<<
>>

КОМПРОМАТ ИЛИ ЖИЗНЬ. ИСТОРИЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ КИЕВСКОГО ЖУРНАЛИСТА

  1   Журналист Георгий Гонгадзе, пропал в Киеве 16 сентября 2000 года. Его останки, найденные полтора месяца спустя, не преданы земле до сих пор. Точка в этой истории не поставлена.
Гибель журналиста стала катализатором политического кризиса на Украине, который продолжается до сих пор. Наше Агентство на протяжении года вело свое расследование обстоятельств исчезновения Гонгадзе. Мы не можем назвать имя заказчиков этого преступления, но наши выводы расходится как с официальной точкой зрения, так с мнением тех, кто уверен, что журналиста «заказал» не кто иной, как сам президент Украины Кучма. 28 ноября, через две недели после того, как Украина узнала о находке в лесу в Таращанском районе Киевской области обезглавленного тела, в котором коллеги опознали пропавшего руководителя интернет-издания «Украинская правда», лидер соцпартии и депутат Верховной Рады Александр Мороз объявил о наличии записей разговоров президента Леонида Кучмы, высказывающего теперь уже бывшему министру внутренних дел пожелание устранения журналиста.Так начался «Кучмагейт». Не будет преувеличением сказать, что не только жители Украины с упоением читали фрагменты записей разговоров в кабинете Кучмы, обнародованных Морозом. Позже поставщиком новых «хитов» стал бывший сотрудник службы охраны президента Николай Мельниченко, оказавшийся в США. Нынче любой желающий может прослушать записи разговоров Кучмы в Интернете.   Разговор якобы Кучмы с неизвестным: «Кучма»: Ты давай мне этого самого по «Украинской Правде» и... будем решать, что с ним делать. Он просто оборзел уже. Завели дело. «Кучма»: Нет, для меня дело не обязательно... «Украинская Правда», ну совсем уже, б…, оборзели. Подонок, б... Грузин, грузин, блин, Гонгадзе, или как? Гонгадзе.   … «Кучма»: Просто, б…, ...есть какая-то мера, сука, б... Депортировать его, б…, в Грузию и выкинуть там на х... Отвезти его в Грузию и оставить там, надо чтоб чеченцы его украли...
  Разговор якобы Кучмы с Кравченко (экс-глава МВД): «Кучма»: Этот грузин. А я, мы работаем. «Кучма»: Я и говорю, вывезти его, бросить. Отдать чеченцам, (неразборчиво), а потом выкуп. Мы продумаем. Мы сделаем так, чтобы... «Кучма»: Значит, отвезти его, раздеть, б…, без штанов оставить, пусть сидит. Я бы сделал просто, б…, мне сегодня докладывали. Мы обстановочку изучаем: где он ходит, как ходит. Там у нас на связи сидит... Еще немножко, немножко изучить, мы сделаем. У меня сейчас команда боевая, такие орлы, все что хочешь сделают. Значит, вот такая ситуация. «Кучма»: Что-то вы про Гонгадзе молчите? Молчим (неразборчиво)... Открыто. Ну, я вам докладываю. Мы там немного прокололись. «Кучма»: У него там команда, во главе которой стоит фамилию мне сказали, б... Ну, чтобы оно не шло, так как грязь кидают в Россию через Интернет. Ну, в Интернет через Россию. Ясно. Я Гонгадзе не отпускаю. Просто у нас возник вопрос, я тоже это... Хотя уже есть контакты... Ну, было – ...из наружного наблюдения. Хочу его контакты подызучить. Что из себя представляют... «Кучма»: И узнать, есть ли там команда. Говорили про какие-то фамилии. Которые строчат эту грязь... Их три человека. У меня есть они. У меня все они есть. Но я хочу с него начать. Как это... генеральная отреагирует. Номеров, насколько я знаю, у них нет. «Кучма»: А при чем Генеральная в связи с Гонгадзе? Есть их заявление. Это же официально. «Кучма»: Ну и что? Заявление-то официальное. «Кучма»: И чего это каждая срань должна писать на генерального прокурора.   2   Мы не ставим под сомнение сам факт состоявшихся диалогов и ни в коем случае не защищаем Леонида Даниловича, позволяющего себе подобные разговоры. Тем более, что они могут восприниматься подчиненными как руководство к действию. На первый взгляд непосредственная причастность президента к исчезновению журналиста не вызывает сомнений. И все же, содержание этих бесед дает больше вопросов, чем кажущихся очевидными выводов. Как нам удалось узнать, в начале июля Георгия Гонгадзе предупреждали о том, что ему грозит серьезная опасность, со ссылкой на разговоры, которые вел в то время в своем рабочем кабинете президент Украины Леонид Кучма.
Кроме того, по поступившей к нам информации, уже тогда Георгию сообщили о существовании скандальных записей, и не исключено, что дали несколько фрагментов с целью их дальнейшей публикации. Депутат Верховной Рады лидер соцпартии и один из лидеров антикучмовского движения Александр Мороз частично подтвердил эту информацию, официально заявив нам, будто бывший сотрудник управления охраны президента майор Мельниченко, якобы записывавший своего босса, говорил ему, что предупреждал Гонгадзе о грозившей опасности. Это еще раз подтверждает наши сведенья о том, что Гонгадзе мог знать о содержании разговоров, которые велись о нем в кабинете президента и были обнародованы в конце ноября. Тогда же, в первой половине июля, Георгий Гонгадзе предположил, что за ним следят. В июне-июле прошлого года он обнаружил пристальное внимание к себе со стороны крепко сложенных незнакомых мужчин, сидевших в салонах нескольких автомобилей. Автолюбители в штатском попадались Георгию около подъезда его дома, около офиса, в разных других местах. 14 июля Георгий написал по этому поводу открытое письмо генеральному прокурору Украины Михаилу Потэбенько. Автолюбители исчезли. Существование слежки за журналистом косвенно подтверждает один из обнародованных фрагментов прослушки, датируемый примерно этим же временем. Министр внутренних дел Украины г-н Кравченко якобы говорит президенту Кучме о случившемся прокольчике в работе по Гонгадзе. В принципе, только из этого следует, что министр внутренних дел Украины Кравченко воспринял словесную несдержанность Кучмы, почему-то вдруг обратившего пристальное внимание на одного из журналистов, как руководство к действию. Но у нас нет оснований делать выводы о том, насколько далеко зашла исполнительность министра. Более того, санкционированная слежка – а по нашим сведениям за Георгием следили именно сотрудники правоохранительных органов действовавшие на основании приказа – официальное литерное мероприятие. Безусловно, сотрудники МВД могут выполнить такое распоряжение.
Но следить и убить – не одно и то же. В сентябре Гонгадзе наблюдения за собой не заметил... Впоследствии сотрудники украинской милиции, принимавшие участие в слежке за Гонгадзе, были уволены и допрошены следователем генеральной прокуратуры. Просматривая все публикации «Украинской правды», мы не обнаружили ничего, что выделяло бы Гонгадзе из десятков других оппозиционных журналистов, а его материалы вряд ли могли вызвать такую реакцию. Публикации интернет-газеты даже в отношении конкретных персон носили весьма общий характер и не могли представлять какой-либо серьезной угрозы. Любой желающий может и сегодня ознакомиться с ними на сайте «УП» и сделать самостоятельные выводы. Не говоря уже о том, что круг читателей «УП» был очень узок и ограничивался, главным образом, депутатами парламента и партийными деятелями. С другой стороны, Георгий являлся фигурой, так или иначе вовлеченной в политический процесс. Помощник депутата Верховной Рады, участник избирательных кампаний в качестве политтехнолога – сфера его деятельности параллельно с журналистикой. На первый взгляд устранение Гонгадзеабсолютно бессмысленно. Однако, запоминающаяся фамилия и известность в политической тусовке делали его идеальной кандидатурой в жертвы. Наконец, по нашим сведениям сам Леонид Кучма Интернетом не пользуется и, в лучшем случае, знал о существовании такого издания понаслышке. Зато он точно знал, что Гонгадзе «через интернет кидает грязь» то ли в Россию, то ли через Россию. Какую грязь имел ввиду Леонид Данилович?   3   Здесь нельзя не обойти вниманием историю появления на свет самой «Украинской правды». Возьмемся утверждать, что, независимо от обстоятельств исчезновения Гонгадзе, маленькая «Украинская правда» практически с момента своего возникновения оказалась вовлеченной в большие политические игры. Мы бы вряд ли остановились на этих событиях, если бы не одно НО. Каждое из них, так или иначе, могло сказаться на судьбе Георгия. Официально «Украинская правда» появилась в интернете весной 2000 года.
Своим выходом в свет газета обязана не только энергии Георгия, но и спонсору, которого удалось найти руководителю проекта. Спонсор у еще не родившегося издания появился в конце марта. Гонгадзе в разговорах с друзьями называл этого человека Петровичем и описывал грозный вид его личного охранника. Впрочем, для сотрудников «УП» не было секретом, что спонсор имеет непосредственное отношение к секретарю Совета безопасности, бывшему шефу КГБ Украины и экс-кандидату в президенты Евгению Марчуку. Спонсор предоставил газете помещение и оргтехнику. В апреле – мае те же люди передали руководителю проекта 2000 и 500 долларов соответственно на зарплату сотрудникам и текущие платежи. Эти средства вполне достаточны для финансирования небольшого интернет-проекта. Альянс распался совершенно неожиданно. Редакции не хватало журналистских материалов. Поэтому Гонгадзе заключил устную договоренность с руководством газеты «Грани», в соответствии с которой УП могла перепечатывать публикации из «Граней» в любых количествах. При этом Гонгадзе просил всех своих сотрудников обратить особое внимание на публикации корреспондента «Граней» Татьяны Коробовой, в связи с тем, что она неоднократно в своих материалах демонстрировала неприязнь к Марчуку. На одном из совещаний Гонгадзе еще раз обратил внимание коллег, что их спонсирует Марчук, а потому порицающие его публикации на сайте «УП» невозможны. На этом совещании, по имеющимся у нас свидетельствам, присутствовала и редактор «УП» Алена Притула, близкая подруга Георгия. Через несколько дней после совещания Гонгадзе уехал в Винницу с целью организации предвыборной кампании местного мэра. Материал Татьяны Коробовой «Претенденты в президенты, расслабьтесь!», содержавший негативные выпады в адрес Марчука, вышел в «Гранях» 15 мая и на следующий день перепечатан «УП». В день публикации этого материала на сайте, буквально через час после его размещения, Гонгадзе звонил в офис «УП» из Винницы, чтобы выразить свое возмущение этим фактом. Он потребовал снять этот материал с сайта как можно быстрее.
Материал сняли в тот же день. Между тем, в электронном архиве УП этот материал остался. Чем руководствовалась Алена – нам не ведомо. Вполне возможно, г-же Притуле просто не понравился спонсор. Однако, последствия отчаянного шага главного редактора не замедлили дать себя знать. В редакции появились вежливые ребята, которые вынесли оттуда выданные Петровичем компьютеры и предложили сотрудникам освободить офис. Деньги, заработанные Гонгадзе на выборах, пошли на покупку новой техники и зарплату. После разрыва с «людьми Марчука» газета оказалась не в лучшем финансовом положении и Гонгадзе вынужден был одалживать или брать деньги у различных кредиторов. Среди которых, например, ряд депутатов Верховной Рады, принадлежавших к разным политическим полюсам. Это тоже характерная деталь из биографии «УП». Нельзя утверждать, что Георгий был излишне щепетилен в выборе спонсоров. Впрочем, из нескольких источников, в том числе от тех, кто давал Георгию ссуды, мы знаем, что эти суммы не превышали 1–2 тысяч долларов и, их невозврат не мог бы послужить причиной исчезновения журналиста. А теперь – внимание. 28 марта, еще во время деловых отношений Гонгадзе с Марчуком случился один, не очень заметный, но весьма характерный эпизод. Как утверждают очевидцы, в этот день Георгий с несколькими соратниками наведался в интернет-кафе и создал в сети анонимный сайт, на которомразместил материалы о зарубежных счетах Леонида Кучмы и причастности вице-спикера парламента Медведчука к торговле детьми. Не мудрено, что следствие по делу Гонгадзе наверняка не знало об этом эпизоде, относящемся к пикантным нюансам, о которых предпочитают не распространяться. Очевидно, что Гонгадзе действовал не по собственной инициативе, а выполнял чью-то просьбу. Не секрет, что за выполнение таких просьбкак правило платят деньги. Из нескольких независимых источников нам стало известно, что, начиная с января 2000 года, некто предоставлял Гонгадзе материалы, компрометирующие высших должностных лиц Украины. Гонгадзе «помещал» их на анонимные сайты, используя для этого интернет-кафе. Эти материалыГонгадзе обычно всегда носил с собой в сумке-портфеле. Он предавал им особое значение и не скрывал их существование от сотрудников газеты. С другой стороны, Гонгадзе никому, кроме Притулы не давал их читать. В беседе с сотрудникам АЖУРа Алена подтвердила факт размещения материалов на анонимных сайтах. Алена не сказала только самого важного: кто «сливал» Георгию компромат. Именно эти сведенья могут быть ключом к разгадке последовавших событий. У нас есть основания полагать, что специфические документы Притуле-Гонгадзе поставлял весьма высокопоставленный источник, возможно, имеющий выход на президента. Может быть, как раз появление этих сайтов имел в виду Кучма, говоря о грязи в Интернете? Но о существовании этих сайтов знал крайне ограниченный круг лиц. В первую очередь, сами исполнители и заказчик. Заказчик же мог познакомить президента с новинками Интернета, намекнуть на имя исполнителя и он же мог быть в курсе того, что кабинет Кучмы прослушивается. Записи разговоров в кабинете президента велись, по крайней мере, с января 2000 года. За это время Леонид Данилович успел наговорить много интересного, но бомба взорвалась лишь после исчезновения журналиста и обнаружения тела. В день исчезновения Гонгадзе, похоже, выходил от Притулы с портфелем, где хранил материалы для этих сайтов. Притула говорит, что у Георгия в руках были два пакета с мусором. Один пакет на следующий день нашли рядом с домом в мусорном контейнере, второй так и не обнаружили. Возможно, что второго пакета с мусором не было, а вместо него был тот самый портфель. После исчезновения Гонгадзе Алена старалась обходить молчанием эту тему. Очевидно, что в играх вокруг «УП» ей вольно или невольно довелось сыграть не последнюю роль. И если Алена оказалась орудием в чужой игре, то она могла осознать это в ночь с 16 на 17 сентября, когда первой забила тревогу по поводу исчезновения Георгия.   4   Мы потратили несколько недель, чтобы буквально по минутам восстановить ход событий того дня. Но сделать это было необходимо, хотя бы потому, что каждый из тех, кто так или иначе оказался причастен к событиям, обладал лишь частью сведений, весьма приблизительно ориентируясь даже во временных промежутках. Между тем картина в целом могла содержать существенные детали. Утром 16-го супруга Гонгадзе Мирослава уехала из Киева на конференцию и предполагала вернуться на следующий день. Дети были с ней в сопровождении няни и, скоре всего, Георгий не предполагал быть дома в ночь на 17-е. Однако в 14.00 Мирослава позвонила в офис «УП» и сообщила, что вернется домой вечером. В 16.00 она звонила еще раз, обнаружив, что забыла ключи от квартиры. Георгий подтвердил, что будет ждать ее дома около 11 вечера. Примерно в 19.30 Гонгадзе и Притула вышли из редакции. Они поужинали в ресторане и около 21 часа были дома у Притулы. По словам Алены, минут сорок Георгий находился в ванной. Однако, нам известно, что в 21.19 по домашнему телефону Притулы звонил приятель Алены и Георгия телепродьюсер Лаврентий Малазония. Разговор продолжался примерно 7 минут. Малазония говорит, что обсуждал с Георгием предполагаемую поездку на шашлыки 17 сентября. В 21.47 Георгий звонил в офис «УП» и обсуждал со своим коллегой Кобой Алания возможность создания спортивного сайта. Через 15 минут Гонгадзевновь разговаривал с Кобой. Скорее всего, предупреждал, что выходит домой, на случай если будет перезванивать Мирослава. Около 22.05 Георгий, по словам Притулы, выходил в находящийся поблизости магазин, чтобы купить корм для кота Алены. Сразу оговоримся, что нам так и не удалось найти этому подтверждение. Минут 10–15 спустя Гонгадзе принес «Кити-кет» и почти сразу направился домой, прихватив пакеты с мусором, чтобы выбросить их по дороге. Об этом опять же известно только со слов Алены. Дежурившая в подъезде консьержка не видела уходящего Георгия ни в первый, ни во второй раз. Не исключено, что как раз в это время ее отвлекли те, кто планировал похищение. Не исключено, что, уходя от Алены, Георгий планировал некую встречу, потому что у него оставалось в запасе около получаса. Около 23.45 Мирослава с детьми подъехала к дому. Увидев темные окна квартиры, она поняла, что Георгий еще не пришел. С сотового телефона Мирослава набрала офис «УП». Трубку снял Алания, который, как и договаривался с Гонгадзе, сообщил, что тот уже вышел и удивился, узнав, что его еще нет дома. У Кобы были ключи от квартиры Гонгадзе и Мирослава попросила его приехать и открыть дверь. Алания перезвонил Притуле. В ее голосе он не помнит ничего необычного. Притула сказала, что Георгий ушел, но Алания подумал, что Георгий еще на самом деле сидит у нее. Алания пошел к Мирославе, которая встретила его с двумя дочерьми на улице. Уже через пятнадцать минут он открывал дверь в квартиру. Буквально в те же секунды – на часах было 0.11 – раздался телефонный звонок. Мирослава сняла трубку и услышала голос Притулы, которая попросила позвать Кобу. Алена заявила, что с Георгием что-то произошло, его надо срочно искать и надо обзванивать больницы, морги и прочие подобающие такому случаю заведения. Заметим, что с момента исчезновения Гонгадзе прошло менее двух часов и делать предположения о каком-то несчастье было по крайней мере преждевременно. Затем с интервалом 15 минут Алена звонила еще дважды, видимо, выясняя, не пришел ли Георгий. В это же время пыталась дозвониться до Малазонии, но его телефон не отвечал. По словам самой Притулы, она решила поехать в офис, где у нее остались необходимые телефоны. Об этом она в целях безопасности сообщила в Симферополь своей знакомой. Было около часа ночи. Судя по всему, у Алены не нашлось более близкого человека. Притула была в офисе примерно в 1.20 и сразу же набрала номер Мирославы. Из офиса она сделала еще несколько звонков, в том числе говорила с пресс-секретарем президента Кучмы. Кроме того, по сведеньям, которые мы получили из двух независимых источников, тогда же Алена, работала с электронной почтой. Около 2.50 она вернулась домой и вновь дозванивалась до Малазонии и Мирославы. В половине четвертого Притула набрала «02», после чего принялась обзванивать отделы внутренних дел... А уже в 11.07 на сайте УП появилась статья о пропаже Гонгадзе, которую Алена надиктовала Алании, хотя он отговаривал ее от поспешных выводов. Напрашивается предположение, что в ту ночь Алена Притула была изрядно напугана. В отличие, например, от Мирославы, которая говорила нам, что не испытывала какого-то серьезного беспокойства по поводу внезапного отсутствия супруга, потому как, случалось, и раньше он не ночевал дома. Вероятно, Алена, будучи человеком информированным и весьма близким к Георгию, действительно имела причины бояться не только за него, но и за себя. Например, если Гонгадзе знал о разговорах в кабинете президента, то о них могла знать и Притула. По нашему ощущению похитители были осведомлены о планах Гонгадзе на тот вечер. Время похищения было выбрано так, чтобы Георгия не начали искать сразу, то есть, был выбран тот редкий случай, когда Георгия никто не должен был ждать дома – Мирослава до 14 часов никому не говорила о том, что собирается провести эту ночь в Киеве.   5   Без всяких комментариев расскажем еще одну историю. 28 августа прошлого года в 10 часов и 31 минуту из села Потоки Таращанского района Киевской области некто позвонил домой Алене Притуле. Разговор длился не больше минуты, после чего абонент из Поток практически сразу позвонил по похожему номеру – на Бессарабский рынок. Позже с этого телефона в Потоках на Бессарабский рынок звонили неоднократно. Алене с этого номера больше не звонили ни разу. Обычная, в общем, ситуация – человек ошибся номером. От дома в Потоках, где установлен этот телефон, до места, где впоследствии обнаружили обезглавленное тело, километра три. Этот дом расположен на окраине того самого таращанского леса. 4 октября прошлого года Гонгадзе уже вовсю искали – с момента его исчезновения прошло более двух недель. В тот день в 10 часов 48 минут утра произошло еще одно странное событие. Некто позвонил на работу Алене Притуле (в офис «Украинской правды») из приемной Моторного завода, расположенного в Тараще. В 10 часов 49 минут (ровно через минуту!) этот человек перезвонил по похожему киевскому номеру, после чего еще пару раз в течение месяца этим номером воспользовался. Похоже, человек опять ошибся номером. От Моторного завода до места обнаружения трупа всего несколько минут езды на автомобиле. Чтобы блюдце секретов было совсем полным, добавим, что как раз в те два дня, когда сотрудники чешского консульства оформляли визу для не всеми признанного героя Украины Миколы Мельниченко, из приемной таращанского Моторного завода некто звонил в Чехию. Через три дня после этих звонков Мельниченко с семьей выехал в Чехию.   6   Миколу Мельниченко характеризуют как человека скромного, в чем-то закомплексованного и неразговорчивого. Говорят, Николай Иванович увлекался всякими манипуляциями с диктофонами и пару раз даже приносил своему начальнику тайно записанные разговоры своих коллег. Еще говорят, будто Мельниченко был неплохим техническим специалистом, но страдал от неразвитой коммуникабельности, от неумения, если можно так выразиться, преподносить себя. Отсюда – плохие перспективы карьерного роста и, может быть, даже, что-то похожее на комплекс неполноценности. Таким, напомним, сотрудники правоохранительных органов Украины описали нам этого человека. Таким, с их слов, он был до конца июля 2000 года, в начале августа МиколаИванович вернулся из отпуска, который он провел вместе с членами своей семьи в Крыму. После возвращения из Крыма в поведении Мельниченко что-то изменилось. В его словах появилась патриотическая риторика, чего никогда раньше коллеги не замечали. Кроме того, возрос материальный уровень жизни офицера. В начале сентября он обзавелся собственным сотовым телефоном, зарегистрированным по анонимной карте, а как-то раз вынул из сейфа вполне увесистую пачку стодолларовых купюр и продемонстрировал ее коллегам. Некоторые странности появились и в работе нашего героя. В обязанности майора Мельниченко входило техническое обследование кабинета президента Кучмы на предмет обнаружения там средств несанкционированного доступа. В каждом таком обследовании обязательно принимают участие четыре человека, в том числе сотрудник службы технической защиты информации, коим был Мельниченко. Мельниченко осуществлял проверку при помощи сканера металлоискателя. По словам общавшихся с нами сотрудников правоохранительных органов, Мельниченко периодически стал задерживаться в кабинете президента Кучмы после проведения плановых обследований. Теперь можно допускать, что в это время он менял источник питания или носитель информации в диктофоне. Мельниченко утверждает, что делал записи на цифровой диктофон, спрятанный под диваном. Несколько раз Микола Иванович даже просил своих коллег поменяться с ним сменами, чтобы попасть в кабинет президента именно в нужный момент. Иногда наш герой сразу после осмотра президентского кабинета под каким-нибудь благовидным предлогом отпрашивался у своего начальника на час-полтора. Все изложенное позволяет сделать лишь одно предположение: ориентировочно в июле 2000 года майора Мельниченко кто-то завербовал. Кто и при каких обстоятельствах – мы, наверное не узнаем никогда. Так же о том, когда конкретно Мельниченко начал производить записи в кабинете президента, мы можем судить лишь с его слов, то есть, не можем судить вовсе, потому как Мельниченко избегает говорить об этом сколько-нибудь конкретно. Если верить, что это происходило не менее года и общий объем записей превышает 300 часов, значит произошедшая в июле вербовка позволила ее организаторам реализовать все то, что пан майор наработал. С помощью знакомого офицера СБУ Мельниченко оформил себе загранпаспорт без указания подлинного места своей работы и 16 октября написал рапорт об увольнении, ссылаясь на семейные обстоятельства и предложение работы в некой инофирме. Заметим, что офицеры украинских спецслужб, намеревающиеся отправиться за рубеж, обязаны согласовать этот вопрос с начальством. 4 ноября Микола Иванович уволился из Службы государственной охраны, 21 ноября он обратился в консульство Чехии с просьбой о получении визы, получил ее, и 26 ноября благополучно покинул Украину. Через два дня, когда депутат Рады Александр Мороз обнародовал содержание некоторых аудиозаписей, в Киеве разгорелся кассетный скандал. Если верить Александру Морозу, Мельниченко сам впервые вышел на него 10–15 октября, позвонив по телефону правительственной связи. Сперва депутат отказался от встречи, но Мельниченко перезвонил через несколько дней и сказал, что дело касается пропавшего журналиста. Мороз рассказывает, что офицер принес ему цифровой диктофон с чипом, содержавшим запись разговоров одного дня президента, в том числе эпизод с «разбором» Гонгадзе. Бывший спикер парламента и кандидат в президенты не усомнился в подлинности, услышав хорошо знакомые ему голоса. Александр Мороз берет на себя все контакты с Мельниченко, обеспечение его отъезда за рубеж и говорит, что даже его коллеги узнали обо всем за десять минут до пресс-конференции 28 ноября. По его словам, он отговорил майора от решимости остаться в Украине и принять участие в расследовании. Мы не ставим под сомнение эти сведенья, но обращаем внимание на то, что Мельниченко заранее начал подготовку к отъезду. Кроме того, мы имеем неподтвержденную информацию, согласно которой майор общался с помощниками Мороза еще до того, как состоялась его встреча с самим депутатом. Общение шло по сотовому телефону, которым обзавелся Мельниченко. Наконец, у нас есть свидетельства о том, что существование записей не было секретом для ряда зарубежных организаций еще в октябре. И еще. По некоторым сведеньям Мельниченко и Мороз могли быть знакомы задолго до октября 2000 года. С тех пор, как Мороз был спикером парламента и его кабинет также подлежал техконтролю. Многие наблюдатели полагают, что рассказы про диктофон под диваном – отвлекающий маневр, а производство записей требовало хорошей организации и более совершенных устройств для съема информации. Возможно, Мельниченко в этой истории – лишь фигура легализации. Отметим и еще одну деталь: если Мельниченко действительно предупреждал Гонгадзе, значит, по мере производства записей, он должен был заниматься их расшифровкой. Этот процесс весьма трудоемкий, и, скорее всего, у майора были помощники в его увлечении.   7   Руководители правоохранительных органов Украины не раз заявляли, что идут по следу убийц. Например, согласно информации, обнародованной в Киеве летом 2001 года, с журналистом расправились некие представители криминального мира, Циклоп с Матросом убили Гонгадзе в результате случайной ссоры. Вскоре якобы были убиты и сами бандиты. Вероятно, чисто теоретически, Матрос с Циклопом могли бы разобраться с кем-то на бытовой почве. Но никто не будет прятать труп, ставший следствием уличной разборки, отделять от тела голову, которая так и не найдена. Наконец, слишком скоропостижна и своевременна оказалась кончина обидчиков журналиста. Списать эту историю хотя бы на «конкретных пацанов», с которых уже нечего спросить, было весьма соблазнительно – слишком дорого стоил скандал, разгоревшийся после исчезновения Гонгадзе, официальному Киеву, а реальные следственные действия так и не дали какого-либо существенного результата. Справедливости ради надо сказать, что в неофициальных беседах наши источники в силовых структурах Украины откровенно говорили, что «Это полнаятуфта, но мы вынуждены делать вид, что работаем. Списываем на мертвых». Мы проверяли эту версию, и нашли Матроса. Живым и невредимым. Генпрокуратура Украины вынуждена была отказаться от своей версии.   8   «Дело Гонгадзе» – тот редкий случай, когда речь идет о действительно политическом убийстве – политическом, как по замыслу, так и по последствиям. Строить версии – в целом, занятие бесполезное, потому что жизнь часто оказывается сложнее даже самых изощренных схем. И все же, рискнем высказать несколько соображений. Проще всего было бы предположить, что с Гонгадзе расправились по заданию злопамятного Кучмы. Возможно, в верхах и были такие планы. Но в процесс вмешалась, как сейчас принято говорит, третья сила. Скорее всего, в июле-августе 2000 года о наличии записей прослушек узнали третьи, которые перехватив инициативу грамотно воспользовались ситуацией. Не исключено, что узнали они об этом от самого Гонгадзе – лично или через общих знакомых, или от Мельниченко, независимо от того – делал он записи сам, или выступил в качестве фигуры легализации результатов «прослушки» кабинета президента. Кому это было выгодно – Москве, Вашингтону (две весьма популярные в Украине версии), противникам Кучмы или местным олигархическим структурам, нанесшим таким образом удар по руководителям силовых ведомств, – эти выводы каждый может сделать сам, проанализировав изменения во внешней политики Украины и расстановку сил внутри страны за последние месяцы. Но, так или иначе, финал этой истории еще не наступил. [1] Информацию, полученную от Малыша относительно посредников и заказчиков убийства, мы пока не публикуем, поскольку она не подтверждена юридически. Но она заархивирована, и после того, как мы получим документальные доказательства, мы сможем ее использовать.
<< | >>
Источник: Под общей редакцией А.Д. Константинова. ЖУРНАЛИСТСКОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ История метода и современная практика. 2003

Еще по теме КОМПРОМАТ ИЛИ ЖИЗНЬ. ИСТОРИЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ КИЕВСКОГО ЖУРНАЛИСТА:

  1. КОМПРОМАТ ИЛИ ЖИЗНЬ. ИСТОРИЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ КИЕВСКОГО ЖУРНАЛИСТА