<<
>>

§ 5. ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО

1. В области права собственности завершаются те процессы, которые наблюдались еще в классическом праве. Конституциями Юстиниана (531 и 550 годов) законодательно устранялось деление вещей на res mancipi и res пес mancipi, а также деление собственности на квиритскую, претор- скую и провинциальную (С.
7, 25, 1; 7, 31, 1). Эти различия видов собственности потеряли реальное значение задолго до юстинианова законодательства, а если они в какой-то мере и сохранялись, то лишь как пережиток, который (особенно после эдикта Каракаллы 212 года) не имел практического значения. Законодательство Юстиниана «только подвело итоги всему этому процессу»27.

Для отношений собственности в поздней Империи характерны разнообразные и сложные моменты: вновь утверждается верховная государственная собственность на землю и общинное землевладение; разрастается мас-

4 Зак. 173

сив земель, находившихся в непосредственной собственности государства (на этих землях организовывались государственные имения или они сдавались в аренду) ; правомочия частных земельных собственников сохранялись в той или иной мере за сравнительно широким кругом лиц, прежде всего за крупными землевладельцами. Классическое понимание собственности как наиболее абсолютного права уступает место его ограничению в интересах государства. Наряду с расширением в этой области правомочий государства утверждается преимущественное значение института владения, развивается сословное землевладение, а затем и феодализация земельной собственности.

На новой основе восстанавливается существовавшая в древнейшее время взаимосвязанность верховной собственности государства на землю с правами на земельные участки у сельских и городских общин, отдельных лиц и семей. «Возобновляя» контроль государства над состоянием земельного фонда, император тем самым присваивал себе право наблюдать за распоряжением и использованием земли частными лицами28.

Стремление установить «наилучший» (с точки зрения господствующих классов) порядок землепользования, а также финансовые трудности приводят в ряде случаев к игнорированию прав частной собственности на землю. Так, согласно рескрипту Диоклетиана, кто внес подати за чужое имение, тот и считался его собственником (Codex Hermogenianus, З, 1). Занявший пустующее имение мог воспрепятствовать собственнику войти в это имение, что не считалось насилием (Д. 41, 3, 4, 25, 27). Право распоряжения у собственника земельного участка постепенно ослабевает. Так, «куриал, если он продает городское или сельское имение... должен доказать провинциальному управлению, что у него имеются уважительные причины для отчуждения» (Кодекс Феодосия, XII, 3, 2). Декурионам запрещалось отчуждать недвижимости и рабов без особого разрешения магистратов (CTh. 12, 3,

О- Ограничение наиболее абсолютного права частной собственности проявлялось также и в расширении прав владельцев, даже их противопоставлении правам собственников. Например, в отношении «полей, заросших кустами», утверждается право занимать их (и получать от них доход) лицам, обрабатывающим эти земли, независимо от того, кому они принадлежали. Владелец по- лучал право, близкое к праву собственности (С. 11, 59, 7; 17). Понятие «владения» подчас приближалось к фактической собственности. Термин «владение» нередко стал сопровождаться описательными дополнениями (на- пример, «получишь право владеть неколебимо» — С. 7,16,5,2). Раб — владелец пекулия мог распоряжаться им, вступать относительно него в сделки даже со своим господином, пекулий раба получал защиту, в том числе и от произвольных действий господина. Возможна была и продажа земельных участков — собственности государства, города или частных лиц — теми, кто имел на эти земли всего лишь владельческие права (Д. 21,2,11; 19,1,5,2). Право законного владельца защищалось и от собственника. Если собственник насильственно изымал вещь у владельца, то он лишался права собственности на нее, обязан был вернуть вещь ее владельцу (С.

8,4,7). Самоуправство наказывалось и уголовным законом.

і Классическое понятие собственности преображается в «собственность без права отчуждения», «в собственность на определенное или неопределенное время» и т. д. Если ранее за собственником жилого дома в принципе признавалась возможность делать со своим домом все, вплоть до его разрушения, то теперь собственник ограничивается в этом своем праве. Ему запрещается не только разрушение дома, но и уничтожение или хотя бы даже перенесение в другое место каких-либо органически связанных с домом частей (колонны, портики, статуи). Аналогичные ограничения полноты прав собственника встречались и в классическом праве (принудительные отчуждения недвижимости по соображениям благоустройства, украшения городской территории, для проведения дорог и водопроводов), но в постклассическом праве они значительно возросли.

Обезлюдение и запустение многих земель в провинциях стимулировало развитие такого характерного для поздней Империи института гражданского права, как эмфитевсис — долгосрочная аренда невозделанных земель с обязанностью их обработки. Путем предоставления эмфитевту исключительно широких прав на арендуемый участок земли (вплоть до права его наследования, залога и продажи — Д.12,1,25,§ 1; 13,7,16,2) стремились привлечь население к обработке заброшенных земель и пустошей. Охотно сдавались в долгосрочную аренду запущенные государственные и императорские земли29. Права собственника при этом приобретали второстепенное значение. Но если, например, эмфитев- сис уничтожался, то вещь не становилась бесхозной, на нее в полном объеме распространялись права собственника (Д. 13,7,18; § 1; I. 24,4).

Необходимо также отметить ограничение права собственности лиц, отступивших от господствующей религии, — они, в частности, не могли составлять завещаний. Но и римские граждане частично ограничиваются в праве завещательного распоряжения (N.115,3, 1 —14)30.

С ростом экономических трудностей ширится вмешательство государства в регулирование хозяйственной жизни страны. Государству стало принадлежать большое число ремесленных мастерских и сельскохозяйственных имений, производивших значительную долю товарной продукции, устанавливаются государственные монополии на производство и обработку шелка, производство оружия, торговлю хлебом, внешнюю торговлю и т. д. Вмешательство в отношения собственности выражалось и в установлении государством условий работы в ремесленных мастерских, времени торговли, максимальных ставок оплаты труда, максимальных цен на товары. Эдикт о ценах императора Диоклетиана (302 г.)31 устанавливал максимальные цены на все сельскохозяйственные продукты, ремесленные изделия, оплату труда, перевозки. Примечательна здесь чрезмерная детализация. В эдикте устанавливались цены на 30 сортов зерна, 50 сортов мяса, 116 сортов льняных изделий и т. д. Определялись максимальные ставки оплаты труда различных профессий (гонорар адвоката в 15 раз превышал однодневную оплату труда медика). «Мы постановляем, — говорилось в эдикте, — чтобы цены, указанные в прилагаемом перечне, по всему государству так соблюдать, чтобы была отрезана возможность их повысить.., если кто дерзко воспротивится этому постановлению, тот рискует своей головой»32. Цены в эдикте во многом были установлены произвольно и не привели к достижению тех целей, которые преследовал законодатель. Однако и в более поздний период в законодательстве Юстиниана была закреплена обязанность собственника земельного участка продавать основные продукты питания, и в первую очередь хлеб, по ценам, не выше установленных (Д. 48,12; 50,4,1).

Бюрократическое вмешательство государства в отношения собственности было вызвано усложнившимися условиями хозяйственной жизни, растущими экономическими и политическими трудностями. Такое вмешательство в некоторых случаях непосредственно было направлено на смягчение крайне обострившихся классовых противоречий. В конечном же счете оно стало одним из средств эксплуатации и ограбления трудящихся. Если в течение некоторого времени оно как-то способствовало преодолению возникших трудностей, то затем усугубляло их, тормозило экономическое развитие.

В поздней Империи в основном сохранялась система обязательств, выработанная в классический период. Отдельные изменения исправляли частности того, что было сделано раньше. Многое здесь определялось длительным сохранением развитых товарно-денежных отношений в Восточной Римской империи и наличием высококвалифицированных юристов. Так, в развитии обязательственного права заметна тенденция установления большей свободы, оперативности заключения всевозможных соглашений, в известном разрыве с традицией, что соответствовало потребностям гораздо более разнообразного по своему этническому составу и языкам и обычаям обществу ранней Византии по сравнению с античной Римской империей33. Например, конституцией императора Льва (472 г.) все стипуляции, не противозаконные по своему содержанию, наделялись обязательной силой (С. 8,37,10). Позже, с разложением рабовладельческого способа производства система обязательств упрощается.

Обострение классовой борьбы отразилось и на обязательственном праве. Под давлением народных масс и во избежание худшего господствующие классы вынуждены были пойти на некоторые уступки. Так (возможно, в какой-то мере и под влиянием христианской религии), вводятся ограничения на размеры взимаемых кредитором процентов (6 — 8% в год), запрещается получение процентов на проценты (С. 2,11,20). В целях недопущения скупки обязательств и спекуляции ими запрещается переуступка требований по обязательствам (С. 4,35,22,23). Аналогичный характер имело установление ограничения в оценке убытков от неисполнения обязательств — не более двойной стоимости предмета обязательства; в споре о безденежности займа должник мог требовать через суд освобождения от уплаты суммы Долга, обозначенной в выданной им расписке, по причине фактического неполучения денег. В этом случае на кредитора возлагалось бремя доказывания факта платежа денег (С. 4,30). Могла быть ограничена сила договора: продавец получил право отказаться от заключенного договора, если он по нужде продал вещь дешевле ее половинной цены23. Подобное вмешательство императорского законодательства в «свободное соглашение сторон» было известным ограничением индивидуализма римского права. Для достижения своей главной цели — сохранения существующего строя и сложившейся системы эксплуатации — господствующие классы жертвуют некоторыми частными интересами своих членов, делают попытку умерить их алчные аппетиты.

<< | >>
Источник: А. И. Косарев. Римское право. 1986

Еще по теме § 5. ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО:

  1. Глава VII ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО
  2. ГЛАВА V ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО ДРЕВНЕЙ РУСИ I.
  3. § 2. Гражданское процессуальное право самостоятельная отрасль российского права. Понятие, предмет, метод регулирования и система гражданского процессуального права
  4. § 5. Источники гражданского процессуального права
  5. § 8. Место гражданского процессуального права в системе российского права
  6. § 9. Наука гражданского процессуального права
  7. § 3. Отдельные принципы гражданского процессуального права
  8. § 5. Гражданское процессуальное правопреемство
  9. ОСНОВНЫЕ ТРУДЫ ПО ТЕОРИИ ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА
  10. § 5. ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО
  11. § 5. ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО
  12. ГЛАВА 5 ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО