<<
>>

Попытки сепаратного мира

Начиная с 1915 г[ода], Стокгольм являлся ареной попыток Германии к сепаратному мируь. Лично мне известны четыре такие попытки. Но, несомненно, их было больше и, несомненно, что попытки эти делались не только в Стокгольме, но и в других нейтральных странах — Испании, Голландии и, особенно, в Дании. В Копенгагене имел свою главную квартиру известный германский агент Парвус, впоследствии агент большевиков. Он играл при гр[афе] Броксдорфе- Ранцау такую же роль, какую при Люциусе в Стокгольме играли Красин, Фюр- стенгоф686, Варбург и друг[ие].
Парвус не только маклеровал сепаратный мир, но и снабжал в широких размерах Германию датскими товарами. За годы войны он нажил большое состояние. Имя его в России стало синонимом предательства, но в кругах большевиков он был persona grata и служил в первые годы большевистского господства связью между большевиками и Германией. Мрачная фигура Парвуса врезывалась в память с такой же силой, как фигура схожего с ним внешне и внутренне известного агента русской охранки Азефа. Но Азеф, как известно, окончил свои дни в бедности в Берлине, а Парвус умер в богатстве и в почете в своей роскошной вилле в Копенгагене687. Из всех попыток Германии в Стокгольме к сепаратному миру с Россией нашумела попытка гамбургского банкира и советника Люциуса по банковским делам Варбурга. В эту попытку был невольно замешан автор этих строк. Дело было так. Из Петрограда выехала в Европу для ознакомления с настроениями стран наших союзников делегация Государственной] думы. Состояла она из вождей разных думских партий, и на чемс ее стал тогдашний товарищ председателя Государственной] думы, член партии октябристов Протопопов. В делегации участвовал и вождь партии ка-дэ Милюков. Объехав Англию, Францию, Румынию, Сербию и Италию, делегация возвращалась через Стокгольм в Россию1. С Протопоповым я был близко знаком по Петрограду. В качестве сотрудника самой большой русской газеты «Русск[ое] слово», мне приходилось быть в тесных сношениях с выдающимися политическими деятелями той эпохи. Протопоповь производил0 впечатлениеd легкомысленного политического шалуна, дельца и шармера^ Эластичный октябризм служил ему ступенью к карьере. Он был яркой противоположностью вождя ка-дэ Милюкова, который открыто презирал и партию октябристов, и ее1 вождей. Вынужденный стать под эгиду Протопопова в путешествии по Европе, Милюков всюду демонстрировал это презрение. И делегация Государственной] думы проехалась по странам союзников, как Ноев ковчег с чистыми и нечистыми зверями или как бродячий цирк с заключенными в клетки, ненавидящими друг друга хищными зверями. Поездка эта была одним из ляпсусов умиравшего уже русского строя, одной из публичных демонстраций всероссийской политической розни, одним из скверных анекдотов заката царизма и русского парламентаризма79. В бытность свою в Стокгольме Протопопов еще не проявляль симптомов болезни (прогрессивного паралича), которая несколько месяцев спустя, на посту министра вн[утренних] дел, сказалась с очевидностью. Но уже и тогда, в эпизоде с Варбургом, ненормальность этого парламентария и будущего хозяина внутренней жизни великой страны была несомненной. С Протопоповым, несколькими парламентариями, известным русским нефтепромышленником Поляком и m-me Поляк мы завтракали в Рояль-отеле. Зал был переполнен интернациональной публикой. Протопопов охорашивался перед хорошенькой m-me Поляк. Без умолка тараторил.
— Что делается у союзников, — говорил он, — мы знаем. А вот что делается у врагов? Вы здесь среди них. Не дадите ли нам возможность потолковать с ними?... Я оглянул зал, на другом конце коего сгруппировались наши «враги» — немцы. Среди них был Варбург и мой петроградский приятель, директор одного русского завода, немец Трек. — Это нетрудно, — ответил я, — вон там, среди «врагов», один из моих петроградских «друзей»^ Хотите с ним познакомиться?^ Он вам устроит свидание с Варбургом. — Очень хочу. Вмешался в разговор Поляк. — А я вам представлю для этого свидания нейтральную почву — мои апартаменты здесь. Идет? — Abgemacht!3 Знакомство состоялось после завтрака, а свидание с Варбургом у Поляка — к вечеру. На этом свидании не было произнесено ничего, о чем бы русские официальные и неофициальные круги не знали. Варбург повторил то, что говорили Стиннес, Эрцбергер, Парвус и другие немецкие агенты. Но Протопопов, приняв таинственный вид, увозил эту всем известную «тайну» как нечто ценное. И в Петрограде он ее разболтал, приукрасив. Враги Протопопова во главе с Милюковым всполошились. Хотели на этом сломать шею кандидату в министры. Изворачиваясь, Протопопов припутал к свиданию с Варбургом нашего посланника г[осподина] Неклюдова. Ложь обнаружилась. Скандал прогремел. Но он не помешал Распутину посадить своего друга Протопопова на министерское кресло. Сидя в изоляторе Петропавловской крепости при Времен[ном] правительстве, то рыдая, то по-собачьи лая, в полном развитии прогрессивного паралича, Протопопов в числе своих заслуг перед Россией ссылался и на свое стокгольмское свидание с Варбургом, когда он, будто бы, «спас Россию от козней Германии». Кроме этой попытки и стараний Стиннеса, Эрцбергера, Парвуса, в Стокгольме и Копенгагене имели место еще и другие попыткиь к сепаратному миру. Попытки эти завивались вокруг дворцов и редакций влиятельных газет. Когда Люциус с его окружением увидели, что их старания к вовлечению в войну Швеции потерпели неудачу, вся их энергия направилась к тому, чтобы посредниками (честными маклерами) между Германией и Россией, к восстановлению их традиционной дружбы, стали династии Швеции и Дании и общественное мнение этих стран. Пацифистская волнас прокатилась по шведской и датской прессам уже с конца 1915 года. Волна эта приветствовала прибытие в Стокгольм пацифистской «миссии» Фарда. Со своей стороны, и высшие круги Швеции, с Валенбергом во главе, при активной поддержке Брантинга напрягали благородные усилия к умиротворению Европы. В этом смысле попытки к сепаратному миру, как первому шагу к миру общему, и шведской прессой, и шведскими высшими кругами приветствовались. Наше посольство в Стокгольме осаждалось известными и неизвестными лицами, принявшими миссию примирить Германию с Россией. Среди первых был болгарский экс-министр Ризов, враг Фердинанда688, но друг России. Среди вторых были даже медиумы, устамий которых сепаратного мира требовали обитатели загробного мира. Но за русским посольством в Стокгольме и за русскими пацифистами зорко следили очи союзников® Как это ни странно, но между союзниками в Великую войну доверия не было. В своей книге о союзниках шведский социалист Стефанс между прочим пишет: «Один из видных английских политических деятелей (фамилия названа) сказал мне: “Дайте лишь окончить эту войну, и мы посадим Россию на ее место — место дикаря”.» Стефанс может немного и преувеличивать, но в общем он был прав. Самым ярким свидетельством недоверия Англии к России3 был тот унизительный для России факт, что, дав России заем для военных надобностей, Англия не только потребовала от России эквивалентного количества золота (которое отвез в Лондон лично русский мин[ист]р финансов Барк), но и не выдало союзнику этого займа на руки, производя по своему усмотрению уплаты за счет России по русским заказам. Такого отношенияь, вероятно, не вынесла бы Австрия со стороны Германии. Об отношении к России союзниковc свидетельствует поведение Ллойд Джор[д]жай и Клемансо на Версальском конгрессе^ В годы Великой войны у союзников России было учреждение, напоминающее теперешнее ГПУ у большевиков. За поведением русского посольства в Стокгольме зорко следили из Копенгагена; а за Копенгагеном — из Стокгольма. Боязнь сепаратного мира России с Германией не оставляла Англию и Францию. Может быть, это и помешало усилиям Германии и Швеции, направленным к этой цели. В своих мемуарах о Швеции в годы Великой войны г[осподин] Неклюдов между прочим передает разговор свой с королем Густавом V-м. «Я должен Вам откровенно сказать, г[осподин] Неклюдов, — сказал король, — что я не вижу возможности победы ни той, ни другой из воюющих сторон. Уже более 18-ти месяцев, как длится эта ужасная бойня. Нет оснований надеяться, что она не продлится еще два года без иного результата, как смерть, разорение и несчастье человечества. Что будет с Европой после этих ужасных лет! Вот почему у нас продолжают пламенно желать восстановления мира!»689 Эти искренние слова благородного монарха дают ключ к попыткам мира, общего или только сепаратного, имевшим место на территории Швеции. Баян
<< | >>
Источник: Колышко И. И.. Великий распад: Воспоминания.. 2009

Еще по теме Попытки сепаратного мира:

  1. Дела сепаратные и трагические
  2. X. Я. Момджян СИСТЕМА ПРИРОДЫ, ИЛИ О ЗАКОНАХ МИРА ФИЗИЧЕСКОГО И МИРА ДУХОВНОГО
  3. Владимир Павлович Максаковский. Географическая картина мира Книга II Региональная характеристика мира, 2009
  4. Владимир Павлович Максаковский. Географическая картина мира Книга I Общая характеристика мира,
  5. Эмпирические попытки
  6. Попытка метафизического описания
  7. Попытки трансформации СССР
  8. Попытка христианизации системы
  9. НА ПОЛЯХ "Я И ТЫ" (ПОПЫТКА ВДУМАТЬСЯ)
  10. Попытка реставрации сталинизма
  11. Лекция 50. Лесная и деревообрабатывающая промышленность мира.Текстильная промышленность мира
  12. НОВАЯ ПОПЫТКА РЕШИТЬ ВЕЧНЫЙ «ВОСТОЧНЫЙ ВОПРОС»
  13. 2. Попытка Франции закрепиться в Сиаме
  14. Первая попытка разрядки напряженности
  15.    Попытки искупления смертного греха
  16. Первые попытки ликвидации «Палиивщины»
  17. Вторая попытка: «цветные революции»