<<
>>

Эмпирическая оценка. Заключение

  Базовая модель «Американского избирателя» является рекурсивной, т.е. ее причинно-следственные связи направлены только в одну сторону, причем доминирующей переменной является партийная идентификация.
Впрочем, представленный в книге эмпирический анализ не устанавливает полностью рекурсивной модели, поскольку наи олее подходящая для решения рассматриваемой задачи статистическая методика в конце 1950-х гг. еще не была разработана. Только с появлением работ Блэлока [Blalock 1961] и ДУН' кана [Duncan 1966] необходимые для анализа методы были внедрены в социологию [Alwin, Campbell 1987]. Это дало возможность изучения «мичиганской модели» посредством анализа троп [Goldberg 1966; Declercq, Hurley, Luttbeg 1975; Schulman, Pomper 1975]. Результат статистической проверки модели, охватывающей президентские выборы в период между 1956 и 1972 гг., подтверждает наличие у нее солидной эмпирической базы. В выборах, изученных Деклерком, Харли и Лутбегом [Declercq, Hurley, Luttbeg 1975], модель объясняет в среднем более 50 % отклонений. Партийная идентификация при этом является важнейшим элементом модели, основанным на факте его мощного непосредственного воздействия на выбор, а также косвенного влияния на восприятие краткосрочных факторов. Кроме того, партийная идентификация, по сути дела, выступает как основной фактор влияния во всех избирательных кампаниях, с единственным исключением, представленным выборами 1972 г. [Declercq, Hurley, Luttbeg 1975:22]. В 1972 г. вместо воздействия, обычно связываемого с партийной идентификацией, наблюдалось существенное увеличение степени влияния спорных вопросов («проблемное голосование») и личностных факторов. Воздействие партийной идентификации, измеренное с помощью нестандартизированного коэффициента регрессии, в период с 1968 по 1972 г. сократилось почти на 50 % (с 0,9 до 0,5 по используемой в рассматриваемом исследовании шкале).

Во многих отношениях анализ президентских выборов в США в 1972 г. послужил отправной точкой для критики

«мичиганской модели». В частности, основанием для этого стало возросшее влияние спорных вопросов. Критики при этом исходили из того факта, что рассматриваемая модель не оставляет достаточно места для активного избирателя, т.е. является недостаточно рациональной. Значимость, приписываемая личностным переменным, в данном случае стала чем-то вроде дорожного знака, указывающего путь к анализу личностных факторов, которые в итоге, по прошествии каких-то десяти или пятнадцати лет, стали играть более важную роль в изучении выборов. При этом, однако, следует подчеркнуть, что, хотя исследования показывают возможность вариаций в силе взаимоотношений между входящими в модель факторами, это не обязательно указывает на их разрыв с моделью. Впрочем, в то же время это, возможно, вызывает необходимость сужения условий, заложенных в основание модели. Кроме того, в исследовательской среде существует тенденция критиковать «мичиганскую модель» в том случае, когда партийная идентификация оказывает меньшее эмпирическое воздействие по сравнению с 1950-ми и 1960-ми гг. Это можно было бы определить как фактор второстепенной значимости, связанный в первую очередь с вопросом о том, играет ли партийная принадлежность главенствующую роль в воронке причинности.

Переформулировка и критика «мичиганской модели» нашли свое выражение в трех основных тенденциях в научной литературе. Во-первых, мичиганские исследователи включили в последние разработки модели некоторые элементы критических взглядов. Также многие элементы рассматриваемой модели были включены в исследования ученых, пользующихся данными, собранными ANES. Наиболее радикальный подход характерен для группы исследователей, предложивших альтернативный подход, основанный на построении формализованных и дедуктивных моделей. Это последнее направление, связанное с моделями рационального выбора в более чистом виде [см.: Listhaug 1989], в данном разделе мы рассматривать не будем.

Характеристика избирательной кампании 1972 г. как выборов с преобладанием спорных вопросов подтверждается анализом, встречающимся в наиболее важных отчетах мичиганских исследователей об этом событии [Miller et al. 1976]. Интересно, что рассматриваемые нами авторы обращают внимание на тот факт, что одним из важнейших компонентов модели является минимизация политического расстояния между электоратом и кандидатами (модель сближения). Тем самым в модель вводится чисто рациональный элемент. Ни, Верба и Петрочик [Nie, Verba, Petrocik 1976] также считают весьма существенным возросшее в 1972 г. влияние оценки избирателями спорных вопросов. Они склонны рассматривать эту характеристику реакции избирателей как своеобразную провозвестницу новой эры — поскольку она сопровождается сокращением части электората, отождествляющего себя с политическими партиями. Оба вывода вызвали весьма обстоятельную дискуссию. Отчасти возрастание роли спорных вопросов (и возрастающее постоянство позиций) можно считать искусственным, поскольку оно основывается на непроверяемых или требующих дополнительной проверки данных ANES [Bishop, Тuchfarber, Oldendick 1978; Sullivan, Piereson, Marcus 1978]. Также наблюдается определенное расхождение во взглядах по вопросу о том, как следует интерпретировать увеличение числа независимых политических элементов. Является ли это выражением антипатии и негативных установок по отношению к партиям или показателем растущей степени нейтральности? Упор на негативные элементы преобладал в ранних публикациях, в которых исследователи пытались проанализировать данное явление, а интерпретацией нейтральности особенно детально занимался Ваттенберг [Wattenberg 1984]. В этой последней интерпретации роли, которую играют партии в процессе политической коммуникации, отводилось меньшее значение и она в значительной мере заменялась персональными кампаниями кандидатов. Если это действительно так, то со временем основу для формирования и сохранения партийной идентификации ожидают радикальные изменения.

В проведенном мичиганскими исследователями анализе выборов 1976 [Miller, Miller 1977] и 1980 [Miller, Wattenberg гг. в эмпирической модели более отчетливо обнаруживаются рационалистические элементы. В особенности это касается избирательной кампании 1980 г., во время которой избрание Рейгана сначала расценивалось как негативная реакция на правление Картера [Miller, Wattenberg 1981]. Следует также отметить, что элемент, который в изначальной «мичиганской модели» рассматривался как влияние конкретной партии, находящейся у власти, стал постепенно вытесняться мнением о том, что наиболее важную роль играет оценка личностных качеств обсуждаемого президента [Miller, Wattenberg 1985]. Более того, это является шагом по направлению к отказу от модели с преобладанием пар- тийных ориентаций и партийной приверженности.

Джексон в 1975 г. стал первым исследователем, опробовавшим нерекурсивную модель избирательного акта, т.е. такую, которая признает наличие двусторонних отношений влияния [Asher 1983]. В этой модели партийная идентификация уже более не выступает как экзогенный фактор, оказываясь под воздействием оценки как партий, так и отдельных кандидатов. Модель Джексона можно рассматривать как пример более реалистичной проверки динамики воронки причинности. Пэйдж и Джоунз [Page, Jones 1979] пошли еще дальше, допустив, что на партийную идентификацию влияют не только оценки кандидатов, но и спорные вопросы. Мичиганские ученые взяли с них пример в установлении зависимости партийной идентификации от партии, получившей голос индивида во время последних выборов, и, как можно было ожидать, от личной партийной идентификации человека в рассматриваемый момент времени [Markus, Converse 1979]. Основанная на данных панельного исследования, эта модель представляет собой разрыв с изначальной «мичиганской моделью». По сравнению с двумя другими нерекурсивными моделями она предполагает не столь резкий уклон — при условии, что на партийную идентификацию не влияют события, происходящие в ходе изучаемой избирательной компании. Наконец, Франклин и Джексон [Franklin, Jackson 1983] разработали компромиссную модель, в которой партийная идентификация отчасти рассматривается как функция ранней социализации, усиливаемая в течение жизни, а отчасти — как функция оценочного опыта, накопленного в ходе ряда выборов, в которых индивид принимает участие как избиратель или избираемый. В защиту традиционной точки зрения на партийную идентификацию выступили Конверс и Маркус [Converse, Markus 1979], которые продемонстрировали, что стабильность партийной идентификации в 1970-х гг. была такой же, как и в 1950-х гг. Предпринятый этими исследователями анализ основывался на панелях, взятых из проведенного электорального исследования. В модели, учитывающей погрешности измерения, Грин и Палмквист [Green, Palmquist 1990] также пришли к выводу о том, что партийная идентификация лишь в незначительной мере подвергается воздействию со стороны оценки избирателем текущей политики.

Одной из основных проблем серьезной дискуссии о проблемном голосовании (1990-е гг.), в рамках которой традиционная рациональная модель Даунса [Enelow, Hinich 1984; Westholm 1997] столкнулась с моделью направленного действия [Rabinowitz, Macdonald 1989; Macdonald, Listhaug, Rabinowitz 1991; Listhaug, Macdonald, Rabinowitz 1994], было определение того, насколько оценка избирателями позиционирования партий важна для их отождествления с ними. Подобное влияние может осуществляться в форме ассимиляции, в ходе которой избиратели приближаются к определенной партии по определенным политическим вопросам и соответственно отталкивают еще дальше партии, не разделяющие их мнения. Последнее положение называется «контрастным». При этом на основании обоих воздействий можно сделать вывод, согласно которому основывать расчеты на изолированном изучении партийных позиций ошибочно. Наиболее часто это происходит с хорошо известными рациональными моделями [Westholm 1987], в то время как в рамках новой теории направленного действия для определения партийных позиций используются объективные измерения. Поэтому вполне справедливо будет отметить, что теория направленного действия следует логике «мичиганской модели» и включает в себя тот факт, что индивидуальное понимание политического пространства партии и кандидатов насыщается политическими влияниями и приверженностью, по времени уходящими далеко назад.

«Мичиганская модель» придавала очень небольшое значение оценкам электоратом того, насколько хорошо находившиеся у власти партии справлялись с важными политическими секторами на протяжении последних десяти-пятнадцати лет, но в последнее время мы стали свидетелями резкого увеличения количества работ, посвященных взаимосвязи между оценками и реакциями избирателей. И вновь в этих работах основной упор делался на разнообразные аргументы более рационалистического характера. При этом центральная идея заключается в том, что избиратель голосует за партию или кандидата, наиболее полно обслуживающих его экономические интересы. Подобные опенки будут, в свою очередь, в значительной степени направляться оценками ретроспективными, в которых правящая в определенный период партия будет поощряться или порицаться в зависимости от отмеченных избирателем экономических улучшений [Fiorina 19811. В результате обобщения обширных блоков эмпирического исследования, основанного на гипотезе о том, что избиратели руководствуются личными экономическими интересами, Левин [Lewin 1988] приходит к выводу о том, что ни американцы, ни европейцы не являются типичными избирателями, которые «голосуют кошельком». Несмотря на то что «гипотеза кошелька» должна рассматриваться как эмпирически несостоятельная, перед нами все еще остается противоречие, поскольку исследователи, вовлеченные в анализ совокупных данных, полагают, что их открытия следует интерпретировать как поддерживающие данную гипотезу [Kramer 1971, 1983]. Однако с теоретической точки зрения вполне очевидно, что посредством использования совокупных данных эту проблему разрешить невозможно. С другой стороны, мы получаем дополнительные данные, говорящие в пользу того, что Киндер и Кюит [Kinder, Kiewiet 1979] называют «социотропным голосованием». Его отличительной чертой является то, что избиратель во время голосования озабочен экономическим благосостоянием нации. В случае с Норвегией исследователями была продемонстрирована особая значимость, которой наделяется оценка способности основных политических блоков победить безработицу и инфляцию [Aardal, Listhaug 1986]. В оригинальном исследовании Маркуса [Markus 1988] была предпринята попытка совместить материал, полученный на основании социологических опросов, и совокупные данные, объединив информацию обо всех президентских выборах в США в период с 1956 по 1984 г. в единую базу данных. При этом упомянутый ученый указывает на наличие определенного воздействия со стороны личного экономического положения, хотя и не настолько важного, чтобы объяснить исход выборов (количество лиц, утверждающих, что их личное экономическое положение ухудшилось, за время восьми избирательных компаний изменилось очень несущественно). При этом, однако, основной экономический эффект, совместимый с социотропной гипотезой, следует искать в макроэкономических оценках.

Интересно отметить, что большая часть американских работ по экономическому голосованию основана на данных ANES, которые, как в случае с Фиориной, охватывают период вплоть до 1956 г. Это, конечно же, является доказательством того, что мичиганские исследователи осознавали потенциальную важность политической реакции на соответствующие возможности партий на некоторое время добиваться процветания — экономического роста, низкого уровня безработицы и инфляции. Собственно говоря, они включили в свою книгу главу, в которой обсуждается воздействие этих переменных на партийный выбор [Campbell et al. 1960: Ch.14]. Впрочем, у этих ученых наблюдается тенденция рассматривать экономические оценки как находящиеся под сильным влиянием партийной идентификации. Это ведет к тому, что ретроспективные и перспективные экономические оценки определяются главным образом основной политической приверженностью и лишь в незначительной степени наделяются своим собственным объяснительным потенциалом.

В норвежских электоральных исследованиях понятие «воронки причинности» не служило источником вдохновения для проведения эмпирических изысканий. Возможно, этот факт связан с повышенными трудностями моделирования динамики многопартийной системы в сравнении с системами, предлагающими не более двух альтернатив. Наиболее систематической является работа, проделанная Пером Арн- том Петтерсеном в его статье, вышедшей в 1981 г. На основе данных выборов в Норвегии 1965, 1969 и 1977 гг. Петтерсен изучил, как партийная идентификация, понимание спорных вопросов и экономические оценки влияют на выбор определенных партий. Он исследовал каждую партию по отдельности, получив результаты, подтверждающие значимость всех вышеупомянутых факторов, хотя при этом наиболее важной для выбора партии индивидом, а также для общего распределения голосов между партиями все же оказалась партийная идентификация [Pettersen 1981].

Заключение. Подводя итог, следует отметить, что в пересмотренной «мичиганской модели» уменьшился удельный вес партийной идентификации, и это открыло возможность более прямого влияния для идеи политических проблем и в конечном итоге — для дальнейшего увеличения внимания к оценкам избирателями политики находящихся у власти партий. При этом по-прежнему остается непоколебимой фундаментальная идея рассматриваемой концепции, а именно — обоснованность расположения внутри воронки причинности факторов, влияющих на производимый индивидом акт выбора. Этот факт наиболее четко выражен в «Новом американском избирателе» [Miller, Shanks 1996]. По прошествии тридцати шести лет с момента формулировки классической концепции «воронки причинности» этот принцип остается важнейшим для понимания учеными электорального поведения. Несмотря на признание обоснованности этого принципа, в процессе исследования встал вопрос о том, является ли простая рекурсивная структура адекватным отражением того, что в действительности происходит во время избирательной кампании, — при условии введения новых переменных и утраты партийной идентификацией своей главенствующей роли. Наконец, следует отметить, что идея «воронки причинности» послужила источником вдохновения для исследований в других отраслях политологии. Например, Махоуни и Снайдер [Mahoney, Snyder 2000] использовали эту модель для совмещения объяснения структурных и преднамеренных изменений политических режимов. Основополагающая линия мысли в их анализе остается такой же, как и обсуждаемая здесь: важные предпосылки и причины индивидуального поведения можно вывести из процессов макроуровня, значительно отдаленных во времени и пространстве от реального акта выбора.

Литература

Aardal, Listhaug 1986: Aardal В., Listhaug О. Economic Factors and Voting Behavior in Norway 1965-1985 // Working Paper / Institute for Social Research. No. 4. Oslo, 1986.

Alwin, Campbell 1987: Alwin D.F., Campbell R.T. Continuity and Change in Methods of Survey Data Analysis // Public Opinion Quarterly. 1987. Vol. 51. P. 139-155.

Asher 1983: Asher H.F. Voting Behavior Research in the 1980s // Political Science: The State of the Discipline / ed. A. Finifter. Washington, D.C., 1983. P. 339-388.

Bishop, Tuchfarber, Oldendick 1978: Bishop G.F., Tuchfarber A.J., Oldendick R. W. Change in the Structure of American Political Attitudes: The Nagging Question of Question Wording // American Journal of Political Science. 1978. Vol. 22. P. 250-269.

Bjorklund 2001: Bjarklund T. Hvor godt egnet er «skillelinje- modellen» til a forklare norske velgeres partivalg i tidsrom- met 1945-1997? // Tidsskrift for samfunnsforskning. 2001. Nr. 42.

S.              31-62.

Blalock 1961: Blalock H.M.,jr. Causal Inferences in Nonexperimental Research. Chapel Hill, 1961.

Campbell et al. 1960: Campbell A., Converse P.E., Miller W.E., Stokes D.E. The American Voter. New York, 1960.

Converse, Markus 1979: Converse P.E., Markus G.B. «Plus 5a change...» The New CPS Election Study Panel // American Political Science Review. 1979. Vol. 73. P. 32-49.

Declercq, Hurley, Luttbeg 1975: Declercq E., Hurley T. L., Luttbeg N.R. Voting in American Presidential Elections: 1956-1972 // American Electoral Behavior / ed. S.A. Kirkpatrick. Beverly Hills, 1975. P. 9-33.

Duncan 1966: Duncan O.D. Path Analysis: Sociological Exam-

ples // American Journal of Sociology. 1966. Vol. 72. P. 1-16.

Enelow, Hinich 1984: Enelow./., Hinich M.J. The Spatial Theory of Voting: An Introduction. New York, 1984.

Experimental Foundations of Political Science 1993: Experimental Foundations of Political Science / eds. D. R. Kinder, T. R. Palfrey. Ann Arbor, 1993.

Fiorina 1981: Fiorina M. P. Retrospective Voting in American National Elections. New Haven, 1981.

Franklin, Jackson 1983: Franklin C J.E. The Dynamics of Party Identification // American Political Science Review. 1983 Vol. 77. P. 957-973.

Franklin, Mackie, Valen et al. 1992: Franklin Mackie T. Va- len H. et al. Electoral Change. Cambridge, 1992.

Goldberg 1966: Goldberg A. S. Discerning a Causal Pattern among Data on Voting Behavior // American Political Science Review 1966. Vol. 60. P. 913-922.

Green, Palmquist 1990: Green D.P., Palmquist B.L. Of Artifacts and Partisan Instability//American Journal of Political Science. 1990 Vol. 34. P. 872-902.

Holmberg 1981: Holmberg S. Svenska valjare. Stockholm, 1981.

Jones 1985:              JonesE. E. Major Developments of Social Psychology du

ring the Past Five Decades // Handbook of Social Psychology / eds. L. Gardner, E. Aronson. 3rd ed. New York, 1985. Vol. I. P. 47-107.

Kinder, Kiewiet 1979: Kinder D.R., Kiewiet D.R. Economic Discontent and Political Behavior: The Role of Personal Grievances and Collective Judgments in Congressional Voting // American Journal of Political Science. 1979. Vol. 23. P. 495-527.

Kramer 1971: Kramer G.H. Short-term Fluctuations in U.S. Voting Behavior: 1896-1964 // American Political Science Review 1971 Vol. 65. P. 131-143.

Kramer 1983: Kramer G.H. The Ecological Fallacy Revisited: Aggregate- versus Individual-level Findings on Economics and Elections, and Sociotropic Voting // American Political Science Review Vol. 77. P.92-111.

Larsen 2000: Larsen S. U. The Challenges of Theories on Democracy. Elaborations over New Trends in Transitology. New York, 2000.

Lewin 1988: Lewin L. Det gemensamma basta. Stockholm, 1988.

Lewis-Beck, Rice 1992: Lewis-Beck M.S.,Rice T. W. Forecasting Elections. Washington, D.C., 1992.

Listhaug 1989: Listhaug O. Gamle og nye modellar i valforskninga: Eit oversyn // Tidsskrift for samfunnsforskning. 1989. Nr. 30. S. 339-360.

Listhaug 1997: Listhaug О. The Decline of Class Voting // Challenges to Political Parties / eds.K. Strom, L. Svasand. Ann Arbor, 1997. P. 77-90.

Listhaug, Macdonald, Rabinowitz 1994: Listhaug O., Macdonald Rabinowitz G. Ideology and Party Support in Comparative Perspective // European Journal of Political Research. 1994. Vol. 25. P. 111-149.

Macdonald, Listhaug, Rabinowitz 1991: Macdonald S. E„ Listhaug O., Rabinowitz G. Issues and Party Support in Multiparty Systems // American Political Science Review. 1991. Vol. 85. P. 1107—1131.

Mahoney, Snyder 2000: MahoneyJ.,Snyder R. Integratives Strategies for the Study of Regime Change // Larsen S. U. The Challenges of Theories on Democracy. Elaborations over New Trends in Transi- tology. New York, 2000. P. 180-207.

Markus 1988: Markus G.B. The Impact of Personal and National Economics on the Presidential Vote: A Pooled Cross-sectional Analysis // American Journal of Political Science. 1988. Vol. 32. P. 137-154.

Markus, Converse 1979: Markus G.B., Converse P.E. A Dynamic Simultaneous Equation Model of Electoral Choice // American Political Science Review. 1979. Vol. 73. P. 1055-1070.

Miller et al. 1976: Miller A. H.et al.A Majority Party in Disarray: Policy Polarization in the 1972 Election // American Political Science Review. 1976. Vol. 70. P. 753—778.

Miller, Miller 1977: Miller A. H.,Miller W.E. Partisanship and Performance: Rational Choice in the 1976 Presidential Election: Paper to the Annual Meeting of the American Political Science Association. Washington, D. C., 1977.

Miller, Wattenberg 1981: Miller A Wattenberg M.P. Policy and Performance in the 1980 Election: Paper to the Annual Meeting of the American Political Science Association. New York, 1981.

Miller, Wattenberg 1985: Miller A.H.,Wattenberg M.P. Throwing the Rascals Out: Policy and Performance Evaluations of Presidential Candidates 1952-1980 // American Political Science Review. 1985. Vol. 79. P. 359-372.

Miller 1975: Miller W. E. The Challenges of Electoral Research // American Electoral Behavior / ed. S. A. Kirkpatrick. Beverly Hills, 1975. P. 131-136.

Miller, Shanks 1996: Miller W.E., ShanksJ.M. The New American Voter. Cambridge, Mass., 1996.

Nie, Verba, Petrocik 1976: Nie N H., Verba S., PetrocikJ. R. The Changing American Voter. Cambridge, Mass., 1976.

Nieuwbeerta 1995: Nieuwbeerta P. The Democratic Class Struggle in Twenty Countries 1945-1990. Amsterdam, 1995.

Norris 2000: Norris P. A Virtuous Circle. Cambridge, 2000.

Page, Jones 1979: Page B.I., Jones C.C. Reciprocal Effects of Policy Preferences, Party Loyalties and the Vote // American Political Science Review. 1979. Vol. 73. P. 1071-1089.

Pettersen 1981: Pettersen P.A. Identification, Agreement and Government Performance // Scandinavian Political Studies. 1981. Vol. 4. P. 221-252.

Political Judgment 1995: Political Judgment / eds. M. Lodge, К. M. McGraw. Ann Arbor, 1995.

Rabinowitz, Macdonald 1989: Rabinowitz G., Macdonald S.E. A Directional Theory of Issue Voting // American Political Science Review. 1989. Vol. 83. P. 93-121.

Ringdal, Hines 1995: RingdalK.f Hines K. Patterns in Class Voting in Norway 1957-1989 // Acta Sociologica. 1995. Vol. 38. P. 33-51.

Rosenstone, Kinder, Miller 1993: Rosenstone S.J., Kinder D.R.y Miller W.E. Proposed Research Agenda for the 1994-1998 American National Election Study: Paper to the meeting of ICORE, Grenoble, 1993,5-7 November.

Schulman, Pomper 1975: Schulman M.A., Pomper G.M. Variability in Electoral Behavior: Longitudinal Perspectives from Causal Modeling // American Journal of Political Science. 1975. Vol. 19. P.1-18.

-Sniderman, Brody, Tetlock 1991: Sniderman P.M., Brody R.A.f Tet- lock P.E. Reasoning and Choice. Cambridge, 1991.

Stokes 1966: Stokes D.E. Some Dynamic Elements of Contests for Presidency // American Political Science Review. 1966. Vol. 60. P. 19-28.

Sullivan, Piereson, Marcus 1978: Sullivan J.L., Piereson J.E.f Marcus G.E. Ideological Constraint in the Mass Public: A Methodological Critique and Some New Findings // American Journal of Political Science. 1978. Vol. 22. P. 233-249.

Thomassen 1994: Thomassen J. Introduction: The Intellectual History of Election Studies // European Journal of Political Research. 1994. Vol. 25. P. 239-245.

Valen 1981: Valen H. Valg og politikk. Oslo, 1981.

Wattenberg 1984: WattenbergM.P. The Decline of American Political Parties. Cambridge, Mass., 1984.

Westholm 1997: Westholm A. The Illusory Defeat of the Proximity Theory of Electoral Choice // American Political Science Review. Vol. 91. P. 865-885.

<< | >>
Источник: под ред. С. У. Ларсена. Теория и методы в современной политической науке: Первая попытка теоретического синтена. 2009

Еще по теме Эмпирическая оценка. Заключение:

  1. Эмпирическая оценка. Заключение
  2. Эмпирическая оценка. Заключение
  3. Эмпирическая оценка. Заключение
  4. Эмпирическая оценка. Заключение
  5. Эмпирическая оценка. Заключение
  6. Эмпирическая оценка. Заключение
  7. Эмпирическая оценка. Заключение
  8. Эмпирическая оценка. Заключение
  9. Эмпирическая оценка. Заключение
  10. Эмпирическая оценка. Заключение
  11. Эмпирическая оценка. Заключение
  12. Эмпирическая оценка. Заключение
  13. Эмпирическая оценка. Заключение
  14. Эмпирическая оценка. Заключение
  15. Эмпирическая оценка. Заключение
  16. Эмпирическая оценка. Заключение
  17. Эмпирическая оценка. Заключение
  18. Эмпирическая оценка. Заключение