особенностью: у нее нет современного гражданского общества. Когда русские революционеры спросили у Маркса, могла ли Россия, как раз по причине ее самобытности, связанной с существованием «сельской коммуны» (мира, или общины), избежать этапа капитализма, он вынужден был уточнить, что «историческая фатальность» выведенная им для Англии, не имеет всеобщей значимости («Капитал», гл. XXIV).' Формулировка недвусмысленная, но настолько сдержанная, что она не нашла отражения в позднейших основных толкованиях его творчества.

Конкретный анализ положения в России не позволил сделать заключения о ее исторической судьбе. Маркс констатирует, что государство играет там решающую экономическую роль: оно способствует росту западного капитализма, создавая ему «тепличную» атмосферу, облегчая обогащение нового «капиталистического паразита», который пьет кровь «оскудевшей сельской общины».

Крестьяне обескровлены и задавлены капиталистической властью в интересах капиталистов. Своеобразная экономическая, социальная и политическая структура: эксплуатация здесь в принципе не является процессом экономическим и прямым выражением отношений между общественными классами, а выступает в форме массового грабежа крестьян государством в интересах иностранных капиталистов. (Маркс. К. Письмо Вере Засулич от 1881 г.)65. Можно ли утверждать в этом случае, что в России существуют дифференцированные гражданское общество и государство? Очевидно, нет, поскольку, не пытаясь отождествить эту ситуацию с положением при первобытном коммунизме, государство ведет себя здесь как владелец, передающий богатства, ему не принадлежащие, от одной группы населения другой.

Можно ли увидеть в Марксовом анализе русской исключительности предвосхищение советской структуры партии-государства? Принудительная коллективизация 1929 г., в которой возобновлена попытка раскулачивания, предпринятого Лениным в июле 1918 г., не является ли она массовым грабежом крестьян в интересах тяжелой промышленности, позволяющим ценой больших человеческих затрат построить мощный государственный капитализм? В этом смысле можно утверждать, что русская социальная структура характеризуется длительным отсутствием раздела между гражданским обществом ,и государством.

Франция от старого режима к Наполеону III и диктатуре пролетариата

«Вампиризм» русского государства по отношению к крестьянству можно сравнить с «вампиризмом» государства во Франции, хотя в последнем случае он подчинялся иной логике, а жертвой его было не крестьянство. Во Франции со времени установления абсолютной монархии главным в истории государства был процесс политической централизации, описанный Марксом в терминах, от которых :е отказался бы и Токвиль: государство шаг за шагом концентрирует в своих руках важнейшифункции и институты — налогообложение и армию. Интенсивность, [размах этой концентрации лишь возросли после революции 1789 г., которая, если говорить о политико-административных структурах, не представляет собой разрыва с прошлым по той причине, что прогресс в сфере разделения труда, растущая сложность жизни общества обусловили умножение и усложнение задач госу- ! дарства.

Принудительная природа государства особенно усиливается в связи с утверждением в качестве политической силы нового класса — пролетариата. Воен^ ! ная диктатура Кавеньяка во время революции 1848 г. продемонстрировала это со , всей ясностью (см. гл. V, с. 103 ). После государственного переворота Луи Наполеона Бонапарта в 1851 г. государство вступило в новую фазу: Наполеон III не мог 'обеспечить своему режиму прочной классовой базы, поскольку его главной опорой были мелкие крестьяне с их парцеллярным хозяйством. Император Наполе- ,он III установил свою власть, опираясь на «бонапартистские» религиозные чувст- i ёа мелкого раздробленного крестьянства, т. е. социальной группы, лишенной классового сознания: мелкие крестьяне, словно картофелины в мешке, были подобны беспорядочной массе и обрели единство только в преклонении перед родом На- лолеонов, включая и племянника, на которого распространилось отношение к I его дяде, великому Наполеону. В их глазах последний олицетворял собой Бога, так как в завершение Великой Французской революции он обеспечил им аграр- ые завоевания (раздел имуществадуховенства и дворянства). По выражению Луи ана, «скверная гравюра Наполеона, висящая на стене в их хижине, представля- 1 етдля них всю политику, всю поэзию, всю историю». Но такая социальная база ыла недостаточна для поддержания стабильности режима, и Наполеон III созда- тдля себя социальный слой, предназначение которого — стать его политической поддержкой: слой этот — бюрократия. Бонапартистска>бюрократия,' по Марксу, ;'не выполняет никакой функции (в отличие от гегелевской и веберовской бюро- коатии): она состоит из бесполезных чиновников и сверхштатных унтер-офице- ров. Поэтому Маркс и называет ее «кастой», а не классом. И правильно, общественный класс занимает определенное место в производственных отношениях, тогда как бюрократия Второй империи, напротив, служила лишь укреплению политической власти через раздувание государства. Ее место может быть понято I исходя не из производственных отношений, а на основе структуры политической власти.
Имперская бюрократия, определенная как нечто чуждое гражданскому обществу, живет за его счет (а за счет чего же еще она может жить?) и грозит его уничтожить, так же, как и императорский двор, живущий в атмосфере праздников, денег и проституции. Бонапартистское государство образовалось как паразит над и вне гражданского общества: Парижская коммуна 1871 г. была восстанием гражданского общества против государства-вампира, и ее подавле- i ние версальцами ясно раскрывает людоедский характер государства. Парижская коммуна устанавливает диктатуру пролетариата, опирающуюся на вооружение народа, исчезновение чиновничества, прямое и дешевое управление, которое должно вести к постепенному отмиранию государства. Она стала операцией по выживанию, в которой пролетариат сыграл положительную и действенную роль для блага всего общества. Если буржуазная революция (и прежде всего революция 1789 г.) приводит к господству одного класса (буржуазии), приходящего на сменуДРУГому, причем единичное скрывается здесь под маской всеобщего («народ» и его представительство, «общее дело»), то коммунистическая революция под видом единичного (диктатура одного класса) должна вести к достижению всеобщего (восстановление родовой сущности человека, прекращение отчуждений, непосредственный возврат человека к самому себе) (см. гл. IV, с. 96—100). Переходный период (который условно называют иногда социализмом) между капитализмом и коммунизмом вводит в историю новую логику: она должна привести к отмиранию государства в связи с прекращением классовой борьбы и разделения труда. Но Маркс не слишком красноречив насчет того, чем станет эта диктатура, диктатура отмирания государства, и апофеоз гражданского общества, в лоне которого человек только и может возродиться в своем человеческом бытии.

<< | >>
Источник: Кола Доминик. Политическая социология/ — М.: Издательство «Весь Мир», «ИНФРА-М». —XXII, 406 с. — (Серия «Университетский учебник»).. 2001

Еще по теме Типология государств у Маркса:

  1. ТИПЫ И ТИПОЛОГИИ МАЛЫХ ГРУПП В ПОЛИТИКЕ
  2. 9.Типыгосударства:различныеподходы
  3. 22.5. Основные типы государства
  4. Типология государств у Маркса
  5. 8. Проблемы сущности и типологии права 8.1. Право как нормативный регулятор общественных отношений
  6. Три теории абсолютизма
  7. 5. Бюрократия и бюрократизм в механизме государства
  8. Очерк четырнадцатый ЭТНОСОЦИАЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ В МИРЕ СОЦИАЛИЗМА*
  9. Домарксистские мыслители о конфликтах
  10. Идеологический груз прошлого.
  11. Гл а в а 12 РЕГИОН: РЕАЛЬНЫЙ КОНСТРУКТ ИЛИ «МУСОРНЫЙ ящик»?
  12. 3.2.2. Инструментарий политологического исследования
  13. 4.2.1. Типология политических систем
  14. 7.2.3. Социальное государство
  15. Виды и особенности власти
  16. БИБЛИОГРАФИЯ
  17. ЛИТЕРАТУРА
  18. П. Сорокин. О ДИХОТОМНЫХ ТИПОЛОГИЯХ КУЛЬТУРЫ
  19. 3.3. Категории и принципы синергетического подхода в социогуманитарном знании