ФОНЕТИЧЕСКИЙ звуко-буквенный разбор слов онлайн
 <<
>>

ГЛАВА IV. ИМПЛИЦИТНЫЕ ФОРМЫ СЕМАНТИЧЕСКОГО СУБЪЕКТА

Под имплицитностью мы, вслед за К. Кербрат-Ореккиони [Kerbrat-Orec- chioni 1986], понимаем то содержание высказывания, которое не выражается в лингвистическом компоненте высказывания, а логически вычисляется (выводится) путем инференций (термин П.
Грайса [Grice 1979]), т.е. умозаключения, которые включают общую информативную базу интерпретатора («энциклопедические знания» [Залевская 2005; Йокояма 2005]), к которой добавляются знания предыдущих (прецедентных) текстов, и извлечение смысла высказывания в соответствии с ситуацией его порождения, и опережающее знание, «импозиция», т.е. ожидание релевантного в данных обстоятельствах высказывания [Там же]. О. Дюкро схематично выразил формулу финальной интерпретанты (по Ч.С. Пирсу [Пирс 2000]), иначе говоря, смысла, который возникает у адресата (интерпретатора) в результате учета как лингвистических, так и экстралингвистических знаний:

[Ducrot 1984, 15-17].

Существенные компоненты смысла предложения (в том числе и значение семантического субъекта) выявляются только при рассмотрении

предложения в контексте речевого акта, что требует перехода от предложения как единицы системы языка к его реализации в речи, т.е. к высказыванию.

В условиях коммуникации предложение функционирует в виде речевого (‘языкового’ по К. Бюлеру - см. выше) произведения, традиционно называемого высказыванием [Гак 1973; Матезиус 1967, 237; см. тж. Алферов 2001 б; 2007; Борисова 2007]. Э. Бенвенист в своей «Теории высказывания» выделил две ипостаси функционирующего в речи высказывания: «enonce» и «enonciation» — результат и процесс порождения высказывания [Бенвенист 1974]. Последнее учитывает все прагматические факторы, сопутствующие реальной речи, — тип иллокутивного акта, взаимоотношения между собеседниками, «модально-экспрессивную, оценочную и дискурсивно - коммуникативную рамки [Арутюнова 1988; Вольф 1985; Гак 1998].

К. Кербрат-Ореккиони подчеркивает, что в образовании смысла сообщения значительную роль играет семантика предложения (enonce), но для интерпретации самого акта высказывания (enonciation) необходимо учитывать еще три фактора: ко-текст (ближайшее языковое окружение

смыслообразующего элемента), контекст (далекие прецедентные части текста или сами тексты) и пара-текст (все, что относится к условиям порождения высказывания: коммуникативное поведение (жесты, мимика, интонация и т.д.) и коммуникативную среду, в которой совершается речевое взаимодействие) [Kerbrat-Orecchioni 1986, 17].

Предложение (или фраза) становятся частью реального дискурса (устного или письменного) и анализируется с точки зрения его синтаксиса (синтактики), семантики и прагматики [Моррис 1983].

Выделенные нами модели базового предложения (см. выше) становятся высказываниями или его частью [Roulet 1985] при условии их речевого употребления. В конструктивном плане высказывание (модель в речи) может быть как синтаксически равнообъемным, так и более сжатым по отношению к полнооформленному эталонному предложению, что никак не сказывается на его информационной ценности [Auchlin 1987]. Как было отмечено, это происходит благодаря смысловой компенсации нечетко выраженных или формально устраненных синтаксических компонентов предложения. Для преодоления возможных коммуникативных лакун интерпретатор обладает неким фоном знаний, в той или иной мере совпадающим с когнитивным багажом говорящего [Йокояма 1988]. В ходе речевого акта говорящий только приводит в действие те механизмы референции, которые заложены в предложении [Стросон 1982]. Определяя высказывание полным знаком, В.Г. Гак отмечал, что референтом высказывания является отражаемая ситуация, т.е. совокупность элементов, присутствующих в сознании говорящего в объективной действительности, в момент “сказывания” (речевого действия по К. Бюлеру, enonciation - по Э. Бенвенисту - А.Ч.) и обусловливающих в определенной мере отбор языковых элементов при формировании высказывания [Гак 1973, 358].

Поскольку только высказывание имеет непосредственное отношение к действительности, к живому говорящему лицу, то по воле последнего или по объективным вышеназванным причинам имя реального деятеля в высказывании не всегда актуализируется. Общая структура высказывания зависит также от понимания говорящим того, что, по его представлениям, адресату известно и что неизвестно, что окажется в последующем в фокусе высказывания и ради чего говорящий может пожертвовать даже выражением семантического субъекта.

Предложение, функционирующее как целое высказывание, становится выражением позиции индивидуального говорящего в конкретной ситуации языкового общения [Бахтин 1979, 263]. Как уже отмечено, само

осуществление референции, связанное с прагматикой акта коммуникации, отражается в семантике референциальных элементов языка, которые обращены к общему фонду знаний коммуникантов [Катц 1981; Серль 1982; Milner 1976].

Г оворящий, прежде чем о чем-то сказать, мысленно в целом представляет ситуацию, о которой пойдет речь [Гак 1972]. Лишь представив ситуацию, определив действие, протекающее в ней, адекватно детерминировав каузатора и производителя действия, закончив мысленный проект, говорящий прибегает к языковому оформлению данной ситуации, к выраженности-невыраженности некоторых ее элементов [Горелов 2003; Растье 2001].

Реципиент восстанавливает, притом однозначно, значение и семантическую роль элементов, затушеванных или окончательно устраненных из синтаксической структуры модели. Предложение восполняется

компенсационной смысловой связкой, поддерживающей коммуникацию. Опора на знание о реальном мире позволяет коммуникантам высказываниями с редуцированным или устраненным субъектом передавать и дозировать объем информации, касающуюся реального деятеля.

В ходе общения, несмотря на то, что субъективный компонент высказывания затушеван или совсем не входит в собственно синтаксическую структуру предложения, слушающий в состоянии вычислить смысл высказывания.

Такое высказывание в коммуникативном плане признается оптимально достаточным, т.к. строится только информационно необходимыми элементами [Блох 1986, 40]. Высказывание характеризуется избирательностью. Оно не дает полного описания отрезка действительности со всеми его элементами, характеристиками, связями. Формируя в сознании предметно - логическую модель ситуации, говорящий может по-своему избирать и группировать ее элементы [Гак 1986, 29]. Это позволяет одну и ту же ситуацию описывать разными способами. Высказыванию свойственна экономия. Устранение семантического субъекта в высказывании происходит либо способом замены лексической единицы, конкретно обозначающей реального деятеля, дейктическими словами (редукция), либо способом элиминации семантического субъекта на синтаксическом уровне.

Однако семантический субъект находит свое отражение в семантической структуре предложения [Дюкро 1982; Растье 2001]. Субъектный элемент, экспликация которого не отвечает коммуникативной задаче на данный момент речи, имплицируется (подразумевается). Из вышесказанного следует: между действительностью и отражающим ее высказыванием лежит процесс структурирования действительности языковыми средствами с целью обозначить, выделить какой-то элемент ситуации или, наоборот, завуалировать, устранить его [Горелов 1987]. Знания о предметной ситуации (пропозиции) и сам коммуникативный акт общения (дискурсивно-коммуникативная рамка) диктуют необходимость — возможность — невозможность трансформации семантического субъекта. Существует обратно пропорциональная зависимость между сведениями о ситуации и языковыми средствами, которые достаточны для ее отображения высказыванием [Ducrot 1984].

Как видим, информация, заложенная в высказывании, не сводится к одному речевому сообщению (лингвистический компонент), она — результат соотношения ситуации и того, что было сказано. Чем больше известно собеседникам о предмете речи, тем менее информативно насыщенным (релевантным) может быть само сообщение.

Одним словом, трансформация семантического субъекта происходит в процессе референции, которая соотносит высказывания с объектами, ситуациями, положениями вещей в реальном мире [Падучева 1985, 3].

Само выражение слота действие субъекта высказыванием складывается из связи лексических единиц, способных выражать смысл, воспринимаемый коммуникантами как суждение о неком, иногда абстрактном, иногда конкретном, иногда определенном, иногда неопределенном семантическом субъекте и его первом признаке — действии.

Высказывания, которые сообщают о действии субъекта, не называя самого деятеля, составляют функционально-семантическое поле имплицитных форм выражения субъекта. При полном формальном устранении субъекта в синтаксических структурах, на семантическом уровне предложения- высказывания реальный деятель присутствует постоянно, независимо от категории неопределенности/определенности. Он мыслится субъектом речи и реципиентом [Булыгина 1991].

При формальной невыраженности деятеля в информативном фокусе высказывания оказываются другие составляющие фрейма действие субъекта: характер самого действия, его фаза протекания, объект его воздействия, место, время, орудие, цель и результат действия.

<< | >>
Источник: АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ ЧЕРВОНЫЙ. СТРУКТУРА И ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ ДИНАМИКА КАТЕГОРИИ «ЯЗЫКОВОЙ СУБЪЕКТ» (НА МАТЕРИАЛЕ ФРАНЦУЗСКОГО ЯЗЫКА). 2014

Еще по теме ГЛАВА IV. ИМПЛИЦИТНЫЕ ФОРМЫ СЕМАНТИЧЕСКОГО СУБЪЕКТА:

  1. СЛОВАРЬ
  2. Введение
  3. Примечания
  4. Глава 15 ОБЫДЕННОЕ И НАУЧНОЕ ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ
  5. МНОГОУРОВНЕВЫЕ ЯВЛЕНИЯ: КОНТАМИНАЦИЯ, ДВУСМЫСЛЕННОСТЬ, РЕЧЕВАЯ ИЗБЫТОЧНОСТЬ
  6. ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТЬ РЕЧИ
  7. Эпистемологический статус веры
  8. Перевод как один из способов представления проблемы языка и познания
  9. Научное и нарративное знание с позиции языка и языковых игр
  10. Систематическая теология П. Тиллиха: эпистемологические и методологические проблемы