<<
>>

§5. Исковое возражение (exceptio) и исковое предписание (praescriptio)

Помимо основных частей формулы, без которых она невозможна, существуют также дополнительные элементы, позволяющие учесть в одном процессе встречные требования сторон или обстоятельства, не предусмотренные типичной формулой иска.

Praescriptio (исковое предписание) предшествует основному тексту формулы. Первоначально она составлялась в интересах ответчика (reus) и ставила возможность начать процесс в зависимости от выявления определенных фактов: судье предписывалось считать litis contestatio не состоявшейся, если факты не подтверждались. Например, предписание в интересах ответчика (в функции искового возражения) — praescriptio pro reo — позволяло защитить от умысла при заключении сделки до появления exceptio doli222:

ЕА RES AGATUR, EXTRA ПУСТЬ ПРОЦЕСС СЧИТАЕТСЯ УС- QUAM SI IT A NEGOTIUM ТАНОВЛЕННЫМ ТОЛЬКО В ТОМ GESTUM EST UT STARI СЛУЧАЕ, ЕСЛИ СДЕЛКА БЫЛА ЗА- wn мллг ПРПРТРАТ FY КЛЮЧЕЙ А ТАК, КАК СЛЕДУЕТ В I?™ РПМА СООТВЕТСТВИИ С ПРИНЦИПОМ

с IDH, пигчА... ДОБРОЙ СОВЕСТИ...

, В дальнейшем место praescriptio pro reo занимает exceptio (исковое возражение), за которой и закрепляется функция защиты ответчика: так, чтобы указать на dolus противника, истец со времен Аквилия Галла использовал actio doli, а ответчик — exceptio doli. Praescriptio сохраняется как средство учесть интересы истца (actor) — praescriptio pro actore. Exceptio вставлялась после intentio перед condemnatio и обусловливала обвинительное решение по делу.

Gai., 4,110:

...SI IN ЕА RE NIHIL DOLO ...ЕСЛИ ПО ЭТОМУ ДЕЛУ НИЧЕГО MALO A1 A1 FACTUM SIT НЕ БЫЛО СОВЕРШЕНО И НЕ СО- NEQUE FIAT... ВЕРШАЕТСЯ ПО ЗЛОМУ УМЫСЛУ

АВЛА АГЕРИЯ...

В сравнении с praescriptio pro reo это средство защиты было более действенным, поскольку оправдательное решение судьи в случае выяснения указанного факта было окончательным: litis contestatio поглощала иск истца и повторная попытка начать процесс была исключена.

Гай (Gai., 4,133) сообщает, что даже те ситуации, которые по существу предполагали praescriptio pro reo — когда ответчик указывал на необходимость предварительного решения общего вопроса о возможности истца вчинить иск, — в его время уже защищались посредством exceptio. Если, например, успешное требование отдельной вещи из состава наследства могло рассматриваться как предварительное решение (praeiudicium) о наследственных правах истца (как сонаследника), ответчик (владелец наследственной массы, отрицавший, что истец является сонаследником) мог согласиться на процесс только в том случае, если судебное решение по данному делу не имело преюдициального эффекта в отношении более широкого вопроса. В прежнее время цель достигалась посредством praescriptio (Gai., 4,133):

ЕА RES AGATUR, SI IN ЕА ПУСТЬ ПРОЦЕСС СЧИТАЕТСЯ RE PRAEIUDICIUM HERE- УСТАНОВЛЕННЫМ, ЕСЛИ В НЕМ DITATI NON FIAT ЙЕ БУДЕТ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО

СУДЕБНОГО РЕШЕНИЯ О НАСЛЕДСТВЕ...

Поскольку решить частный вопрос о принадлежности отдельной вещи из состава наследственной массы без предварительного решения вопроса о наследстве в целом было невозможно, дело возвращалось к претору (разве только истец доказывал, что требуемая вещь не входила в состав наследства или следовала ему по другому основанию, независимо от решения вопроса о наследовании).

В середине II в.223 в пользу ответчика давалась exceptio, и дело могло быть проиграно истцом окончательно (Gai., 7 ed. prov., D.10,2,1,1):

...SI IN EA RE, QUA DE ...ЕСЛИ В ЭТОМ ДЕЛЕ, О КОТОРОМ AGITUR, PRAETUDICIUM ИДЕТ СУДЕБНОЕ РАЗБИРАТЕЛЬ- HEREDITATI NON FIAT... СТВО, НЕ БУДЕТ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЮ РЕШЕНИЯ О НАСЛЕДСТВЕ...

Различие конструкций “ЕА RES AGATUR” (“Пусть процесс считается установленным”) и “QUA DE RE AGITUR” (“По какому делу идет судебное разбирательство”) указывает на существенное изменение эффекта защиты с переходом к exceptio: процесс теперь считается установленным (litis contestatio — состоявшейся) и под условие ставится не принятие дела к рассмотрению, а вынесение судебного решения. Сходная exceptio давалась в любом случае, когда решение отдельного вопроса зависело от выяснения более общего права истца (Afr., 9 quaest., D.44,1,16):

Fundum Titianum possides, Ты владеешь Тициановым полем, о de cuius proprietate inter me праве собственности на которое et te controversia est, et dico между мной и тобой идет спор, и praeterea viam ad eum per я помимо прочего говорю, что мне fundum Sempronianum, qu- бедует право проезда к нему через

, , т ?» Семпрониево поле, в отношении ко- ет tuum esse constat deberx. *

торого установлено, что оно при- si viam ре am, exceptionem надлвжит тебе. Если я буду требо-

quod praeiudicium praedio ватъ Прав0 проезда [Юлиан] решил, non fiat utilem tibi fore что ты можешь с успехом исполь- putavit, videlicet quod non 30ватъ возражение “поскольку не aliter viam mihi deberi является предварительным судеб- prdbaturus sim, quam prius ным решением”, а именно nomo- probaverim fundum Titia- му, что я могу доказать, что пра- пит теит esse. 60 проезда принадлежит мне, не

иначе как если прежде докажу, что Тицианов о поле является моим.

Требование сервитута проезда, возможное лишь со стороны собственника соседнего участка, опровергается на том основании, что принадлежность истцу самого поля, к которому ведет дорога, спорна. Ответчик будет оправдан окончательно, поскольку признано недопустимым судить по частному вопросу об общем.

Возражения бывают временными и постоянными (Gai. D.44,1,3; Ulp. D.44,2,4) — exceptiones dilatoriae (temporales) и exceptiones peremptoriae (perpetuae) (Gai., 4,121): Peremptoriae sunt quae per- petuo valent, nec evitari possunt, velut quod metus causa, aut dolo malo, aut quod contra legem senatusve consultum factum est, aut quod res iudicata est vel in iudicium deducta est, item pacti conventi quod factum est, ne omnino pecunia pe- teretur.

Постоянные — это me, которые имеют значение всегда и их нельзя избежать, например [возражения] о том, что заключено под влиянием страха, или обмана, или в нарушение закона или постановления сената, или о том, что уже было предметом приговора или судебного разбирательства, а также — о неформальном соглашении о том, что уплата не будет требоваться вовсе. Exceptio peremptoria является отменительным условием иска и может быть противопоставлена любому истцу и в любое время. Однако это именно условие, поскольку в том случае, если ответчик не позаботился включить ее в формулу (скажем, стороны договорились никогда не взыскивать должного по стипуляции — pactum de non petendo), — то в ходе процесса он сможет оспаривать лишь пороки самой сделки (в данном примере — что слова стипуляции были произнесены неправильно или что обязательство было погашено посредством acceptilatio), но не будет вправе указать на факт, не введенный в формулу. Если ответчик по ошибке не воспользовался exceptio peremptoria, он восстанавливается претором в первоначальное положение (in integrum restitutio) для правильного составления формулы (Gai., 4,125). Эта помощь обычно не оказывалась, если неиспользованной осталась exceptio dilatoria.

Отлагательное возражение действительно лишь в течение определенного времени — например, если стороны заключили pactum de non petendo на определенный срок. Если одна из сторон вчинит иск до истечения оговоренного срока, процесс будет проигран, а иск утрачен навсегда — по принципу: “Bis de eadem re Tie sit actio’’ (“Нельзя дважды предъявлять иск по одному и тому же делу”). Практически преклюзивный эффект достигается посредством упоминавшейся exceptio peremptoria о том, что дело уже было предметом судебного разбирательства (res in iudicium deducta). Так, проигнорировав временное возражение на стороне ответчика, истец оказывается в зависимости от вечного (Gai., 4,123).

При истребовании части долга истец не мог вчинить иск об остатке в течение претуры одного и того же лица. В противном случае он сталкивался с exceptio litis dividuae, которая была действенна до окончания срока пребывания претора в должности (Gai., 4,56; 122; 131; D.3,3,38; 21,2,32). Подобная же exceptio dilatoria ограничивала произвольное членение дела при наличии нескольких исков к одному лицу: если лицо, являвшееся активной стороной в обязательстве, предъявляло один из исков, намереваясь провести другое разбирательство по тому же делу у другого судьи, то для успеха второй попытки оно должно было дождаться следующей претуры. Эта exceptio называлась “rei residuae” — “об остальном деле” (Gai., 4,122).

Если истец желал, чтобы судья принял во внимание другой факт, который он мог противопоставить исковому возражению ответчика, претор мог дать ему replicatio — возражение на exceptio. Скажем, после соглашения не вчинять исковое требование стороны договорились об обратном. Неформальный характер таких pacta делал неприменимым к ним общий принцип о том, что противоположное соглашение (conventio contraria) погашает предыдущее, поэтому exceptio pacti conventi со стороны ответчика должна была быть парализована специальной replicatio (Gai., 4,126):

...SI NON POSTEA CONVE- ...ЕСЛИ ПОЗЖЕ HE БЫЛО ДОГО-

NERIT UT МІНІ EAM ВОРЕНО, ЧТОБЫ МНЕ ДОЗ-

PECUNIAM PETERI LICE- ВОЛЯЛОСЬ ИСТРЕБОВАТЬ ЭТУ

RET... СУММУ...

Соответственно, на replicatio истца ответчик мог ответить новым возражением — duplicatio (Gai., 4,127), истец выдвинуть новое — triplicatio (Gai., 4,128) и т. д. Тексты в нашем распоряжении, однако, не знают цепочек более длинных, чем exceptio — replicatio — duplicatio.

Praescriptio pro actore применялась для членения предмета требования по иску, необходимого при периодическом характере предоставлений, при требовании части вместо целого, а также при наличии нескольких оснований требования.

Наиболее распространенный случай — истребование части долга в соответствии с наступлением срока осуществления частичного исполнения (Gai., 4,131). Вчинение иска с intentio ii\certa лишило бы кредитора возможности повторить процесс в отношении остальных частей долга. Praescriptio: “ЕА RES AGATUR CUIUS REI DIES FUIT” (“Пусть предметом дела считается та часть обязательства, срок исполнения которой наступил”), — давала возможность периодически вчинять иск по тому же делу.

При иске с intentio certa (actio certae creditae pecuniae) praescriptio позволяла указать конкретную causa petendi, поскольку в противном случае долг ответчика по разным основаниям (из договора займа, из стипуляции, из литтерального контракта — expensilatio — ит. д.), если он всякий раз был установлен в размере одной и той же суммы (например, 10 тысяч), — можно было бы истребовать лишь однажды. Судье предлагалось считать предметом судебного разбирательства только одно из обязательств ответчика.

Сходная ситуация имела место, когда на основании одного соглашения (скажем, купли-продажи, — Gai.,4,131a) возникало несколько взаимных обязанностей. Вчинение общего иска для истребования исполнения одного из обязательств лишало бы сторону в контракте возможности искать удовлетворения других интересов, выраженных в договоре, из-за поглощающего действия litis contestatio (Gai., 4,131а: “...totius illius iuris obligatio ilia incerta actione... consumitur” — “...обязательство по всему этому праву... погашается этим неопределенным иском”).

<< | >>
Источник: Дождев Д.В.. Римское частное право. Учебник для вузов. Д 61 Под редакцией члена-корр. РАН, профессора В. С. Нерсесянца. — М.: Издательская группа ИНФРА • М—НОРМА — 704 с.. 1996

Еще по теме §5. Исковое возражение (exceptio) и исковое предписание (praescriptio):

  1. Виды сроков исковой давности. Начало течения срока исковой давности.
  2. 5.6. Исковая давность Понятие и значение исковой давности
  3. 6.7. Исковая давность
  4. § 3. Исковое заявление
  5. 2.3. Исковая давность и отказ в иске
  6. § 31. Исковая давность 97.
  7. ИСКОВАЯ ДАВНОСТЬ
  8. § 8. Исковая давность
  9. Сроки исковой и давности
  10. Подраздел 5. СРОКИ. ИСКОВАЯ ДАВНОСТЬ
  11. §5. Конкуренция исков
  12. § 4. Виды исков
  13. § 20. Виды исков 55.