<<
>>

Экологическая политика 60-80-х гг. xx в. в мире и России

Не следует идеализировать ситуацию, полагая, что обитатели цивилизованного Запада намного раньше, чем жители бывшего СССР, осознали масштабы надвигающегося экологического кризиса.

Лишь в середине 60-х гг. XX в. наиболее дальновидные исследователи и передовые менеджеры, а за ними и правительства некоторых развитых государств начали осознавать реальные масштабы предстоящих глобальных экологических проблем.

До середины прошлого века проблемы разрушения природы если и воспринимались на официальном уровне, то исключительно в качестве духовных и эстетических. С конца XIX до середины XX в. охрана природы заключалась в основном в заповедании уникальных территорий, да и то либо для восстановления численности охотничье-промысловых животных (Россия), либо для отдыха населения (США). Проблемы загрязнения или сокращения природных ресурсов почти не обсуждались, во всем мире шло их экстенсивное освоение.

Лишь во второй половине XX в., в послевоенные годы, у части общества, в первую очередь у интеллектуальной элиты и профессиональных биологов, оформилось представление о социальных и политических аспектах природоохранных проблем. Начался переход от «благоволения перед природой» к обсуждению сохранения природы, как единственно возможной среды обитания для выживания человечества. Именно в этот период, в 1948-1960-е гг. образовались основные природоохранные организации.

Мощным толчком к выведению обсуждения экологических проблем на официальный мировой уровень послужил представленный в 1969 г. доклад Римскому клубу «Пределы роста» (Meadows et all, 1972). Доклад был подготовлен молодыми учеными из Массачусетского технологического института (Massachusetts Institute of Technology) - американцами Деннисом и Доннелой Медоуз, Вильямом Беренцем, норвежцем Йоргеном Ран- дерсом - учениками Джея Форрестера, впервые начавшего моделировать глобальные процессы.

Авторы с помощью только появившегося тогда аппарата математических моделей доказывали, что человечество не может расти бесконечно ни количественно, ни по уровню жизни. Был проведен анализ наблюдавшихся тогда скорости роста населения, производства продуктов питания и разведки новых запасов полезных ископаемых, а также составлен прогноз изменения этих показателей и его последствий для человеческого общества.

Основными выводами доклада были следующие: без кардинальных изменений в экономике и социальных системах общество выработает все невозобновимые ресурсы (полезные ископаемые и т. п.), от которых зависит производство, в течение ближайших 100 лет; если допустить, что ресурсов окажется в 2 раза больше, чем известно сейчас, то общество не сможет существовать из-за количества произведенных отходов;

- если допустить, что использование ресурсов станет намного более эффективным, то рост человеческого общества будет ограничен производством продуктов питания.

Авторы пришли к заключению, что рост человечества в любом случае прекратится - либо в результате политики предосторожности и самоограничения, либо в результате коллапса. Заметим, что Медоузы и Рандерс специально подчеркивали, что их работа не является прогнозом, а представляет собой расчеты, позволяющие произвести изменения в политике и экономике, необходимые для того, чтобы избежать коллапса и обеспечить мягкий переход от периода роста к периоду развития.

Доклад вызвал бурную реакцию как общества в целом, так и правительств. Весь мир в эти годы переживал состояние некоторой эйфории: несмотря на холодную войну, уровень жизни везде довольно быстро рос, на Западе были хиппи, у нас - «шестидесятники», а страны третьего мира одна за другой получали независимость от бывших метрополий.

Известие о грядущем апокалипсисе, даже с научным обоснованием, мало кто был готов воспринимать. Тем не менее, и в СССР, и на Западе ученым были даны задания срочно доказать ошибочность выводов авторов «Пределов роста».

В СССР это было поручено Вычислительному центру Академий наук под руководством академика Никиты Моисеева, на Западе - Герману Кану, Вильяму Брауну и Леону Мартелю, а структурами ООН - лауреату Нобелевской премии в области экономики, американцу русского происхождения Василию Леонтьеву. Оптимистические (т. е. оппозиционные выводам «Пределов роста») модели пытались доказать, что с помощью улучшения рыночных механизмов и развития технологий рост как населения, так и его уровня жизни может быть практически безграничным. Однако, даже наиболее проработанная модель В. Леонтьева не учитывала многих факторов. Так, возможность нехватки продовольствия опровергалась путем прогноза расширения сельскохозяйственных угодий за счет вовлечения всех доступных земель. Помимо того, что даже при этом допущении требовалось увеличить их продуктивность, по крайней мере, на 60 %, реальность опровергла такой «расширительный» сценарий - площадь сельскохозяйственных земель в 1951-1981 гг. действительно увеличилась на 24 %, но потом в 1981-1991 гг. сократилась. Причиной неверности расчетов В. Леонтьева в этом случае стало то, что ни эрозия земель, ни их отравление пестицидами не были учтены в модели.

Особенно актуальным оказалось время публикации «Пределов роста» - накануне Конференции ООН по окружающей человека среде (UN Conference on Human Environment), проходившей в Стокгольме в 1972 г. Заметим, что сейчас, 40 лет спустя, основные глобальные проблемы остались теми же.

Конференция впервые признала, что: как естественная, так и созданная человеком среда важны для существования общества и обеспечения основных прав человека; сохранение и улучшение окружающей среды является принципиально важной обязанностью всех правительств; загрязнение и деградация окружающей среды достигли опасных для человека масштабов; естественный рост населения представляет проблему для сохранения окружающей среды, но при этом человек представляет наибольшую ценность; человечество достигло момента, когда необходимы немедленные действия для сохранения и улучшения окружающей среды; природные ресурсы должны сохраняться как для нынешнего, так и для будущего поколений; при суверенитете государств в части решения внутренних проблем сохранения окружающей среды, проблемы, выходящие за рамки национальных юрисдикции, подпадают под юрисдикцию ООН; развивающиеся страны должны обеспечивать сохранение окружающей среды при своем развитии, а индустриальные - предпринимать меры по сокращению разрыва в уровне развития между странами.

Были, однако, и заявления вроде того, что деградация окружающей среды в развивающихся странах вызвана их низким уровнем развития, а в индустриальных - развитием промышленности и технологий.

Конференция рекомендовала Генеральной Ассамблее создать постоянно действующий Управляющий Совет по программам в области окружающей среды из представителей 54 стран, Секретариат по окружающей среде и добровольный Фонд по окружающей среде. Так появилась Программа ООН по окружающей среде (UNEP - United Nations Environmental Program), которую возглавил Морис Стронг. Особый упор в документах Конференции был сделан на необходимость планирования развития, учета последствий принимаемых решений для окружающей среды. Фактически на Стокгольмской конференции определились направления и способы развития человечества, которые пятнадцать лет спустя были обозначены термином устойчивое развитие.

Хотя практических шагов после Конференции в Стокгольме было немного, а единственным главой государства, участвовавшим в Конференции, была президент Индии Индира Ганди, охрана окружающей среды была официально признана одной из важнейших глобальных проблем. Это существенно облегчило жизнь активистам как государственных, так и общественных структур - их перестали воспринимать как чудаков, пытавшихся препятствовать экономическому росту.

Охрана окружающей среды стала появляться в официальных национальных документах, в университетах, а кое-где и в школах появились соответствующие курсы. В Конституции СССР 1977 г. впервые появилось право граждан на здоровую окружающую среду. Началось образование первых природоохранных министерств и агентств в ряде развитых государств.

Грянувший в 1973 г. первый нефтяной кризис, приведший к 5-кратному (с 2,5 до 12,5 долларов за баррель) росту цен на нефть в течение нескольких месяцев показал даже самым недалеким политикам, что отрицать простую истину об ограниченности ресурсов на отдельно взятой планете бессмысленно. Напомним, что кризис повторился в 1978 г.

Последствия этого осознания для СССР и других развитых в те времена стран отличались: СССР, в 1960-е гг. разведавший огромные запасы нефти, «сел на нефтяную иглу», а другие государства пошли по пути сокращения удельного потребления природных ресурсов на единицу выпускаемой продукции и развития высоких технологий. Пожалуй, единственным широко известным проявлением признания ограниченности ресурсов в СССР был лозунг «Экономика должна быть экономной».

В 1980-е гг. опасность разрушения окружающей среды стала широко обсуждаться населением, и, следовательно, экологические проблемы стали частью политики - в политических системах, предусматривающих выборы, политики вынуждены считаться с общественным мнением. В Западной Европе появились и быстро набрали силу «зеленые» партии, во всем мире, как на дрожжах, росли общественные природоохранные организации, потому что граждане были готовы добровольно платить за то, что кто-то, альтернативный недостаточно эффективным государственным службам и более ответственный перед своими сторонниками, брал на себя решение важных для них проблем.

Правительства сильно отставали, и в целом 1980-е гг. были годами жесткого противостояния природоохранной общественности и власти. На Западе наиболее ярким примером была кампания за сохранение тропических лесов (в том числе отказ от приобретения товаров, произведенных из тропической древесины) и прекращение китобойного промысла. Именно эти кампании впервые вызвали интерес бизнеса, вдруг увидевшего, что моральный авторитет общественных природоохранных организаций способен кардинально влиять на потребительский спрос - локомотив любого бизнеса. Поняв, что игнорировать мнение общества стало опасно, бизнес начал искать пути сотрудничества.

В СССР в эти годы общественное внимание было привлечено борьбой с проектом переброски рек севера Европейской части страны и Западной Сибири на юг.

Среди экологических проблем, на которых в 1980-е гг. было сконцентрировано внимание общественности, следует также отметить последствия программы массовой мелиорации Нечерноземья (вторая половина 1970 -х - первая половина 1980-х гг.), последствия аварии на Чернобыльской АЭС (вторая половина 1980-х гг., была менее заметна из-за закрытости информации), строительство серии заводов БВК (белково-витаминных концентратов).

Прямым аналогом кампании против переброски северных и сибирских рек в 1960-е гг. была проблема сохранения озера Байкал и экологические последствия строительства на нем Байкальского ЦБК (целлюлозно-бумажного комбината), строительство которого было запланировано в целях обеспечения нужд военной авиации СССР (для производства целлюлозного корда для авиационных шин), но после начала строительства Байкальского ЦБК нужда в нем отпала (шинная промышленность перешла на корд из металла).

Итогом 1980-х гг. стало существенное «позеленение» правительств развитых стран, включая СССР. Можно сказать, что новые идеи, подходы, концепции начали побеждать или, по крайней мере, завоевывать сторонников и «место под солнцем» - достаточно указать на создание в 1988 г. Государственного комитета по охране природы СССР, против которого возражали практически все министерства и ведомства.

По инициативе Генерального секретаря ООН Переса де Куэльяра в 1983 г. была создана Всемирная комиссия по окружающей среде и развитию под руководством премьер-министра Норвегии Гру Харлем Бру- ндтланд (позднее являлась председателем Всемирной Организации Здравоохранения) для подготовки доклада об оптимальном развитии человечества. Потенциал у комиссии и результаты ее работы были огромными - впервые лидеры стран, ранее находившихся в состоянии «холодной войны», лично взялись за планирование будущего планеты. Уровень членов комиссии определил огромный политический вес доклада, подготовленного к 1987 г. и опубликованного на многих языках, в том числе на русском, под названием «Наше общее будущее» (1989).

В этом докладе определялось, что такое устойчивое развитие: развитие, которое отвечает потребностям настоящего поколения, но не ухудшает возможностей будущих поколений обеспечивать их потребности. Также были определены три основных компонента устойчивого развития: охрана окружающей среды, экономический рост и социальное равенство. По сути, доклад предлагал пути решения основных глобальных проблем, таких, как искоренение бедности, предотвращение деградации окружающей среды, обеспечение населения питьевой водой и продовольствием, решение проблем здравоохранения, в том числе предупреждение распространения СПИДа. Более того, впервые были сделаны экономические расчеты, показывающие, а сколько же стоит решение этих проблем. Сумма оказалась существенной, но не пугающей - 600 миллиардов долларов США в год, что было меньше суммарных военных бюджетов СССР и США. Основным выводом доклада была констатация возможности решения глобальных проблем и наличие для этого финансовых средств, тратившихся ранее на гонку вооружений. 

<< | >>
Источник: В.М. Малахов, А.Г. Гриценко, С.В. Дружинин. ИНЖЕНЕРНАЯ ЭКОЛОГИЯ МОНОГРАФИЯ В трех томах Том 1. 2012

Еще по теме Экологическая политика 60-80-х гг. xx в. в мире и России:

  1. 6 ПРИЧИНЫ НАРАСТАНИЯ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ НАПРЯЖЕННОСТИ В РОССИИ
  2. § 2. Конституционный строй России
  3. 10.7. РАЦИОНАЛЬНОСТЬ ПО ЦЕННОСТИ КАК ВЫСШИЙ ТИП РАЦИОНАЛЬНОСТИ В ПОЛИТИКЕ
  4. Борьба политических партий России за депутатские мандаты IV и V Государственной Думы
  5. ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА: СУЩНОСТЬ И ХАРАКТЕР ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ И РОССИИ П.С. Карако
  6. Г Л А В А 4 ПРОБЛЕМА ИРАНА И ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ РОССИИ
  7. Россия
  8. Россия, СНГ, Запад
  9. ГЛАВА 12 ОСОБЕННОСТИКОЛЛЕКТИВНОГО ЭКОЛОГИЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ
  10. Поиск идей пространственного развития современной России.
  11. ПОЛИТИКА МНОГОКУЛЬТУРНОСТИ
  12. Экологические основы в природоохранном обустройстве территорий
  13. Экологическая политика 60-80-х гг. xx в. в мире и России