<<
>>

§1. Понятие владения

Владение (possessio) — это право фактического господства над вещью как таковой. Этот институт противоречив, поскольку объединяет в себе правовой и фактический аспекты.

Объектом владения признавались только res corporates, о других фактических ситуациях, защищенных посредством особых интердиктов (сервитутах и других специальных вещных правах — res incorporates), римские юристы говорят как о quasi possessio (Gai., 3,139).

Владение как право существует лишь настолько, насколько оно признано и защищено позитивным правом. В узком смысле говорят о юридическом владении. Удобнее различать в этом отношении владение (possessio) и держание (detentio) — фактическую ситуацию индивидуальной принадлежности, взятую независимо от ее официального признания и защиты. Обе фигуры следует отличать от прикосновения: владение предполагает перманентную и осознанную принадлежность вещи.

Предметом владения как особого вещного права — отношения, основанного на непосредственной связи с вещью, является фактическая, материальная принадлежность вещи. По этому основанию владелец исключает конкуренцию любого третьего лица, в том числе и собственника, который может отобрать свою вещь у правильного владельца не иначе как по суду. Интердиктная защита владения, выражающая юридическое признание этого отношения, воплощается в административном запрете (interdictum) применения силы против владельца — единственного способа, каким может быть нарушена непосредственная материальная связь лица с вещью.

Фактический характер владения как юридической ситуации определяет обособленную трактовку волевого аспекта правоотношения римской юридической наукой: наряду с corpus (corpore possidere) — телесной, материальной связью лица с вещью, выделяется animus possidendi (rem sibi habendi) — намерение владеть вещью (обладать). Концептуальное выделение animus — субъективной стороны владения как фактического отношения (res facti, а не res iuris, — D.41,2, 1,3) — не отрицает правового характера института, так же как необходимость affectio maritalis для квалификации правильного брака не сводит состояние брака к фактическому сожительству. Акцент на animus отражает волевую (и правовую) природу владения.

Paul., 54 ad ed., D.41,2,1,3:

Furiosus, et pupillus sine Безумный — и малолетний без одоб- tutoris auctaritate, non potest рения опекуна — не может начать incipere possidere, quia af- владеть, поскольку у них отсутст- fectionem tenendi non habent, вует желание обладать, даже если licet тазсіте corpore suo rem они вполне осуществляют телесный contingant, sicuti si quis dor- контакт с вещью, — как если бы mienti aliquid in manu ponat. кто-то вложил что-нибудь в руку sed pupillus tutore auctore спящему. Но малолетний с согласия incipiet possidere. Ofilius опекуна начинает владеть. Впрочем, quidem et Nerva filius etiam Офилий и Нерва-сын говорят, что sine tutoris auctaritate pos- малолетний может начать владеть sidere incipere posse pupillum и без одобрения опекуна: ведь это aiunt: earn enim rem facti, non фактическое, а не правовое отногие- iuris esse: quae sententia recipi ние, — с этим мнением можно со- potest, si eius aetatis sint, it гласитъся, если они достигли того intellectum capiant.

возраста, когда имеют разум.

Безумный (furiosus), спящий (dormiens), младенец (infans) не способны осознать связь с вещью (которая, таким образом, здесь не является держанием) и поэтому не могут приобретать владение. Наличие волевого момента освобождает отношение владения от необходимости сохранения материальной связи с вещью. Владелец может осуществлять владение “corpore” (“телом”) через третье лицо, а также удерживать владение “solo апішо” (“голой волей”) во время отсутствия (“animo retinere possessionem”, — Proc. D.41,2,27; 43,16, 1,25; “animo possidere”, — D.41,2,3,11). В то же время удержать владение только corpore невозможно, так же как и утратить его, не имея animus relinquendi (намерения покинуть вещь).

Paul., 65 ad ed., D.41,2,8:

Quemadmodum nulla pos- Как нельзя приобрести владение sessio adquiri nisi animo et иначе как сознанием и телом, corpore potest, ita nulla так и утратить можно, только amittitur, nisi in qua ut- если оба [аспекта] во владении rumque in contrarium ас- приведены к своей противопо- tum est. ложности.

Безумие — привходящий дефект волевой основы личности — предопределяет невозможность утратить владение (Ргос., 5 epist., D.41,2,27; Paul., 54 ad ed., D.41,3,4,3). Animus у владельца всегда предполагается, и об его утрате (при отсутствии открытого заявления) можно судить только по реакции на захват вещи другим лицом.

Рар., 23 quaest., D. 41,2,46:

...quamvis saltus proposito ...даже если другой вторгся на possidendi fuerit alius in- пастбище с намерением овладеть, gressus, tamdiu priorem следует сказать, что его предгиест- possidere dictum est, quam- венник продолжает владеть, пока не diu possessionem ab alio ос- знает, что владение захвачено дру- cupatam ignoraret. гим.

Конкуренция двух лиц на уровне телесного контакта с вещью не сказывается на владении, ранее начатом одним из них. Однако, если, узнав о вторжении с намерением овладеть вещью, старый владелец не будет защищаться, он утратит владение, поскольку к конфликту “corpore” добавляется перемена в волевой стороне отношения.

Paul.,54 ad ed., D. 41,2,3,6:

In amittenda possessione В отношении утраты владения сле- affectio eus qui possidet in- дует обратить внимание на умо- tuenda est: itaque si in fundo настроение того, кто владеет: так, sis et tamen nolis eum pos- если ты присутствуешь на поле и sidere, protinus amittes pos- тем не менее не желаешь им вла- sessionem. igitur amitti et деть, сразу же утрачиваешь владе- animo solo potest, quamvis ние. Следовательно, утратить вла- adquiri non potest. дение можно и одним сознанием, хо

тя приобрести нельзя.

Последняя фраза не противоречит принципу, сформулированному в применении к владению самим Павлом (D.41,2,8 = 50,17, 153), что владение можно утратить, как и приобрести, только “animo et corpore”: ситуация телесного вторжения третьего лица на чужой участок позволяет обсуждать отношение лишь по волевому основанию. Важна реакция владельца на появление конкурента.

Cels., 23 dig., D. 41,2,18,3:

Si, dum in alia parte fundi Если, когда я нахожусь в другой sum, alius quis clam animo части'поля, кто-то другой, тайно possessoris intraverit, поп вторгнется с намерением владелъ- desisse ilico possidere existi- ца, следует считать, что я не пе- mandus sum, facile expul- peaпал владеть с этого момента sums finibus, simul sciero. [ведь] он будет легко изгнан за пределы, как только я узнаю.

В этом тексте слово “animus” в сочетании “animo possessoris” означает волю вступить в контакт с вещью именно для того, чтобы начать владение (ср. “proposito possidendi”, — Pap. D.41,2,46). Ситуация приобретения владения показывает, что намерение владеть является имманентной составляющей юридически значимой связи лица с вещью, которая имеет значение для третьих лиц. Воля владельца представляет собой формально признанную рефлексию по поводу факта принадлежности, осознание своего держания. Так, furiosus не может приобрести владение из-за того, что у него в принципе отсутствует “affectio tenendi” (D.41,2,1,3) — возможность осознать факт держания.

Держание не признается владением, когда воля обладать вещью опосредована соглашением с ее владельцем, поставлена в зависимость от другого лица, чья связь с вещью признается основой такого соглашения. Римляне различали possessio suo nomine (владение на свое имя) и in possessione nomine alieno esse (пребывание во владении от чужого имени). Gai., 4,153: Possidere autem videmur non solum si ipsi possideamus, sed etiam si nostro nomine aliquis in possessione sit, licet is nostro iuri subiectus non sit, qualis est colonus et inquilinus; per eos qwoque apud quos depo-

suerimus, aut quibus com- modaverimus, aut quibus gra- tuitam habitationem praes- titerimus, ipsi possidere vide- mur. Et hoc est quod vulgo dicitur retineri possessionem posse per quemlibet, qui nostro nomine sit in possessione.

Считается, что мы владеем, не только когда владеем мы сами, но и если другой находится во владении от нашего имени, хотя бы он не был подчинен нашей власти, каковы арендаторы земельного участка и жилища; считается также, что через тех, у кого мы оставили [вещь] на сохранение, или кому сдали в ссуду, или кому предоставили бесплатное жилье, — владеем мы сами. И это то, о чем обычно говорят, что владение можно удерживать посредством любого, кто пребывает во владении от нашего имени. Конструкция “in possessione (nomine alieno) esse” прилагается к держанию подвластных, к отношениям (как аренда, узуфрукт), предметом которых не является сама вещь в ее функциональной полноте, но также и к некоторым ситуациям с реальной структурой, созданным частным соглашением контрагентов (поклажа, ссуда). Эта же конструкция (in possessione esse, в оппозиции к possidere) была распространена на ситуации, когда лицо держит вещь на свое имя, но владельцем не считается — случаи преторской missio in possessionem (D.41,2,3,23; 39,2,7 pr).

Владение через подвластных основано на potestas, и владение, начатое подвластным, приобретается поэтому домовладыке (или господину раба), даже если самим подвластным в это время владеет другое лицо.

Ulp., 67 ad ed., D. 41,2,4:

Что бы подвластный сын ни приобрел себе в пекулий, этим сразу же завладевает его домовладыка, даже если он не знает, что сын пребывает в его власти, более того, если сыном, как рабом, владеет другой, следует одобрить то же самое.

Quidquid filius peculiari nomine adprehenderit, id statim pater eius possidet, quamvis ignoret in sua potestate fi- lium. amplius etiam si filius ab alio tamquam servus pos- sideatur, idem erit proban- dum.

Лицо, обладающее узуфруктом на раба, не владеет самим рабом, но приобретает через него владение, которое обсуждается по аналогии с приобретениями благ, созданных трудом такого раба (D.41,2,1,8), — то есть в соответствии с самой структурой узуфрукта как права на извлечение из вещи плодов. Приобретение владения, начатого рабом пекулиарно, в пользу господина, несмотря на то что тот даже не ведает об этом, описывается как владение по воле господина, той самой, на основании которой рабу дозволено иметь пекулий (“nostra voluntate intellegantur possidere, qui eis peculium habere permiserimus...”, — Paul. D.41, 2,1,5)

. Владение при этом осуществляется не только телом, но и сознанием (animo) рабов: “...videmur eas eorundem et animo et corpore possidere” (D.41,2,3,12). Иными словами, самоценность воли подвластного отрицается настолько, что психологический момент владения может быть отождествлен с предполагаемым намерением домовладыки (или господина). Ситуация приобретения владения через лиц in potestate выставляет их орудиями субъекта власти, и поэтому их положение соразмерно пребыванию их самих в possessio господина (Gai., 2,90; 94; D.50,17,118).

Распространение конструкции “in possession (nomine alieno) esse” на самовластных лиц, участников реальных контрактов (ссуды и поклажи) — когда присутствие в вещи их собственной воли несомненно — равносильно отрицанию у них правосубъектности в объеме предмета соглашения. Положение владельца alieno nomine (например, прокуратора) описывается в словах: “...alienae possession! praestat ministerium” — “...обеспечивает своей службой чужое владение” (Cels., 23 dig., D.41,2,18 рг). Основой этой конструкции является необходимое в древности единство личности сторон реального соглашения по поводу вещи, объекта контракта. Установление такой связи (fides) было предпосылкой правомерного перехода вещи из рук в руки, способом индивидуализации волеопределений хозяина и держателя — чуждого вещи лица. Гипотезы тесной личной связи (вплоть до уподобления личностей): дружба (amicitia), отношения гостеприимства (hospitium), ведение чужих дел (mandatum, negotiorum gestio), — те отношения, при которых возникает эффект представительства (к ним следует добавить древнюю клиентелу), — служат модельными ситуациями держания, не признанного владением.

Gai., 25 ad ed. prov., D. 41,2,9:

Generaliter quisquis omnino Вообще, кто бы ни находился во nostro nomine sit in pos- владении полностью от нашего sessione, veluti procurator имени, например прокуратор, hospes amicus, nos possidere гость, друг, — считается, что videmus. владеем мы.

Необходимым структурным элементом такого отношения предстает как бы утрата собственного имени (автономии) в объеме объекта держания. Непризнание владения на стороне держателя, получившего вещь по договору, представляет для собственника заметные неудобства, поскольку возлагает на него задачу защиты держания. В правовом плане отказ признать держание владением означает игнорирование воли собственника, направленной на социально значимый переход вещи к другому лицу. Избирательность защиты держания в римском праве, свидетельствуя о правовом (а не просто фактическом) характере владения, составляет научную проблему. Она не решаема ни в рамках концепции Ф.К. фон Савиньи, который усматривал критерий владения в animus rem sibi habendi, ни с позиций его знаменитого критика — Р. фон Йеринга, который, показав иррелевантность намерения обладать вещью как своей для квалификации владения, пытался телеологически объяснить отказ защищать держание в ряде случаев, подменяя, таким образом, поиск догматического критерия допущением произвола публичной власти в этом вопросе. Возможно только историческое объяснение феномена, причем такое, которое исходит из эволюции значения индивидуальной личности в праве, допуская особый этап в развитии индивидуализма, когда переход вещи от одного лица к другому при реальных сделках оставался безразличным для публичной власти. Эта ситуация предполагает определенное единство лица (persona) контрагентов по поводу вещи — как в случае неправомерного присвоения супругой вещей мужа, которое не считалось воровством (furtum), — и отвечает известной поглощенности индивидуальной воли патриархальным семейством, а также тому факту, что лишенное ритуальной формы индивидуальное распоряжение не могло нарушить традиционную зависимость и принадлежность вещи семейству (famiha).

<< | >>
Источник: Дождев Д.В.. Римское частное право. Учебник для вузов. Д 61 Под редакцией члена-корр. РАН, профессора В. С. Нерсесянца. — М.: Издательская группа ИНФРА • М—НОРМА — 704 с.. 1996

Еще по теме §1. Понятие владения:

  1. § 52. Понятие владения
  2. 5.2. Понятие и виды владения
  3. Владение
  4. Владение
  5. Владение.
  6. Владение (possessio).
  7. Установление и прекращение владения
  8. §4. Приобретение владения.
  9. Глава 15 ВЛАДЕНИЕ (POSSESSIO)
  10. Глава 2 Владение (possessio)
  11. §3. Защита владения
  12. § 53. Виды владения
  13. § 55. Прекращение владения 175.
  14. ВЛАДЕНИЕ (POSSESSIO). ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА
  15. § 56. Защита владения 179.
  16. § 54. Приобретение владения 169.
  17. 3.8. Совместное владение автомобилями в Берлине
  18.    Еще раз о «сместном владении» Москвой
  19. Статья 301. Истребование имущества из чужого незаконного владения