ФОНЕТИЧЕСКИЙ звуко-буквенный разбор слов онлайн
 <<
>>

1.1. Категория субъекта в антропоцентрической парадигме

Субъект как научная категория и как ядерный компонент антропоцентрического подхода в системе гуманитарных наук является предметом исследования в философии, психологии, языкознании и т.д.

Говоря о месте науки о языке, К. Бюлер, на учение которого мы будем опираться не раз, пишет: «Пророк слева, пророк справа, дитя мира сего — посередине. Теория языка должна представлять собой это дитя, то есть просто вершину эмпирической работы языковедов. Если философия — это пророк справа, от которого обороняется теория языка всякий раз, когда ей угрожает опасность некоего эпистемологизма, то есть искусственного отождествления с одной из возможных принципиальных установок теории познания, то она должна потребовать у пророка слева такого же уважения своей самостоятельности. Психология — это пророк слева» [Бюлер 2000, 3-4].

Начнем с «пророка справа». Субъект (от лат. subjectum - лежащий в основании) - одна из главных категорий философии, обозначающая человека действующего, познающего, мыслящего в отвлечении от его конкретных индивидуальных характеристик. Субъект имеет соотносительную категорию «объект» (от лат. оЬ|есШт - предмет), обозначающую фрагмент реальности - материальной или идеальной, - на которую направлена активность субъекта. Субъектно-объектное видение познавательной деятельности в полной мере сформировалось лишь в ХУП-ХУШ веках. Историзм развития проблемы субъектно-объектных отношений проявился в том, что менялась трактовка содержания этих категорий и природы их взаимодействия. Так, для материалистического направления характерно понимание отношения «субъектобъект» как взаимодействия двух природных систем. Это прежде всего причинная концепция познания, когда знание понимается как результат, следствие воздействия объекта на субъект, физического воздействия объекта на органы чувств, оставляющего «следы»-отпечатки. В этом случае признается активность только на стороне объекта и пассивно-созерцательная позиция субъекта.

В русле этой же традиции - понимания отношения «субъект-объект» как взаимодействия материальных систем - лежит концепция «познание есть отражение», которая в ее диалектико -материалистическом варианте существенно углубляет понимание активности субъекта. Познание в целом здесь рассматривается в единстве отражения предметно-практической деятельности и коммуникаций, а активность субъекта предстает обусловленной не столько его биологической, сколько социокультурной природой.

Принципиально иной подход в понимании субъектно-объектных отношений и природы самого субъекта представлен в концепциях, где познание истолковывается как определяемое структурой самого сознания. Выявляют как бы два «слоя» субъекта: индивидуальный эмпирический субъект и

трансцендентальный, при этом исходят из того, что структура опыта, его нормативы и критерии коренятся в особенностях именно трансцендентального субъекта. Последний понимается как независимый от эмпирического телесного индивида и сообщества других «Я», как надындивидуальная структура, обеспечивающая общезначимое объективное знание. Э. Гуссерль писал: «Все относящееся к миру, все пространственно-временное бытие есть для меня, значимо для меня, именно благодаря тому, что я познаю его в опыте, воспринимаю, вспоминаю его, сужу или как-либо думаю о нем, оцениваю его, желаю и т. п. Все это, как известно, Декарт называет cogito. Мир вообще есть для меня не что иное, как осознанный в таком cogito и значимый для меня мир. Весь свой универсальный и специальный смысл и свою бытийную значимость он получает исключительно из таких cogitationes. В них протекает вся моя жизнь в мире, в том числе и моя жизнь, как ученого -исследователя и теоретика. Я не могу жить, мыслить и действовать в каком-либо другом мире, не могу познавать в опыте, оценивать такой мир, который не имеет смысла и зна- чимости во мне самом и из меня самого» [Гуссерль 2000, 347-348].

Одно из значимых следствий этой концепции - идея высокой духовной активности субъекта, его фундаментальной роли в процессе познания.

По мнению философов, «теория познания нуждается в такой категории субъекта, когда он понимается в своей целостности, содержащей не только когнитивные, логико-гносеологические, но и экзистенциальные, культурно -исторические и социальные качества, участвующие в познании. Иными словами, эмпирический человек, полностью замененный «частичным» гносеологическим субъектом в традиционной теории познания, должен быть возвращен в современное учение о познании, сочетающее абстрактно-трансцендентальные и экзистенциально - антропологические компоненты» [Философские концепции - эл. ресурс]. В различных энциклопедиях «субъект» всегда противополагается «объекту» как активное самосознающее начало духовной жизни, которое противопоставляет себя внешнему миру и своим собственным состояниям, рассматривая их как объект [Брокгауз 2006]; энциклопедическое определение приводит также к одушевленному осмыслению этой категории: «носитель предметно-

практической деятельности и познания (индивид или социальная группа), источник активности, направленной на объект» [Прохоров 2000].

В более поздних философских исследованиях появляется категория «интерсубъективности» как имманентного диалогизма личности: «Личность — этический феномен. Она представляет собой содержание, центр и единство актов, интенционально направленных на другие личности. Подобно тому как каждому субъекту принадлежит объект, так и каждой личности принадлежит, грамматически говоря, «вторая личность»: всякому «я» принадлежит «ты». «Под личностью мы понимаем человеческий индивид, поскольку он — как действующий, наделенный волей и стремлениями, как представитель своих мыслей, взглядов, суждений, как существо с претензиями и правами, настроениями и оценками предстает соединенным с другими такими же человеческими индивидами и узнает об их манере обращения, высказываниях, воле и стремлениях, встречается с их мыслями, взглядами, суждениями и занимает какую-то позицию по отношению к их претензиям, настроениям и ценностям» (Н. Г арман) [ФЭС, 244].

В психологии субъект — «индивид (или социальная группа), реализующий познавательную или предметно-преобразовательную деятельность, направленную на конкретный предмет» [Кондаков 2007, 565].

А.Н. Леонтьев в работе «Методологические тетради» писал: «Психология имеет своим предметом деятельность субъекта по отношению к действительности, опосредствованную отображением этой действительности» (С. 163) - Цит. по [Леонтьев 2001, 151-152]. . Отображение же понимается как особое состояние субъекта, называемое переживанием. Формами переживаний являются чувствование, ощущение, мысль. «Психология изучает,

следовательно, то, как действительность субъекта становится его

переживанием и как его переживания становятся действительными . Психологическая действительность есть единство деятельности и переживания (Там же) ». - Цит. по [Леонтьев 2001, 152]. Таким образом, психологов интересует когнитивное пространство и когнитивный механизм человека [Залевская 2000, 2005], его интеллектуальная деятельность как приобретение и применение знаний, формирование интеллекта и личности, которая «рассматривается как создаваемая общественными отношениями, в которые субъект вступает в рамках своей деятельности. При этом отдельные поступки субъекта, представленные прежде всего своими мотивами, вступают между собой в иерархию отношений, образуя так называемую иерархию мотивов» [Леонтьев 1975].

Однако когнитивная психология также приходит к идее двойственного (я/ты) субъекта, в том числе и в процессе его становления в онтогенезе: «Развитие концепта Я как субъекта познания (субъектного Я) отличается от становления представлений о Я как объекте познания (объектное Я или Мое), которое появляется в середине 2-го года (жизни ребенка - А.Ч.). Критерием различения становится именно прикосновение к себе при зеркальном отражении, а не к зеркальному образу. Субъектное Я берет начало в перцептивных и моторных достижениях, включает саморегуляцию, дифференциацию Я — Другие и управление своим поведением.

Младенцы чувствуют свой субъектный опыт задолго до самопознания. Второй начальной важнейшей задачей в развитии Я-концепции является установление эквивалентности Я — Другой. Этот тип представлений о себе может быть обозначен как Я-интерперсоналъное. Я-интерперсоналъное появляется также у самых маленьких младенцев и специфицируется видоспецифическими сигналами о взаимоотношениях: Я-индивид, который участвует в человеческих обменах. В эту праформу Я-интерперсонального не входят культурные установки и тонкие аспекты интерперсональных отношений. Такой тип представлений также складывается непосредственно. В человеческой жизни люди часто взаимодействуют прямо, лицом к лицу, средствами, присущими человеческому виду. Эти взаимодействия встречаются на разных уровнях человеческой интимности, включая телесные контакты или без них. Характерные средства взаимодействия включают обмен взглядами, жестами или ответными вокализациями. Все эти виды взаимодействия воспринимаются непосредственно и не требуют специальной осознанной интерпретации» [Сергиенко 2008, 350].

Развивающаяся когнитивная парадигма представляет субъект когнитивной деятельности как субстанцию, лишенную обязательного атрибута в виде центрального ментального органа (центральной нервной системы и т.п.). Сама «биология» обеспечивает когнитивные процессы базового уровня, и тогда любой живой организм может быть включен в концептуальный диапазон категории «когнитивный субъект, субъект познания/знания». С позиции эволюционной эпистемологии и биосемиотики [Матурана 1995; Кравченко 2008] знание получает расширенную трактовку как адаптацию Х к своему окружению; «субъект» собирает знание о своем окружении (биосистеме) и при этом выступает как абстрактный субъект системы, получающий из взаимодействия со средой информацию, которой обменивается, не являясь при этом существом одушевленным. Субъект знания/познания, получая столь расширенную интерпретацию, может включать в себя как субъект сознания, так и любой биологический организм [Верхотурова - эл.

рес.]. В когнитивном языкознании (да и в литературоведении) субъект представляется как некая «точка зрения», иногда материально не выраженная «позиция», соответствующая рефлексирующему сознанию интерпретатора, получающего информацию.

Когнитивная наука, вышедшая из психологии познания, непременно обращается к языку, рассматривая это «дитя мира сего» как источник, предоставляющий «для обдумывания данные о значении своих форм. Здесь и смыкается исследование знания и значения» [Кубрякова 1994, 45].

А.В. Кравченко пишет: «Без различения между языковым значением и когнитивным содержанием адекватное решение семантических вопросов невозможно» [Кравченко 2004, 13]. Поэтому «хотя многие языковеды по традиции, восходящей к трудам Б. Рассела, К. Бюлера и др., до сих пор связывают проблему субъективного в языке с фактором говорящего, который присваивает себе язык в момент — и на момент — речи (см., напр., Степанов

1985) , проблема субъекта как управляющего и регулирующего начала в функционировании языковой системы не может быть сведена исключительно к фигуре говорящего. Как показывают многочисленные факты ..., в системе языка закреплена его ориентированность не столько на говорящего, сколько на человека вообще, т. е. речь следует вести о языковом антропоцентризме и его проявлениях в различных языковых структурах. В частности, выделяется категориальная основа (инвариантная сущность) языка во всех его ипостасях, являющаяся носителем антропоцентризма; эта категория есть точка зрения — "система антропогенных позиций, выступающих по-разному (то актуально, то виртуально) в языке, речи, речевой деятельности и поэтике" [...], при этом самый термин "точка зрения" прочитывается как "местоположение" — место в пространстве, с которого видится объект восприятия» [Кравченко 2004, 21-22-

выделено нами -А.Ч.].

Когнитивная парадигма понимает под EGO не говорящего, а познающего мир человеческого индивида. Входя в неё, и лингвистика, становясь когнитивной, выдвигает на первый план «антропоцентрический метод» [Степанов 2001], который предполагает использование таких терминов, как: «эгоцентрический» и «гомоцентрический» и т.п. (см., напр., [Арутюнова 1988]).

В основе лингвистической когнитивистики лежит тезис о когнитивном аппарате субъекта, формирующемся на основе различных модулей, поставляющих индивиду перцептивные ощущения, или восприятия (напр., «компьютерная метафора» Дж. Фодора) [Fodor 1986]. «Познавательная деятельность первичного уровня, содержательную сторону которой составляет категоризация языковыми средствами феноменологического знания, т. е. знания, извлеченного в результате прямого чувственного опыта, своей отправной точкой имеет непосредственно фигуру познающего реальный мир человеческого индивида. Лингвистами давно признано, что пространственная сущность, определяемая как человеческое тело, служит плодородной почвой для метафорической категоризации опыта» [Кравченко 2004, 22; см. тж. Мерлин 2006].

Таким образом, для субъекта характерны категориально образующие черты, воспринимаемые с позиций разных наук как дополняющие друг друга. Попробуем обобщить и обозначить эти черты:

1. Онтологический субъект — это познающая, информационно активная сущность, действующая в определенной среде, взаимодействующая с ней как в плане обмена информацией, так и в плане воздействия и преобразования среды как субъективно-объективной действительности, включающей предметы, явления, а также другие взаимодействующие с ним субъекты.

2. Следует разделять понятия интерсубъективности (интеракциональности) как свойства субъекта входить во взаимодействие с другими субъектами (субъектно-субъектные отношения) и интерактивности как свойства взаимодействия с активными объектами (явлениями, предметами, действиями, ситуациями и т.д.), в той или иной степени воздействующими на субъект, стимулирующими его к расширению своего когнитивного пространства, побуждающими субъект к преобразованию субъективно-объективной действительности (субъектно-объектные отношения).

3. Категория языкового субъекта становится универсальной языковой категорией в плане реализации обоих типов когнитивно-деятельностных отношений языковыми средствами, независимо от форм и степени материальной выраженности самого субъекта.

4. Вследствие семиотико-функционального анализа выводится типология субъекта как точки преломления различных лексико-грамматических и дискурсивно-прагматических отношений в их статике и динамике, обеспечивающих стабильность и трансформации внутри данной категории. Образуется функционально-синергетическая среда субъекта, когнитивно существующая в виде «точки зрения», воссоздающая псевдоотсутствующий субъект как в плане выражения, так и содержания.

Методологическим основанием выделения такой категории являются положения классиков когнитивизма, в частности, Дж. Лакоффа, который утверждал, что в категории отражается связь понятий с повседневной человеческой «мыследеятельностью» (термин Г.П. Щедровицкого). Такую связь Лакофф называл концептуальным воплощением. Некоторые категории воспринимаются человеком на интуитивном уровне, не осознаются интеллектуально. Они «обладают иным, более важным, психологическим статусом по сравнению с теми понятиями, которые обязательно осознаются» [Лакофф 2004].

Категории базового уровня с эпистемологической и функциональной точек зрения приоритетны по отношению к следующим факторам: восприятию и формированию образов, организации знаний, легкости протекания когнитивных процессов (обучения, распознавания, запоминания и т. д.) и к легкости вербализации языковых выражений. Можно отметить, что в этом смысле антропоцентризм построен на базовой категории Ego (Я), «точка зрения» становится «точкой отсчета» во всех вышеперечисленных факторах. Таким образом, следуя Лакоффу, в некоторых мыслительных процессах один член категории (Я) или часть категории (например, подкатегория личных или указательных местоимений) может заменять категорию в целом.

Итак, когнитивная модель может быть представлена следующими параметрами:

■ Когнитивные модели структурируют мысль и принимают участие в формировании категорий и в рассуждениях.

■ Большинство категорий спонтанно-интуитивны. Это так называемые воплощенные модели. Те модели, которые не воплощены, используются только осознанно и с заметными усилиями.

«Сущность концептуальной воплощенности заключена в категоризации базисного уровня и в его приоритетности. Когнитивные модели используются в переносном или “метонимическом ” рассуждении. Градация членства возникает в том случае, когда характеризуемая когнитивной моделью категория содержит шкалу. Градация центральности возникает в результате взаимодействия когнитивных моделей» [Лакофф 2004].

Таким образом, выделению такой категории, как «языковой субъект», сопутствует определение его эвристического статуса, через анализ категорий, составляющих ядро и периферию суперкатегории (термин Ю.С. Степанова - [Степанов 2001]). К ядерной необходимо отнести категорию персональности, т.е. категорию вовлеченности адресата и адресанта в процесс высказывания. Центральной точкой этой категории, выражаемой на уровне «мысли - внутренней речи», является категория Ego, представленная местоименной парадигмой как наиболее обобщающей субъект-субъектные отношения (я - ты) и субъект-объектные отношения (я/ты - он). Когнитивная модель (0 - среда) включается в категорию как центробежная, периферийная категория. Поэтому «базовой», центральной категорией суперкатегории «языковой субъект» является категория персональности, образуемая с точки зрения Ego. Обобщенный субъект, выраженный «on», — это верхняя периферия (по Лакоффу) данной категории, а так называемое «устранение субъекта» — нижняя точка на шкале персональности — безличность в смысле «не-лица» (фр. «il») (по теории Э. Бенвениста [Бенвенист 1974]):

Таблица 1. Градуальность категории персональности (по Бенвенисту)
Шкала персональности
лицо не-лицо
1-е лицо 2-е лицо 3-е лицо

Академик В.В.Виноградов термином устранение лица определял те случаи, когда говорящий обозначает лишь одно действие, как бы не заботясь о действующем субъекте [Виноградов 1947, 462]. Устранение лица он

рассматривал как элемент в градации выражения субъекта с разной степенью определенности. В.В. Виноградов на материале русского языка рассматривал значение лица у глагола как шкалу, идущую от наименее многозначной формы (первого лица) через семантически более растяжимые формы второго и третьего лица, далее через неопределенно-личное значение к устранению лица и безличности [Виноградов 1947, 458-463 - выделено нами -А.Ч.].

Однако устранение субъекта действия осуществляется не только лексико-морфологическими средствами выражения категории глагольного лица, но и синтаксическими способами, при которых реальный деятель «понижается в ранге», теряя центральную позицию в актантных синтаксических схемах (например, пассив в его многовариантных проявлениях) [Сильницкий 1981].

Таким образом, устранение субъекта может осуществляться лексикоморфологическими и синтаксическими средствами. На материале французского языка процесс устранения субъекта был рассмотрен В.Г. Гаком. В.Г. Гак представляет процесс обобщения и устранения лица следующим образом: 1) конкретно - личный субъект (с внутренней градацией от

единичности к множественности; 2) совокупный субъект; 3) собирательный субъект; 4) неопределенно-личный субъект; 5) обобщенно-личный субъект; 6) неопределенно-указательный субъект; 7) устраняемый субъект; 8) безличность (бессубъектность) [Гак 1965].

По критерию включенности в суперкатегорию «языковой субъект» входят, помимо категории персональности, иерархически структурированные категории (по шкале «верх» - «низ»): эксплицитность/имплицитность,

субъективность, оценочность, эмоциональность, экспрессивность, одушевленность/неодушевленность, пассивность-активность,

интенсиональность/экстенсиональность, прямая/косвенная (метафорическая) референция и т.д.

По критерию базовости («воплощенности»), прототипичности, - наиболее ядерной категорией выступает категория субъекта-деятеля в трех её векторных измерениях: «субъект-объектные» отношения, «субъект

субъектные» отношения и отношения «субъект-среда (обитания)».

В.Г. Гак отмечал: «Функционально-семантический анализ категории предусматривает следующие задачи:

1) изучение категории в плане выражения, то есть выявление различных типов ее выражения, составление инвентаря способов выражения данного значения с разграничением ядерных и периферийных форм;

2) изучение категории в плане содержания, то есть составление инвентаря частных значений, субкатегорий внутри данной категории, также с различением ядерных и периферийных значений; при этом прослеживаются случаи, когда данная семантическая категория стыкуется или сливается со смежными категориями;

3) выявление соотношения между формами и значениями;

4) определение соотнесенности ядерных и периферийных форм» [Гак 1998, 86].

Сравнивая, с одной стороны, проявления субъективности как прототипической характеристики субъекта, т.е. номинатора на уровне слова или морфемы, и, с другой, - такие когнитивно-психологические характеристики, как речевое поведение (субъекта), можно, по всей видимости, утверждать, что категория «субъект» включает в себя и «образ категории “человек разумный”», и его синтаксические роли, когда место деятеля-человека занимает любой неодушевленный предмет, и когда субъект «почти не виден» или отсутствует в языковых или речевых формах, также входящих в ЯКМ.

<< | >>
Источник: АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ ЧЕРВОНЫЙ. СТРУКТУРА И ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ ДИНАМИКА КАТЕГОРИИ «ЯЗЫКОВОЙ СУБЪЕКТ» (НА МАТЕРИАЛЕ ФРАНЦУЗСКОГО ЯЗЫКА). 2014

Еще по теме 1.1. Категория субъекта в антропоцентрической парадигме:

  1. § 2. Понятие субъекта и объекта, их многоликость и многоуровневость. Субъект и объект научно-познавательной деятельности
  2. Принцип доверия субъекту
  3. КАТЕГОРИЯ «ВСЕОБЩНОСТЬ СУБЪЕКТА» И ЕЕ ОНТОЛОГИЧЕСКИЙ СМЫСЛ
  4. § 2. Субъекты изобретательского права
  5. 4. Основные категории свободы. Система ценностей
  6. § 1. Категория субъекта
  7. 3.6. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, СУБЪЕКТ, ОБЪЕКТ
  8. ВОСПРИЯТИЕ ЛИЦ С ОТКЛОНЕНИЯМИ В РАЗВИТИИ: СУБЪЕКТНОСТЬ ИЛИ БЕССУБЪЕКТНОСТЬ? И. Н. Нурлыгаянов (Уфа
  9. Формально-структурные характеристики коллективного субъекта
  10. Проблема ответственности в научном наследии С. Л. Рубинштейна и ее развитие в концепции ответственности личности как свойства субъекта жизнедеятельности Л. И. Дементий (Омск)
  11. ГЛАВА I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ИССЛЕДОВАНИЯ ЯЗЫКОВОЙ КАТЕГОРИИ СУБЪЕКТА
  12. 1.1. Категория субъекта в антропоцентрической парадигме
  13. 1.2. Семиотико-функциональный метод исследования языковой категории субъекта
  14. 1.1. Индексальные и номинативные поля категории субъекта
  15. 1.4. Категории субъекта и субъективности в языке
  16. 1.4.2. Полифонический субъект высказывания как основная единица смыслового анализа
  17. 2.2.2. Лексико-грамматическая парадигма форм редукции семантического субъекта
  18. 1.1.1. Антропоцентрическая парадигма в германской филологии